Глава 1

В кабинет ректора Академии военных драконов Лейтона Уинфорда я вошла на одеревеневших ногах.

С тугим узлом, который скрутился где-то у меня в животе.

Никогда еще так не волновалась, когда заходила к нему. Даже в самый первый раз!

Даже, когда без спросу постучалась в его личные покои и сказала, что почищу его ботинки, как он велел.

Ведь тогда я еще не знала, кем Уинфорд окажется для меня…

А сейчас я не знаю, чего от него ждать.

И как успокоить разбушевавшиеся мысли.

Почему мне кажется, что ждать надо плохого?

Или очень плохого?

Картина, которая открывается глазам в его кабинете, несколько… удивляет.

Или, скорее, настораживает.

Лейтон сидит в своем ректорском кресле за совершенно пустым столом — ни его обычных бумаг, карт, документов, с которыми он обычно работал, весь такой занятой, ничего.

И вот к этому его пустому столу приставлен еще один, накрытый на одну персону.

Он накрыт столь роскошно и изысканно, что, по-моему, так даже для генералов проверочной комиссии на банкете не сервировали.

Тарелка из тончайшего фарфора украшена тонким золотым ободком, серебряные столовые приборы, сверкают, точно зеркало, и блестит высокий бокал из прозрачнейшего хрусталя.

Довершает это произведение искусства свеча в подсвечнике и белоснежная тканевая салфетка с золотой вышивкой.

Вообще-то нет!

Довершает эту картину еда, сервированная, как в лучшем ресторане. Мне-то в ресторанах бывать не доводилось, конечно, это я по телевизору видела… Чего тут только нет — различные виды мяса и рыбы, фрукты и овощи, несколько разнообразных десертов. Есть даже две изящные бутылки вина — красное и белое.

Так все красиво и вкусно выглядит — аж глаза разбегаются!

Лучше не смотреть — такое изобилие не про мою честь.

Еще решит, что я с ума схожу, как хочу есть.

Выпрашиваю.

Наверное, Лейтон ждет какого-то важного гостя и заставит меня ему прислуживать.

Опускаю взгляд в пол, как он меня когда-то учил, и мой голос звучит абсолютно безэмоционально.

— Вызывали, майор?

Лейтон окидывает меня, стоящую по стойке смирно перед этими двумя столами, холодными голубыми глазами с головы до ног.

Его взгляд задерживается на туфлях.

Великолепных черных лакированных лодочках от Веленто на высоком каблуке.

Я сдержала обещание, данное ему в прошлый раз.

Производители не солгали — чувствую себя в них превосходно, словно в удобнейшей разношенной обуви. Ни мои старые приютские башмаки, ни грубые ботинки из кордуры и рядом не стояли.

Если честно, я в жизни не носила столь дорогой и хорошей вещи. Ни в той, ни в этой. Даже не представляла, каково это.

Эти туфли потрясающе подходят к моей форме.

Теперь образ идеален.

Он смотрит на мои ноги.

Нет, не смотрит.

Впивается хищным взглядом, даже зрачок в голубых глазах словно становится вертикальным.

— Сядь.

Отдавая этот короткий приказ, он даже в лицо мне не смотрит. Все так же вниз.

Мне хочется убраться куда-нибудь к стенке и присесть там на один из стульев.

Но нужно быть дурой, чтобы не понять — он велит сесть мне прямо перед собой.

За накрытый стол.

Присаживаюсь аккуратно, на краешек роскошного полукресла с мягким сиденьем и спинкой. Мне не по себе.

— Моя служанка не должна плохо питаться, иначе она будет плохо выполнять свои обязанности. Хочу, чтобы ты поела.

Лейтон откидывается в своем кресле и смотрит на меня.

А я — на него. И просто не нахожу слов.

Хочет, чтобы я поела.

Не империалов мне на жетон кинул, чтобы купила еды, не прислал мне ее, в конце концов.

Вызвал к себе в кабинет, чтобы я ела перед ним.

За роскошно, совсем мне не по статусу сервированным столом.

Псих!

— Ваша забота обо мне, как всегда, бесценна, майор, — вежливо начинаю. — Но… Обязательно… Делать это в вашем присутствии?

— Мне важно знать, что ты не осталась голодной, — произносит Лейтон, и мне чудится в этом усмешка.

Ему важно знать, что я не осталась голодной.

А у самого помолвка с Кристалиной через час. Или через два?

М-м-м, да он, кажется…

Спятил?!

— В еду… что-то подмешано? — осторожно интересуюсь.

— За кого ты меня принимаешь? Я — не ты. Ешь спокойно. Или, может, имеются какие-то особые желания или предпочтения? Может, чего-то хочется особенно? Я распоряжусь, чтобы принесли.

— Ваше сердце, майор. Свежее, с кровью, — смотрю ему прямо в глаза.

Прикусываю язык, понимая, что не сдержалась.

Но спектакль, в котором он сейчас заставляет меня участвовать, бесит чрезвычайно.

Драконий гнев так сложно обуздать…

Ожидаю окрика или ледяного выговора за то, что в такой неподобающей манере разговариваю с майором.

Но Лейтон только свысока усмехается.

Ему забавно.

— Подавишься, Тесса Кук.

— Пожалуй, скорее отравлюсь.

Не знаю, чего он на самом деле хочет — может, смутить меня, чтоб начала мужественно отнекиваться и бестрепетно заявила, что и крошки хлеба не съем.

Но если уж на то пошло, ужин я сегодня собиралась пропустить. И я действительно голодна.

Раз Его Ректорское Сиятельство расщедрился на великолепный стол для недостойной служанки, кто я такая, чтобы отказываться от высочайшей милости?

Не стоит придавать этому такого значения.

Хочет убедится, что я поела, пусть — пусть убеждается себе на здоровье. И катится на свою помолвку.

Как ни в чем не бывало, кладу себе овощи и запеченную рыбу с золотистой корочкой, источающую дивный аромат.

И спокойно принимаюсь за еду.

Не слишком поспешно, торопливо, но и без лишнего позерства.

Просто велю себе забыть, что нахожусь под пристальным наблюдением, и наслаждаюсь вкусной едой и прохладной водой из графина, которую налила себе в бокал с тонкой ножкой.

А Лейтон задумчиво смотрит, как я ем, откинувшись в своем ректорском кресле и оперев подбородок о руку. Наверное, если бы я всерьез об этом задумалась, то у меня бы под этим внимательным и каким-то затаенным взглядом майора кусок в горло не полез.

Но, собственно, почему я должна строить из себя до хрена принципиальную, раз выпала такая возможность?

Возможно, он именно этого от меня и ждал.

Смущения или праведного возмущения. А может быть, открытой провокации? Что стану есть руками, громко чавкая при этом?

Но я понимаю, что здесь такая провокация совершенно не к месту, поэтому стараюсь сделать так, чтобы ему не к чему было придраться, и он поскорее меня отпустил.

Хотя, это же Уинфорд…

Если пожелает — до чего докопаться, он всегда найдет.

И все-таки, почему он наблюдает, с таким… удовольствием?

Это, в конце концов, просто ненормально.

Для разнообразия решаю завести беседу — может, Лейтон отвлечется и прекратит на меня ТАК пялиться?

— Почему вы не едите?

— Я не голоден. Но мне приятно, что ты спросила.

Слова Лейтона звучат, как издевка, потому что он прекрасно понимает, что спросила я не из-за заботы о нем, а от недоумения всей этой ситуацией.

Именно от недоумения я все-таки не выдерживаю.

— Хорошая служанка должна заботиться о своем господине.

Я помню, что на последнее слово у Лейтона стойка.

Чувствую, как он напрягается, подавшись вперед, а его взгляд становится ощутимо тяжелым.

Но в следующее мгновение, совладав с собой, усмехается уголком рта и снова расслабленно откидывается назад.

— А господин — о своей служанке, — хрипло произносит Лейтон, глядя мне в глаза. — Как зачеты? Все сдала?

— Господин изволил вспомнить, что служанка еще и кадет академии. Как же это мило с его стороны.

— Ты даже себе не представляешь, каким милым я могу быть, Тесса Кук, — хищный оскал Лейтона говорит прямо об обратном. — Не было проблем с офицером Каном?

— Почему именно с ним? — напрягаюсь я.

Уинфорд что, интересуется моей учебой, раз знает насчет терок с генеалогом?

— Офицер известен своими радикальными взглядами на чистоту крови, — как само собой разумеющееся говорит Лейтон. — Если он не зачел, не беспокойся — в ведомости будет стоять зачет.

Вот так вот запросто.

Да и вообще, как будто сам Уинфорд не такой ценитель чистой крови, как Кан!

— По остальным предметам тоже мне зачеты просто так выставите?

— Насколько я знаю, с остальными предметами у тебя нет проблем. Многие преподаватели хвалят тебя за упорство, трудолюбие и талант, которые, кстати, раньше ты не проявляла, — задумчиво говорит Лейтон. — Вот только без оборота все это ничего не значит, Тесса Кук.

Теперь я точно знаю, ЧТО нужно мне для оборота в настоящего дракона.

Вернее, кто…

Кажется, что взгляд выдает меня с головой. Кажется, что он слишком откровенный.

Каким бы сильным менталистом не был, ректор не умеет читать мысли.

Хотя…

Вон они, все мои мысли — в газете напечатаны, читай, кто угодно!

Но непохоже, что Лейтон уже видел «Знамя». Может, газетенка с моим жарким стихотворением как-нибудь пройдет мимо него?

Поспешно отвожу глаза и делаю несколько больших глотков прохладной воды.

И внезапно мне на ум приходит очень простая мысль.

А так ли мне нужно это обращение?

У меня ведь были планы на тихую и размеренную жизнь, спокойную работу после окончания АВД.

Может быть, и ну ее к дьяволу, эту драконью ипостась, если ради нее я должна…

Должна переспать с Лейтоном Уинфордом.

То, что я узнала из интервью с профессором, не может уложиться у меня в голове.

Эмоции, которые вызывает эта мысль…

Они похожи на грозовое небо перед штормом.

— Я читала про нескольких кадетов АВД, которые так и не смогли обернуться. Тем не менее, они закончили Академию и смогли достойно устроиться в жизни. Один даже стал героем войны с песчаными драконами…

— Да, было такое, — кивнул Лейтон. — Вот только они происходили из богатых уважаемых аристократических семей. Чем безродная сирота из приюта на Обочине похвастать не может.

Я нахмурилась. Разумеется, он был прав — статус, связи и богатство делали свое дело.

Если хочешь что-то значить в этом мире, они были необходимы.

Они или оборот…

Отпив еще чуть-чуть воды, я приложила к губам салфетку и отодвинула от себя тарелку и поднялась.

— Я безмерно благодарна вам за то, что меня накормили. Однако, думаю, разговоры о моем будущем — это не то, чем вам сейчас полагается заниматься, майор. У вас сейчас важное торжественное мероприятие. Вам помочь собраться?

— А я думаю, что ты не притронулась к десерту. Это неправильно.

— Благодарю, конечно, но десерт — это уже лиш…

Рядом со мной он оказался в мгновение ока…