Глава 63

– Ты разобрался в том, что со мной произошло? – смущённо уточнила я, с чрезмерной тщательностью вытирая руки влажными салфетками, предупредительно пристроенными на краю подноса.

– Да. Когда ты упала в обморок, твоя защита приоткрылась. Я смог просканировать ауру.

– Во всём виноват чёрный дар, да? Оказывается, он не исчез, а просто спрятался.

– Так и есть. Он очень ослабел. Магия искажений заразила его почти целиком и забрала его силу. Однако осталась небольшая часть дара, которая сумела укрыться глубоко внутри тебя.

– И почему же он осмелился выбраться?

– Из-за зелья бодрости. – Рур без всяких просьб забрал у меня уже ненужный поднос и пристроил на тумбочку. – Ты была права – причина именно в нём. Оказалось, что твоя магия искажений частично нейтрализует действие зелья. Поэтому полчаса сна тебе было недостаточно для полного восстановления. И хоть бодрость всё равно поддерживалась, но организм слабел, расходуя на это собственные жизненные силы. И этим воспользовался чёрный дар. Он начал аккуратно выбираться из своего убежища и постепенно разъедать тебя изнутри, ослабляя контроль над эмоциями и заставляя чары сбоить, а когда ты окончательно обессилела, попытался захватить над тобой власть.

– Он ещё сказал, что хозяева к нему взывают, – вспомнилось мне. – И если у него получится наладить с ними связь, то мне от них не закрыться.

– Я не позволю этому случиться, – заверил Рур.

– Ты можешь помочь?

– Только я и могу, – внезапно ответил он. Причём без самодовольства, а так, будто просто констатировал факт. И без каких-то пояснений добавил: – Надо вырвать остаток чёрного дара из тебя. Но ты от меня закрываешься и не даёшь до него добраться. Бессознательно. Ты не контролируешь это. Нужно время, чтобы ты начала доверять мне.

– Почему же от черного дара не закрываюсь? – проворчала я.

– Он уже внутри, глубоко, под защитой. А я не хочу ломать тебя и твое подсознание, поэтому действую бережно. Дару же плевать. И он снова попытается выбраться, как только ты ослабнешь. Возможно, во сне или во время сильного утомления, как физического, так и эмоционального.

– И что мне делать, Рур? Перестать пить зелье бодрости?

– Нет. Чтобы зелье бодрости не ослабляло организм, тебе достаточно всего лишь спать чуть дольше, лучше не менее трёх часов. Тогда организм будет успевать полностью восстанавливаться. Но, как бы там ни было, дар в любом случае снова попытается в ближайшее время проложить путь наружу. Раз он слышит призыв хозяев и стремится наладить с ними связь, то будет использовать любую твою уязвимость. Поэтому спать ты будешь только под моим присмотром, как сейчас. Если во время сна дар попробует вырваться, я попытаюсь его перехватить. Ещё есть шанс снова выманить его на следующей тренировке. В остальное время, пока ты не рядом со мной, тебе нужно следить за своим состоянием – вовремя есть и не переутомляться. А ещё нежелательно сильно нервничать. Чуть что – сразу сообщай мне. Кстати, повышенный аппетит, как ты поняла, это тоже следствие зелья. Ослабленный организм отчаянно пытался восстановиться. Сегодня ты хорошо поспала и плотно позавтракала, а значит, всё должно прийти в норму.

Он замолчал, позволяя мне переварить услышанное.

Н-да уж, вот так новости!

То есть теперь мне придётся после каждой рабочей смены у бандитов по три часа дрыхнуть под присмотром Рура? Ну отлично. Хорошо хоть, есть и ходить в туалет пока ещё можно самостоятельно.

Как хотелось бы поспорить, но он кругом прав. И без него мне с этим явно не справиться. Повезло, что он вообще может выкорчевать дар. Точнее, он сказал, что только он и может. Вот ещё одна загадка!

– Рур, – позвала я. – Почему дар назвал тебя «господин»? Мне кажется, ты на мгновение смог подчинить его, а потом он как будто сбежал и спрятался. Он до ужаса тебя испугался.

И хоть раньше я получила развёрнутые ответы на все вопросы, в этот раз Рур удовлетворять моё любопытство не спешил.

– Дар чует, что со мной ему не справиться, поэтому боится, – наконец, ответил он. – Не спрашивай.

И как-то сразу стало ясно, что ответ далеко не полный. Заинтриговал, ничего не сказать. Что же он такое скрывает?

– Тебе пора собираться, – как-то неохотно напомнил Рур. – Сегодня твои чары должны работать нормально. Но на всякий случай избегай лишних нагрузок и постарайся не нервничать.

– Угу… стой, а как же противоядие для Шрама? Нужно сделать, а то он так и продолжит разговаривать женским голосом.

– Нет надобности, – отмахнулся Рур. – Эффект от кофе продержался недолго. Голос уже опять почти полностью загрубел.

– Видимо, он держался до тех пор, пока кофе не вышел из организма, – глубокомысленно заключила я. – Наверное, и Пырщ уже не чешется. Правда, зуд его совсем не испугал, в отличие от галлюцинаций. В любом случае очень надеюсь, что он ещё лечится, а не строит козни.

Несмотря на защищённый коридор, Рур всё равно проводил меня до самой общаги. А перед тем как отпустить, ещё раз напомнил:

– Я всегда на связи. Ты можешь рассказывать мне абсолютно обо всём. Даже если просто захочется выплеснуть эмоции и выговориться.

Он что, сейчас сказал, что готов взять на себя роль лучшей подруги? Спасибо, но что-то не хочется такой «подружке» плакаться в жилетку.

К тому же у меня Фарукан есть.

С теплотой подумав о соседе, я направилась в нашу комнату, уже заранее прикидывая, что буду рассказывать за кофе, когда он спросит, как прошла эта смена у бандитов. Всего ему знать точно не нужно, а то и так, небось, снова всю ночь не спал, ждал меня и волновался…

В комнату я заходила уверенная, что, как и в прошлый раз, увижу его сидящим в кровати с книгой.

Ещё никогда мне не приходилось ошибаться так сильно.

Первое, что бросилось в глаза, это царящий в комнате разгром. В этот раз ещё более масштабный. Даже магический шкаф покосился. В него будто кто-то врезался, заставив упасть на стену. И теперь он балансировал опасным образом, грозя в любой момент свалиться.

Моя кровать тоже пострадала. Её кто-то повалил на бок так, что вниз съехало всё, включая матрас. Хорошо, хоть у Рура выспаться успела!

А посреди этого бардака сладко дрыхли… мой сосед и знакомая уже гламурная блондинка!

Я так опешила, что глазам своим не поверила.

Фарукан выглядел, как хищник, поймавший жертву. Он так оплёл девицу руками и ногами, что из этого кокона торчала только голова. Можно было посочувствовать утончённой аристократке, однако на её лице разливалось умиротворение, рот был приоткрыт, и оттуда доносилось изящное аристократическое похрапывание. Ей явно было хорошо.

Добрых пять минут я просто стояла и таращилась на это чудесное явление. Что тут случилось? Фарукан вновь отыскал кольцо? Но его сейчас невозможно надеть на палец…

А может, действие кольца не прошло? Моя магия вполне могла натворить дел и притяжение осталось даже после снятия артефакта. Хотя вчера-то блондинка ушла с гордым видом, значит, она была не под чарами.

Шок прошёл, и на смену пришло жгучее невыносимое любопытство. Столько вопросов и ни одного ответа!

Я громко кашлянула. Фарукан недовольно дёрнул ногой. Пришлось ещё раз кашлянуть.

В общем, я, как припадочная, кашляла добрых минут пять, причём всё более и более злобно, пока, наконец, сосед, не дёрнулся так, что основательно приложился головой о пол. Удар сотряс комнату. Фарукан открыл глаза, перевернулся на спину и уставился в потолок бессмысленным взглядом. Блондинка не проснулась. Она сладко причмокнула и поудобнее устроилась у него под боком, закинув стройную ногу на живот.

Фар как-то автоматически приобнял её одной рукой, а потом очнулся. Разом. И так подскочил, что девушка кулём свалилась на пол и хрипло, по-мужски, выругалась. Слышать грязную ругань из уст ангелоподобного создания было так странно, что опешили мы все. И сама блондинка в том числе. По крайней мере, взгляд у неё стал очень изумлённый. Ещё и огляделась с таким видом, будто искала, что за сквернослов притаился поблизости.

В общем, на переглядки и осознание своего положения у любовников-крушителей ушла пара минут.

Я ждать не стала. Пока они пытались сообразить, что к чему, и оторопело разглядывали друг друга, я шёпотом заказала у холодильника кофе и начала его попивать, опёршись спиной на стену, так как стол лежал на боку, а стулья валялись по углам.

– Кхм, – смущённо кашлянул Фарукан, заметив, наконец, то незначительное обстоятельство, что он совершенно голый. – Марго, ты… может, отвернёшься?

– Не-а, – злорадно отказалась я. – Лучше буду смотреть на вас, а не на разрушенную комнату.

Блондинка неожиданно фыркнула, поднялась с независимым видом и, ничуть не смущаясь своей наготы, начала собирать по полу клочья синей ткани. Видимо, раньше они были одеждой. Опять хочет всё артефактом срастить!

Фарукан укрылся ниже пояса простынёй, а потом… лёг обратно, подложив под голову руку, устроился поудобнее и начал с интересом наблюдать за блондинкой. Паниковать, как в прошлый раз, он явно не спешил.

– Объяснения будут? – не выдержала я, так как эти двое обо мне как будто и вовсе забыли. – Я же сняла чары кольца!

– Ага, – лениво подтвердил Фарукан.

– Тогда что здесь… как это вообще? Почему? – не особенно связно уточнила я.

– Не твоё дело! – фыркнула блондинка, выпрямляясь. – Делаю, что хочу! А ты ревнуешь, что ли?

И хоть она задала вопрос беспечным высокомерным тоном, всем видом показывая, что плевать хотела на ответ, я почувствовала – ответ ей важен. Неужели она хочет знать, свободен ли он? И… сама ревнует? Да нет, не может быть…

– Ты что, снова пролезла к нам в комнату, только уже без чар? Просто так? Так вчерашнее безумие было настолько мерзким, отвратительным и чудовищным, что ты возжелала его… повторить?! – с восторгом принялась рассуждать я.

– Марго! – ледяным голосом осёк меня Фарукан. – Ты кофе не хочешь попить пока в столовой? Он там сейчас вполне приличный…

– Ладно, – не стала спорить я. – Не буду мешать.

Кофе в столовой и в самом деле оказался вполне себе неплохим. Вообще, теперь столовая походила на приятное стильное кафе. Но задерживаться я там не стала. Подхватила картонный стаканчик и поднялась к нам в общий зал. Там пока никого не было. Отлично! Никто не помешает мне засесть в засаде.

Блондинка, уже полностью собранная, строгая, ухоженная, с идеально уложенными волосами, показалась в зале примерно через десять минут. Синие тряпки вновь срослись и превратились в элегантный костюм. Она выглядела так чуждо здесь, и так отстранённо, что даже и в голову не могло прийти, с какой целью она тут вообще была. Вся её поза, походка, взгляд – всё источало холод. Даже заговорить с ней казалось немыслимым.

Глянув на меня, она было высокомерно отвернулась и сделала два шага в сторону выхода, а потом вдруг остановилась и решительно подошла ко мне.

Я молча продолжала смотреть на неё снизу вверх, не собираясь первой начинать разговор.

Блондинка выглядела так, словно вот-вот скажет гадость или предложит деньги за молчание. Именно на это я и настроилась, но она вдруг с надменным видом присела напротив, выхватила из моей руки стаканчик с кофе и сделала большой глоток, заставив меня оторопеть.

– Эй!

– Не жадничай! – вредно заявила она и… допила остатки. Это что ещё за такое?

Мы сердито уставились друг на друга. У обеих явно было что сказать.

– Что, экзотики захотелось? – прошипела я. – Надоели аристократические мужики, и решила развлечься по-другому? Он тебе не игрушка, а живой человек! То есть маг!

Девица зло сощурила голубые глаза, но комментировать не стала.

– Какие у вас отношения? Почему вы живёте вместе? – спросила, нет, потребовала ответа она.

– Мы друзья! Лучшие друзья! И мы неоднократно спасали друг друга. Даже не думай, что я позволю его обидеть какой-то блондинистой курице, которой просто захотелось слегка разнообразить свою идеальную жизнь!

Блондинка внезапно откинулась на спинку стула и горько усмехнулась, а потом ответила неожиданно взрослым голосом:

– Что б ты понимала! Это я для него игрушка. Непривычная, яркая, разнаряженная. Он на меня так и смотрит – как на диво-дивное. Вроде как блюдо экзотическое – раз подвернулось, почему бы не попробовать, просто для любопытства? А мне, может, впервые такой мужик попался. Ты хоть раз с аристократами встречалась? Они ж юнцы избалованные. Или уже эгоистичные зачерствевшие мужчины, холодные, как арктический лёд. А Фар… он другой. Никогда у меня таких, как он, не было. Внешность – ерунда. Как до дела доходит, остальные по сравнению с ним такими мерзкими кажутся, что аж зубы сводит. Они не такие сильные, не такие заботливые, и в постели даже на десятую долю не так горячи! – Она закатила мечтательно глаза, подёрнувшиеся сладкой туманной дымкой. Видимо, вспоминала. – Дура ты, если ни разу дальше дружбы с ним не зашла. Там тако-о-ой ураган… Но теперь уже поздно. Не отдам, поняла? Такой мужчина один раз в жизни попадается. Я-то уж знаю. Мне есть с чем сравнить.

Я не удержалась и потрогала её лоб. Может, бредит? Она досадливо отмахнулась, а потом встала и гордо пошла к выходу.

– Ты ведь знаешь, чем Фар занимался раньше? – помешкав, окликнула её я.

– Знаю, – обернулась девица. – Я всё о нём вчера разузнала, когда от вас ушла, всю подноготную. Специально задействовала связи, съездила вечером в отдел по расследованию злоупотреблений магией и говорила с начальником этого отдела.

– С Пырщом? Фабиусом Пырщом?

– Да. Мерзкий тип. Пока здоровался, все руки мне облизал… – поморщилась она. – И выглядел так, будто слегка того… по сторонам время от времени тревожно косился.

– Не чесался?

– Что? – опешила от вопроса она. – Нет!

Угу. Всё-таки действие кофе и в самом деле оказалось недолговечным. Жаль!

– Этот Пырщ рассказал мне всю информацию, не скупясь на детали. А потом заявил, что мне в любом случае не стоит беспокоиться о Фарукане. Идиот решил, что раз я о нём выспрашиваю, значит, Фар мне как-то досадил, поэтому принялся заверять, что лично занимается тем, чтобы вскоре от этого грязного преступника и воспоминания не осталось.

– Что ты ему ответила? – аж подалась вперёд я.

– Что если он посмеет тронуть Фарукана хоть пальцем или даже просто огорчить, то очень сильно пожалеет об этом. Ведь все силы и влияние моего семейства я направлю на то, чтобы раздавить его, как таракана. У него стало такое лицо… будто ему между ног заехали.

Мы переглянулись и расхохотались.

– Меня, кстати, Мильра зовут, – напоследок кивнула мне блондинка.

И, наконец, ушла.