Глава 40

Парень же тем временем наклонился ко мне ещё ниже и сочувственно произнёс, изображая искреннюю заботу:

– Готов поклясться, что тебе приходится нелегко. А ведь девушка, которая настолько хороша в своём деле, что сумела пронять каменного Рурграса, заслуживает большего. Если хочешь, могу помочь сменить покровителя на более безопасного и щедрого… Твой господин ведь, небось, пугает тебя до чёртиков?

– С чего бы? – томно потянулась я. – Он чуткий кавалер и великолепный любовник…

Я сказала так специально, чтобы смутить парня, сбить его с толку и заставить сболтнуть что-то лишнее, но внезапно заметила, что Рур резко дёрнул головой в нашу сторону.

Официант, вздрогнув, сразу отошёл, а я с подозрением уставилась на своего «любовника». Неужто он нас слышал, несмотря на артефакт? Да нет, вряд ли. Или всё же?..

Если бы слышал, то, наверное, отреагировал бы сразу же, как только официант начал вести эти свои странные разговоры?

Хотя, может, он тоже заподозрил, что парень на кого-то работает, и ждал, пока тот проговорится?

Как бы там ни было, Рур его явно вспугнул до того, как я успела что-то выяснить. Впрочем, готова спорить, этот прихвостень прилизанного типа в синем пиджаке вернётся, как будет удобный момент.

Так оно и получилось.

Официант материализовался, как только маг, стоящий перед троном, отошёл, а его место заняла черноволосая женщина с высокой замысловатой причёской и яркими красными губами, которую сопровождала заплаканная юная блондиночка лет восемнадцати-двадцати в обтягивающем белом платье с чрезмерно глубоким декольте.

Теперь, когда после первых двух смельчаков, рискнувших подойти, гости осознали, что Рур в целом настроен достаточно миролюбиво, пространство перед ним уже не пустовало.

Я засмотрелась на эту колоритную парочку и вздрогнула, когда над ухом прозвучал смешок официанта.

– Похоже, сейчас будет неплохое представление, – едко прокомментировал он. – Это Тайра, скандальная тётка, которая готова на всё, лишь бы заручиться поддержкой Рурграса и увеличить собственную сферу влияния. Она давно так и эдак пытается найти к нему подход, но ничего не выходит. Дамочка уже всё перепробовала. Даже интересно, что она предпримет на этот раз.

Мне тоже стало интересно, и я уставилась на эту парочку с любопытством.

После приветствия и многословного изъявления радости по поводу возвращения Рура Тайра надменно глянула на меня, поморщилась и заявила:

– Рурграс, дорогой, ты ведь знаешь, что я готова для тебя на всё. Позволь в знак нашей дружбы оказать тебе услугу. Моя дочь красивая, послушная, воспитанная. Она станет лучшим украшением этого зала, достойным такого мужчины, как ты. Настоящий невинный цветок, до которого не дотрагивались десятки мужчин, как до некоторых дам, которых иногда приходится покупать для удовлетворения потребностей… – Видимо, это выпад в мою сторону. – Но тебе к лицу пользоваться только первосортным товаром, чтобы продемонстрировать, что ты достоин самого лучшего. Ведь это, без сомнения, подчеркнёт твой авторитет.

Товаром? Она и вправду сказала – товаром?! Ну и мать…

– Я правильно понял – ты предлагаешь мне свою дочь? – тихо и проникновенно уточнил Рур. В совокупности с взглядом его необычных глаз это прозвучало так жутко, что мамаша вздрогнула, а девушка едва не рухнула в обморок. Похоже, она совершенно не желала становиться женой знаменитого своей жестокостью и безжалостностью главаря. Её красивое капризное личико исказилось, как будто она собирается зарыдать, но мать изо всех сил пихнула её локтем в бок и снова бросилась уверять Рура в том, что её дочь будет счастлива стать его верной спутницей, а ещё никогда не позволит себе неуважительно разваливаться в далёкой от изящества позе и нахально набивать живот лакомствами в присутствии господина и его гостей.

Что интересно, Рур её не перебивал. Казалось, он выслушивает бредовые аргументы женщины с забавной серьёзностью, будто речь идёт о чём-то действительно важном. Но я уловила еле заметное движение его головы, когда пара гостей в стороне начали перешёптываться. Кажется, он лишь притворялся увлечённым, чтобы усыпить бдительность потенциальных врагов, а сам наблюдал за тем, что происходит в зале.

Тем временем в зале и правда что-то назревало. Я вдруг подумала, что эта женщина как будто нарочно отвлекает на себя внимание. Большая часть гостей смотрела на неё и презрительно усмехалась: её попытка пристроить дочь и обрести влияние выглядела очень смешной и нелепой. Слишком уж смешной и нелепой. Чересчур.

Я оглядела зал и заметила, как прилизанный тип в синем пиджаке тихо сказал что-то стоящему рядом мужчине, а потом обменялся взглядами и кивками с несколькими магами в разных концах зала, пока остальные гости продолжали наблюдать за разыгрывающимся перед троном Рура представлением.

Потом прилизанный тип глянул в ту сторону, где стоял мой официант, скорчил жуткую гримасу и указал на часы, будто давал знак поторопиться. Похоже, кого-то поджимает время…

Сразу после этого я почти без удивления услышала голос официанта над ухом:

– Ну что, ты подумала над моим предложением? Хочешь сменить покровителя на более безопасного и щедрого?

Я лениво отозвалась, надеясь, что сумею вывести его на эмоции:

– Нет, мне это неинтересно.

Сработало. Официант явно рассердился. Надо думать, ему очень не хотелось терять обещанное за меня сказочное вознаграждение, поэтому он заговорил зло и торопливо:

– Поверь, тебе лучше согласиться. Времени на раздумья нет. Ты должна принять решение сейчас. Если хочешь остаться в живых и отлично устроиться, просто под каким-то предлогом выйди отсюда через пару минут и жди меня возле дамской комнаты. Поверь, ты об этом не пожалеешь. Лучше ведь ублажать того, кто способен испытывать хоть какие-то чувства и готов позволять тебе то, что этот каменный истукан никогда не позволит! Ты же не думаешь, что он хоть немного тебя ценит? Вот попробуй сделать или сказать что-то дерзкое, и он тут же прихлопнет тебя, как муху – мокрое место останется! И это в лучшем случае. О его жестокости ходят легенды…

– Правда? – широко ухмыльнулась я и внезапно поднялась с дивана, заставив парня булькнуть и осечься.

Что ж, теперь, когда главное я выяснила, пора всё же продемонстрировать всем, что Рур и в самом деле подобрал абсолютно ненормальную наложницу себе под стать.

Гости заинтересованно замолкли, наблюдая за моими передвижениями, и только бешеная мамаша у трона, ничего не замечая вокруг, продолжала расхваливать свою дочь, словно торговка на рынке.

Именно в этот момент под испуганным взглядом официанта, которого, казалось, вот-вот хватит удар, я шагнула к трону, нахально уселась к Руру на колени и мурлыкнула, собственническим жестом положив руку на широкую каменно-твёрдую грудь:

– Ему не нужны другие женщины. Я отлично справляюсь. Да, малыш? Я одна знаю, как превратить камень в вулканическую лаву.

Мамаша, булькнув, затихла, глядя на меня почти с суеверным ужасом. Дочь тоже застыла с распахнутым ртом.

В зале воцарилась прямо-таки гробовая тишина.

Рур на мою фразу отреагировал своеобразно. Он опустил голову и цепко, требовательно уставился мне в глаза, будто пытался проникнуть в мой мозг и прочитать мысли, а потом вдруг кивнул, положил руку мне на талию и, продолжая гипнотизировать меня взглядом, кинул контуженной моей выходкой мамаше:

– Ты слышала. Другие женщины мне не нужны.

Она настолько опешила, что не нашлась, что сказать, – так и стояла в странной позе, хватая ртом воздух.

Что интересно, дочь, слегка очухавшись, внезапно посмотрела на меня с ревностью и досадой.

И хоть до этого она была против замужества, но теперь, когда её отвергли и пренебрежительно задвинули на задний план, показав, что она на фиг никому не сдалась, ей стало обидно. Видимо, избалованная девочка не привыкла к такому отношению.

Впрочем, мне было не до неё. Сначала я напряглась, когда Рур положил мне руку на талию, а потом разозлилась, поскольку он так и продолжал сидеть с прямой спиной и сверлить меня своими жуткими глазищами.

– Нагнись! – прошипела я, не понимая, почему он медлит. Договорились же! Сам выдал инструкции, а сейчас как будто все их разом забыл!

Он, помедлив, наклонился. Я вцепилась ему в шею и шепнула:

– Кажется, я знаю, кто хочет тебя убрать, причём попытку предпримет через пару минут! Это зализанный мужик…

– Гусгал, – закончил за меня Рур. – Тип в синем пиджаке. Я тоже его вычислил.

Я удивилась. Так он в курсе? А я себя такой умной считала…

– Ты знаешь? Значит, зря я сыщика изображаю, подозреваемых ищу, детали подмечаю?

– Не зря. Выкладывай всё, что заметила. Я сравню со своими наблюдениями.

– Зачем? – Нашёл время поболтать, когда надо готовиться к атаке! – Главное ты, оказывается, знаешь, а остальное я могу позже изложить, в более удобной позе…

– Меня всё устраивает. Излагай.

Что его устраивает? Я с подозрением уставилась на него. Но он вёл себя исключительно прилично. Приобнимал меня, однако же границ не переходил и положением не пользовался. Потискать не пытался, ухватить за что-нибудь тоже. Ладно, ещё немного потерплю.

– Значит, так, – собравшись с мыслями, начала докладывать я. – Этот Гусгал, судя по всему, заплатил официанту, чтобы тот уговорил меня сменить хозяина. В случае согласия мне настоятельно велели выйти из зала в ближайшие пару минут. Вероятно, они не хотели, чтобы я попала под удар. Кроме официанта у Гусгала есть ещё сообщники, с которыми он переглядывался, – маг с длинной рыжей бородой и лысый тип у двери. Возможно, эта женщина с дочерью тоже в сговоре, но это не точно. Мне показалось, что они отвлекали внимание. Что думаешь?

Последний вопрос я задала с гордостью, очень довольная собственной наблюдательностью.

– Ты молодец, всё правильно подметила, – похвалил он. – Только забыла ещё одного сообщника. Видишь, вон того мужчину с красным галстуком возле дальнего стола? Он тоже с этой шайкой.

– Ах, – жарко выдохнула я ему в ухо, искоса глянув в указанную сторону. Мужчина определённо был мне знаком! Рур почему-то напрягся. Я почувствовала, как ещё сильнее затвердел его живот и хватка на мгновение стала крепче.

– Прости, – опомнилась я. Нашла, кому в ухо сопеть! – Просто этот тип из экзаменационной комиссии. Не ожидала, что он связан с бандитами…

– Многие аристократы с нами так или иначе связаны. Не смотри туда, это уже подозрительно. Выгнись и кокетливо хихикни, будто я говорю тебе что-то в высшей степени интимное. И приготовься. Похоже, мой расчёт сработал. Враги решили напасть сейчас, пока я отвлёкся на любовницу и потерял бдительность.

Он оказался прав. Нападение началось так резко и неожиданно, что я, хоть и знала о нём, всё равно слегка растерялась, когда в нас внезапно полетел багровый шар размером с теннисный мячик, а перед троном разбилось несколько брошенных с разных сторон мелких стеклянных бутылочек.

Я успела заметить, что перед типом в синем пиджаке и ещё перед несколькими магами в зале возникли водянистые щиты. Остальные гости раздались в стороны, кто-то кинулся к дверям, кто-то упал на пол и попытался заползти под столы.

По-хорошему мне полагалось отстраниться, чтобы между мной и Руром появилось пространство, как во время тренировки, но я сделала всё наоборот.

Увидев, что багровый шар распался на стайку мелких зубастых червей, я как-то рефлекторно плотнее приникла к бандиту.

Он, что удивительно, отнёсся к этому совершенно спокойно, даже прижал меня чуть крепче, а потом лениво двинул кистью второй, свободной, руки и черви моментально рассыпались в пыль.

В зале раздалось несколько злобных и испуганных воплей.

Видимо, чары были довольно сильные, и справляться с ними нам полагалось намного дольше.

Судя по всему, это был отвлекающий манёвр, чтобы успело подействовать зелье из разбитых бутылок на полу. В настоящий момент над ними сгущалось облако чёрного тумана, который постепенно уплотнялся, принимая форму чудовищного паука, пока ещё зыбкого и полупрозрачного.

– Рур, – напряжённо позвала я, продолжая изумлённо таращиться на его руку, над которой в момент парирования атаки на мгновение обозначилась знакомая мне уже рябь. – Воронки не возникают… Кажется, когда я прижимаюсь к тебе, моё защитное поле перескакивает и на тебя… и оно нейтрализует выбросы магии ещё до возникновения…

– Правда? – мягко уточнил бандит и усмехнулся так, что у меня мурашки поползли по коже. – Так ведь это же совсем меняет дело… выходит, нет никаких границ?

– Н-не знаю…

– Сейчас проверим, – зловеще пообещал он, прижал меня к себе ещё крепче и снова двинул кистью.

И началось светопреставление.