Глава 1

Солнечные лучи активно пробивались сквозь листву от раскидистых деревьев прямо в летнее кафе в самом центре города, но Варя этого словно не замечала. Она сидела, уткнувшись в чашку остывшего кофе, с таким выражением лица, будто её лично попросили расплатиться по всем счетам города.

Её лучшая подруга Светка, до этого момента увлеченно разглядывавшая своё отражение в пудренице, наконец отложила её и нахмурилась:

— Варь, ну хорош уже сидеть с такой кислой миной! Ты портишь мне всё отпускное настроение.

Варя подняла на подругу тяжелый взгляд и горько усмехнулась:

— Везёт тебе, Светулёк: отпуск, потом свадьба, глядишь — и роддом не за горами. А у меня? Ни работы, ни парня, ни собственного угла. Зато долг для соседа — причем залила-то этого хмыря не я, а прохудившиеся трубы хозяйки, которые она упорно отказывалась чинить до сдачи квартиры!

Варя тяжело вздохнула, без сил уронила голову прямо на столик и почти взвыла от навалившегося за этот месяц груза.

— Не зря говорят: «Не родись красивой, а родись счастливой». Видимо, я чересчур красивая, раз у меня в жизни всё через... ну, ты поняла.

Света, которая в этот момент снова взглянула в зеркальце, на секунду замерла, а потом, не меняя серьезного выражения лица, ответила:

— Ну спасибо, подруга. Что назвала меня уродом — это лучший комплимент, который я от тебя слышала.

Варя спохватилась, замахав руками:

— Ой, да извини ты меня! Я же не тебя имела в виду, просто ляпнула не подумав.

Светка расхохоталась, откидываясь на спинку стула:

— Да ладно, забей, я на твои бредни не обижаюсь. Но жизнь у тебя и правда... как бы помягче сказать... в общем, ты поняла. Хотя, насчет работы — это даже отлично, что так вышло.

Варя удивленно приподняла бровь, глядя на подругу как на сумасшедшую.

— А что? — Света прищурилась. — Начальник твой — тот еще мудила. Женат, пятеро спиногрызов, а он к тебе клеился! И это за такие то гроши! Сколько он там обещал прибавить?

Варя хмыкнула, сделав глоток горького кофе:

— Пятьдесят тысяч.

— Вот именно! — отрезала Света. — Он же не Аполлон какой-нибудь, лысый, старый вечно в этих своих огромных окулярах... За такое «сопровождение» стольник должен быть, да еще и в евро!

Варя рассмеялась, глядя на подругу, и Света тут же подхватила её смех. Немного успокоившись, Света продолжила с прежним запалом:

— А Толик твой? Гнида редкостная. Притащить домой шлюху и пихать в неё свой «шлагбаум», пока ты пашешь на работе — это просто высшая степень мерзости. Я же тебе предлагала его кастрировать, как только впервые увидела!

Варя вздохнула и обреченно кивнула:

— Ладно, признаю — мой косяк. Влюбилась как дура, розовые очки до ушей... Он же так красиво ухаживал, гад.

— Тебе надо было ему сковородкой всечь, — безапелляционно заявила Света. — И той шалашовке заодно! А хозяйка квартиры твоей? Ой, вылитая Фрекен Бок собственной персоной, только кота Матильды не хватает для полного образа.

Подруги снова дружно расхохотались, и на мгновение тяжесть проблем отступила, растворившись в аромате летнего московского кофе.

Варя задумчиво повертела чашку в руках, глядя на прохожих, спешащих по своим делам. Мысль о долге за затопленного соседа давила на плечи, словно бетонная плита.

— Свет, ну серьезно, — подалась она вперед, понизив голос. — Что мне делать с этим соседом? Денег для его ремонта у меня нет, от слова совсем. А он достаёт каждый день, причём не хозяйку, а мне угрожает. И с работой… Секретаршей я больше ни ногой, с меня хватит этих «кофе принеси-подай» и сальных взглядов. Может, в медицину податься? Хотя, какая там медицина… — Варя махнула рукой, вздыхая. — Надо было институт не бросать. Умею только раны обрабатывать да уколы в «мягкое место» ставить, на большее ума не хватит.

Света, до этого задумчиво помешивавшая свой латте, выпрямилась и хитро прищурилась:

— Слушай, а иди к нам в агентство. У тебя же фигура — отпад! Глядишь, кто-нибудь и клюнет. В хорошем смысле! Вадик Валишевский строгий, у него эскорт-услуги не пройдут, сразу на выход. Так что всё чисто, работа моделью.

Варя поморщилась, будто съела лимон без сахара:

— Ой, только не это. Крутить пятой точкой по подиуму — не мой стиль жизни, уволь. Я хочу что-то… ну, более приземленное, что ли.

— А что «приземленное»? — Света всплеснула руками. — Вечно скитаться по чужим углам и считать копейки от зарплаты до зарплаты, работая на старых извращенцев? Это твой предел мечтаний?

— Свет, не нагнетай, и так тошно, — Варя устало потерла виски.

В этот момент в сумке у Светы раздалась оглушительная трель рингтона. Она нырнула внутрь, выудила телефон, глянула на экран и её лицо вмиг изменилось. Она вскрикнула так, что соседний столик обернулся:

— Мать моя женщина! Славик же! Он в бутике ждет, мы должны были чемодан для отпуска выбрать, а я тут с тобой заболталась!

Света вскочила, быстро потянулась за кошельком, бросив на стол купюру:

— Так, я оплачу счет, не спорь! Закажи себе еще хоть эклер что ли, мне бежать надо!

Варя тоже начала суетливо собирать вещи, качая головой:

— Нет, какая еда… Я тоже пойду. Хватит ныть, пора брать судьбу за горло и начинать искать нормальную работу.

— Оптимизм — это хорошо! — ответила Света, поправляя солнцезащитные очки. — Найдешь, куда ты денешься! Ты же у нас боец, хоть и иногда с розовыми очками на носу!

У кафе подруги обменялись быстрыми объятиями и разошлись в разные стороны. Вечерний город дышал прохладой, но внутри у Вари всё кипело от недавних откровений. Добравшись до дома, она с тяжелым вздохом вошла в подъезд, молясь про себя, чтобы не встретить никого из соседей.

Разумеется, вселенная решила проверить её на прочность. Лифт с лязгом открылся, и оттуда, словно из преисподней, вышел тот самый сосед, которого она «осчастливила» потопом. Мужик, массивный и с лицом, перекошенным от гнева, преградил ей путь.

— Ну что, должница, добегалась? — прорычал он, перекрывая гул лифта. — Я тебе не благотворительный фонд и не Сбербанк! Когда бабки за ремонт будут?

— Я… я стараюсь, скоро всё отдам, — пробормотала Варя, вжимая голову в плечи. — вы бы лучше не мне угрожали, а «Фрекен Бок»-хозяйку за горло брали бы. Трубы-то у этого дома гнилые еще со времен постройки зиккуратов, а не я их прогрызла.

Мужчина побагровел и дернулся вперед, явно собираясь схватить её. Но оскалился:

— Скоро — это понятие растяжимое. Короче так: до конца недели деньги на стол. Если нет — я тебе устрою «сладкую жизнь», пожалеешь, что вообще на свет вылупилась, дрянь ты этакая.

Он развернулся и демонстративно направился к выходу. И в этот момент в Варе что-то перемкнуло. Накопившаяся за день злость, усталость от бесконечных проблем и осознание собственной беспомощности выплеснулись наружу в форме чистого, незамутненного сарказма.

— Слушай, «пострадавший», — крикнула она ему в спину. — Ты когда рот открываешь, зеркало рядом держи. Вдруг там внутри кто-то симпатичный прячется, а ты его своим нытьём пугаешь, на тебя смотреть противно! Сначала трубы чинить научись, а потом на девушек пасть разевай, чмо!

Мужчина замер, как будто его ударило током. Он резко развернулся, его лицо налилось багровым цветом, и рванул к ней с кулаками, но Варя среагировала быстрее. Она прыгнула в кабину лифта и бешено заколотила по кнопке своего этажа. Двери с лязгом сомнулись прямо перед носом разъяренного соседа.

Пока лифт поднимался, снизу доносился утробный, почти звериный рев:

— Ты у меня ответишь за чмо! Я тебя из-под земли достану, сучка!

Варя влетела в квартиру, заперла все три замка и привалилась спиной к двери, тяжело дыша. И тут её прорвало. Она начала истерически хохотать, сползая по двери на пол.

— Ну просто сказка, хорошее завершение дня, — пробормотала она сквозь слезы, вызванные приступом смеха. — Толик, начальник-извращенец, а теперь ещё и сосед-маньяк. Видимо, у меня талант притягивать психопатов и идиотов. Нужно срочно учиться держать язык за зубами… или хотя бы купить перцовый баллончик помощнее.

Она скинула туфли в разные стороны, чувствуя, как ноги гудят от напряжения. Затем быстренько переоделась в уютную пижамку.

«Нервы нужно срочно дезинфицировать», — решила она и поплелась на кухню.

Варя распахнула холодильник, выудила бутылку ледяного пива и потянулась к навесному шкафу за стаканом. Но стоило ей потянуть дверцу, как на неё с грохотом свалилась старая, тяжелая, покрытая слоем пыли коробка. Она с глухим звуком ударилась о пол, и из неё высыпались вещи: какие-то старые безделушки, пожелтевшие фотографии, ключ на увесистой связке и старая книжка.

Варя замерла, а через минуту от девушки раздался «АПЧХИ». Это была та самая бабушкина коробка, которую она запихнула на шкаф в первый же день после переезда, чтобы «не бередить душу».

— Ну разумеется, — Варя саркастично хмыкнула, глядя на вывалившийся хлам. — Даже вещи в этой квартире, решили объявить мне войну. Старая пыльная коробка — это всё, что осталось мне в наследство от покойный бабули. Надеюсь, здесь хотя бы есть карта сокровищ, чтобы расплатиться с этим «чмом» из подъезда?