Глава 12

На переход от выхода с базы, до зимника, я затратил около восьми часов. При этом, я бы не стал утверждать, что мой путь был настолько сложен, чтобы использовать вначале ЗИЛ-157, а уж после пересаживаться на другой автомобиль, это уже после, стала понятна основная причина этой пересадки. Конечно так в какой-то степени удобнее, хотя бы потому, что «Захар» некоторые места, с наиболее сильными заносами, преодолевал сходу. Наверняка «Буханка» там бы чувствовала себя, менее уверенно. Но все-равно, пусть даже затратив на это большее время, наверняка преодолела бы этот участок. Правда по дороге все-таки встретился участок, где пришлось снижать давление в шинах, переходить на пониженную передачу и тащиться со скоростью пешехода, часа два, преодолевая не то протаявшее болото, не то какую-то речушку, перемешанную со льдом и снегом, но так или иначе, по-другому пробиться здесь не получалось, и это несмотря на двадцатиградусный мороз. Похоже здесь имелся, какой-то теплый источник, который не давал этому болоту покрыться достаточно толстым льдом.

В итоге, уже по темноте, попетляв по редкому лесу, я выбрался на берег довольно широкой реки, и хотя в пояснениях к имеющейся карте и было указано, о том, что река мелководная, решил переночевать на этом берегу, а с утра двинуться дальше. Все-таки путь сюда, вымотал меня довольно сильно. «Захар» хоть и считается вездеходом, но ездить на нем очень сложно, одно отсутствие усилителя рулевого управления, говорит само за себя, стоит попасть в какую-то яму или промоину, и рулевое колесо грозится не просто вырваться из твоих рук, а еще и вырвать сами руки из суставов. Короче говоря, к вечеру, после такой езды, я едва удерживал баранку. Выбравшись из кабины, добавил в бензобак топлива из загруженной в кузов бочки, обошел грузовик вокруг, внимательно осматривая возможные неполадки, и вновь забравшись в кабину, достал из «Рюкзака» приготовленный еще на базе ужин, который прекрасно сохранился в горячем виде, затем, хорошенько подкрепился, и раскинув по сидениям одеяло, и уложив на него спальный мешок, разулся и улегся спать, не глуша двигатель.

При таком морозе, даже не обращая внимание на то, что в радиаторе залит тосол, а не вода, есть риск не завести двигатель, после ночной стоянки. Поэтому лучше пусть работает на малых оборотах, заодно гарантируя тепло в кабине. Ночь прошла, достаточно спокойно. Ночью правда меня разбудил волчий вой, пронзивший меня буквально насквозь, но подняв голову, убедился, что двери запарты, двигатель продолжает тихонько тарахтеть, и по большому счету, мне ничего не угрожает. Поэтому, повернулся на другой бок, и вновь уснул. Проспал, я практически без сновидений, и можно сказать замечательно. Устроившись поперек кабины, и вытянувшись почти во весь рост, к утру, чувствовал себя вполне прилично. Поэтому проснувшись, огляделся вокруг, чтобы не нарваться, на какого-то зверя, выскочил из кабины, освежил лицо снегом приводя себя в порядок после сна, и вернулся назад. Здесь выпил кружку кофе из термоса, который к своей досаде, забыл вчера воткнуть обратно в яейку рюкзака, из-за чего он хоть и остыл за ночь, но был еще немного теплым, перекусил бутербродом, и убрав постель и остатки еды, отправился дальше.

Ширина реки была не больше тридцати-сорока метров, да и сковывающий ее лед, даже не потрескивал под колесами, а вот другой берег выглядел отвесным обрывом высотой от полутора метров и выше, и взобраться на него, не было никакой возможности. Подыскивая место, я прокатился около километра вдоль него, но так и не нашел места для подъема. Везде был или обрыв, или же деревья стояли настолько плотно, что протиснуться между ними, не было никакой возможности. Вдобавок во всему, река действительно скорее всего была достаточно мелкой, выступающие из поверхности льда камни, говорили сами за себя, и их приходилось объезжать. Вообще-то в пояснениях, приложенных к карте, говорилось о том, что лучше всего, именно здесь пересесть на легковой автомобиль, тем более, что до зимней трассы, от реки было не больше полутора километров, и по большому счету, это расстояние вполне можно было преоболеть на любой машине. Правда было немного жаль бросать на произвол судьбы грузовик, но похоже, это во-первых, было в порядке вещей, для ранних групп исследователей этого мира, а во-вторых, взобраться на обрывистый берег, как я убедился сам, было просто нереально. Может, где-то дальше по реке и можно было найти пологий подъем, но тащиться по руслу, рискуя угодить в какую-нибудь промоину, или порвать шины на острых камнях, не слишком хотелось. А такое вполне могло произойти, да и скорость движения тоже оставляла желать лучшего.

Поэтому решил не выделываться, а следовать указаниям, имеющимся в «путеводителе». То есть выбрав местечко по удобнее, приткнуть грузовик задом к обрывистому берегу, и даже не укладывая сходен, по откинутому борту, взобраться на крутой берег. Что ГАЗ-69, что мой Уазик, вполне это позволяли. Я же хотел сохранить грузовик на более долгое время, и даже придумал легенду, говорящую о том, что перевожу загруженный в кузов «УАЗ» для ремонта в авторемзавод, расположенный в Ленске. Были некоторые опасения, касающиеся того, что в Чернышевске или в Мирном могут докопаться гаишники. А так, все понятно, загрузили я и везу, вот путевка. Но следовать по реке, которая извивалась так причудливо, что поездка по ней увеличивала расстояние более чем втрое, как я уже говорил выше, было рискованно. А старый, по меркам двухтысячных годов грузовик, было не жалко и бросить, даже несмотря на то, что здесь в шестьдесят пятом году, он считался практически новым. Да и по большому счету, я в любой момент, мог вернуться порталом обратно на базу, а имеющейся там техники, хватит еще на десяток подобных экспедиций.

В общем, мои планы, пришлось срочно переигрывать. Выбрав участок, где обрывистый берег не превышал полутора метров, приткнул к нему грузовик кормой, поставил на ручной тормоз, и выбрался в кузов. Здесь нужно было подготовить свой уазик к дальнейшему пути. Во-первых, накачать колеса, воздух из которых я спускал, чтобы войти в габарит по высоте аномалии, затем, требовалось, как-то подогреть двигатель, для лучшего запуска. Для этого у меня имелся гибкий пожарный рукав, один конец которого я протянул к картеру, другой накинул на выхлопную трубу грузовика. Честно говоря, здесь я просто сглупил. Дело в том, что в автомобиле имелся автономный отопитель, встроенный в систему охлаждения двигателя, и запустив его, можно было спокойно и прогреть двигатель, и заодно салон автомобиля. Но у нас русских, всегда, как говорится: «Хорошая мысля, приходит опосля». В итоге, пока занимался с колесами, и освобождал уазик от креплений, двигатель на нем, за счет выхлопных газов, идущих от грузовика, немного прогрелся. Небольшой налет копоти, и легкий запах в кабине, который достаточно быстро выветрился, не самая большая неприятность.

Переставив аккумуляторные батареи с грузовика на УАЗ, решил что так будет проще, да и бросать новенький аккумулятор, было откровенно жаль, легко завел автомобиль, и пока тот доходил до кондиции, частично перегрузил, находящиеся в кузове вещи в него. Затем, слегка расчистив от снега дорогу, над обрывом, легко, даже не напрягаясь выехал из кузова грузовика, и отогнав машину чуть подальше, занялся перегрузкой оставшихся в кузове вещей, которые собирался взять с собой в дорогу. А именно запас резины, которую закинул на верхний багажник, прикрыв ее куском брезента, ящик с самыми необходимыми запасными частями, которых, как мне казалось, найти в продаже, будет достаточно сложно. Десяток канистр, заполненных бензином, и то чувствуя, что их может оказаться маловато в дороге.

В стране, которая продавала нефть всей Европе, катастрофически не хватало автозаправочных станций. Да и те что были, чаще обслуживали государственные автомобили. Правда у меня имелся, достаточно большой запас талонов на топливо, но кто знает, будут ли они действительны в центре России, если выданы здесь в Якутии. Осмотрев кузов грузовика, и кабину, проверяя все ли перенес, что собирался забрать, воткнул первую передачу, и сняв грузовик с ручного тормоза, отправил его прямиком на лед, тут же выпрыгнув из него. Куда доедет там и останется, он свое отслужил. После чего взобравшись на бугор, добежал до своего УАЗа сел за руль, и довольно быстро, добрался от реки, до проложенной зимней трассы, до которой, как оказалось, не больше двух километров. Разве что немного побуксовал на одном из заносов, но достаточно быстро выбрался на зимник.

Зимник, представлял собой дорогу, расчищенную бульдозером практически до самой земли. Ширина дороги составляла, что-то около шести метров, позволяя достаточно свободно разъезжаться встречному транспорту. За счет морозов верхняя земляная основа смерзалась, образуя довольно твердое покрытие, после, падающий снег, добавлял к зимнику, дополнительные слои, часть которых укатывалась колесами проезжающего транспорта, часть расчищалась работающими бульдозерами и грейдерами, в итоге, оставалась вполне приличная, для этих мест дорога, позволяющая гораздо быстрее, чем в летнее время, добраться от одной точки до другой.

В некоторых местах, были организованы стоянки, как правило неподалеку от поселков, кое-где имелись столовые и пункты обогрева. Ближайший такой пункт. Оказался расположен в поселке Моркока, который находился у моста, через одноименную реку. Какой-то шутник, приписал на дорожном указателе букву «В», превратив поселок в МоркоВку, но исправлять это никто не стал. Здесь на зимнике, улыбка никогда не бывает лишней, а если усталый водитель улыбнется, прочтя это, значит ему станет легче. Восемьдесят километров, с момента выезда на зимник, и до поселка Моркока, я можно сказать пролетел за какие-то два часа.Теоретически, можно было бы и быстрее, но дорога шла по холмам, то взбираясь вверх, то круто спускаясь вниз. К тому же дорога, местами была довольно скользкой и удерживаться в своем ряду оказывалось довольно сложно. Хорошо еще встречных машин было немного, а попутных кроме меня, считай и никого.

Добравшись до поселка, заехал на организованную автостоянку, где увидел столовую, а так как время подходило к обеду, решил посмотреть, чем здесь кормят. К своему удивлению, обнаружил в вывешенном на стену меню, пельмени, правда из оленины, но не мгновения, не сомневаясь сразу же заказал две порции, и умял их со сметаной, за милую душу. Может, где-то в центральных областях и будет несколько иначе, но здесь мне все понравилось. Было очень заметно, что готовят с душой, и не особенно воруют. Перекусив, и немного передохнув, подумал, что вполне смогу за оставшееся время, добраться до Чернышевска, до которого было около двухсот километров. Хотя бензина за первый перегон истратил не так чтобы и много, все равно на выезде долил до полного бака, смешав местный бензин с собственным топливом, использовав изготовленные на базе талоны, которые приняли без звука, и вновь встав на зимник, отправился дальше.

Через три часа пути, когда я уже основательно вымотался, но все же был очень рад хотя бы тому, что на моей машине, имелся гидроусилитель руля, что позволяло без особенных проблем выдерживать все остальные неудобства этой конструкции, я добрался до речки Олгуйдах, перебравшись через которую по насыпному мосту, неожиданно увидел небольшой поселок, с автозаправочной станцией и небольшим магазинчиком при нем. Тут же остановившись, зашел в теплое помещение, и обнаружил, что-то вроде небольшого буфета, где можно было попить горячего чая и скушать пирожок. Собственно, кроме этого, ничего другого и не имелось. Но даже то, что было в наличии, тянуло на высшую оценку. Честно говоря, не надеялся даже на это.

Пока пил чай, меня попросили взять попутчиков. Отказывать в этом здесь не принято, поэтому взял с собою дородную женщину, и двух мальчишек лет десяти. По словам мамаши, они приезжали как бы на побывку, а сейчас отправляются назад в Чернышевск, где находится школа-интернат. Увидев мой автомобиль, сразу же пристали с просьбами, посадить обоих пацанов на переднее сидение, что в общем-то было вполне понятно. Конечно вдвоем впереди сидеть как бы не положено, но пошел на это, и всю дорогу ловил восхищенные взгляды мальчишек. Да и не положен по меркам двухтысячных, а сейчас спокойнее относятся к всему этому. А их мамаша, заняла место в салоне микроавтобуса, усевшись в кресло за нашими спинами.

Правда пришлось заезжать в город, и подвозить их до школы-интерната, следуя указаниям их мамаши, а после возвращаться обратно к автостоянке, которая находилась на въезде в город, но это было нетрудно. Зато представляю сколько впечатлений осталось у пацанов. Увы никакой гостиницы, здесь не наблюдалось даже близко. Как собственно и столовой. Пара довольно больших бочек с бензином и дизельным топливом, и будка заправщика. Как выяснилось, здесь ходит местный автобус, на котором можно добраться до гостиницы в городе. Правда автобус уходил с маршрута уже в девять вечера, а сейчас часы, показывали половину одиннадцатого. Одним словом, с гостиницей я пролетел. Хотя честно говоря, не особенно расстроился по этому поводу. Немного разобрав вещи в салоне автомобиля, вскипятил чайник, попил чаю, с пирожками, купленными в Олгуйдах, и завалился спать, оставив в работе автономный обогреватель.

Здесь в УАЗе стоял жидкостный отопитель встроенный в систему охлаждения двигателя нагревая антифриз, который затем циркулирует по малому кругу системы охлаждения, подавая тепло на блок цилиндров и облегчая холодный пуск. Именно на нем я и ступил прогревая двигатель с помощью выхлопа гшрузовика на реке. Но, помимо этого, жидкостный отопитель может прогревать и салон — горячий антифриз подаётся и в радиатор «печки», установленной в перегородке за двигателем, а блок его управления задействует штатный вентилятор отопителя нагоняя внутрь нагретый воздух. Если не считать некоторого шелеста вентилятора, то такой обогрев, выходит, даже несколько удобнее, за счет того, что при работе двигателя, нет нужды в запуске обогревателя. Достаточно включить вентилятор и тепло пойдет в салон автоматически. Да и запустить двигатель утром, или после стоянки, гораздо легче обычного, тем более здесь при таких температурах.

Проснувшись утром, не торопясь умылся, размялся, сбегал до ближайших сосенок, потому что никакого отхожено места здесь не наблюдалось в принципе. Зато за деревьями, было настояшее минное поле из раскиданных кучек дерьма. После чего занялся приготовлением завтрака. Запасая продукты в дорогу, наткнулся на четырехкилограммовые банки с меланжем — яичным порошком, и подумал, что это будет неплохим дополнением к ежедневному рациону. И сейчас, разбавив порошок обычной водой, зажарил себе яишенку, а после с удовольствием умял ее с кофе и оставшимися с вечера пирожками. Насытившись, собрался было уже отправиться дальше, как вдруг увидел открывшийся киоск, рядом с будкой автозаправщика. Подумав о том, что могу встретить там, что-то съестное в дорогу, добежал до него, но увы, киоск оказался газетным. Но зато разжился свежими номерами «Известий», «Мирнинский рабочий» и «Советский энергетик».

Торопиться было в общем некуда, поэтому устроившись в салоне, налил себе кружку чая, и решил, что пора вживаться в новое для меня сообщество, и, хотя бы быть в курсе свежих новостей, чтобы не теряться в случайной беседе, и не вызывать подозрений в отношении себя. Чтобы там не говорили о том, что Лаврентий Павлович уже не занимается «охотой на ведьм», но вряд ли он, или его подчиненные откажутся проверить сигнал, поступивший от случайного рабочего, о том, что некто теряется в советских событиях, и вызывает подозрение. Все-таки всю свою сознательную жизнь, я провел в капиталистическом обществе, где давным-давно забыли о том, как люди жили при социализме. И сейчас было достаточно интересно посмотреть, как здесь живут.

«Известия» рапортовали о надоях молока и подготовке полей к посевной, достижениях отдельных коллективов в производстве, и как и следовало ожидать, большая статья на всю первую полосу была посвящена выходу Алексея Леонова в космос. Горячего интервью, еще пока не было, потому, что экипаж еще находился в космосе, но тем не менее материала оказалось достаточно, чтобы заполнить всю первую полосу. Правда большую его часть занимали фотографии. И что-то я очень сомневаюсь, что в газеты попадут сведения о не слишком «мягкой» посадке экипажа на землю. Все-таки об авариях, и недочетах здесь стараются умалчивать, а насколько я помню прочтенную на базе статью, о возвращении этого экипажа на землю, проблемы преследовали их всю дорогу. То какой-то клапан отказал в посадочном модуле, и спасло космонавтов то, что те находились в скафандрах. То приземление состоялось не совсем там, где должно было произойти, в результате чего, космонавты несколько дней жили в тайге, ожидая спасателей, и питаясь, можно сказать, подножным кормом.

«Мирнинский рабочий» сообщал о досрочном вводе в эксплуатацию второй горно-обогатительной фабрики, на которой установлены бесшаровые мельницы, должные поднять выход алмазов, аж на одиннадцать процентов. Об энтузиазме работников комбината, и продолжающейся Всесоюзной Комсомольско-молодежной стройке, возводящей новые цеха, и сам город Мирный. Все это было щедро разбавлено лозунгами и пафосными докладами. Честно говоря, читал все это и морщился, думая о том, куда я попал, и что же мне теперь здесь делать. Вживаться в местную среду, активно участвовать в комсомольской жизни? Похоже придется, в противном случае меня довольно быстро объявят врагом народа, и буду разглядывать небо в клеточку.

«Советский энергетик» поразил гораздо больше. Рассчитывая найти здесь победные реляции на тему возведения Вилюйской Гидроэлектростанции, к своему немалому удивлению, обнаружил лишь небольшое упоминание о ней на развороте. То, что на первой странице, я увижу победную статью о советских космонавтах, я не даже не сомневался, но честно говоря, это была скорее краткая перепечатка того, что я уже прочел в «Известиях» даже фотографии, были теми же самыми, но в уменьшенном формате. А вот, что больше всего поразило меня, так это то, что газета больше была посвящена не тем энергетикам, которые в моем понимании добывают электроэнергию, а скорее местным экстрасенсам: Ведьмам, колдунам, стихийным магам и целителям.

Я конечно читал отчеты о том, что нечто подобное присутствует в этом мире, но чтобы это происходило так, в открытую, да вдобавок ко всему у местных «гаррипотеров» имелось собственное издание, в виде газеты, и совершенно официальные «Хогвардсы» в виде школ, профессиональных училищ, и тому подобных учебных заведений, оказалось для меня чем-то вроде шока. Хотя, я и сам с некоторых пор выступал в качестве одного из одаренных, но честно говоря, думал, что все это находится в полуподпольном виде, да и мои возможности явно не могли принести хоть какую-то пользу, кому-то еще, кроме меня.

Все оказалось совсем наоборот. Правда, на последней странице увидел небольшую заметку о том, что в Ленске, открыт филиал территориальной конторы, позволяющий определить свой энергетический уровень, и получить соответствующий жетон, требующийся для постоянного ношения, согласно закона от 29 сентября 1932 года. Что это был за закон сказано не было, но сразу же возникла мысль о том, что, хотя «Советские энергетики» вполне официальная контора, но тем не менее, она находится под контролем государства. Одним словом, не все так просто, как кажется на первый взгляд.

В общем, во всем этом еще нужно было разбираться. Хотя жетон, так или иначе, получить все-таки придется. Кто знает какие карательные меры, приняты за сокрытие своего дара. А то, что он может проявить себя в самый неподходящий момент, я практически не сомневался. Это сейчас я знаю о своей возможности иметь рюкзак и ставить порталы, а кто знает, вдруг во мне скрывается что-то еще, поэтому лучше не рисковать. Завершив ознакомление с местными новостями, сел за руль, и решил прокатиться по поселку. Сравнить так сказать его нынешний вид, с тем, что я видел в то время, когда только прилетел сюда, для службы по контракту. Сейчас, все было совсем иначе. Тех нескольких пятиэтажек, не было и в помине. Большая часть поселка была застроена деревянными домами, благо, что леса в округе было немеряно, но не меньше я видел и обычных палаток, с торчащими их них дымящимися трубами буржуек. Несколько наспех сбитых построек, оказались продуктовыми магазинами. Зайдя в один из них, увидел довольно богатый выбор продуктов, и огромный плакат, висящий на стене, предлагающий ежедневно употреблять, богатую белками и витаминами черную паюсную икру, осетровых рыб. А за спиной продавца высилась целая пирамида знакомых баночек этой икры, которую похоже здесь никто не берет.

Подойдя к прилавку осторожно поинтересовался, могу ли я купить несколько баночек этого продукта?

— Да, хоть ящик! Возьмете? — Оживилась продавщицв, сразу же поднимая голубенькую банку с надписью латиницей.

Глаза продавщицы загорелись предвкушением, сбыта, похоже никому не нужного товара. Я же, загоревшись тем, что наконец дорвусь до этого дефицита, все же постарался снизить свои запросы, боясь по незнанию реалий, нарваться на обвинение в спекуляции. Тем более, что неоднократно читал об этом. Стограммовая банка икры стоила четыре рубля, по нынешним ценам, это конечно не дешево, но вместе с тем и не великие деньги. Еще полчаса назад наткнулся на объявление о приеме на работу, шоферам предлагали зарплату до двухсот пятидесяти рублей в месяц плюс районный коэффициент. И мне почему-то подумалось, что четыре рубля, не такие уж и великие деньги, для такого продукта.

Одним словом, разумеется не ящик, но десять банок я все же купил, заодно взяв и свежайший, только что выпеченный батон и такую же булку белого хлеба. Разумеется, ни о какой дороге, сейчас не было и речи. Пришлось в очередной раз ставить чайник, и вскрыв банку икры, пробовать местные бутерброды. Правда осилил всего два, и решил, что тянуть время дальше не стоит. И потому сев за руль, отправился на выезд из поселка, в сторону Мирного.