Глава 4

Глава 4

Бар назывался «Уголь».

Это место было с явно выраженным мужским характером — в отделке использовалось тёмное дерево и натуральный камень, на стене телевизор транслировал камин с горящим огнем — нейронка, понятное дело, но выглядело вполне натурально.

На грани слышимости играл джаз.

Николай попросил для них столик в углу. Сел так, чтобы видеть вход в ресторан. Привычка, от которой он не отказывался даже в компании красивой женщины.

Официант оставил меню и отошел к барной стойке, давая им возможность изучить меню.

Алина села напротив, поправила шарф.

Она не суетилась, не поправляла волосы перед зеркалом, не доставала пудреницу. Просто положила руки на стол и посмотрела на него.

— Предлагай, что здесь стоит попробовать? — сказала она, перейдя на “ты” так естественно, будто они были знакомы уже лет десять.

— Ты смелая, — заметил он, принимая правила игры. — Или просто голодная?

— И то, и другое, — улыбнулась, без намека на кокетство. — Но ещё мне интересно, что ты закажешь. Мужчины раскрываются в выборе еды. Ты знал это?

— И что же я о себе раскрою, если закажу стейк с кровью? — хмыкнул.

— Что ты хищник. И не привык идти на компромиссы, — тут же последовал ответ.

— А если рыбу?

— Что умеешь ждать и не бросаешься на первое, что попалось.

Он усмехнулся и продолжил:

— А если салат?

— Тогда я заплачу за тебя и уйду. Потому что мужчина, который в баре заказывает салат, не мой герой. А если ты задашь ещё один вопрос, то я сразу встану, пересяду за другой столик, поужинаю в тишине и спокойствии. Я голодна .

Николай рассмеялся, такого ответа он точно не ожидал, что ж эта женщина определенно умела удивлять.

— Позволишь сделать за тебя заказ? Я попробую угадать блюдо, которое бы ты заказала.

— А давай! — она открыто ему улыбнулась и откинулась на спинку стула, так и не открыв меню.

Цербер же поднял руку и сделал знак официанту.

— Два стейка. Средней прожарки. Картофель, запеченный в фольге на углях, салат из рукколы и помидоров черри с мягким сыром. И бутылку красного. Сухого, — он посмотрел на неё. — Угадал?

— Почти, — она чуть прищурилась. — Я бы взяла полусухое.

— Почему?

— Потому что сухое — это про контроль и категоричность. Полусухое — про удовольствие и умение вовремя остановиться.

— И что ты выбираешь?

— Сегодня всё-таки полусухое, — она улыбнулась. — Но ты заказываешь, тебе и решать.

Николай сделал парню жест, чтобы тот наклонился к нему. Прошептал название вина, официант кивнул и исчез.

Цербер тоже умел играть в такие игры.

Алина сидела, откинувшись на спинку стула, устроив тонкие руки на подлокотниках и рассматривая сидящего напротив неё мужчину открыто, абсолютно не таясь. На её губах играла легкая улыбка, взгляд без стеснения скользил по красивому мужскому лицу, по его плечам и рукам, которые лежали на столе, и задержалась на пальцах.

— Почему ты не женат? — спросила она спокойно.

— С чего такой вывод? — удивился искренне. — Только лишь потому, что нет кольца на безымянном пальце?

— Кольцом обмануть легко. А вот прочими мелочами — нет.

— Это какими же? — настала очередь и Николая откидываться на спинку стула и точно так же, открыто, рассматривать женщину, сидящую напротив

— У женатых мужчин другой взгляд. Они либо ищут приключений, и тогда смотрят слишком масляно. Либо боятся, и тогда косятся по сторонам, думая, что это не заметно женщине. Ты смотришь на меня как на… интересную задачу. Я смогла тебя удивить.

— И часто ты анализируешь мужчин? — почему-то этот момент Церберу был крайне важен.

— Только тех, кто мне нравится, — ответила она без паузы.

Николай не ожидал такой прямоты. Это было… освежающе.

— И я тебе нравлюсь? — улыбнулся одними губами, однако его взгляд по-прежнему оставался холодным.

Чувство, что с ним ведут какую-то игру, почему-то лишь только усиливалось.

— Пока да, — она взяла бокал с водой, сделала глоток. — Но вечер не закончен. Ты можешь испортить впечатление.

— Чем, например?

— Начнешь хвастаться связями. Или, хуже того, начнёшь травить пошлые анекдоты.

— А если не начну?

— Тогда ты уникум, от которого надо держаться как можно дальше.

Николай расхохотался. Искренне, от души, закинув голову назад.

О, да! Определенно, эта женщина и сама была уникум. Только вот держаться подальше от неё Церберу совсем не хотелось.

В этот момент официант принес им вино. Показал этикетку мужчине, тот кивнул, одобряя. Он же сделал первый глоток и вновь кивнул. После этого парень разлил вино и вновь удалился.

Они оба подняли свои бокалы и Цербер произнес:

— А давай выпьем под банальный тост! За нашу встречу.

Алина усмехнулась и протянула руку с бокалом. Стекло тонко звякнуло и они оба сделали всего по паре глотков.

Цербер замер, ожидая её вердикта. Узнает, какое вино он заказал?

— Все-таки сухое, — вынесла свой вердикт и усмехнулась, глядя открыто в его глаза: — А ты у нас однако самоуверенный товарищ. И судя по тому, что это у нас… — она задумалась, сделала ещё глоток, покатала его во рту, кивнула сама себе, — Шираз. Стейки тут подают жирные.

— Браво! — Николай искренне рассмеялся. — Браво за Шираз, но почему самоуверенный?

— Ну кто же сухим вином спаивает женщину? — тонко улыбнулась, глядя на него поверх бокала.

— Ты себе даже не представляешь, насколько я самоуверенный! — проговорил, оставаясь абсолютно серьёзным.

Нет, эта женщина ему определенно всё больше и больше нравилась.

— Ну, тогда и у меня будет банальный тост, — женщина подняла свой бокал.

— Давай, — он поднял свой в ответ.

— Предлагаю выпить за случайности, — сказала она, чокаясь. — Которые иногда оказываются не такими уж случайными.

Он сделал свой глоток, глядя на женщину, чьё имя он даже толком не расслышал, поверх бокала. Что-то в её интонации снова показалось ему странным. Словно она либо что-то скрывала о себе, либо… Либо она знала его. И то другое вполне могло быть. Нам всем есть, что скрывать, особенно тем из нас, у кого уже половина жизни прожита.

— Ты так и не сказала, кем работаешь, — напомнил он.

— А мы так ещё и не поужинали, — она ещё отпила вино, одобрительно кивнула и вернула бокал на стол.

В этот момент им принесли их мясо.

— То есть скажешь, но после ужина? — решил поймать её на слове.

— А так ли уж важно, кем именно я работаю? Зачем тебе это знать? Чтобы найти повод не звонить мне завтра? “О, она бухгалтер, а это всё равно что синий чулок — скучная, сухая, холодная”. Или: “О, она художник, творческая натура, эмоциональные качели, с ней будет слишком сложно общаться”.

— То есть при любом раскладе, ты не оставляешь нам шанса? — подвел итог.

— Мы только что пили за случайные встречи. Встречи не всегда имеют какое-то дальнейшее развитие отношений, а уж случайные… — улыбнулась отстраненно, думая явно о чем-то своем и договорила: — Особенно случайные…

“Нет, она определенно не та, за кого себя выдает!” — подвел итог своим размышлениям Цербер.

Но всем известно, что чем сложнее загадка, тем интереснее её разгадывать. А уж сложные загадки Цербер умел разгадывать как никто другой.