Глава 32. День рождения

Королевский дворец. Атернон. ШербДораОн поймал меня в небольшой нише, в которой я всегда пряталась перед выходом, наблюдая за гостями и придворными, собираясь с духом. И как не ему, изучившему меня лучше всех, знать, где искать?— Дора, нам с тобой нужно поговорить. Я не понимаю, что происходит. Ты отказалась от нашей любви?Я подняла взгляд на Эдвера. Всё-таки он красив, идеальная мечта любой девушки. Впрочем, дело ведь не только в его внешности, но и в поведении, манерах, внутреннем свете, который поддерживал меня долгие годы. Жаль, что всё складывается именно так, мне не хотелось бы обижать Эда, но я уже нашла того, ради кого моё сердце будет биться до скончания веков. И это любовь, а на жалости её не построить, простого участия будет слишком мало, страсти… Страсти никогда не было.— А была ли она, Эд?— Что? — он, казалось, удивился моему вопросу.— Была ли любовь между нами? С моей стороны — наивная первая влюблённость, восхищение мужеством и благородством героя, придуманный образ, за которым я не видела человека. Я не хочу тебя больше обманывать. И себя не хочу.— Я люблю тебя, Дора, — твёрдо произнёс лорд Мотенье, суровый воин, которому готовы покоряться враги и друзья.Но не я.— Любишь ли?— Что за глупый вопрос, моя королева? Моё сердце и моя магия принадлежат вам.— Магия, — я печально улыбнулась. — А ведь и у меня есть магия, помнишь? И есть супруг.— Твоё путешествие на Тайверду должно было избавить тебя от оков, — скрипнул зубами Эд.— Разве брак — это оковы? Брак — это единение душ, понимание с полуслова, с полувзгляда. Было ли у нас с тобой хоть немного так?— Что ты такое говоришь, Дора? У нас с тобой иные отношения. Я чувствую тебя, оберегаю. Я люблю тебя.Эдвер казался искренним. Он смотрел на меня прямо и уверенно, не отводил взгляда, не юлил, ища слова, которые могут задеть моё сердце. Настоящий мужчина, которому я твёрдо говорю «нет», потому что не люблю. И он это понимает, но не хочет принимать, не собирается отступать, хоть и видит, что всё напрасно. Мне всегда нравилась в нём эта уверенность в собственной правоте, упорность, граничащая с упрямством. И я никогда бы не отступила от своих планов, если бы не встретила того, кто забрал моё сердце и проник в душу.И это не Эдвер.И я этому рада.Маг. Воин. Прекрасный друг, на которого всегда можно положиться. Но вот не супруг.— Я не люблю тебя, Эд.— А кого ты любишь? Своего вымышленного мужа? — холодно, с лёгкой обидой бросил мне мужчина.— Он не вымышленный, и ты это знаешь.Нас разделяло слишком маленькое пространство. Слишком двусмысленной могла показаться ситуация, и я молила богов, чтобы никто не заглянул в мою нишу. Да, о ней мало кто знал, но всё неподходящее всегда случается именно тогда, когда этого меньше всего ждёшь. Стоит расслабиться, откинуть вопросы в сторону, и неприятности тут как тут. Я объявила перед Советом Лордов, что представлю на дне рождения мужа, и если меня застукают в пикантной ситуации с лордом Мотенье, то все мои уверения в истинности союза не буду стоить ничего.— Он ненастоящий, и мы с тобой это прекрасно знаем, — сделал шаг ко мне Эд, и я вздохнула, замерла, боясь выдохнуть, ведь тогда точно коснусь его грудью, так тесно друг к другу мы оказались.— Он существует.— Да, где-то там, в твоём детстве. Дора, отец рассказал, что ты пугала Совет мужем, но это не поможет тебе отстранить лордов от власти. Ты слишком юна, чтобы принимать серьёзные решения, тебе нужна помощь.— Их? Или твоя?Выставила руки, упираясь ладонями ему в грудь. Острые края пуговиц больно впивались в кожу, но я продолжала давить, пытаясь избавиться от того, кого начинала бояться. Эд никогда не вёл себя так настойчиво, и мне это не нравилось.Стоило просто сказать ему, что между нами всё кончено, отправить на границу, разорвать общение, но я не могла забыть долгие годы тихой влюблённости. И теперь, кажется, буду за это расплачиваться.— И моя тоже. Дора, я первый кандидат в короли. Всегда им был и буду. Если ты сейчас откажешься от меня, то Совет Лордов обяжет тебя выйти замуж, и тогда тебе не избежать брака со мной. Ты понимаешь?— Понимаю ли я, что никакой любви не было? — вложила все силы, что у меня были, и смогла оттолкнуть Эдвера. — Лишь власть, да? Всегда только власть.— Глупости, — он опустил руки на мои плечи, сжал несильно, но дал этим понять, что я не смогу вырваться, слабой королевой я была не только на словах. — Что бы ты себе ни придумала, но я люблю тебя, Дора, и не хочу принуждать. Я старался стать для тебя всем — опорой, другом, возлюбленным, тем, без кого ты не представляешь своей жизни. И у меня это получалось. Всё изменила твоя поездка на Тайверду! Что там произошло? Я не верю, что ты встретила истинного мужа! Столько лет прошло, вы не смогли бы даже вспомнить лиц друг друга, осознать, что ходите рядом, дышите одним воздухом. Это невозможно, Дора. И я не верю, что такое могло произойти.— Но это случилось. Эд, отпусти меня, я не стану твоей женой, а тебе не стать королём Шерба.— Прости, Дора, — он наклонился, и меня окутал приторный, сладкий запах.— За что? — стараясь не вдыхать его туалетную воду, спросила я.Всё было не так. И разговор этот несвоевременный только помешал моим планам. Эдвер не заслуживал с моей стороны такого пренебрежения, но я боялась его обидеть. А теперь выходит, что не было ничего с его стороны. Ведь не было же?— Дора, всё уже решено. Очень давно. Ты не погибла с родителями, не пропала, когда твоим опекуном стал лорд Левите, не оказалась связанной брачными узами с его ставленником… Тебе повезло, что какой-то парнишка пожалел заплаканную девчонку и женился на ней. Знал он, с кем связывает свою судьбу, или это просто случайность? Знал, Дора? — Эд встряхнул меня, и я испуганно всхлипнула, смотря ему в глаза, в которых разгоралось что-то дикое, необузданное и пугающее.Никогда раньше он не представал передо мной в таком виде, и сердце испуганно замирало, стоило подумать, на что способен этот мужчина, озвучивающий все варианты моего прошлого.— Нет, — пролепетала, гадая, заглянет ли кто-нибудь в нишу.Если раньше я этого боялась, то теперь мечтала о случайном свидетеле, и не имеет значения, что подумают обо мне, и куда канет моя репутация. Главное, выбраться из удушающих объятий лорда Мотенье!— Я ведь искал его, надеялся, что смогу избавиться от конкурента, — криво улыбнулся Эд. — Я ведь не лгу тебе, Дора, и никогда не лгал. Я люблю тебя, моя королева. Знаешь, сколько раз мне предлагали лишить тебя жизни или разума? Но я каждый раз отказывался, каждый раз отводил руку наёмника, спасал тебя от яда и стрелы. И ты ценила это, смотрела на меня как на Сейсана, мечтала о совместном будущем. И я ждал, когда ты созреешь, станешь совершеннолетней, избавишься от ненужного брака, сама попросишь Лакко о справедливости. О, Мор, я должен был отправиться с тобой! Отвести тебя за руку к Храму, стоять рядом, когда ты будешь просить о милости! Это моя ошибка. Но я ни за что не поверю, что он был в Храме вместе с тобой и не отказался разорвать узы, которые вас связали. Ты лжёшь мне, Дора? Хочешь, чтобы я страдал?— Эдвер, дело не в тебе, — такой Эд меня пугал.Возбуждённый, нервный, задающий вопросы, на которые я не могу ответить. Да и не нужны ему ответы, он уже всё решил.Или не он, а кто-то другой.— Не во мне, — лихорадочно дёрнулся Эдвер, больно сжимая пальцы на моих руках, сминая дорогое кружево платья. — Но без меня тебе не быть королевой, меня готовили к этому долгие годы.— Ты не стал бы королём, Эд. Если бы ты женился на мне, то всё равно был бы в тени, муж королевы — не король.— Муж королевы — король, — зловеще ухмыльнулся он, а я вдруг вспомнила, как эту же фразу произнёс Парис.А ведь он был во всём прав, провидец знал, о чём говорит.— Отпусти меня!Охнула и сжала ладонь, пальцами чувствуя что-то горячее. Опустила взгляд, отрываясь от безумства в глазах всегда спокойного и рассудительного Эда, и уткнулась в кровавое пятно на лацкане. Я всё-таки задела одну из острых пуговиц и расцарапала руку так сильно, что рана начала кровить, пачкая одежду мужчины.— Ты будешь моей!Он уже не контролировал себя. Схватил меня, прижимая к себе, пропуская мимо моё нежелание, моё сопротивление, лишая воздуха и способности двигаться. Это путь в пропасть, что ширилась между нами, смывая грязью всё то хорошее, что было в нашем совместном прошлом.Забывалась забота и добро, нежные прикосновения и прогулки, они не имели ничего общего с настоящим, сползли грубой маской, исчезли, растворились краски, осталась тьма, что гнездилась в его сердце. Любовь не ко мне. К власти.Жёсткие губы опустились на мои, и мир подёрнулся красным туманом.Я не имела права нарушать собственные обеты, а ведь клялась, отдала мужу всю себя, обещала, что не допущу измены. Клятву, произнесённую перед алтарём, нельзя нарушать.— Хм, простите, но, кажется, леди против такого занимательного времяпрепровождения.Эдвер отпустил меня, и я смогла вдохнуть, уже почти простившись с жизнью. Перед глазами плясали яркие звёздочки, разбавляя чернильную тьму. Дурнота отступала, постепенно я приходила в себя, но злость на Эда росла. Он ведь знал, что со мной может произойти! Знал, что я не могу целоваться с ним, это принесёт мне только боль и неприятности. Обеты богам держали крепко.— Простите, лорд, но здесь нельзя находиться, — выплюнул Эдвер.Зрение восстановилось, я повернула голову на голос и застыла, с изумлением разглядывая Саната. Он был одет в дорогой костюм придворного с незнакомыми мне медалями и символами на груди. Неизменная лёгкая улыбка, простоватый вид, но цепкий холодный взгляд. Телохранитель под видом незаметного слуги? Друг, которому доверяют, как себе?— Мне можно, — не стирая улыбки с лица, Санат переместился так, чтобы оказаться на расстоянии вытянутой руки от Эдвера.Как же так? Как я раньше не узнала его? Сейчас, смотря на своего друга, которого успела изучить за время нашего недолгого путешествия, я понимала, что раньше просто не обращала ни на кого внимания. Он ведь стоял рядом с Брандэсом, преподносил мне подарок во время приёма. На виду, но такой незаметный.Какой же глупой я была, когда думала, что мир вертится вокруг меня. Никогда один человек не сможет охватить всё, что-то да укроется от его внимания, растворится в окружающем шуме. И из таких ситуаций появляется недоумение, расползающееся до недоразумений, а то и чего-то похуже!— Почему вы так считаете, лорд? — с вопросительной интонацией огрызнулся Эдвер.— Ливар. Лорд Ардэл Санат Ливар, — спокойно ответил Сан, проигнорировав сам вопрос.— Лорд Ливар, значит. Вы мне неизвестны, и я могу приказать вас задержать до выяснения причин вашего здесь появления.— Зачем же? Я всего лишь выполняю свой долг.— Какой ещё долг? — продолжал злиться Эд.— Защищаю свою будущую королеву.— Будущую?— Добрый вечер, ваше величество, — Санат посмотрел на меня и улыбнулся. — Приятно снова вас видеть. Но должен сказать, что вы выбрали неподходящую кандидатуру для разговора наедине. Этот лорд не внушает мне доверия.— Да как ты смеешь!— Вы. Вы должны обращаться ко мне на «вы», так как наши титулы одной величины, — Санат смерил Эдвера насмешливым взглядом, оценил покрой костюма и количество украшений, а после добавил: — Хотя, полагаю, моё положение будет выше вашего.— Стражник!— Телохранитель, так будет точнее. Доверенное лицо его величества.Больше всего сейчас я боялась, что Эд не удержит магию. Он был сильным магом и мог попытаться навредить Санату. Нет, я была уверена в способностях друга, но не хотелось подвергать опасности посторонних.— Лорд Мотенье, прошу, оставьте нас. Мы с вами обсудим всё завтра в моём кабинете. В полдень, думаю, вам хватит времени, чтобы прийти в себя после праздника.— Не совершай ошибку, Дора.— С этого момента обращайтесь ко мне «ваше величество», лорд Мотенье, — ответила ему сухо.Сердце обливалось кровью, было больно смотреть на близкого человека и осознавать, что он покинул мой ближний круг. Не было настоящей любви, но была зависимость от него, дружба, которую я считала настоящей. Мне пора приходить в себя, начинать думать головой, а не тем местом, которое собирает приключения и неприятности. Сегодня я окончательно стану взрослой, объявлю, что у меня имеется муж — самый настоящий, между прочим, — и приму на себя все тяготы королевской власти. А для этого надо выйти в торжественный зал, улыбнуться гостям и хотя бы открыть свой праздник.— Видят боги, Дора, — не пожелал меня слышать Эдвер, — я не хотел этого, но ты сама сделала выбор и отвергла мои чувства. Я ведь люблю тебя.— Странная у вас любовь, лорд, — усмехнулся Санат.— Какая есть!Эдвер дёрнул головой, словно собирался сказать мне ещё что-то, но передумал, выпрямился и ушёл, намеренно задев Сана плечом. Но тот только шире улыбнулся, проводил моего бывшего возлюбленного оценивающим взглядом.— И ради этого ты так страдала? — пренебрежительно спросил он. — Было бы там что-то!— Он хороший, — сказала и сама не поверила.Эдвер никогда мне не угрожал, а его последние слова… Неужели он всё же замешан в тех покушениях на меня? Знал, но отводил беду, потому что надеялся, что станет моим мужем?— Я бы сказал, кто он, но тебе, Дора, лучше таких слов не слышать, — с тоской протянул Санат, словно я лишила его чего-то очень хорошего и долгожданного. Подарок на день рождения отобрала, например.— Ты ведь знаешь, кто я?— Конечно, ваше величество, я знаю, — подмигнул.— Санат!— Нет, я, конечно, могу по старой памяти называть тебя «Вилли», но, мне кажется, тебя это не обрадует. Я прав?— Вилли — горничная, а Дора…— Королева. Качественная у тебя иллюзия, ни разу не заподозрил, что что-то не так. Если бы не Тана, то вовек не догадался!— Она рассказала?— Я пытал, — торжественно поклялся мужчина и даже руку на сердце положил.— Не смешно. А, — сглотнула, боясь спросить о том, что казалось подлинным, — Ирвин… Он же здесь?— Дора, не заставляй меня сожалеть.— Сан! Я просто хочу знать…— Конечно, он здесь. Куда этот дурак влюблённый от тебя денется?— Влюблённый?Улыбка выползла, хотя я и пыталась её скрыть, даже губу укусила, надеясь. Что это поможет. И тепло, что разлилось в груди, добавило радости. Значит, мне можно не думать, что мои чувства безответны. Я могу мечтать о будущем, о том, что мы с ним пойдём рука об руку, проводя рядом отпущенную нам вечность. Лакко дал мне время, чтобы я поняла, любовь — это не то, о чём мечтают юные девочки, смотря на красивых мальчиков. Любовь — это нечто совершенно иное, восхитительное, необъяснимое, необъятное. То, что горит в сердце, освещает путь и даёт надежду даже тогда, когда её не откопать в руинах разрушенной жизни.И тогда на помощь приходит этот огонёк, и действительность уже не имеет такого значения. Важен лишь он — мужчина, ради улыбки которого можно забыть о собственной короне, чести и долге.А когда знаешь, что твои чувства взаимны…— Ирвин — это Брандэс?Я спросила и замерла, боясь, что ошиблась.Нет! Я не могла ошибиться, ведь всё один к одному. И испытываю я рядом с Браном ту же теплоту, которой согревал меня Ирвин. А ещё у них одинаковые глаза — золотисто-карие, добрые, в которых появляются сверкающие искры во время смеха. Да и отношение ко мне… Нет у меня обширного опыта во флирте, но распознать игривые намёки я в силах.И магия. Наша общая магия. У принцессы, рождённой в королевстве, где все маги наперечёт, у которой родители — простые люди, просто не могло появиться столь сильного дара. Но он есть, достался от мужа. Магия иллюзий не такая уж распространённая, мои советники так и не нашли кого-то подходящего. Может, просто искали не там, а нашла я. У короля Брандэса тот же дар, что у меня. Конечно, сильнее, ведь он врождённый, раскрывшийся в полную силу, а не те крохи, что позволяли мне прятаться и проказничать. Жена принимает мужа, но никогда я не слышала, что вместе с именем ей переходит и часть его магии. Шутка Лакко? Или способ защитить меня, пока я не вырасту, не стану самостоятельной?Тысячи мыслей в ожидании ответа. Нервная дрожь, пальцы сжали ткань платья, сминая её с такой силой, что ещё немного — и порвут. Я тяжело дыхала, боясь, что пропущу ответ, не услышав его за стуком собственного сердца.— Дора, он догадался, кто ты, ты — кто он. Так зачем же стоишь здесь, когда он ждёт тебя там? — ответит Санат в своей излюбленной манере.Я проследила за его рукой, которая указывала на плотную портьеру, за которой скрывались мои гости, большой зал, украшенный к празднику, музыканты и заговорщики, затаившиеся на время.Собираться с духом и делать то, что верно и нужно, порой очень трудно. Очень. Но я улыбнулась Санату и шагнула к тонкой перегородке, за которой скрывалось моё будущее.— Её величество Дормерри Вилона Бьерте, королева Шерба и Тармана!Музыка стихла, шепотки и голоса прекратились, все собравшиеся смотрели лишь на меня, но я, словно наивная влюблённая девчонка, ловила лишь один взгляд. Тёмно-медовый, ставший родным и необходимым, хотя я и не понимаю, когда и как он сумел проникнуть в моё сердце и занять все мысли. Насмешливый Ирвин, который готов прийти на помощь, он всё путешествие был где-то за спиной, рядом, защищал, вёл к моей цели. Смешно, а ведь цель-то у нас была общая! Знал бы он тогда, что мы оба направляемся в Храм, чтобы разорвать ненужные узы! А теперь я думаю лишь о том, что не хочу их разрывать, нисколечко.Я поймала его взгляд и замерла, окунувшись в тепло и нежность. Это магия между нами, общая на двоих, разделённая богами, не иначе. Ведь чем ещё объяснить невероятное притяжение между нами, которое звенит в воздухе, словно тронутая кем-то золотая нить.Сегодня король Аменции превзошёл себя, на нём был тёмно-синий парадный костюм с украшениями из иллюзорной магии, её отличать я уже научилась. Очень удобно и экономно для бюджета, стоит попросить Ирвина научить меня таким фокусам, буду всегда самой красивой, а потом войду в историю как самая бережливая королева.Лорды Совета собрались у трона и выглядели недовольными. Они ждали, когда я подойду и объясню, что успела натворить. И да — предъявлю супруга, которого обещала. Особенно злым выглядел отец Эда, и я прекрасно понимала его чувства. Моё заявление лишило его сына шанса стать королём, да и его оставило без мнимых привилегий. Все три лорда Мотенье недовольны ослаблением своих позиций, но даже если бы Эдверу суждено было стать моим мужем, им бы это не принесло тех богатств, на которые они надеялись.Я шла к трону, гордо подняв подбородок, но при этом так сильно нервничала, что едва не спотыкалась. Если сегодня всё пройдёт хорошо, и я останусь жива, то уже завтра королевство будет полностью моим. Никто из лордов не сможет сказать мне «нет», отодвинуть в сторону или посмеяться над глупой девчонкой. Я наконец-то заберу то, что всегда было моим.Я ступила на возвышение и развернулась. Две леди из младших аристократических семей тут же поправили ткань моей юбки, чтобы она лежала красиво, и отступили в сторону, светясь от счастья. Не удивлюсь, если право на это они вырвали зубами у других благородных леди.— Ваше величество, всё готово, — шёпотом донёс Динвар, восторженно оглядывая зал.Да, мой помощник восхищён своей работой, у него получилось превзойти самого себя.— Благодарю всех, кто присутствует сегодня на моём скромном празднике, и рада вас видеть, — обвела зал взглядом, в основном аристократия, которая ни за что бы не пропустила очередной бал. — Ваши поздравления греют моё сердце, а подарки определённо займут лучшие места в королевской сокровищнице. Сегодня нет места делам и заботам, сегодня — только отдых и развлечения. Очень давно в Шербе не было по-настоящему радостных событий, которые стоило бы праздновать с размахом, но я надеюсь, что с вашей помощью и благословением богов мы сумеем это исправить. Тем более что я хочу поделиться со своим народом ещё одной радостной вестью. Конечно, я планировала объявить об этом отдельно, но, подумав, мы с Советом Лордов решили, что праздник должен стать поистине запоминающимся! Лорд Динвар? — жестом подозвала мужчину в себе.— Ваше величество?— Объяви короля Аменции.— Но…Отвернулась и выпрямилась, расправив плечи. Что ж, раз уж король Кроу заставим меня понервничать, принимая важное решение и сомневаясь в своих чувствах, то придётся ему немножечко отомстить. Посмотрим, как его величество будет выкручиваться.— Сегодня на моём празднике есть особенный гость, с которым я хочу открыть бал, подарив ему традиционный первый танец.Кто-то из лордов уже успел добраться до меня, но не позволил себе выразить своё негодование, хотя недовольный кашель я всё-таки расслышала.— Ирвиндэл Брандэс Кроу, король Аменции! — громогласно оповестил собравшихся лорд Динвар.Кашель за моей спиной перешёл в сдавленный хрип.А мне оставалось наблюдать, как расступаются перед особенным гостем аристократы и придворные, бросая ему вслед недоумённые взгляды, гадают, что же за новость я планирую сообщить и почему именно его выбрала для первого танца. Так и слышу шепотки, в которых заметно имя Эдвера. Ведь именно с ним я должна была танцевать.— Ваше величество? — лёгкий поклон и протянутая рука, на которую я должна опереться, чтобы сделать два шага вниз, в зал, где для нас уже освободили пространство. — Позволите?— Это ведь я пригласила вас, — улыбнулась и позволила увлечь себя туда, где играла музыка. — Значит, Ирвиндэл? — прижалась к мужской груди в первом движении танца.— Значит, Дора? — подмигнул он мне.— И как мне тебя называть? Раз уж у нас возникла такая путаница с именами.— Ирвин, так привычнее. Браном меня называла только мать, так что имя закрепилось как официальное, — смущённо дёрнул он плечом.Это было мило. Такой сильный и смелый мужчина, но так смущается и…— Постой! — едва не нарушила рисунок танца, но вовремя опомнилась. — Так тогда, когда ты предлагал мне перейти на дружеское общение и называть тебя Браном, ты мне лгал?— Не совсем, — уклончиво ответил Ирвин и подмигнул. — Понимаешь, я ведь искал супругу и даже не думал, что найду её в твоём лице. А просто так дружить с королевой Шерба не собирался.— Ну ты и…— Дора, я, конечно, поставил небольшой полог тишины, но твоё лицо слишком открытое, по нему тебя можно читать как открытую книгу.— Нахал!— Мне в тебе это нравится, — тут же попытался сгладить моё недовольство комплиментом.— А я вот не знаю, есть ли в тебе хоть что-то, что может мне понравиться.Читать меня можно! Пусть теперь попробует отгадать, о чём я думаю!— О, не волнуйся, я тебя могу просветить, — Ирвин наклонился надо мной и прошептал: — Тебе во мне нравится всё.— Какое самомнение!— Я трезво оцениваю свою привлекательность. Но раз уж мы об этом заговорили… После танца ты наденешь родовое кольцо Кроу и покинешь зал.— Нет!— Да, Дора. И накинешь иллюзию. У тебя получается только облик Вилли?— Чему научилась сама, то и умею. Постой. Это мой праздник, и я не собираюсь никуда уходить. Мне ещё нужно вычислить и поймать тех, кто собирается меня убить, а для этого — находиться в зале, среди возможных преступников!— Именно поэтому ты уйдёшь, и я сам всё решу.— У тебя нет полномочий.— Любимая, я твой муж. Да кто со мной посмеет спорить? — Ирвин нежно провёл пальцами по моей щеке, и я растаяла.Он назвал меня «любимой», и для чувствительного девичьего сердца этого оказалось достаточно. Я ведь от себя не скрываю, что успела чуточку влюбиться, а услышать, что и Ирвин ко мне неравнодушен, оказалось пределом мечтаний. Лучший подарок на день рождения!— Ты красивая, — вдруг произнёс он. — Когда впервые тебя увидел, то подумал, что ты просто миленькая, но сейчас точно знаю, что если бы не шутка судьбы, то всё равно влюбился бы в тебя. Это было предопределено.Дикое желание зажмуриться и завизжать от восторга, погасила на корню. Я королева, а не простая горничная, я не имею права выражать свои эмоции открыто и безрассудно. Что обо мне подумают?Я широко улыбнулась и уже открыла рот, чтобы признаться ему в ответ, когда вдруг поняла, что вокруг царит тишина. И это не действие магии, ведь музыку мы слышали весь танец, это что-то другое. С трудом оторвалась от медового взгляда и огляделась, чтобы понять — музыка давно закончилась, музыканты мнутся, не представляя, играть дальше или нет, а гости смотрят на нашу пару, гадая, что здесь вообще происходит.Так, похоже, один скандал мне сегодня точно обеспечен. Если останусь жива, конечно.— А что произошло? — прошептала, обращаясь к Ирвину.— Музыка закончилась.— Но мы же танцевали, — вновь посмотрела на него. — Давно закончилась? — уточнила подозрительно.— Давно, — король Аменции подмигнул мне, отступил на шаг и поклонился, благодаря за танец.Пришлось присесть в ответ, а затем опереться на его руку, чтобы вернуться к трону.— Тогда почему я этого не заметила? — на языке вертелись слова, которые не стоит произносить благородной девушке, которая, ко всему прочему, первая леди королевства.— Капелька магии, чтобы как можно дольше тебя не отпускать.И вот опять! Я должна обидеться на него, но не могу, таю от, казалось бы, совсем простых слов.— Я не буду бежать и прятаться, тебе это ясно? — процедила, стараясь не потерять приклеенную к губам улыбку.— С тобой будет Санат, лучшего защитника не найти.— Нет.— Дора, я могу только гадать, с какой стороны грядёт опасность. На тебя покушались несколько раз, но лорд Мотенье не стал бы так рисковать, впрочем, как и остальные лорды твоего Совета. Но как только ты объявишь, что больше непригодна для их закулисных игр и амбиций, всё изменится. Кто-то из них точно замешан в заговоре, но даже Матис ещё не раскопал подробностей, а провидца под рукой у меня нет.— У меня есть, — отозвалась и вздохнула: — Но он никогда ничего толком не говорит, одни намёки.— Значит, будущее ещё не определилось. И это не всё. Лорд Свеар тоже оказался замешан в эту историю, а он знает, что я женат, что моя жена — не плод фантазий.— Та девушка говорила, что сегодня твоя жена умрёт, — не дойдя всего несколько шагов до тронного возвышения, я замерла и посмотрела прямо в глаза Ирвину. — Значит, есть кто-то, кто уже знает, кем является твоя жена. Уже!Грянула музыка — это наконец очнулся Динвар. Масса гостей пришла в движение, не дожидаясь, пока королева решит свои проблемы. Люди пришли веселиться, и мне это было на руку, потому что мне вдруг стало очень страшно. Одно дело верить, что всё будет хорошо, и совсем другое, понять, что реальность может оказаться намного хуже, чем мнилось до этого.— Ваше величество, вы хотели сделать объявление, и уже пришло время подарков, — крутился рядом Динвар, напоминая о королевских обязанностях, а я всё смотрела на Ирвина, не в силах сделать решающий шаг.— Может, не стоит?— Испугалась? — ласково спросил он, сжав мою руку.— Нет, — вздёрнула подбородок, развернулась и поднялась на помост, так и не выпустив его руку из своей. Жестом остановила музыку, и музыканты, только определившиеся с тем, что делать, разом понурились. — Уверена, многие гадают, чему же они сейчас были свидетелями. Я не буду тянуть, ведь вопрос решён давно, и сейчас мне остаётся лишь огласить то, что когда-то уже было произнесено вслух, — развернулась к Ирвину, поймала его ободряющую улыбку и твёрдо произнесла: — С этого дня и навеки, волей богов и моим решением Ирвиндэл Брандэс Кроу — мой супруг!Поднялся шум. Никто не верил в то, что я сказала. Лорды Совета прорывались ко мне, и вряд ли у них были добрые слова и поздравления. Но всё это прошло мимо, потому что Ирвин неожиданно опустился на одно колено, бережно взял мою ладонь и надел на безымянный палец массивный перстень. Краткий миг обжигающего тепла — и широкий ободок крепко обвил палец, чтобы остаться на нём до тех пор, пока не закончится время наших обетов.— С этого дня и до конца времён, волей богов и моим решением Дормерри Вилона Бьерте — моя супруга.Другие слова, другие свидетели наших клятв, но итог мне нравится больше.Теперь мы точно муж и жена.