Глава 1

— Яна, тебя в библиотеку зовут, — громкий голос старшей горничной ворвался в мой утомленный мозг, и я вздрогнула от неожиданности, чуть не выронив перо.

Проверять при свете свечей книгу расходов — дело сложное и неблагодарное, особенно, если до этого ты носилась по дому, как белка в колесе. Подготовка к скромному вечернему приему на пятьдесят персон легла полностью на мои хрупкие женские плечи, лорды Морвейны демонстративно умыли руки от этого геморроя. Хотя, собственно, вспоминая исторические романы, такими вещами всегда занимались женщины, ничего удивительного. А я уже задерганная, дальше некуда, и невыспавшаяся, что вообще опасно для окружающих. Слуги старались лишнего слова мне поперек не сказать, только Хлоя, та самая старшая горничная, спокойно сносила мое раздражение. Ну да, она-то здесь уже давно, и наверняка от хозяев тоже терпела всякое. Я же в особняке всего пару недель, и до того, как заняла должность экономки, занималась совсем другими делами, да и жила совершенно в другом месте…

— Аааа, идуууу, — зевнула я, ожесточенно протерла глаза и встала.

Наступило время ежевечерней проверки моих знаний по истории Арнедилии — до экзамена оставалось три недели. По спине невольно пробежал холодок — не то, чтобы я боялась лордов, но… Они вели себя странно, на мой взгляд. Вроде как, на прислугу господа Морвейны не должны обращать внимания вообще, ибо для аристократов это нормально, как говорили опять же все исторические книги моего родного мира. Но почему-то с момента, как я оказалась здесь, в этом мире, и в доме Морвейнов в частности, у меня ощущение, что за мной наблюдают каждый удобный момент. И с вполне определенным интересом… Вдвойне неуютно, признаться. О том, как хозяева приставали к бедным беззащитным служанкам, тоже немало книг написано.

Может, все дело в том, что я не местная? То есть, попаданка. Обычная такая, которая переступив вечером порог собственной ванной, вдруг оказалась в другом мире. В спальне Морвейна-старшего. В одном полотенце на голое тело. А тут законы строгие: если тебя не дай бог при переходе занесло в дом какого-нибудь аристократа, ты становишься его собственностью и получаешь браслет Подчинения. Он при надевании превращался в замысловатую татуировку — магия, однако. Такие, как я, в Арнедилии не редкость, как мне объяснил в первом разговоре Эрсанн Морвейн, старший лорд. В этом мире время от времени случались спонтанные проколы пространства, иными словами — открывались порталы, и из них появлялись люди. Хорошо, если на улице, тогда такого бедолагу городская стража отводила в ратушу, в отдел попаданцев, и дальше уже с ним работала.

Мне повезло меньше, я вывалилась уже в доме местных аристократов и тут же получила место экономки. Причем с четкой перспективой очутиться еще и в постели как минимум одного из Морвейнов, а то и двоих сразу… Снова вспомнилось, как я сюда попала, наш первый разговор с Эрсанном.

Ничего не предвещало неприятностей, я, как всегда, повалялась в ванной с вкусно пахнущей пенкой, сполоснулась и завернулась в полотенце, предвкушая, как сейчас завалюсь с книжкой в кровать. Я любила перед сном почитать что-нибудь интересненькое, настроить себя, так сказать, на хорошие сны. Не тут-то было. Открыв дверь и шагнув в темный коридор, я оказалась вовсе не в родной квартире, а… когда проморгалась, узрела большую, роскошно обставленную спальню, кровать с деревянным изножьем, интерьер типа дворцового.

Сказать, что я была в шоке, ничего не сказать. Особенно, когда с этой самой кровати поднялась фигура, щелкнула пальцами, и я узрела высокого темноволосого мужчину с пронзительным взглядом, совершенно без одежды, если не считать обернутой вокруг бедер простыни. Засмотревшись на сильное, красивое тело с четко очерченными мышцами, я, признаться, пропустила момент, как хозяин спальни оказался рядом со мной. Двигался он очень быстро и совершенно бесшумно. Без всяких объяснений незнакомец ухватил меня за руку и нацепил мне на запястье браслет — когда и откуда он достал украшение, тоже не отследила. Я мявкнуть не успела, как на моей руке, от пальцев почти до локтя проявился изящный узор из темно-голубых линий, похожий на кружево, а сам браслет исчез. По коже прошло легкое покалывание, голова на мгновение закружилась. Еще порция шока и отказ сознания искать разумное объяснение происходящему. Но тут заговорил незнакомец, частично вырвав меня из оцепенения. Наверное, этот чудо-браслет, превратившийся совершенно неожиданно в татуировку, каким-то образом сделал так, что я могла теперь понимать местный язык, ибо прекрасно поняла хозяина спальни. Его слова подтвердили мою догадку.

— Отлично, теперь вы сможете понимать меня. Поскольку сейчас ночь, а утром мне на работу, вас проводят в комнату, где переночуете. Поговорим завтра, — голос у мужчины оказался приятным, негромким и низким.

Так и хотелось сказать — бархатистым, несмотря на отсутствие теплоты. Говорил хозяин спальни равнодушно, хотя взгляд, который я поймала прежде, чем выйти за Хлоей из спальни… Оценивающий, чисто мужской. Ну да, полотенце едва прикрывало ноги до середины бедра и оставляло плечи и руки открытыми. По местным меркам я вообще голой перед ним стояла. Уф. Только добравшись до скромной комнатки — как потом узнала, прежней экономки, — и свернувшись калачиком на довольно жестком матрасе, я в полной мере осознала, что со мной произошло. Странно, но так уж глубоко переживать почему-то не получилось, равно, как и впадать в истерику. Дома не ждали ни дети, ни муж, ни даже кошка. Я давно жила одна. Да, где-то на задворках сознания шевелилась мысль, что сплю и вижу сон, но очень уж реалистичный сон-то выходит.

Утром разбудила та же Хлоя, миловидная девушка лет девятнадцати с открытой, дружелюбной улыбкой.

— Лорд Эрсанн ждет, одевайся. Как тебя зовут?

— Яна, — я зевнула, сев на кровати и протерев глаза.

— Ну я Хлоя, ты слышала, — девушка протянула мне темно-коричневое платье с длинной юбкой и глухим воротом.

Единственным украшением служил белый передник. Хм. Сама Хлоя, между прочим, была одета в платье посимпатичнее, приятного серо-голубого цвета, с небольшим вырезом и кружевными манжетами. Да, только размер у горничной точно не мой, я такой была в далекие студенческие годы. Ладно, надену, что дают, там видно будет. К платью прилагалось и белье, к моему облегчению: нижняя сорочка на тонких лямках, из батиста, чулки и обычные такие трусики из хлопка, только на крючочках сбоку. Ну хоть не панталоны, слава богу. Пока одевалась, Хлоя пыталась подбодрить:

— Ты не переживай, Морвейны хорошие хозяева, хоть и строгие иногда. Тебя здесь не обидят, точно. Сейчас поговоришь, потом покажу дом, расскажу, что где, и как у нас все устроено.

Ох ты ж, так тут этих Морвейнов еще и несколько, что ли? Хотя, скорее всего, жена точно имеется, вряд ли такой мужик еще в холостяках ходит. Однако уточнять у Хлои не стала — мало ли, что подумает, если я с ходу начну интересоваться личной жизнью хозяина дома.

— Спасибо, — пробормотала я, сонное сознание воспринимало щебет девушки, как фон.

Для меня, злостной совы, ранние подъемы смерти подобны. Но очень скоро я узнала, что мне придется или срочно переквалифицироваться в жаворонки, или… или одно из двух, собственно. Гребень Хлоя тоже принесла, и когда я привела волосы в порядок и заплела косу, повела к хозяину дома.

— Ты, главное, не возражай и веди себя вежливо и почтительно, — наставляла Хлоя, пока мы поднимались по лестнице. — Лорд Эрсанн не любит, когда ему дерзят, — горничная обернулась и посмотрела на меня с легким беспокойством. — Я понимаю, раньше у тебя, наверное, другая жизнь была, но лучше бы тебе привыкнуть к нынешней.

Я моргнула, уставившись на Хлою.

— Ты не удивлена, что я вот так появилась среди ночи в доме? — осторожно спросила горничную.

Та махнула рукой.

— А в Арнедилии такое часто, гости из других миров, — ошарашила она меня ответом. — Случается, и в домах появляются, да. Тебе лучше лорд Эрсанн расскажет, если захочет, я в этом мало понимаю.

Мы дошли до двери, Хлоя постучала и я услышала приглашение войти — тот самый голос, принадлежавший лорду Эрсанну Морвейну, как поняла. Девушка распахнула дверь и кивнула.

— Иди, — шепнула она и улыбнулась.

И я храбро переступила порог спальни, в которой появилась этой ночью. Хозяин дома стоял посреди комнаты, наполовину одетый, и застегивал кружевной манжет на белоснежной рубашке. Сейчас, при свете дня, я могла лучше разглядеть того, к кому меня занесло по нелепой случайности и странному стечению обстоятельств. Красивый, да. На вид, где-то между тридцатью и сорока, наверное, хотя могу и ошибаться. Кто его знает, как тут обстоит дело с продолжительностью жизни — раз магия есть. В темных, слегка волнистых волосах ни единого седого, на гладко выбритом лице морщинки лишь в уголках глаз. Квадратный подбородок, твердо очерченные губы, темно-голубые глаза, и во всем облике аристократизм и длинная череда фамильных портретов в галерее так и сквозит. Именно так я представляла себе лордов, когда читала книжки. Однако долго рассматривать не получилось — мужчина бросил на меня непроницаемый взгляд и заговорил. Я почему-то смутилась и уставилась в пол, изучая рисунок ковра под ногами и внимательно слушая.

— Ваше появление немного неожиданно, сударыня, и сейчас у меня нет особо времени, я тороплюсь на работу, — заговорил лорд Эрсанн все тем же ровным, почти равнодушным тоном. — Если кратко, то, как вы уже поняли, вы находитесь в другом мире, а поскольку появились в моем доме, то являетесь моей собственностью, — вот после этих слов я вскинула на него недоверчивый взгляд и чуть не ляпнула "Чего-о-о?"

Какая к черту собственность? Тут что, рабовладение, что ли? Но вспомнила совет Хлои не перечить и проглотила возмущенный возглас. Другой мир, другие правила, Яна, а то не читала книжек про попаданок всех мастей и статей. Стоим и молча слушаем дальше.

— Об этом говорит браслет на вашей руке, — как ни в чем не бывало, продолжил Эрсанн и взял со стула удлиненный приталенный пиджак темно-синего цвета, украшенный узким серебристым кантом по краям рукавов и борту. — Он же вложил в ваше сознание возможность понимать наш язык и читать на нем, это вам очень пригодится. Каждый, кто попадает в наш мир, проходит экзамен. Я составил список книг, которые вам следует изучить, срок — месяц. Каждый вечер буду спрашивать по прочитанному, халтурить не советую, — пристальный, оценивающий взгляд темно-голубых глаз медленно прогулялся по мне, Эрсанн протянул сложенную бумагу. — Вот, держите. Через месяц домашний экзамен по знанию этого мира. Как зовут?

— Й-яна, — запнувшись, ответила я, пытаясь уложить в голове услышанное, на чистом автомате подошла ближе и взяла листок.

Здорово, да, еще и экзамен какой-то сдавать. За месяц нереально изучить мир. Или от меня требуется знать только общие сведения?

— Я вечером вернусь, обсудим подробнее твое положение в этом доме, Яна, и с сыном познакомлю, он из командировки возвращается, — Эрсанн легко и непринужденно перешел на "ты", даже не спрашивая, а хочу ли я такой фамильярности. Хотя, что это я, какое "спрашивая". Лорд же. И, кстати, сам не представился — полагал, что спрошу, или надеялся, Хлоя уже сказала? Мозг машинально отметил сведения о сыне — точно, жена имеется. Всего лишь на мгновение кольнуло сожаление, но я тут же одернула себя — не о том думаешь, Яна. — Ко мне и Лоресу обращаться "милорд" или "ваша светлость", попрошу запомнить. Хлоя тебе все покажет и расскажет, пока можешь посидеть в библиотеке и посмотреть книги. Ужин в восемь, за ним и пообщаемся, — он снова окинул меня взглядом, и снова я с трудом подавила дрожь. Ну чего смотрит, я обычная женщина, не красотка, от которой глаз не оторвать. Да еще и в этом платье вообще выгляжу, как пугало, — Из дома выйти не пытайся, защита тебя не пропустит, пока я не разрешу, — добавил Эрсанн и шагнул ко мне. Крепкие пальцы ухватили за подбородок, подняли лицо. Я всего на миг встретилась с его глазами и тут же отвела взгляд, чувствуя, как совсем некстати щекам стало тепло. С какой радости краснею-то? — Хм, а ничего так, думаю, Лор тоже оценит, — обронил он, и скрытый смысл слов Эрсанна хоть и не сразу, но дошел до меня. Возмутиться странными намеками не успела. — Есть будешь с остальной прислугой на кухне, — добавил лорд.

Потом отпустил и вышел из спальни. Я же, прикрыв глаза, с трудом сглотнула, на подгибающихся ногах доползла до стула и буквально рухнула на него, ноги не держали. Именно сейчас сознание решило перестать притворяться ничего не понимающим, и меня накрыло четкое понимание: происходящее не сон. Я действительно в другом мире, в доме аристократа, да еще и на правах его собственности. Что это означает, чувствую, очень скоро узнаю на собственной шкуре. В голове тут же возник целый букет вопросов, на которые можно попытаться узнать ответы у Хлои, если она не очень занята. Спрашивать Эрсанна… было боязно. Он напоминал мне некоторых моих прошлых начальников, которые с такой же невозмутимой мордой, как у лорда, могли и об увольнении без объяснения причин сообщить, и о назначенной премии. Я таких всю жизнь побаивалась, к стыду своему, не умея толком защищать себя в случае чего и отстаивать свои интересы. Поэтому и пришла к выводу, что офисная работа вообще не мое.

Сейчас у меня выхода особого не было, с Эрсанном и его пока незнакомым мне сыном Лоресом придется видеться часто и привыкать к новым условиям жизни. Странно, кстати, что не упомянул про жену — с ней меня не собирались знакомить? Не достойна, что ли?.. Вопросы, вопросы. Но для начала надо бы проверить кое-что — действительно ли не смогу выйти из дома. Не то, чтобы горела желанием, в незнакомый мир соваться без подготовки особо охоты не было, там наверняка опасно для меня, не знающей реалий местной жизни. Я встала, направилась к выходу из спальни, и пальцы сами потянулись поднять рукав платья, посмотреть еще раз на узор на руке. Лишнее подтверждение, что происходящее — не сон. А из дома действительно не получилось выйти, дверь просто не открылась. Ну и ладно.

Потом пришла Хлоя и увела меня в кухню, где прежде всего накормила завтраком и представила остальной прислуге. Имен, конечно, я не запомнила, страшно смущалась, потому что в компании незнакомых людей чувствовала себя крайне неуютно и неуверенно. Хлоя, видимо, что-то заметив, не дала слугам рассиживаться, и быстренько отправила всех по заданиям. А меня повела показывать дом и объяснять, что где находится. Я по большей части помалкивала, несмотря на вопросы, преодолеть природную застенчивость, мешавшую мне жить даже несмотря на то, что мне уже слегка за тридцать, не получалось. Сначала пообвыкнусь, обживусь, а потом начну потихоньку выяснять, что и как. Может, еще вечерний разговор с лордом Эрсанном прояснит некоторые моменты… До ужина я просидела в библиотеке, изучая выданный список и с тоской размышляя, как же успею все это выучить за месяц. Книг оказалось гораздо больше десяти.

Дальше углубиться в воспоминания моего прибытия в мир Арнедилии не успела, ибо пришла к библиотеке, где ждали Морвейны. На мгновение остановилась, подавив малодушный приступ паники и собираясь с духом, чтобы войти. Беда в том, что я понятия не имела, что же меня ждет за этой дверью — то ли очередное замечание, то ли обычная проверка моих знаний. Замечаний я откровенно боялась, хотя уж тут уволить меня точно не могли. Но противное чувство вины после них не проходило долго — один из моих многочисленных тараканов, спасибо "правильному" воспитанию матушки. Ладно, Ян, тебя ждут, вперед и с песней. Перед смертью не надышишься. Толкнула тяжелую резную дверь, зашла, глядя прямо перед собой и стараясь не обращать внимания на противное сосущее чувство под ложечкой. Морвейны откровенно пугали и притягивали меня, как мотылька к огню, и, пожалуй, собственных смутных чувств и реакции на них я боялась куда больше, чем возможных действий лордов.

Жить с красивыми, харизматичными мужчинами, пусть даже аристократами, ведущими себя порой не совсем так, как я привыкла, и не испытывать к ним ничего — это надо быть фригидной бабкой под восемьдесят. Да еще к тому же, оказавшимися холостяками, оба. Что случилось с матерью Лореса и была ли она в самом деле законной супругой старшего, спросить опять же стеснялась. Останавливали опасения, что могут подумать обо мне, услышав такой интерес к личной жизни хозяев. Я даже самой себе боялась признаться, что все эти две недели моего нахождения в доме Морвейнов в душе сидит страх посильнее, чем возможная перспектива приставаний лордов. Я отчаянно боялась втюриться, как последняя дура, в своих работодателей. Да, в обоих, как ни странно звучит, ибо Морвейны представляли собой великолепные образчики мужчин, которые в моем мире встречались крайне редко и не в моей жизни. Встань вдруг передо мной вопрос выбора всерьез, боюсь, не смогла бы определиться. А я уже достаточно прожила и накопила опыта, чтобы понимать: ничего мне тут не светит, кроме разве что перспективы стать развлечением для кого-то из Морвейнов на недолгое время. Наверняка вокруг них крутится множество женщин их круга, и побогаче, и покрасивее, которые подойдут им в качестве спутницы гораздо больше, чем я. Янка, о чем думаешь вообще? Какая из тебя спутница для аристократа? Вернись живо с небес на землю. Ты для них представляешь самое большее, постельный интерес, как личность, вряд ли интересуешь господ лордов.

— О чем замечталась, Яна? — раздался насмешливый голос Эрсанна и я вздрогнула, вынырнув из очередной порции размышлений.

Имелась у меня такая милая привычка уходить в себя и свои мысли. Сердце подскочило к горлу, я лихорадочно решала — вопрос требует ответа, или он риторический? И если первое, что сказать? Не ляпнуть же в лоб "О вас, ваша светлость, и вашем сыне"? Какой может быть реакция на мое признание, я старалась не думать.

— Добрый вечер, милорды, — ровным голосом произнесла я, не отрывая взгляда от ковра на полу, и присела в реверансе, немного неуклюжем — в длинном платье неудобно, я постоянно боялась, что когда буду выпрямляться, наступлю на подол и позорно упаду, являя хозяевам зрелище чулок с подвязками.

Смотреть в лицо Морвейнам, и старшему, и младшему, я тоже не могла, только изредка и совсем недолго. Моментально охватывало замешательство, нападало косноязычие и не дай бог еще, румянец выдавал мое смятение. Нарваться на расспросы, отчего краснею, как девчонка, и мямлю, не хотелось. Морвейны дотошные, пришлось бы признаваться, что… их светлости волнуют меня своим присутствием. Неизвестно, во что выльется мне же мое признание.

— Добрый, добрый, — немного рассеянно отозвался Эрсанн и вдруг спросил. — Почему ты всегда в пол смотришь, Яна? Мы так противны тебе, что ли?

Вот, вот оно. То, чего боялась больше всего — Морвейны все же заметили. Черт. И что ответить? Облизнула ставшие сухими губы, украдкой вытерла вспотевшие ладони о юбку — благо, в широких складках незаметен мой жест. А молчать нельзя, нельзя, иначе точно не отцепятся.

— Ну… прислуга должна вести себя почтительно, — выдавила из себя, с безнадежностью понимая, что версия объяснения мягко говоря притянута за уши.

Почтительность и мое нежелание смотреть лордам в лицо никак не связаны, Хлоя, вон в их присутствии головы не опускает, и глаз тоже. Конечно, не пялится беззастенчиво на хозяев, но ее взгляд всегда направлен на них. Я же не могу-у-у. Не могу спокойно смотреть на тех, кто… заставляет меня нервничать, скажем так. И хотя разглядывала ковер и узоры на нем, могла спорить, на что угодно, темная бровь Эрсанна сейчас вздернулась, а на породистом лице появилось иронично-насмешливое выражение.

— О, а ты считаешь, признак почтительности — это обязательно опущенная голова и взгляд на ботинки хозяина? — со смешком поинтересовался Морвейн-старший и кратко приказал. — Подойди.

Глаза поднять все же пришлось. Младший, Лорес Морвейн, сидел во втором кресле, держал бокал с вином в руке и выглядел… так небрежно по-домашнему, в рубашке с расстегнутыми верхними пуговицами. Более молодая копия отца, такое же холеное лицо, и даже усмешка одинаковая. Очень некстати наши взгляды встретились, и от огонька, горевшего в темно-голубой глубине его глаз, меня охватила противная слабость. Видя, что я замешкалась, Эрсанн поманил пальцем — в другой руке он тоже держал бокал с вином. Вернув подскочившее сердце на место, я приблизилась, остро пожалев, что маленький столик стоит между креслами, а не впереди, и оба Морвейна легко могут дотянуться до меня. Казалось, в усмешках таится непонятное мне предвкушение, от которого то и дело пробирала дрожь, и сбивалось дыхание. Вот никогда не умела толком вести себя с мужчинами, которые мне нравились, и держаться в их присутствии раскованно и свободно. А уж если замечала, что с их стороны ко мне тоже… какие-то признаки интереса, все, хана. Из взрослой женщины превращалась в неуверенную и нервную барышню осьмнадцати лет и делала глупости. Еще больше смущало, что волновал и старший, и младший…

— Итак, сначала вопросы, — Эрсанн небрежно пролистнул несколько страниц книги, лежавшей на его коленях. — А потом поговорим о подготовке к предстоящему вечеру. Надеюсь, подготовилась?

Ох. Хороший вопрос. Читать читала, свод законов Арнедилии, но отложилось ли что-то в голове, сомневалась. День сумасшедший вышел: с утра приезжала цветочница, уточнить по заказу цветов для украшения дома, потом ругалась с мясником о цене на вырезку для ужина — он почему-то решил, что я забывчивая и не помню, сколько стоило мясо в прошлый раз. Пришлось его неприятно удивить. Неуклюжая Алли разбила две чайных чашки, убирая после завтрака, и пришлось внести в список предстоящих покупок и посещение посудной лавки. В кладовой запасных не осталось. Ну и, пробежаться по меню, просмотреть, что есть из запасов, а что придется закупать, просчитать примерный бюджет всего безобразия — мне его еще показывать на утверждение. Читала урывками, между делами, и в обед, торопливо глотая вкусный овощной крем-суп с куриными сердцами. Ладно, надеюсь, память не подведет и каверзных вопросов лорды мне задавать не будут. Я расправила плечи и кивнула.

— Да, подготовилась, — негромко ответила почти нормальным голосом.

Удалось взять себя в руки и не обращать внимания на пристальный взгляд Лореса. Пожалуй, теперь я радовалась, что мне в наследство достались скромные и невзрачные наряды предыдущей экономки. Очень некстати мелькнула мысль, не дававшая покоя с первого дня моего появления здесь, как состоялся вечерний разговор с Эрсанном. А мысль была о случившемся с моей предшественницей… Как любезно сообщил старший лорд еще в том самом вечернем разговоре в мой первый день в его доме, девушку убили. Больше никаких подробностей мне не поведали, а взгляд хозяина дома не отрывался от меня, и в нем притаилось отстраненное любопытство. И снова я далеко не ушла в дебри воспоминаний.

— В прошлый раз мы остановились на том, что запрещено простым людям не знатного происхождения по отношению к аристократам, — Эрсанн отпил глоток вина, пробежался глазами по странице. — Расскажи-ка мне, Яна, за что полагается смертная казнь?

Невольно вздрогнула и поежилась. Дико звучало для меня, современного человека, который электрический стул видел только в фильмах, как и палачей с топорами. Но опять же, здесь другие правила и другая жизнь.

— Прилюдное оскорбление знатного человека, — ответила, подавив порыв обнять себя руками. Все же, на мой взгляд, слишком жестоко, хотя им тут виднее. — Если это подтвердили три независимых свидетеля. За покушение или убийство, — вот за это согласна, адекватное наказание. — За побег от хозяина, если на простолюдине браслет Подчинения любого уровня, — то, что грозит и мне, ежели я, как последняя дура, в один из походов в город не вернусь домой.

Но я-то дурой не была, поэтому вряд ли совершу подобную глупость. Да и куда бежать-то, без друзей или хотя бы знакомых, без денег, без элементарных знаний? Лучше у Морвейнов поживу, тем более, пока меня тут не обижали. Угу, только изучали пристальными взглядами да нервировали порой слишком близким нахождением к моей скромной персоне. И иногда вроде как случайными прикосновеними, от которых меня словно током било.

— Еще? — подбодрил Эрсанн и перевернул страницу.

Помолчала, копаясь в памяти.

— Кажется, если простолюдин выдает себя за знатного человека и не имеет при этом подтверждения в виде королевской грамоты и метки на ауре, — выдала, поднатужившись.

— Кажется? — мягко переспросил Морвейн-старший, и покосившись на него, я заметила, как поднялась темная бровь, а уголок губ изогнулся в улыбке.

— Точно, — поспешно добавила, не желая нарываться на проверочные перекрестные вопросы.

— Хорошо, — Эрсанн кивнул, но продолжить не успел.

— Яна, — позвал младший Морвейн, Лорес — его голос отличался от отцовского тембром, был немного выше, но такой же бархатистый, обволакивающий. — Скажи-ка, тот, на ком браслет Подчинения, должен выполнять любые указания хозяина?

Вот тут я вздрогнула и немного испуганно уставилась на Лореса. Черт, что задумал? Неужели… пришел тот самый момент, которого я подспудно опасалась все эти дни, и младший Морвейн решил воспользоваться правом хозяина? Ибо хоть браслет и надел на меня Эрсанн, принадлежала я обоим. И та фраза в самом первом разговоре, что Лорес оценит… Меня, надо полагать. И ведь не возразить, не одернуть, в случае чего. Потому что ответ на вопрос младшего лорда был однозначный.

— Д-да, — тихо ответила, чуть запнувшись.

Пряная смесь возмущения, волнения и немного страха туманила голову и отшибала способность мыслить.

— А что за неповиновение следует? — вкрадчиво осведомился младший Морвейн, и я ясно расслышала предвкушение в его тоне.

Мамочки. Что это значит? Что за намеки, черт? Ни в жизнь не поверю, что Лорес в самом деле увидел во мне кого-то большего, чем экономку. Или просто полапать хочет, так, чисто развлечения ради? По спине прошла волна холодной дрожи и я с трудом уняла разошедшиеся эмоции. Еще ничего не произошло, Яна, хватит паниковать. Может, просто твои знания проверяют.

— Наказание на усмотрение хозяина, — ровно ответила я, глядя в пространство между Морвейнами и отчаянно не желая замечать ставшую шире усмешку на лице Лореса.

Многозначительную такую. Господи, да что он задумал? Или неужели обнаружился какой-то мой косяк, о котором я не знаю? К чему эти разговоры про повиновение и наказание за неподчинение? Что за игру задумал лорд Лорес? Может, я чего-то не знаю о склонностях младшего Морвейна? Вот только развлечений в стиле БДСМ не хватало для полного счастья. Я не на шутку перепугалась, богатое воображение тут же подсунуло всякие картинки, от которых стало еще неуютнее и беспокойство переросло в тревогу. Неизвестность пугала больше всего.

— Яна, ты же знаешь, я люблю острую пищу, — продолжил Лорес, и у меня противно засосало под лопаткой — прекрасно знаю, повар уведомил на следующий же день, как я приступила к моим обязанностям. И что ему не понравилось-то? — Однако мясное рагу сегодня почему-то оказалось почти пресным. В чем дело?

Праведное возмущение плеснуло горячим в лицо, я уставилась на младшего Морвейна с искренним недоумением. Я лично пробовала, поскольку это входило в мои обязанности, проверять после повара еду для милордов на предмет съедобности. И специй добавила, потому что мне показалось, их маловато, и тот клятый рангуннский перец, от которого потом полдня не могла прочихаться. Едучий почище халапеньо. Драконья глотка у Лореса, не иначе, потому что меня после маленькой ложечки подливы к рагу жажда до сих пор мучает. Все в порядке с ужином было, чего врет-то. До сих пор за Морвейнами я не замечала склонности к мелочным придиркам на пустом месте, если и получала замечания, то за дело. Что сейчас случилось?..

— Милорд, мы с господином Дорбертом лично пробовали, — не согласилась с наглым поклепом, пусть даже знала, что мои оправдания, возможно, не примут во внимание. Но несправедливость по отношению к себе я не переносила ни в каком виде. Сразу просыпалось настойчивое желание доказать неправоту оппонента, даже если понимала, что это безнадежное дело. Как сейчас, например. — Рагу было достаточно острым.

Я вздернула подбородок и с вызовом глянула на Лореса — моей злости хватило, чтобы не поддаться на его обаяние и не потерять, как обычно, дар речи и способность соображать.

— Я-а-ана-а-а-а, — протянул Эрсанн насмешливо, однако в его глазах я заметила блеснувший огонек… удовольствия?.. Морвейну-старшему что-то понравилось в происходящем? Однако дальнейшие слова свели на нет все мои попытки выглядеть уверенно. — Не дерзи моему сыну. Он сказал, ужин был пресным. Нехорошо.

Довольная улыбка на его физиономии говорила о том, что Эрсанн прекрасно понимает, что к чему, и поддерживает игру младшего Морвейна. В горле встал ком, а глаза защипало от злых слез. Зачем они так? Вот не верилось мне, что лорды на самом деле такие самодуры, как сейчас пытались показать. К чему эта игра, скажите на милость? С чего им приспичило… проверить меня?..

— Хлоя может подтвердить, я при ней насыпала приправы, — тем же ровным голосом ответила я, с трудом удержавшись, чтобы не сорваться на крик и не цедить сквозь зубы.

У меня был сложный день, завтра еще сложнее, да оставьте уже меня в покое. Отпустите отдыхать, если вопросов по законам Арнедилии больше нет… Ага, сейчас, Яна, разбежалась.

— Видимо, мало, — Лорес склонил голову к плечу, его взгляд остановился чуть ниже моего подбородка. На… моей груди? Бесстыдник и нахал. Я сжала кулаки, сражаясь с могучим желанием скрестить руки на вышеупомянутой части тела и хоть как-то защититься от откровенного взгляда младшего Морвейна. — В следующий раз проследишь тщательнее, Яна. Подойди.

Ой. Ладони моментально вспотели, сердце гулко заколотилось в груди, и голова аж слегка закружилась от выплеснувшейся в кровь доброй порции адреналина. Страх и волнение образовали гремучую смесь, я не знала, чего хочу больше — подойти или попытаться сохранить между нами расстояние.

Надо сказать, местная мода существенно отличалась от того, что носили в старые времена в моем мире. Корсет не являлся обязательной деталью одежды, как и пышные нижние юбки. Я видела несколько раз из окна аристократок, проходивших мимо по улице, и их наряды скромностью не отличались: полупрозрачные ткани в несколько слоев зачастую не особо скрывали затянутые в чулки стройные ножки, и только короткие льняные нижние рубашки прикрывали бедра. Декольте открывали плечи и грудь, и порой очень даже сильно. Мое форменное платье в этом смысле выглядело верхом целомудрия. Из плотной хлопковой ткани, с одной нижней юбкой, корсажем и скромным квадратным вырезом, скрывавшим даже ложбинку. Как и полагается прислуге. Что пытался рассмотреть Лорес, для меня осталось загадкой.

— Яна, — окрикнул Эрсанн, видя, что я не тороплюсь выполнять повеление его сына.

А я все же разозлилась. Раскомандовался, черт. Да, я прислуга, да, собственность, но и человек тоже, причем в другом мире, оторванный от родной реальности. Могли бы и снисходительнее относиться. И спрятать свои низменные инстинкты поглубже в… портмоне, к их услугам и знатные леди, на все согласные, и девицы не слишком тяжелого поведения в местных домах красных фонарей. Приставать к собственной прислуге, зная, что она не имеет права отказать, это… подло и нехорошо, будь ты хоть трижды аристократ. Я поджала губы, вздернула подбородок и подошла. Остановилась рядом с креслом Лореса, упорно глядя на вазу с фруктами на столе, а не на младшего лорда.

— Да, я еще хотел сегодня посмотреть предварительную смету по предстоящему вечеру, — небрежно обронил Эрсанн. — Он в конце этой недели уже. Завтра я дома, расскажешь подробнее о том, как идет подготовка.

— Конечно, милорд — постаралась произнести спокойно, без эмоций.

Слишком резкий переход от непонятного и нелепого обвинения к вполне деловому моменту. Я окончательно запуталась в мотивах Морвейнов, подрастеряв запал здоровой злости. Тем более, Лорес не спешил предпринимать какие-то действия… Зря надеялась, что все обойдется.

— Присядь, Ян, — попросил Лорес неожиданно мягко, похлопал рукой по своему колену и усмехнулся уголком губ. — Считай, это наказание за недостачу специй в ужине, — в голубых глазах блеснуло веселье.

Ой-й-й-й-й. Я растерялась от такого откровенного предложения. Мой взгляд невольно скользнул по длинным пальцам, узковатой для мужчины кисти, блеснувшему в полумраке крупному темно-синему камню в перстне. Запястье прикрывал кружевной манжет. Рука мага, которая не знает грубой работы. Аристократ, чтоб его. Я незаметно сглотнула, уняла застучавшее в волнении сердце и осторожно примостилась на колене Лореса, сплетя пальцы в замок и глядя прямо перед собой. Не буду, не буду млеть, Янка, живо взяла себя в руки, кому сказала. Мы с тобой, кажется, не так давно злились и возмущались, забыла, что ли? Мягкость в голосе Лореса откровенно нервировала, я всей кожей чувствовала его пристальный взгляд. Страстно захотелось сорвать с головы чепчик, распустить волосы и спрятать за ними лицо, лишь бы он перестал так смотреть. И его отец тоже. Пристально, выжидающе. Волнующе… Сгустившаяся тишина, негромкое потрескивание дров в камине, уютный свет свечей — я нервничала все больше. И… что дальше-то? Так и буду сидеть?

— Ты не думала о возвращении, Яна? — спросил Лорес, его пальцы скользнули по моей руке, не скрытой рукавом, провели по тыльной стороне ладони, следуя прихотливым извивам татуировки Подчинения, обхватили запястье и настойчиво потянули, заставив расцепить.

Сердце ухнуло в желудок при этих словах, глупая надежда расправила крылья. Конечно, думала, а как же. В прошлом, когда в моей размеренной и налаженной жизни случались резкие перемены, я впадала в панику и терялась — не люблю их. Они пугают, как все новое, и так уж вышло, новое меня всегда пугало неизвестностью. Для меня перемены всегда символ проблем, которые совершенно не умела решать самостоятельно. Конечно, приходилось учиться, жила-то одна, опереться не на кого, да только положения вещей это не меняло. Я боялась нарушения размеренного порядка вещей, как огня. Однако в доме Морвейнов за две недели я как-то приспособилась и даже привыкла к новой жизни. Вернуться?.. С одной стороны, да, там мой родной мир все-таки. С другой… А что меня ждало по возвращении? Та же одинокая и, скажем честно, скучноватая жизнь? И все-таки, там я оставалась свободной, сама решала, как жить и с кем общаться, что делать и куда идти. Здесь — все решали за меня, я была собственностью и шага не могла ступить без разрешения Морвейнов. Но тут новый мир и возможность получить необычный опыт, пусть даже оставаясь служанкой в доме аристократов.

И потом, зачем-то же меня выкинуло именно сюда. Привычка не воспринимать события в жизни чисто случайными не позволяла думать, что портал в моей квартире открылся действительно по совпадению. Вдруг… получится все же изменить что-то, и в себе, и вокруг себя?..

— А есть возможность? — вырвалось у меня.

Тем вечером, когда мне сообщили, что я буду выполнять обязанности экономки, на мой вопрос о возвращении я получила категоричный ответ "нет", причем без всяких объяснений. Неужели теперь меня все же просветят на эту тему? Эрсанн издал смешок, краем глаза я заметила, как он поболтал вино в бокале.

— Увы, порталы открываются случайным образом и только в одну сторону, — любезно сообщил он. — Это магия высшего порядка, которой владеют только боги, мы не властны над материей до такой степени.

Вот так. Сердце неожиданно сжалось от тоски — значит, я застряла в Арнедилии надолго и придется строить заново жизнь здесь. Ох. Стало по-настоящему страшно, я никогда не считала себя до такой степени самостоятельной. Все же, где-то в глубине души теплилась надежда, что есть возможность вернуться, пусть не сразу. Теперь… пути назад нет, только вперед. Без друзей, без знакомых, в чужом мире, среди чужих людей и обычаев. Есть, от чего впасть в уныние. Даже поглаживание моих пальцев Лоресом волновало сейчас на порядок меньше. Если нет возможности, зачем спрашивать, дразнить?

— Тогда к чему вопрос? — глухо отозвалась я, даже не попытавшись скрыть обуревавшие меня эмоции.

— Скучаешь по прошлой жизни? — Морвейн-младший перевернул мою ладонь, провел большим пальцем посередине, и я вздрогнула, очнувшись от задумчивости.

Вот теперь меня пробрало. О, да, он знал, как надо прикасаться: едва ощутимо, медленно, чуть щекотно. Круговыми движениями, погладив впадинку в основании ладони, потом снова серединку. Я попыталась осторожно высвободить руку — действия младшего лорда взволновали донельзя, а учитывая, что мужчины у меня довольно давно не было… В общем, не надо меня так трогать, пожалуйста. Но Лорес удержал к еще большему моему замешательству.

— Ян? — в его голосе слышалось легкое нетерпение.

— Какая разница, — уклончиво ответила, не желая проникновенных бесед с господами лордами.

Единственная откровенная беседа между нами о моем прошлом состоялась в тот самый вечер моего первого дня. И мысли опять уплыли в воспоминания…

Разговор состоялся в библиотеке, после ужина, как и обещал Эрсанн. До нужной комнаты я уже шла сама, поскольку знала, где она находилась, и беспокойство дергало, как больной зуб. Я не знала, что услышу за этой дверью, что меня ждет здесь, и… есть ли надежда вернуться. Тем не менее, постучалась, услышала приглашение войти и переступила порог библиотеки.

Два кресла занимали лорды Морвейны, старший, уже знакомый мне, и младший, про которого говорил Эрсанн утром. Его сын. Удивительно похожий на отца, только моложе, я бы дала навскидку от двадцати до тридцати где-то. Мелькнула неуместная мысль о несоответствии возраста, и я уверилась, что без магии тут не обошлось. Наверняка настоящий возраст обоих совершенно другой. Такие же яркие, пронзительные глаза темно-голубого цвета, полные губы, сейчас изогнутые в легкой усмешке, квадратный подбородок с легкой небритостью. Темные волосы в художественном беспорядке, а вот эту темную прядь вдруг совершенно неожиданно захотелось убрать со лба… Я одернула себя, поспешно отведя взгляд и напомнила, что неприлично так пялиться на незнакомого мужчину. Пусть даже такого симпатичного.

— Вот, Лорес, это Яна, — представил меня Эрсанн, он сидел в соседнем кресле. — Яна, это мой сын, лорд Лорес Морвейн.

С языка чуть не сорвалось иронично-ехидное "Спасибо, догадалась", но я вовремя вспомнила, что нахожусь не в обычной незнакомой компании и отнюдь не в своем мире. Мда, прежние привычки и стиль поведения придется серьезно пересмотреть, если не хочу неприятностей и трений с лордами. Уж Эрсанн-то точно не потерпит дерзостей, мне хватило короткого знакомства с ним, чтобы понять: характер у старшего Морвейна жесткий, волевой. Такие мужчины меня откровенно пугали… и привлекали, да. Как любая сильная личность, в общем-то. Я взялась кончиками пальцев за юбку и неуклюже присела в подобии реверанса, как себе это представляла.

— Добрый вечер, м-милорд, — запнулась на непривычном обращении.

— Здравствуй, Яна.

Негромкий, приятный, чуть мягче, чем у отца, и от него сердце невольно забилось быстрее. Стоп. Никаих лишних эмоций, Яна. Они сейчас только мешать будут. Дальше снова заговорил Эрсанн.

— У тебя был в прошлом опыт организационной работы? — спросил он, и я от неожиданности моргнула, слегка растерявшись.

При чем тут моя работа в прошлом? Однако ответила, не видя причин отмалчиваться.

— Секретарем работала, и отдела, и личным помощником. Переводчиком еще, — правда, это не совсем подходит под определение организационной работы, ну да ладно. — И учителем в школе, недолго.

— Отлично, — кивнул Эрсанн. — Мы с Лором совершенно неожиданно и очень невовремя остались без экономки, искать долго и тщательно к сожалению ни у меня, ни у Лореса нет времени, — старший лорд сделал паузу, глянул на меня внимательно и продолжил. — Пока побудешь на этой должности, на испытательном сроке. Твой кабинет рядом с комнатой, в которой ты сегодня ночевала. После экзамена, если нас все устроит, останешься на постоянных условиях.

Признаться, предложение Эрсанна мягко говоря огорошило. Я — и экономка? Да из меня фиговая домохозяйка там, в родном мире была. Я рассеянная, необязательная, в мои привычки не входит наведение идеального порядка каждый день… Может, отказаться, пока не поздно? Не оберусь ведь проблем.

— И… какие у меня будут обязанности? — прочистив горло, спросила я как можно спокойнее.

— Несложные, — теперь в беседу вступил Лорес, продолжая рассматривать меня, как и его отец. — Горничными занимается Хлоя, она старшая. На тебе — расходная книга, запасы в кладовой, следить, чтобы вовремя подавали еду, проверять работу горничных вместе с Хлоей. Ну и наши указания, — Лорес улыбнулся, и мне почему-то почудился скрытый смысл в его словах. — Также организация приемов, если таковые будут намечаться, или небольших ужинов для узкого круга друзей. Ничего непонятного, как видишь.

Кому как. От услышанного я пришла в тихий ужас: придется срочно учиться быть внимательной и ничего не забывать… Тут тебе, Янка, не шеф в кабинете на другом этаже офиса и не банальный полив цветов и бесперебойное обеспечение кофе и чаем. Особняк-то большой, комнат в нем не меньше пятнадцати. Ооооо, черт. А еще готовиться к экзамену. Как там говорится, выспимся на том свете? Это точно про меня в ближайшее время. И куда, спрашивается, так действительно невовремя пропала прежняя экономка? Поскольку больше пока в голове не возникло никаких дельных вопросов, я и озвучила этот…

— А что с моей предшественницей случилось? — покосилась на Эрсанна, запоздало подумав, а не лезу ли не в свое дело.

Пауза перед ответом насторожила, а вот сам ответ… Лучше бы не спрашивала, ей-богу.

— Ее убили, — кратко ответил Эрсанн, его взгляд стал задумчивым и изучающим, он не отрывался от меня.

Ой. По телу прокатилась холодная дрожь, в горле стало сухо. За что бедняжку?.. Или просто припозднилась, а на улицах Мангерна небезопасно? А вообще, хочу ли знать подробности? Пока нет, наверное.

— Еще вопросы, Яна? — Эрсанн изогнул бровь.

— Н-нет, наверное, — не слишком уверенно ответила я и поспешно добавила, вспомнив утренний разговор. — Милорд.

— Тогда можешь идти, завтра утром приступай к обязанностям, — старший Морвейн кивнул.

Ничего не оставалось, как вернуться к себе в комнатку и закончить вечер чтением книги из списка, прихваченной из библиотеки еще до ужина…

Из воспоминаний пришлось срочно возвращаться — от меня, кажется, ждали какого-то ответа в настоящем? Все в той же библиотеке, но теперь расстановка сил немного иная, пугающая меня и нервирующая до трясущихся поджилок. И гораздо сильнее, чем история убийства предыдущей экономки.