Глава 15

На следующий день случается выезд из отеля. Я показываю охраннику, где моя сумка с вещами, и спускаюсь на парковку. Макаров уже сидит в машине. Он кивает мне, отрываясь от сотового. Но его внимание быстро возвращается к экрану, так что становится ясно, что он предельно занят.

Я оглядываю просторный светлый салон и замечаю стаканчик кофе в специальной нише. От него призывно пахнет корицей. Я беру стаканчик и откидываюсь на спинку.

Тишина.

Отличный напиток.

Миллиардер под боком.

Можно считать, что жизнь удалась?

Или пока рано?

Я смотрю то на беспокойный город, который проплывает за тонированным окном, то на Макарова. Он сегодня собран и серьезен. Напоминает того босса-скалу, которого я увидела в офисе. Даже не верится, что этот мужчина с холодным лицом может лежать на кафеле в ванной с глупой ухмылкой.

—…мне плевать на их доводы, — произносит Макаров после долгого молчания. — Я уже принял решение.

Он с раздражением смахивает невидимую крупинку с черных брюк.

— Закрывай дело, — отрезает он. — Тех, кто не согласен с новой политикой, увольняй.

Макаров сбрасывает звонок, но тут же переключается на следующего собеседника.

Я сказала, что он холодный?

Нет.

Он ледяной.

В этот момент от него идет осязаемая аура вечной мерзлоты.

Видимо, проблемы.

Я уже рада, что осталась с ним вчера поужинать. Я успела запомнить, что он умеет улыбаться и говорить мягким голосом, сейчас это напоминание очень кстати. Не так тревожно на душе.

— Я не буду откладывать вылет, — сообщает Макаров другому абоненту. — Позвони Корсу и выбей из него поставку. Пусть перекроет этот месяц…

Он давит голосом как многотонным прессом.

Я непроизвольно ежусь и ловлю себя на том, что хочу увеличить дистанцию между нашими телами. Хотя между нами есть выступ, как это часто бывает в роскошных машинах. На нем кстати полно кнопок.

Я слышу новые приказы Макарова, которые он отдает в трубку. Как пулеметная очередь, честное слово. Он распоряжается и согласовывает сотню вещей. А я напоминаю себе, как много власти в его руках. И какая я песчинка, если подумать, рядом с ним.

— Ира? — его голос неожиданно переключается на меня.

Я оборачиваюсь и вижу, что Макаров наклонился ко мне.

— Ты слышишь меня?

— Нет, я задумалась и прослушала.

Макаров кладет ладонь на выступ с кожаной крышкой, причем так небрежно, что его длинные пальцы задевают мой пиджак. Я чувствую их тепло через ткань.

— Я хочу перекроить твое расписание. Я возьму тебя с собой на встречу.

— Прямо сейчас?

— Да, — он кивает. — Ничего официального, не паникуй. Всего лишь разговор, будет несколько моих знакомых.

— Я разве готова?

— Ты не умеешь поддерживать разговор? — он усмехается и одним движением головы показывает, чтобы я прекращала глупить. — Если не будешь знать, что отвечать, просто молчи. Красивым девушкам — это позволительно.

Он тянет руку дальше и подхватывает мою ладонь. Заключает в капкан из силы и жара. Макаров перебирает крепкими пальцами, задевая мою чувствительность на том уровне, на котором я не могу контролировать, и обводит мое обручальное кольцо.

— Я буду трогать тебя, — произносит он с покалывающей интонацией.

Его прикосновение становится интимнее. Он проводит пальцами, лаская и терзая мою кожу слишком сильными ощущениями. Я пытаюсь ослабить их, но Макаров реагирует в то же мгновение. Он надавливает, вплетая свои пальцы в мои, и делает замок.

— Мы пара, ты же помнишь? Без ума влюбленная и горячая.

— Горячие пары часто ссорятся.

— Хочешь устроить мне скандал на людях?

— Не могу, — отвечаю с обреченным актерским придыханием. — За это полагается штраф по договору.

Макаров переводит темный взгляд с кольца на мое лицо.

Он так смотрит, что внутри меня вдруг просыпается маленькая девочка. Она закатывает легкую истерику и кричит, что мне с ним не справиться.

Никак.

Вот вообще…

Соперник неравный и забрел из другой весовой категории.

Макаров слишком опытный, матерый даже. Он настолько уверен в себе, что может позволить себе казаться мягче. И он знает о женщинах намного больше, чем я о мужчинах.

— Мне на сегодня хватит скандалов, — бросает он и протягивает вторую ладонь.

Я понимаю, что он хочет коснуться моих волос. Я тоже поднимаю свободную руку и перехватываю его пальцы. Довольно мягко, словно уже репетирую, как буду отбиваться от его мужской инициативы на глазах чужих людей.

— Иди сюда, — его низкий голос непреклонен. — Я же говорил, что не кусаюсь?

— Я пока не верю.

— Значит надо проверить.

Он тянет мою ладонь к себе. Прикладывает мои пальцы к своему лицу и нажимает, заставляя перейти грань между легким и чувственным прикосновением. Я вообще впервые прикасаюсь к нему. Если не считать того раза, когда я уткнулась в его каменную грудь в кабинете.

— Небеса не рухнули? — уточняет Макаров, издеваясь.

И уводит мои пальцы ниже. По скуле к подбородку, а там медленный тягучий спуск к воротнику белоснежной рубашки. Верхние пуговицы расстегнуты, так что Макаров с легкостью заводит мои пальцы под ткань. Я чувствую, как напрягаются его мышцы, наливаясь силой.

Это странно и волнующе.

Непозволительно для моей тактики сохранять трезвый рассудок рядом с ним…

Что бы он ни говорил, а он кусается.

Своей харизмой.

Преступным уровнем обаяния.

Я вижу в его глазах желание. И вызов. И секс. И силу. И еще целый океан полутонов.

— Тебе рассказали нашу легенду? — спрашивает Макаров, продолжая держать мои ладони.

— Да, и экзамен провели.

— Мне расскажешь?

— А ты не в курсе?

— Я пропустил эту информацию, — он усмехается. — У нас есть время, пока мы едем.

— Ты не читал наш договор, не поинтересовался легендой. Тебе точно важен корейский контракт?

— У тебя нежные руки.

Я шумно выдыхаю и снова пытаюсь забрать эти самые руки себе. Они уже пропитались его теплом насквозь. Макаров позволяет, хотя по его кривой улыбке становится ясно, что этот раунд он засчитал в свою пользу.

— Мы познакомились в ресторане Капри. Он закрытый и обслуживает только своих. Я там была по работе, встречалась с важным заказчиком, а ты сидел за соседним столиком.

— Дай угадаю дальше. Я обратили на тебя внимание и решил познакомиться.

— Ты предложил мне работу в своей компании.

— Серьезно?

— Я так поняла, твои пиарщики решили вплести ложь в правду.

— Значит у нас служебный роман?

— Босс и подчиненная, — я киваю. — Довольно банально.

— У меня никогда не было служебных романов.

Ох.

Знал бы он, как Анфиса жалеет об этом.

Интересно, он вообще замечает ее заинтересованные флюиды?

Шанс проверить внимание Макарова представляется через двадцать минут. Мы выходим из машины, и Анфиса первая из помощников оказывается рядом. Она протягивает Алексею раскрытую папку, попутно бросая на меня короткий взгляд.

Как на вещь.

Словно проверила на месте чемодан босса или нет.

Мне же становится любопытно. Я разглядываю детали. То, как жадно она смотрит на Макарова, как реагирует на малейшее его движение. Как напрочь забывает о воспитанной дистанции. Еще чуть и можно смело сказать, что она жмется к нему. Ее юбка стала уже, на блузке слетела еще одна верхняя пуговица, только макияж прежний. Хотя там нечего менять. Он с первого дня был дерзким.

Мне было бы плевать, если бы она не лезла ко мне. Ну хочет она своего босса, ну пусть. Только из-за этого она видит во мне соперницу и заставляет готовиться к подставе.

— Перезвони Валову, — бросает ей Макаров, не поднимая глаз выше папки. — Я поговорил с ним, но нужно уточнить сроки.

— Будет сделано. Я позвоню ему в обед.

У Анфисы не голос, а мед.

Хотя на последнем слоге проскальзывает досада. Потому что Макаров так и не поворачивает голову в ее сторону, он на автомате возвращает ей папку и протягивает ладонь ко мне.

— Готова? — спрашивает он, окончательно переключаясь с дел на предстоящую встречу.

— Я, если честно, плохо понимаю, чего ждать.

Каких людей я увижу?

Какие вопросы они будут задавать и как смотреть?

Я вкладываю пальцы в крепкую ладонь и ловлю себя на предательской мысли, что действительно привыкаю к нему.

— Осталась последняя деталь, — произносит Макаров, притягивая меня к себе. — Нужно проверить еще кое-что.

— Что же?

— По легенде я классно целуюсь?

Я не успеваю даже миг подумать об ответе, Алексей шагает и с легкостью продавливает меня. Он сильный, мощный, но в то же время умеет двигаться с осторожностью. Он не бросает меня, а именно делает шаг за нас двоих. По-мужски уверенно и непреклонно. Я оказываюсь прижата к дверце иномарки, которая холодит кожу через одежду.

— Алексей…

— Тебе стоит начинать называть меня Лешей.

Он наклоняется и целует меня в губы.

Сперва приходит его тягучий выдох, а потом губы. Жесткие, умелые, требовательные… Он не дает опомниться, отбрасывает руку, которой я выставляю корявый блок, а потом берет мой подбородок в ладони. То ли ласкает, то ли подстраивает.

У меня схватывает дыхание от его близости. Я не отвечаю на поцелуй, но чувствую легкую дрожь. Как огонек, который начинает разгораться…

— Ты вся нежная, — произносит он, отрываясь и позволяя мне сделать вдох. — Не только руки.