Лекция 22 – Иллюзия

Восседать на обычном деревянном стуле посреди промерзлого города странно по ощущениям, но лучше, чем отмораживать пятую точку на обледеневшем каменном бортике фонтана.

– И не надоело вам в вечной зиме? – спросила, потирая руки в перчатках, чтобы заставить кровь прилить к замерзшим конечностям.

– Мы не чувствуем холода, – ответил Цениш, пожав плечами. – Ни холода. Ни боли, – говорил он это грустно, словно скучал даже по плохому самочувствию или тому же ощущению дрожащих от холода пальцев. – Ни голода. Ни усталости. Одни только страдания…

– Ужас… – протянула сочувственно, игнорируя стоявшего над душой хранителя. – Мне даже как-то теперь неудобно жаловаться на все это. В любом случае нужно найти отсюда выход. Мы… Я не могу, – поправилась специально из-за присутствия Макса, – жить здесь вечно.

Сверху раздался медленный вдох, задержка и еще более медленный выдох.

– Использование чужеродной магии вызовет создателей места, – предупредил кто-то из нежити, толпившейся на главной площади города вокруг меня.

– Это да, – кивнула. – Но как-то же мы сюда попали. И сразу никто не отреагировал. Получается, всплеска не было, – подметила вслух то, что уже и так знала, надеясь на появление какой-нибудь другой дельной мысли хоть у кого-нибудь. – И магии я здесь не вижу… А откуда обычно приходили запасы пополнять?

– Из леса, – ответил Цениш.

– Может, мы зря от той полянки ушли… – задумчиво протянула. – Там, наверное, дыра в защите и есть…

– Все равно нельзя использовать вашу магию, хозяйка, – обломал главный мертвец. – Извне, может, нити не прошли, но здесь колдовать – отреагируют моментально.

– Класс, – вздохнула. – А если тех двоих использовать?

– Возможности нет, – произнес холодно Макс. – Их резервы пусты. И они не пополняются.

Посмотрела на хранителя. Надо же, кто заговорил.

– А Рэна нельзя как-то вызвать? – спросила без особой надежды. – Да я даже на Хана согласна, если он нас отсюда вытащит.

– Территория ограничена полностью, – сказал блондин. – Рискованно отправлять зов даже через дыру. Вероятнее всего, сработает защита.

– И что будем делать? – спросила, глядя в белые глаза. – Подождем, пока не состаримся? – Затем добавила немного жестко: – Вернее состарюсь я, а ты умрешь из-за связи хайрэна. Очумительная перспектива!

Конечно, я понимала: мы бы до такого не дожили. Кто-нибудь обязательно сюда наведается, а всех и каждого побеждать не сможем. Да и представить невозможно, что те двое в подвале единственные владельцы и знающие места. Еду как пополнять? Их отпускать? Ага, так они и вернутся.

После моих слов наступила напряженная тишина. Особенно ощущалось недовольство хранителя, который теперь не просто на меня смотрел, а прожигал взглядом. Отвернувшись, решила уделить все внимание нежити. А нежить думала. Им обнаружить выход было чуть ли не важнее. Ведь здесь я точно не смогу найти ответы, как их освободить. Кто-то периодически тихо переговаривался, а кто-то даже чертил на снегу.

Подобный… совет мы устраивали уже третий день. Макс продолжал меня избегать, когда мы оставались наедине, и нависал над душой в присутствии кого-нибудь. По ночам я чувствовала себя одинокой неудачницей, а днем – спятившей затворницей. Еще бы. Разговариваю с мертвецами. Моими мертвецами…

– Хозяйка, – отвлек меня от нерадостных мыслей Цениш, – вам стоит вернуться в дом. Вы продрогли. Уже вечер.

– Пожалуй, ты прав, – согласилась с вымученной улыбкой.

Макс снова медленно втянул воздух через сжатые зубы, задержал дыхание и еще медленнее выдохнул. Подобное предложение он делал мне уже несколько раз, но я либо игнорировала, либо отказывалась. Конечно, ему не понравилось, что слова нежити сразу вызвали положительную реакцию. Я же получала какое-то злое удовольствие от раздражения хранителя. Этакая месть.

Поднявшись, покачнулась и схватилась за моментально подставленную руку маски. Ого, а ноги у меня уже одеревенеть успели. Нужно было идти тогда, когда перестала их чувствовать…

– Спасибо… – тихо ответила, убрав пальцы с руки мужчины.

Помахав на прощание мертвецам, отправилась в наш временный дом, где планировала разогреть еду и поужинать. Запасы здесь закончились, но Макс притаранил из другого жилища. Учитывая, что еда не портилась, так можно было протянуть довольно долго.

Интересно, время в академии идет так же? Если да, то такими темпами меня оставят на второй год… Это будет совсем грустно. Все равно не успею наверстать базу, а терять одногруппников не хотелось. С ними мне нравилось учиться. Не факт, что следующие будут такими же… открытыми и дружелюбными.

– Льерра, – позвал хранитель.

Уже успела сбросить верхнюю одежду и начать приготовления стола к ужину. Ладно, стоит радоваться, что я здесь в уюте и тепле, а не мерзну в заснеженном лесу. Жаль только, учебных материалов с собой нет. Практиковать нельзя, но у меня и в теории не то чтобы пробелы, а целые кратеры… А тут столько свободного времени. Учись да учись.

– Что? – спросила, не глядя на Макса.

– Давай поговорим, – сказал он так, словно сдавался врагу.

– Говори, – ответила, доставая из банки огурец. Мм… Вкуснятина!

– Чего ты от меня хочешь? – задал вопрос мужчина, стоя в дверях. – Что мне сделать, чтобы ты перестала так себя со мной вести?

Я удивленно на него посмотрела. Во мне только что умерла великая актриса. И почему не пошла на актерское мастерство?

– Ты о чем? – спросила, словно не понимая.

– О твоем поведении, – ответил блондин.

Вообще-то, если уж и говорить о поведении, то вопрос следует адресовать ему. Это не я продолжаю ускользать при одном только виде… соседа.

– А что с ним не так? – задала вопрос удивленно. Оскара мне! Это лучшая игра за всю историю всех миров и вселенных!

– Тебе перечислить по порядку или сама догадаешься? – не выдержал маска.

Сдают у него нервы. Ох, сдают. Или просто расслабился и стал позволять себе больше, чем может хранитель.

Села за стол, придвинула к себе тарелку, на которой лежали картошка с котлетой, и сцапала вилкой огурец. Размахивая просоленным овощем, указывала хранителю на его же собственные слова.

– Как по мне, так это тебе следует подумать, чего ты от меня хочешь, – проговорила, указав на него хрустящей едой. – Ты мне что сказал? Что между нами отношения неприемлемы. Так? Так. Я перестала к тебе лезть. Так? Так. Что теперь тебя не устраивает?

– Из-за этого не стоит игнорировать мои слова, – процедил мужчина.

Я громко откусила огурец и так же громко им захрустела, не спеша с ответом.

– А меня, стало быть, избегать можно? – задала вопрос, прожевав. – Это как-то нечестно, тебе не кажется?

– Я вас не избегаю, – сказал блондин.

– О! Мы опять на «вы»! – воскликнула. – Чудненько!

Некоторое время после моих слов я молча поглощала пищу. Макс продолжал стоять на том же месте, словно в строю: руки по бокам, выпрямленный и готовый к команде. На мое «Есть будешь?» мужчина даже не шевельнулся. Не хочет – не надо. Если он наивно полагает, что я скажу: «Ну не судьба нам быть вместе, значит, вернемся к старому», то он глубоко ошибается. Ладно бы не нравилась ему, но мы оба знаем, что это не так.

– После нашего возвращения, – заговорил маска спустя длительное время, – ваши мысли вновь займет Тхай Райэн. Он ваша истинная пара, а я лишь… раб, хоть и зовусь хранителем. О чем тут можно говорить?

Я подавилась котлетой и закашлялась. Макс подлетел тут же, протянул стакан воды и придержал его, помогая попить. Кусок попал не в то горло. Сжалившись, он вернулся куда надо и отправился вниз по пищеводу вместе со спасительной жидкостью. Отпихнув руку хранителя, в шоке уставилась на него. Что он сейчас сказал?! Какая еще истинная пара?! Кто?! Я и Тхай Райэн?!

– Только не говори мне, что выражение «хэтори аст-шайгени» означает «истинная пара», – проговорила угрожающе, встав и отодвинув со скрежетом ногами лавку.

– Да, – кивнул мужчина и поставил стакан на стол.

Гнев поднялся откуда-то из живота и жаром заполнил грудь. Я была в таком бешенстве, что даже сжала кулаки, чтобы не схватить что-нибудь в ярости и не разбить. Не в моей привычке бить от злости посуду, но, оказывается, иногда и мне очень хочется.

Вот почему все повторяли эту фразу… Понавешали свои магические ярлыки! Без меня меня женили! Ну или замуж выдали практически, как иначе это назвать? А меня. Никто. Не. Спросил!

– С какого бока я вообще с ним пара?! – прошипела, чувствуя, как меня трясет. – Кто так решил?!

– Это решение богов, – тихо ответил Макс, словно пытаясь успокоить меня своим тоном. Ага. Ща-аз!

– Какое мне дело до ваших богов?! – возмутилась. – Какое им до меня дело?!

– Истинные пары редки, – сказал мужчина и посмотрел мне в глаза. – Ты полюбишь его. Вы созданы друг для друга.

Мне захотелось выйти из дома и громко закричать. Так, чтобы было слышно везде. Выпуская гнев и боль. Но я продолжала стоять, сжимая кулаки до появления лунок на ладонях от впившихся ногтей.

– Да плевать я на это хотела! – не выдержала и ударила рукой по столу. – Я вообще не из ваших чертовых миров!

На фоне моего крика из-за слишком сильных эмоций спокойный голос Макса особенно остро отражал конфликт.

– Вы расположены ко мне только из-за того, что увидели мое лицо, – произнес блондин.

– Да при чем тут это?! – воскликнула, глядя на него. – Это какое-то великое дело? Запрещено на уровне магии? Из-за этого между нами связь хайсарши и хайрэна?

Я уже не помнила, что произошло раньше – соединение связи или то, что я увидела хранителя без маски. И сейчас была не в состоянии шерстить воспоминания.

– Нет, – терпеливо ответил он. – Связь хайсарши и хайрэна – магическая печать выбора маской хозяина. Она… не снимает защиту, если вы увидели лицо раньше.

– Какая… – выдержала паузу, пытаясь собраться с мыслями. – Какая вообще печать? Я ничего не понимаю.

– У служения масок нет срока, – произнес хранитель. – Мы принимаем на себя печать навсегда. Снять ее может лишь князь. Единственный способ выбрать для себя пожизненный объект – это принять связь.

С трудом напрягла мозг, чувствуя навалившуюся головную боль. Вспомнив события раньше, услышала в голове собственный ответ Максу: «Я принимаю тебя, мой хайрэн».

– Но я-то откуда это знала? – оперлась о стол руками и прикрыла глаза, пережидая пульсирующее ощущение в висках. – Я же тогда сама тебе ответила.

И главное, тут же об этом забыла, словно это абсолютно нормально – разбрасываться странными фразами и идти дальше. Чертов Хан. Его работа? Не слишком ли он много себе позволяет? Надо было все-таки идти к магистру Ларриэлю, чтобы он урегулировал этот вопрос. Ну, прошлое не изменить, значит, стоит сделать это по возвращении.

– Это лишь предположение, но я думаю, с даром богини вы обрели не только силу, – ответил Макс, – но и воспоминания в части некоторых… навыков. Иногда вы действуете так, словно знаете магический мир. Обычно в экстренных ситуациях.

– Очень экстренные слова про хайрэна были, – скептически проговорила.

– Это не просто слова, – тише сказал хранитель. – Это очень мощный… ритуал.

– Так, ладно, – выпрямилась и посмотрела на него. – Значит, мы с тобой соединены пожизненной связью, которую навряд ли кто-то практикует, учитывая… риски, – последнее подметила уже для себя. – И где написано, что нельзя быть вместе с такой связью? Это закон какой-то?

Мужчина некоторое время смотрел на меня молча. Затем заговорил уверенным голосом, словно выдавал не свое предположение, а аксиому.

– Ваша истинная пара Тхай Райэн. А чувства ко мне – лишь иллюзия из-за ослабления магии истинной пары. – Выдержал небольшую паузу. – Это результат того, что вы увидели мое лицо, – повторил сказанные ранее слова. – Лицо маски нельзя никому видеть. Но если так случается… – мужчина замялся. – Если так случается, защитная магия влюбляет в носителя маски. Это лучший способ не убирать увидевшего и обезопасить носителя. Используется специально разработанный для этого случая приворот. Снять его может только князь теней и лишь в определенную дату, до которой еще несколько месяцев.

Меня как ведром воды окатило. Реакция Хана, когда они с хранителем разнесли аудиторию и чуть не убили друг друга, стала понятна. Вот почему адепт-куратор орал на меня, как потерпевший, думал, что сработала защита маски. Не секрет, что княжич хочет заполучить мою силу со мной в придачу. Конечно, он разозлился. Но не из-за этого мой гнев резко схлынул, оставив опустошение. Макс не рассматривает мои чувства как настоящие. Для него это действие приворота. А я, по его мнению, как истинная пара для другого просто не могла испытывать такие эмоции. Но раз эмоции появились, значит, магия ослабла, и блондин уверился, что это действие защиты масок теней.

Мне стало больно. Он не верит. Даже мысли не допускает о моей к нему любви. Ну конечно. Я же с чьей-то божественной наглости теперь должна быть с Тхай Райэном. Класс! А они ничего не напутали? Точно знаю, что здесь и на Земле боги разные. Так с чего они решили, что могут навязывать мне какую-то чертову истинную пару?!

– Ясно, – произнесла ледяным тоном. – Раз ты так в этом уверен, изволь не лезть ко мне из-за моего поведения. – Схватила посуду с лишь наполовину съеденной едой и бросила в раковину. Сейчас мыть за собой точно не смогу. – Ты заведомо все за меня решил так же, как ваши… боги, – последнее слово выплюнула. – Не хочу больше есть. Аппетит пропал.

На этих словах мой запас стойкости иссяк. В комнату пройти гордой походкой уже не смогла, бросилась вверх по лестнице, хлопнула дверью и села, прислонившись к ней, чтобы Макс не смог зайти.

Все начало складываться в единый пазл. Странно только, что перевод не могла найти, словно кто-то специально не давал мне его узнать, предвидя реакцию. Но зато теперь понятно, с чего Тхай Райэн вдруг мной заинтересовался.

Рассказ хранителя о защитной магии масок меня не впечатлил. Я поняла, что такое действительно существует и вещь серьезная, но откуда-то была уверена, чувствовала: на мне не сработало. То ли это из-за силы богини, то ли и правда божественная связка помогла, но… я не начала любить Макса из-за приворота. Это по-настоящему.

Ну как можно заставить полюбить? Та же истинность пары. «Ты полюбишь его», – всплыли в голове слова хранителя. Я понимаю действие приворотов, где настоящей любви нет, но на этом все. Даже в легендах боги, чародеи и джинны могли сделать что угодно, кроме этого. Заставить желать? Да. Но любовь? Не думаю.

В то же время, может, Макс в чем-то прав? Не в плане иллюзорности моих чувств из-за магии маски или истинности пары с Тхай Райэном. Я никогда не влюблялась. Не считать же помутнение рассудка на три месяца в школе. А оказавшись в другом мире, могла искать тепла и безопасности. Может, придумала, что Макс для меня не только хранитель? Сама себя накрутила? Как же все сложно… Почему нельзя просто взять и доказать теорию, словно задачку по геометрии? Остается лишь крутить и крутить одни и те же мысли в разболевшейся голове.

– Льерра, – позвал мужчина за дверью.

– Уходи, – попросила, обнимая колени руками и уложив на них подбородок. – Я хочу подумать.

– Я знаю, как нам выбраться отсюда, – сказал маска.

Сейчас мне было наплевать…

– Давай завтра, – тихо ответила. – Я устала…

Мужчина некоторое время молчал. А я слышала свое быстро бьющееся сердце и шум крови в ушах и думала, ну как мои чувства, такие яркие и болезненные, могут быть неправдой? Одно его присутствие, пусть и через дверь, бередит душу…

– Хорошо, доброй ночи, – произнес мужчина спокойно, словно никакой ссоры между нами не было.

А может, ее и правда не было. Может, это больно только для меня…

Закрыв глаза, оперлась на дверь затылком. Я чувствовала, что хранитель еще не ушел. Даже деревянное полотно не спасло от ощущения мурашек по телу. Он там. Совсем рядом. Злость стихла, опустошение и усталость навалились желанием спать. Но в груди маленький шарик крутился, болезненно пощипывая. Как же плохо без Макса… Хочется подняться, открыть дверь и все ему простить, но… так нельзя.

Его шагов слышно не было, но я почувствовала, когда он ушел вниз. Тогда поднялась сама, отправилась в ванную комнату подготовиться ко сну. Сейчас мне и правда лучше лечь. Новая информация настолько мощная, легко в голове не уляжется, нужно время. Сон поможет. Как говорят мудрецы, утро вечера мудренее. А Макс… он никуда не денется. Так что будем решать проблемы постепенно.