Глава 47

Я стояла перед парадным входом дворца совершенно ослабевшая от нервного напряжения. Меня поддерживал под руку Элиан, и, если бы не он, валяться мне в обмороке, как не в меру впечатлительной девице.

Мы ожидали приглашения во дворец, безусловно, но думали, что это будет формальность, на которой какой-нибудь вельможа вручит мне бумагу, подтверждающую титул и всё на этом. То, что меня пригласят на бал, стало новостью даже для Элиана.

Курьер доставил приглашение графу Отису, так как с его адреса было отправлено прошение. В карточке было чётко обозначено: нас обоих ждут на бал.

– Зачем? – Растерянно смотрела я то на бумагу, то на Элиана.

– Сам не пойму. Возможно, хочет представить тебя, как единственную наследницу считавшегося угасшим рода. Аристократы редко имеют более одного-двух детей, и постепенно, когда-то обширные семьи исчезают. Его Величество не так давно сетовал, что такими темпами, скоро придётся давать титулы простолюдинам.

– Но мой отец простой баронетт, не самый значимый титул в государстве.

– Возможно, дело не совсем в звании. Твой дед был одним из самых преданных поданных короля, за что и получил право передавать фамилию по наследству. Однако он отказался от богатых земель близ Аснэлы и предпочёл остаться в родном краю. Пусть даже простым баронеттом. Там не было свободных земель, которые можно было даровать и тем самым, повысить его статус. Но дед нашего короля оценил истинный патриотизм и сполна одарил баронетта деньгами. Ты, должно быть, богатая наследница.

– Откуда это вам известно? Помнится, когда мы посещали архив, вы и фамилии Риан не слышали.

– Навёл справки, – лукаво улыбнулся Элиан.

Гадали мы о мотивах короля долго, но как бы то ни было, сейчас оба стояли перед дворцом. На мне было моё белое платье, к которому я купила несколько нитей жемчуга, идти во дворец без украшений – моветон. Не знаю, зачем, скорее по наитию, прихватила с собой все патенты. А может, хотелось доказать, что я не зря получу благородное имя и достойна своих предков.

Казавшееся издали мрачным, здание дворца вблизи производил совершенно иное впечатление. Неприступная твердыня, да, но не унылый каменный массив.

Толстые стены из серого камня были богато украшены резьбой, и до второго этажа по ним вились лозы незнакомых мне цветов с мелкими розовыми бутонами и невероятным ароматом, чем-то напоминающим запах акации. Они смотрелись драгоценным украшением на «теле» замка. Круглые каменные колонны поддерживали тяжёлый портик, где по стенам шли изумительные барельефы с пасторальными сюжетами.

Мы поднялись по широким ступеням, и стоило мне перешагнуть порог, как я ахнула от окружившего меня великолепия. По серым стенам внутреннего убранства было разлито золото, в буквальном смысле. Те же барельефы, что и снаружи, здесь были украшены, даже не знаю, как это назвать, золотыми узорами, которые словно впаяны в камень. Никогда мне не приходилось видеть столь тонкой и необычной работы.

– Какая красота, – выдохнула я, невольно замерев на месте.

– Да, секрет этого искусства известен лишь одной семье мастеров и ревниво оберегается от чужих глаз и ушей.

Мы прошли широкую анфиладу коридоров и попали в просторный зал. Его высокий сводчатый потолок опирался на монументальные колонны с такими же золотыми узорами. Пламя от канделябров и многоярусных люстр брызгами света отражалось в драгоценном металле.

Повсюду в парадном зале стояли цветы: в корзинах, вазах, кадках. Возле стен были огромные горшки с настоящими деревцами, окутанными вуалью бутонов. В золотых клетках пели яркие птицы. Весь зал напоминал райский сад, где степенно прогуливались полные достоинства кавалеры и нарядные дамы. Между деревьев примостились узкие и длинные столы с угощением: напитками и сладостями.

Я чувствовала себя не в своей тарелке, придирчиво оглядела наряды фрейлин и, убедившись, что моё платье не хуже, немного успокоилась.

– Смелее, дони Исадора, не тушуйтесь, – Элиан поднёс мне бокал вина.

– Легко сказать, чувствую себя воришкой, который забрался в покои господ, – я расправила веер, обмахиваясь, на улице и в зале было жарко, а моё платье из плотной ткани с длинными рукавами только добавляло мучений.

На меня метнулось несколько любопытных и заинтересованных женских взглядов.

– Вы на своём месте и в своём праве. И никогда не думайте иначе, – одёрнул меня граф Отис, – гордитесь именем и титулом.

– Всё меняется так стремительно, что не поспеваю привыкать к всё новым статусам, – улыбнулась ему с благодарностью за эту отповедь, что привела меня в чувство. И правда, что я робею? Пусть и не маркиза, да и не герцогиня, но и не девчонка с улицы. Осталось только тот самый титул получить. По телу опять пробежала дрожь, когда представила, как пойду перед всеми этими напыщенными донами.

Между тем гостей становилось всё больше, мы отошли вглубь зала, расположившись на низких мягких диванах. Я с любопытством разглядывала дамские наряды, прикидывая в уме, какие новые модели можно предложить жительницам Меглора, а потом и всего Террадора.

Тут мой взгляд приметил в толпе знакомую сухопарую фигуру. Бруно! И неподалёку Беатрис, в пылающе-алом наряде со вставками изумрудно-зелёного. Пальцы унизаны перстнями, на руках рубиновые браслеты, на шее – ожерелье. Чёрные волосы собраны в высокую причёску, лишь пара локонов ниспадали на тонкую белую шею. Герцогиня улыбалась, разговаривая с кем-то из фрейлин королевы. Монаршей четы пока не было, и гости развлекали себя неторопливой беседой.

Я обратила внимание на платья, в которых щеголяли некоторые фрейлины, они были явно с фижмами, но пошиты коряво. Бруно, купив у меня право на использование изделий, даже не поинтересовался, как они должны крепиться к платью, видимо, доверив это своим помощникам. Фижмы, судя по виду, были пришиты по всей длине, отчего платья при ходьбе некрасиво топорщились, а сесть в подобном «конструкте» и вовсе будет практически невозможно.

– Какой позор, – прошептала я, бледнея, – все в Аснэле подумают, что это я создала вот этот ужас. Патент-то принадлежит мне!

– Что случилось? – Заметил мой взгляд Элиан.

– Только гляньте, что они сделали с моими фижмами. Кошмар! – Указала на платья дам.

– Позвольте, дони Исадора, не понимаю в чём причина вашего волнения, – граф Отис заметил Бруно, – кого я вижу. Вот так сюрприз. А для герцогов Кассиани и подавно, – он как-то злорадно улыбнулся.

Зазвучали фанфары, раздался стук жезла распорядителя балов, и в распахнутые двери вошла королевская чета, идя вдоль двух рядов в спешке выстроившихся придворных. Монархи дошли до своих тронов, устроились на возвышении, украшенном золотым балдахином.

В зале воцарилась тишина, музыка смолкла. Распорядитель: тощий высокий старик с напомаженной бородкой и усиками вышел вперёд.

– Его величество король Террадора Стефан Первый и его супруга королева Террадора Её Величество Габриэль рады приветствовать вас на этом приёме. Сегодня вручаются верительные грамоты тем, кто заслужил своё право быть поставщиками королевского двора!

Загремели аплодисменты, а я заметила, как Элиан хлопнул себя по лбу:

– Как же мог забыть, последний бал на исходе весны всегда посвящён аристократам, чьи заслуги его Величество хотел бы отметить. Право слово, дони Исадора, – рассмеялся он, – с вашими перипетиями и забыл об этом приёме. К тому же за долгое отсутствие просто отвык от всей придворной кутерьмы.

– Тогда мы с вами на равных, – усмехнулась я в ответ.

– Выходит так. Сейчас узнаем, кого отметил своим вниманием Стефан Первый.

Распорядитель монотонно зачитывал с длинного свитка заслуги очередного отличившегося аристократа, и из толпы вышел высокий мужчина в синем бархатном таперте (прим. автора – мужская верхняя одежда с длинными рукавами с буфами и разрезами на локтях, заканчиваются манжетами) и высоких сапогах, стянутых по высоте голенища ремнями с вычурными пряжками. Толстая кожа обуви не давала согнуть ноги в коленях, отчего походка мужчины смотрелась неуклюжей, да и кожа была не самой лучшей выделки. Я поморщилась, глядя на обувь плохого качества, и мысленно потёрла руки. Если делать голенища из нашей мягкой, хорошо прокрашенной кожи, они быстро придутся по вкусу всей знати. Как мне не терпелось вернуться домой и, наконец, спокойно заняться всеми проектами.

Бал шёл своим чередом, прошли чествования придворных, чопорные танцы с многочисленными сложными па и сменами партнёров. Элиан было хотел меня пригласить, но я отказалась. Слишком замудрёно.

К трону монаршей четы по приглашению фрейлин подходил то один, то другой из гостей. Казалось, король поставил себе целью побеседовать с каждым. Однако если учесть, что все сюзерены являются и владельцами различных предприятий, то интерес монарха понятен. Это и налоги в казну, и рабочие места для народа, и прибыль государства от торговли. Я ждала, когда пригласят и меня, но распорядитель отошёл в сторону, свернул свой длинный свиток и больше не приближался к трону. Недоумённо пожала плечами, и мы с Элианом устроились возле одной из колон на круглых мягких пуфах, ведя неспешную беседу. Вот мимо нас промелькнула фрейлина, и я заметила, как она пригласила следовать за собой Бруно и Беатрис. Элиан перехватил мой взгляд и замолчал. Мы оба прислушались, о чём будут беседовать король и герцог. Сквозь шум толпы их разговор было не разобрать. Поднявшись, я подошла ближе, насколько позволяли приличия.

Стефан Первый хмурился:

– Дон Бруно, моей супруге пожаловалась куратор нашего гардероба, маркиза Сильи, что сорваны несколько поставок тканей из вашего герцогства. В чём причина?

Бруно побагровел и странно дёрнул шеей:

– Прошу простить меня, Ваше Величество. Больше подобного не повторится. Свадьба сына заняла всё моё время.

– Полноте, – отмахнулся монарх, – будто вы самолично сидите за станком.

Тут Габриэль наклонилась к супругу и что-то прошептала на ухо.

– Ах да. Ваше изобретение.

– Фижмы, – подхватила королева, – они громоздки и неудобны. Мы недовольны, – хорошенькое личико Габриэль сморщилось.

Ваше изобретение?! Услышав такое, я дёрнулась вперёд и замерла, осознав, что лезть к трону не лучшая идея. Но король заметил мой порыв.

– Дитя, вы хотели что-то сказать, – благодушно улыбнулся Стефан Первый, – вот, ещё одна, недовольная вашим приспособлением, – попенял герцогу король.

– Простите, Ваше Величество, – я склонилась в глубоком реверансе, – но это моё изобретение.

Бруно и Беатрис пожирали меня ненавидящими взглядами.

– Даже так? – вскинул брови монарх, – дони, это серьёзное обвинение. Герцог Кассиани наш поставщик уже много лет и ни разу не запятнал себя неблаговидными поступками. Кто вы? Представьтесь.

Вперёд выступил Элиан, стоявший чуть позади меня:

– Ваше Величество, это и есть та наследница рода Риан и Марини, дони Исадора.

– Ах да-а-а… Любопытный случай. Мы даже сами читали вашу депешу, – король подался чуть вперёд, внимательно изучая меня взглядом, – вот вы какая. Признаться, приберёг возвращение вашего титула напоследок. Нечасто нам удаётся наблюдать возрождение старого славного рода. Баронетты Риан много лет были хранителями наших границ. Итак, что вы хотели сказать?

Я вытащила патенты, которые лежали свёрнутыми в моей сумочке, притороченной к поясу, и протянула их королю. Тот развернул, внимательно изучая каждую бумагу, передавал документы супруге, что-то тихо говоря ей на ухо.

Бруно застыл соляным столбом, а Беатрис нервно кусала губы. Элиан встал рядом со мной, отчего я чувствовала себя защищённой.

Король нахмурился и поднял недовольный взгляд на герцога:

– Как это понимать?

В тишине, что повисла возле трона, слышно было, как Бруно гулко сглотнул застрявший ком в горле.

– Это ошибка, – выступила вперёд Беатрис.

– Хотите сказать, герцогиня Кассиани, что ваш собственный магистрат ошибочно выдал документы этой дони на ваше изобретение. Забавно.

– Позвольте, Ваше Величество, – склонился Элиан, – я сам был свидетелем получения патентов дони Исадорой. Вы могли заметить, насколько у неё пытливый ум.

Тем временем Габриэль поманила меня к себе и взглядом указала на веер. Женщины любопытны, хоть королевы, хоть крестьянки. Я распахнула веер и подала его монархине. Та осмотрела, помахала им из стороны в сторону, кокетливо прикрыла лицо, явно наслаждаясь моим изобретением.

– Мы недовольны вами, дон Бруно, – продолжил Стефан.

– Ваше Величество, – тихо сказала я, привлекая внимание короля. Достала бумаги из Темпл-Эклесси и документ выкранный из замка, – тайна моего рождения открылась совсем недавно. Простите мою дерзость, но только вы можете разрешить некоторые… спорные моменты… связанные с семьёй Кассиани, а именно, почему меня записали совсем на чужих людей. Записали дочерью конюха.

Действовала я спонтанно, но чётко понимала, что лучше момента узнать о моём прошлом больше просто не будет, потому и набралась отчаянной решимости.

Стефан взял бумаги и просмотрел сначала одну, потом другую:

– Я видел, когда простолюдина пытались выдать за аристократа, но чтобы наоборот… Потрудитесь объяснить, донья Беатрис, что всё это значит?

Как рыба, выкинутая на берег, она открывала рот, силясь что-то сказать. Бруно в недоумении уставился на неё.

Эге, а герцог-то не при делах, мелькнула у меня мысль.

– Впрочем, – поднял руку монарх, – сейчас не время и не место для подобных разговоров. Извольте проследовать в наш кабинет и дождаться нас там.

По бокам от герцогов точно из-под земли выросли дюжие лакеи, и Бруно с Беатрис удалились из зала под удивлённые взгляды гостей.

– А вы, дони Исадора, – продолжил Стефан Первый, – встаньте передо мной, дитя.

Появился распорядитель с бумагами в руках. В зале воцарилась тишина.

– Честь нашего государства, – начал пафосно свою речь придворный, – это благородные семьи, что хранят и приумножают благосостояние родной державы, берегут его границы, заботятся о подданных Его Величества. Сегодня мы хотим вернуть титул роду, считавшемся угасшим, равно как и всё имущество и земли им принадлежащие. Перед вами, благородные доны, последняя своей фамилии, Исадора баронисса Риан!