Глава 19

— Там принца опоили! Приворожили, подсыпали в торт любовное зелье! — заголосил эльф, хватаясь за свои длиннющие волосы в попытке их выдрать.

Дергал он со страшной силой, но пока ни одной волосинки в руках не осталось. Спросить, что ли, чем голову моет, что волосы такое зверское обращение выдерживают? Но в любом случае выглядит больно. Столько экспрессии от этого цветочка, что прям страшно становится. Единственное, что радовало, — речь шла про любовное зелье, а это точно не моя работа, я могла лишь отравить. Слава богу, что какая-то дуреха решила подлить любовного зелья, теперь мой торт точно сочтут подозрительным и выкинут. Надо было послушаться Сильвию и выбросить его сразу же.

— Преступницу нашли? — спокойно спросил Орсен, вкладывая меч обратно в ножны. — Как вы вообще умудрились проворонить любовное зелье? Я вам сколько амулетов давал?! Зачем вообще вокруг третьего принца столько слуг, если толку нет ни от кого?! Стоит отойти на минуту — то его насилуют, то его опаивают… Что следующее будет? Принца в бордель продадут, а вы не заметите?!

— Ы-ы-ы-ы, простите! Никого не нашли, но… Но дело в том, что принц теперь сидит в обнимку с тортом странного цвета, жрет его ложкой как плебей и плачет. И говорит что-то о горько-сладкой первой любви-и-и-и…

— Тварь драконья! — ругнулся Орсен. — Кто-то придумал уникальный состав, а мне теперь расхлебывай! Кэра, ты же ходишь на уроки по варке зелий? Не прогуляешься со мной? Может, определишь, кто и что там намешал, что даже дракона пробрало!

У любого человека, который варит зелья, есть «любимчики» среди ингредиентов. Странно звучит, да? Есть два типа рецептов, по которым готовятся зелья, — строгие и обычные. Со строгими все просто — следуй рецепту, не отклоняясь ни на миллиграмм от написанного. А вот обычные еще иногда называют творческими, потому что есть основа, которая выполняется как любой строгий рецепт, а есть добавка. И вот эта добавка вас и выдает при готовке зелий, потому что вы сами решаете, что и куда класть. С учетом того, что добавок таких может быть миллион, то у каждого есть, повторюсь, «любимчики». Я, например, обожала розмарин и мяту, потому что они мне напоминали о маминой готовке. И пихала их во все возможные блюда, тьфу, то есть зелья. Учитель любила лепестки роз, кориандр и сушеные лапки летучих мышей. Моя соседка как одержимая наливала во все эфирные масла. Ну, думаю, примерно понятно, да?

То, что зелье не смогли распознать и обезвредить, значило одно: это был новый и абсолютно уникальный состав, который кто-то случайно создал совсем недавно. Поэтому он не идентифицировался ни одним амулетом.

А я могла помочь, если мне дадут список ингредиентов. Вычеркнуть основу, выписать добавочные ингредиенты, по которым можно попробовать найти виновницу. Что же, сделаем доброе дело. Тем более принц драконов — это отличные связи в будущем для моей госпожи. А уж оставить в долгу Орсена прямо сейчас — так вообще везучесть поразительного уровня.

— Веди уже к принцу, хватит пытаться выдрать свои магически наращенные волосы! И как тебе денег на такое не жалко, — сказал Орсен, после того как объяснил все учителю.

***

В комнату принца Альберта мы с Орсеном и все еще пытающимся выдрать свои магически наращенные волосы эльфом мы прибыли в кратчайшие сроки.

И обстановочку, предположу, все оценили еще быстрее.

Все было плохо. Или хорошо? Если кратко, то принца Альберта не опоили. Не добавляли ни любовного зелья, ни чего-либо еще. Просто принц Альберт, если судить по увиденному, оказался «вкусовым» извращенцем и весьма впечатлительным драконом.

Он сидел на своей пышной кровати в своей пафосной королевской одежде с идеально уложенными волосами (он же мужик, не проще ли короткую стрижку сделать?) и жрал мой торт. Большой ложкой, прямо из середины. Жрал и рыдал.

Орсен справился с ситуацией достаточно быстро. Выгнал нервного эльфа, разогнал любопытных слуг. Вот только про меня чуть-чуть забыл.

— Ну и что с тобой такое творится?

— Орсен, — всхлипнул принц. — Орсен, этот торт такой необычный! Он как первая любовь. Он и сладкий, и горький, и кислый, и острый!

— Главное, чтоб не протухший! Что ты тут устроил, драконий боже? Переполошил всех подданных! Хорошо, что они подумали, что тебя опоили, а не поняли, что ты дурак!

— Эй, я королевская особа! — ответил принц, но как-то без должного возмущения.

— Одно другому не мешает, — отрезал Орсен. — Дай попробую, отчего ты тут рыдаешь. — Орсен без капли положенного стеснения отломил вилкой (откуда взялась только?) кусочек, запихнул в рот и… выплюнул прямо на принца. — Как ты это ешь?!

Тот невозмутимо вытерся краем одеяла и ответил:

— С трудом! Но ты понимаешь, Орсен? Все эти девушки ничего не готовили! Они заказали все торты у известных кондитеров! Все! И только она одна решилась! Даже зная, как ужасно готовит! Она такая искренняя и честная, что уже мне нравится!

Чтоб ты в своем драконьем хвосте запутался! Когда мы это делали, то вовсе не для того, чтобы ты оценил старания! Мне хотелось громко прокричать, еще немного посмеяться, возможно, даже всплакнуть над похороненными под хвостом драконьего боженьки усилиями. Но мозг лихорадочно работал и просчитывал варианты. Принц пока не узнал, кто это готовил! Надо было срочно скрыть это, сжечь все списки с именами, кто и что когда приносил!

— Знаешь, Аль, но глядя на этот торт, я думаю, что тебя пытаются отравить, — серьезно заявил Орсен. — Ни один человек в адекватном состоянии не подарит кому-то вот это! У него крем сине-зеленый, причем явно не из-за красителей, ты же магически состав можешь проанализировать. А что это на краю слева от тебя? Ты понимаешь, что оно напоминает куриную лапку? А коржи? Их явно делали, распилив трухлявый пень! И то! Мне кажется, что пень явно бы был вкуснее.

А вот это уже было почти обидно! Между прочим, я не специально старалась сделать этот торт гадким, зачем так преувеличивать? Вот если бы я постаралась, то дело другое… А так… Ну не давалась мне готовка, что я могу сделать? А госпожа бы все сделала идеально, что тоже не вариант.

А если серьезно, то надо было потихонечку сваливать отсюда, пока Орсен обо мне не вспомнил. Пусть и дальше отчитывает этого странного принца. Вот уж парочка — что принц, что Орсен — не без драконьих искорок в голове. Хотя каких искорок? Искрищ! Чувствую, прибавится мне хлопот, если свяжусь с ними. И защиты никакой не захочется… Я стала отступать к двери, но, увы, Орсен явно держал всю комнату под своим контролем:

— Ты куда?

— Домой.

— Какое домой? Ты же сказала, что поможешь определить, есть ли в этой чертовщине яд! Аль! Да прекрати ты жрать эту гадость! — Орсен попытался отобрать торт у принца, за что и получил ложкой с куском торта по лбу. И этот торт весьма живописно налип на его лбу. — Драконьи яйца! О, извини, — тут же бросил в мою сторону Орсен.

Хотела бы я ему сказать, что и не такие ругательства слышала, но пожалела тонкую драконью психику. Мало ли, я тут перескажу, что раньше слышала и как сама ругалась в одиночестве, а Орсена драконий тик хватит? Не-не, пусть живет и свято верит, что драконьи яйца — самое неприличное ругательство в присутствии леди.

— Орсен, я бы не хотела тебе этого говорить. В торте нет никаких любовных зелий. Я в этом профессионал — в определении зелий. В торте их нет, он сам по себе такой ужасный. Может, стоит не торт проверить, а принца? Ну, на адекватность, понимаешь? — я постаралась вложить в свои слова максимум пиетета и трепета перед королевской особой, но, если судить по тому, как задергался глаз у Орсена, получилось не очень.

Совсем не очень. Орсен явно разозлился.

— Знаешь, за такое оскорбление королевской особы стоит тебя убить…

Орсен хотел сказать еще что-то, но резко сбросил рукой кусок налипшего торта и с силой стал тереть себя по лбу, куда недавно принц стукнул ложкой. Неужели удар ложкой был настолько силен? А вдруг рог отбил? У драконов такое бывает, последствия потом — драконья мама не горюй. Я даже забыла о том, что хотела сбежать. Подскочила к Орсену и попыталась отнять его руку ото лба, чтобы посмотреть, что там случилось. Я не лекарь, но первую помощь драконам оказывать умею.

— Что случилось?

— Какая гадость. Аль… У меня от этого торта лоб чешется и горит, прекрати ради всех драконьих богов его жрать! Ты умрешь, понимаешь?! А если у тебя все внутри от него разъест?

Вот не надо уж! Мой торт не такой уж и ядовитый. То есть ядовитый, но ни кислоту, ни щелочь я туда не пихала!

— Забудь, — сказала я. — Он его уже почти доел. Ложкой больше, ложкой меньше… Так ты это, убивать будешь или я пойду?

— Нет уж, я передумал.

— Почему?

— Потому что против правды не пойдешь. Запишу Аля к мозгоправу.

— От любви нет лекарства! — донеслось с постели.

— От дурости тоже, — прошептал тихо Орсен, вздохнув.

Бедняжка Орсен. Он, конечно, сам не подарок, но поведение принца нынче — это просто драконий ад! Вот моя госпожа чудесная, а от этого принца столько проблем. С этой мыслью я покинула чужие покои.

***

Вечером мы с госпожой пили чай. Можно было бы выпить и чего-то покрепче — например, эльфийский нектар, после которого снились чудесные сны (часто — с единорогами!), но было у меня какое-то предчувствие. Вот знаете, как бывает перед каким-то происшествием. И даже Сильвия заметила, что что-то со мной не так. Но что? Я вроде бы все-все сделала, ничего не упустила, нигде не напортачила…

Записи о том, кто и что отправил принцу для участия в этом дурацком отборе, я уничтожила. Без затей спалила в печи — туда им и дорога, еще не хватало, чтобы принц влюбился в мою госпожу. А ведь влюбится, если увидит! Точно влюбится! Как такая красавица и умница, как госпожа, может в чьем-то сердце не зажечь огонь любви — вечный и нерушимый? Правильно, никак. А принц весьма странный, для моей госпожи нужен кто-то нормальный и хороший. Может, Орсен? Орсен очень даже ничего. И умный, и куда более адекватный, чем принц. И голый вполне себе… Так. Не о нем речь-то. Нельзя забывать, что он золотишко слишком любит, надо подумать о других вариантах. Конечно, если госпожа вообще захочет замуж. А если нет — будем вместе отбиваться от потенциальных женихов и дурить голову ее родителям. Надо бы знакомства среди наемных убийц завести, чувствую, пригодятся. Не для родителей, конечно, а для потенциальных женихов.

На занятиях сегодня тоже ничего особо не случилось. Разве что узнала о девице, которая распускала сплетни о госпоже, мол, Сильвия — любовница высокопоставленного лорда, да и красоты в ней ни на грамм — все магией выправлено. Пришлось проникнуть в комнату этой девицы, чтобы немного изменить состав ее шампуня. Залила туда средство от волос. Между прочим, шикарная штука: один раз использовал — и полгода на ноге не единой волосинки! Надеюсь, отсутствие шевелюры на голове поможет умным мыслям влиться в пустую голову этой девицы.

Но что-то меня все равно тревожило. Наверное, именно потому этой ночью я решила не смыкать глаз. И игл побольше набрать. Госпожа глянула на меня, улыбнулась и подтащила к себе меч поближе — под подушку. Меч госпожа любила еще с детства, научилась хорошо владеть прямо после пресловутого нападения.

Предчувствие не обмануло, потому что глубокой ночью, когда все приличные люди и нелюди спят, я услышала легкие шаги. А потом поняла, что печати на двери начинают вполне себе профессионально взламывать…