Глава 69

Поначалу всё было хорошо. Мне снились смутные, но очень увлекательные сны о медленно сползающем с могучего мужского тела полотенце. И было так интересно, что же произойдёт в конце, когда полотенце сползёт! Однако коварный сон никак не желал показывать мне так горячо ожидаемую развязку.

Смертельно разобидевшись на такую несправедливость, я… проснулась.

Причём проснулась как-то сразу, без раскачек. Сознание прочистилось моментально, с гаденькой услужливостью подбросив мне воспоминания о том, что было прямо перед сном.

Я открыла глаза и подскочила, но тут же упала обратно, запутавшись в одеяле, которым была добротно так обмотана.

– Рано. Спи ещё, – лениво сказали рядом и придавили одеяльный кокон рукой, загасив в зародыше вторую попытку выбраться.

– Не хочу больше! – возмутилась я, безуспешно дёргаясь. – Ни капельки.

– Хочешь, – с раздражающей уверенностью настаивал голос.

Я затихла и попыталась осознать своё положение. Самый важный вопрос – есть ли на мне что-то кроме одеяла?

– Что, и в самом деле проснулась? – вопреки всякой логике, отреагировал на отсутствие сопротивления Рур. Лежащая сверху рука приподнялась, а потом меня ловко выпутали из одеяла. – Видимо, из-за исчезновения демонического дара процесс восстановления ускорился.

Я села на кровати, глубокомысленно пощупала бежевую пижаму на себе и глянула на Рура. Как и вчера, он удобно устроился рядом, насовав под спину подушки.

– Ты меня одел? – почему-то мне важно было первым делом уточнить именно это.

– Я.

– Небось ещё и предварительно вытер полотенцем?

– Разумеется, – аж как будто удивился Рур.

– Понравилось? – сердито прошипела я.

– Да. – Рур ответил вообще без намёка на насмешку. Абсолютно серьёзно, прямо и спокойно. Это почему-то здорово сбило меня с толку, заставив растерять всю злость. Не получалось ни возмутиться, ни придумать уничтожающего ответа. Особенно если вспомнить, что он, вообще-то, меня спас.

– Спасибо, – как-то неловко закончила странный диалог я.

– А сейчас я тебя ещё и накормлю, – кивнув в ответ на благодарность, произнёс он. Почему-то прозвучало интимно. Невольно представилось, как Рур устраивает меня на коленях, берёт блинчик, обмакивает его в варенье и подносит к губам, заставляя откусывать. Фантазия была настолько яркой и неожиданной, что заставила вздрогнуть.

– Сама справлюсь, – смущённо вырвалось у меня. Он вопросительно глянул, а потом, видимо, понял, что именно мне подумалось. Лава в зрачке стала ярко-оранжевой. Взгляд потяжелел. Но всё длилось лишь миг. Рур резко отвернулся и встал с кровати.

В этот раз на завтрак были сырники со свежими ягодами и… снова чёртовы блинчики, нездоровым образом воздействующие на фантазию.

Пока я ела, Рур сидел напротив и с задумчиво-жутковатым видом смотрел в пол. Его лицо снова было закаменевшим. В отличие от меня, отдохнувшей и уже как-то смирившейся с происходящим, он, казалось, замыкался всё сильнее и ни на секунду не переставал размышлять.

– Есть новости? – осторожно уточнила я, когда поняла, что больше не могу съесть ни кусочка.

– Нет. Со вчерашнего дня в здание никто не входил и из него никто не выходил.

– Ты надеялся выяснить, кто проводит собеседование? – Он кивнул. – Может, они заехали туда вчера днём и остались с ночёвкой?

– Здание не выглядит хоть сколько-нибудь подходящим для ночёвки членов правительства. Разве что там есть подземный этаж. Или тайный ход. Но почему-то меня всё это настораживает.

Мы помолчали.

Что тут скажешь?

Может, здание выглядит внутри лучше, чем снаружи? Или те, кто будет проводить собеседование ещё в пути и прибудут в самый последний момент.

– Успеваем ещё потренироваться? Или пора возвращаться в общагу? – сменила тему я.

– Успеваем. И в общагу можно не торопиться. Твой сосед всё равно не вернулся. И не вернётся в скором времени, – со зловещей уверенностью отозвался Рур.

– Почему? Что с ним?!

– Первая рабочая ночь у аристократки была очень бурной.

– А-а-а-а-а, – покраснев, глубокомысленно протянула я. – Ясно. И всё-таки какая поразительная осведомлённость…

Рур никак не стал комментировать тот факт, что следит за моим соседом. Похоже, он не оставлял без внимания ни одну сферу моей жизни.

В этот раз тренировка прошла быстро. После избавления от чёрного дара и хорошего отдыха у меня с первого раза получилось отразить атаку каменных тварей и при этом ни на миг не проколоться с иллюзией. Второй раз тоже всё вышло неплохо, хоть и был напряжённый момент, когда одна из тварей стремительно атаковала со спины, пока две другие активно отвлекали внимание. Но я справилась.

А третьего раза не было. Рур остановил тренировку.

– Хватит. Утомляться нельзя. Чем больше у тебя сил, тем легче всё получается.

Выглядел он при этом так, что возражать явно не стоило. Хотя бы потому, что чем ближе время подходило к собеседованию, тем более страшным становился Рур. Его лицо превратилось в ужасающую маску с одним горящим глазом и одним чёрным, как сама бездна.

Потом мы долго в гробовом молчании пили кофе в гостиной, пока не пришло время уходить.

Честно сказать, я очень опасалась, что он взорвётся второй раз. Но нет.

Крепко сжимая мою руку, он довёл меня до общаги.

А перед тем, как отпустить, резко развернул к себе, схватил за плечи, и жёстко, будто впечатывая в меня каждое слово, сказал то, чего я никак не ожидала услышать:

– Если вдруг что-то пойдёт не так и печать захотят активировать, выпускай свою магию так сильно, как только можешь. Не через пальцы, а через всё тело. Просто призови её всю и дай выплеснуться. Не думай о последствиях. Постарайся создать там самое мощное поле искажения, на какое только способна, растворяющее всё на своём пути. Чтобы никто не ушёл. Тот, у кого ключи от печати, будет там. Они не знают, чего от тебя ожидать и не захотят рисковать. Значит, если он погибнет, то активировать её будет некому. Поняла?!

Он слегка меня встряхнул.

– Да, – хрипло отозвалась я, ужаснувшись от предложенного.

– Не медли! Важно, что уничтожить надо всех разом, не дав опомниться, чтобы печать не успели активировать. Без колебаний и предупреждений. И помни – я всё время буду рядом. Прямо за чёртовой защитой.

Он отпустил меня так резко, будто боялся, что если помедлит, то не сможет.

– Иди.

Я кивнула и как-то растерянно пошла к выходу из подвала, очень явственно ощущая спиной его взгляд.

После этого последнего жуткого напутствия Рура мне стало ясно несколько вещей.

Во-первых, он явно прикидывал и другие способы быстро и без шума прихлопнуть всю комиссию в полном составе вместе с носителем ключей от печати. Очевидно, именно об этом он до последнего и размышлял.

Возможно, если бы комиссия открыто прибыла к назначенному месту собеседования, он всё же рискнул бы, прижав меня к себе, просто выпустить всю свою силу и снести защиту вместе со зданием. Но сейчас это точно было плохим вариантом, так как комиссия вполне могла прибыть в последний момент, да ещё и воспользовавшись тайным ходом.

Или же это вообще была проверка.

Меня нарочно пригласили в пустое здание, чтобы посмотреть, как я на это отреагирую и буду ли что-то предпринимать.

Может, у них появился повод считать, что меня кто-то опекает, и они надеются, что если это так, то неизвестный защитник проявит себя?

Или же внутри ждут какие-нибудь твари, которые на меня нападут, а комиссия издалека через какие-то свои камеры будет за этим наблюдать и оценивать мою реакцию.

Ещё Рур вполне мог рассматривать вариант выпустить в здание Умку и дать ей приказ убивать каждого встречного. Ведь она, вполне возможно, смогла бы в своём мерцающем состоянии просто пройти через защиту. Или нет. Мы этого не знаем, учитывая, что защита настолько сложная и мощная, что её выплетали десятилетиями. Вдруг наша химера через неё не пройдёт или, того хуже, потревожит какие-нибудь сигнальные чары? Но самое главное – даже проникнув в здание, Умка при всём желании не могла уничтожить всю комиссию разом, только по очереди, а значит, держатель ключей от печати вполне мог её активировать, как только поднялась бы тревога.

В общем, куда ни ткни, выход у Рура был один – позволить мне пройти собеседование по правилам. А уж в крайнем случае дать задание выпустить поле искажения, растворяющее всё на своём пути.

В комнате я не задержалась – Фарукан и в самом деле не вернулся, что, наверное, и к лучшему. Успокаивать взволнованного друга сейчас хотелось меньше всего. Зато в общем зале неожиданно обнаружился папаша Кыц. Он скромно сидел за столом, ел какой-то пирог, явно из нашего буфета, и с интересом рассматривал новую отделку зала.

– Доброе утро, – удивлённо поприветствовала его я. – Меня ждёте?

– Да! – Он вскочил и подхватил с соседнего стула прозрачный пакет, в котором тоже лежали пироги. – Отвезу тебя на собеседование. Мы решили, что тебе дружеская поддержка не помешает. Я стучал в комнату – никто не ответил. Но время раннее было, так что вряд ли ты своим ходом ушла. Поэтому я решил подождать тут. Заскочил к вам в столовую, думал чаю взять, а там выпечки свежей полно… будешь? Я целый пакет семейству набрал…

– Простите, что-то нет аппетита. – После сытного завтрака у Рура и волнения из-за предстоящего собеседования даже вид выпечки вызывал отвращение. – Спасибо, что дождались. Я в ванной была, а Фарукан на работу устроился, так что его ещё нет…

– Ого, на работу? А куда?..

Болтая, как будто мне впереди не предстояло ничего особенного, мы направились к выходу из зала.

Вот за что я была благодарна крысанам – в дороге никто ни слова не проронил о собеседовании, никто не нагнетал обстановку и не смотрел с жалостью. Впрочем, они, возможно, искренне считали, что это и в самом деле ерунда, простая формальность. Не экзамен же!

Поэтому мы непринуждённо болтали и лопали пироги. Точнее, лопали все, кроме меня.

Нужное здание располагалось ближе к одной из окраин города. Выглядело оно, честно сказать, невзрачно. Двухэтажное, облупленное и какое-то будто заброшенное. Действительно, трудно было подумать, что там могли бы остановиться на ночь важные персоны.

Вокруг имелся ржавый забор с воротами, а мощёная дорожка к зданию так заросла, что трава пробивалась даже через плитки. Казалось, по ней давным-давно никто не ходил.

Ворота оказались открытыми, их достаточно было только потянуть на себя. Поддались легко, без шума, хотя как-то подсознательно ожидался зловещий скрип.

Я прошла по дорожке, поднялась на крыльцо и дёрнула деревянную дверь, казавшуюся очень хлипкой. Она тоже оказалась незапертой.

Первый человек, точнее, маг, попался мне в небольшом, но достаточно чистом холле.

Это был Пырщ.

Видимо, здесь и в самом деле имелся запасной ход, раз Рур не смог отследить прибытие белобрысого гада. Но ведь он наверняка и за Пырщом отдельно следил. Неужели не заметил, что тот куда-то собрался, да ещё принаряженный?

Странно это как-то…

Мой куратор выглядел так, словно явился на торжественный приём. Наверное, кому-то другому этот блондин с гармоничными чертами бледного высокомерного лица, облачённый в вечерний костюм с чуть мерцающей тканью, показался бы привлекательным.

Но только не мне. Слишком хорошо я успела его узнать за последнее время.

Надо же, ещё и золотую булавку для галстука нацепил! В честь чего столько стараний?

– Нас уже ждут, – сухо сказал он, не утруждая себя приветствием. – Надеюсь, ты не строишь иллюзий, что сможешь пройти собеседование?

– Снова хотите предложить отдать дар? – догадалась я.

– Нет. – Ого, неожиданный поворот! – Теперь уже поздно. Ты свой шанс упустила. Больше нет нужды бегать за тобой с просьбами.

Вот заинтриговал, так заинтриговал! Ни за что не поверю, что он смирился с ситуацией. Так откуда же эта раздражающая уверенность?