Глава 19

В какой-то момент, начальство вдруг решило, что необходим дополнительный контроль в моем отношении, и потребовало от меня, после каждого выхода сдавать книгу порталов на хранение, в особый отдел. Честно говоря, меня это даже обрадовало. С радостной улыбкой на лице, я извлек книгу порталов и протянул своему куратору.

— Чему, вы, улыбаетесь? — Тут же спросил он.

— Хотя бы тому, что вы решили отказаться от моей службы.

— Кто вам, такое сказал?

— Вы отбираете у меня книгу, а она, без моей подпитки лишится всех своих записей в течении нескольких минут, или самое многое часов. А вслед за этим, начнет распадаться и сама. Вряд ли я вам понадоблюсь после того, как лишусь возможности создавать порталы.

— Вы уверены?

— Абсолютно. Может книга и продержится немного дольше, но записи в ней исчезнут достаточно быстро.

— Но их же можно восстановить?

— Разумеется. Достаточно будет вновь пройтись по всем точкам, и установить новые маяки.

— А, если просто сделать новую запись, координаты маяков известны, а вы пользуетесь обычными чернилами.

— Так это не работает. Впрочем, я полностью в вашей власти, можете попытаться, но после не говорите, что я не предупредил вас о последствиях этого шага.

Судя по выражению лица, подобное обстоятельство, очень не понравилось моему куратору. И достаточно скоро возле меня, появился еще один офицер службы сопровождения. Все говорило о том, что с каждой новой отмеченной точкой портала, доверия ко мне становится все меньше и меньше, и чувствую, что скоро, мои работодатели додумаются до того, что наденут мне на руку браслет, который будет сниматься только в нужный момент, и под полным контролем их стороны. А то и запрут куда-нибудь очень глубоко, откуда мне будет не выбраться, при всем моем желании. Короче говоря, нужно было что-то решать и как можно быстрее. Именно тогда, я и задумался о побеге.

Почему тогда, а не раньше? Первое время, было достаточно интересно. Мне хотя и не устраивали экскурсий в тех странах, куда я попадал, но хотя бы увидеть что-то из окна автобуса, или поезда, было очень занимательно. Опять же общение с людьми тоже давало хоть какие-то результаты. Сейчас же, было похоже на то, что основные маяки, мною уже установлены, а устанавливать переходы в другие места, пока или вообще не планируется. А раз так, зачем отвлекать людей на мою охрану, сопровождение, куда проще запереть меня за высоким забором, и при необходимости использовать мои способности оттуда. Заодно и секретность операций подтянется на необходимый уровень. И судя по последним наблюдениям, все сходилось именно к этому. Именно поэтому я и задумался о том, что пора рвать когти.

Правда осуществить побег в моих условиях было практически не реально, но так или иначе, эта мысль, витала в моей голове, и я искал способы и возможности ее осуществить. В ноябре 1965 года, мне выдалась очередная командировка, на этот раз в Аргентину. Причем добираться туда, пришлось через Кубу, Венесуэлу, и Боливию. На этот раз было выделено гораздо больше времени, но куда-то кроме, как на постановку маяков, меня все равно не выпускали. А если где-то и появлялись, то обязательно под плотным контролем, так что дергаться не имело никакого смысла. Тем более, что еще в самом начале службы, меня предупредили о том, что сделают все, чтобы не дать мне работать на противника. Другими словами, любая попытка побега может окончиться плачевно.

По дороге в Аргентину, никаких особых происшествий не случилось, а вот в Буэнос-Айресе, мы выходя из здания, где был установлен очередной маяк, попали на карнавал, причем находились в такой плотной толпе, что дергаться просто не было возможности, и вдобавок ко всему эта самая толпа увлекла всю нашу группу, к центральной площади, где в этот момент происходило главное действие, чему собственно и был посвящен карнавал, а самое главное произошло так, что в какой-то момент, я оторвался от своих спутников и вдруг остался один. Возможности совершить побег это не дало, слишком плотная толпа, не давала возможности активировать портал, как собмтвенно и достаточно быстро, и незаметно выбраться из толпы.

А вот установить незапланированный службой маяк, оказалось очень даже возможно. Я уже упоминал о том, что на источник достаточно сильного огня, ставить точку перемещения, гораздо проще, чем на походный очаг. Здесь даже не требуется извлекать журнал, мысленное согласие и маяк устанавливается автоматически, а вместо записи появляется обычная точка, с координатами места прибытия, которую позже можно дополнить пояснениями, или просто оставить в том же виде, в каком она появилась. При этом, как правило эта точка убегает в самый конец записей, и если не знаешь где ее искать, не сразу-то и найдешь.

Как раз на этом карнавале, сжигали чучело какого-то, толи местного божка, толи кого-то еще, но так получилось, что я находился буквально в двух шагах от этого места, и разумеется, как только в моем сознании появился запрос на установление маяка, сразу же дал на него согласие, хотя по большому счету, даже не особенно надеялся на то, что когда-то мне удастся им воспользоваться. Все-таки, во-первых, мне не давали никакой возможности на это, а во-вторых, внезапно появляться в центре главной площади города, значит привлекать к себе внимание. С другой стороны, неучтенная точка, тоже может пригодиться в нужный момент. А иногда, можно и рискнуть.

В остальном все прошло как обычно, Я как и было сказано в инструкции, пробился к краю площади, где меня довольно быстро и нашли мои сопровождающие. А вот по возвращении в Москву, произошло именно то, чего я опасался больше всего. Правда подали это, как опасение за мою жизнь. Якобы произошла некоторая утечка данных, и поэтому, чтобы я был постоянно на глазах, и чтобы против меня не смогли воздействовать энергетически, приказали постоянно носить блокирующий браслет на руке. Сюда же приплели, и якобы организованное покушение в Аргентине, где меня, как бы специально оттеснили от сопровождающих лиц, и только их опыт и мастерство позволили уберечь меня от покушения.

С таким опытом и мастерством, подумалось мне, меня могли сотню раз прикончить к тому времени, пока эти горе-специалисты, смогли выбраться из толпы и найти меня на краю площади. Вслух я это разумеется не озвучил, но заметку сделал. Впрочем, именно сейчас, это было уже не столь важно, потому что я решил дальше здесь не задерживаться, тем более, навязчивый контроль, превратился в тюрьму. Правда мое заключение, подсластили, новой шикарной квартирой, расположенной на тридцать втором этаже сталинской высотки на Котельнической набережной. Даже не пятью этажами ниже, где теоретически можно было выйти на террасу огороженную балюстрадой, хотя бы для прогулки на свежем воздухе, а именно на верху, под самым куполом, где разве что, можно было выглянуть в окно. Язвительные улыбки, натянутые на лицах моих кураторов, прямо говорили о том, что выбраться оттуда, мне не позволят никаким способом.

Они не учли двух вещей. Во-первых, того, что их браслет легко снимается с помощью обычной скрепки, и я знаю этот фокус, а во-вторых то, что у меня есть рюкзак, и глайдер в одной из его ячеек. А уж опыт полетов на нем у меня имелся достаточно большой. Пусть даже игровой, но не думаю, что в этом будет большая проблема. Проводив куратора, и большую часть моей охраны, которая теперь будет находиться за дверями моей квартиры, контролируя сой возможный выход из нее, кроме одного единственного человека, что будет постоянно присутствовать в квартире, но хотя бы не мозолить мне глаза, находясь подле меня.

Я прошелся по квартире, выглянул в окно, выходящее на восточную сторону, и сердечно, мысленно, поблагодарил, свое начальство, за оказанное мне высокое доверие. После чего отправился в ванную комнату, где минут сорок просидел в горячей воде, приходя в себя, после последней командировки, и строя дальнейшие планы на жизнь. О том, что я надолго не задержусь здесь, у меня не было никаких сомнений. Да и тянуть время, тоже нет никакого желания. Единственный вопрос, который меня волновал касался того, куда именно мне стоит отправиться. Выйдя из ванной, прошел в столовую, где поел приготовленной для меня еды и отправился в свою комнату, сказав, что хочу выспаться после командировки.

Присутствующий в квартире охранник, прикрыл за мной дверь в спальню, и перешел в соседнюю комнату. Я же долго лежал, прислушиваясь к звукам, доносившимся из остальной части квартиры, и когда наконец все они затихли, осторожно поднялся со своего ложа, надел на тебя толстое шерстяное трико, поверх него меховую жилетку и лыжную шапочку на голову. Немного подумав, решил обезопасить себя со стороны входа. Для этого взял один из стульев, и стараясь не шуметь вставил его одной из ножек между дверных ручек, наподобие засова. Пусть немного, может от силы минуту, но стул должен задержать возможную погоню, а дальше меня будет уже не достать.

Вслед за этим, добрался до окна, откинул задвижку готовясь распахнуть раму, и взобравшись на подоконник, заранее приготовленной скрепкой разомкнул браслет, блокирующий мои способности. Похоже, помимо блокиратора, в браслете, на этот раз была вделана, кое-какая сигнализация. Потому что стоило только снять браслет, как в квартире послышался сильный шум и топот. Впрочем, к этому времени, я уже распахнул окно, извлек из ячейки рюкзака глайдер, и активировав его приготовился встать на крыло. Впоследний миг, в голову пришла идея, как обезопасить себя дополнительно, и немного пошутить над конторой, которая перешла все границы дозвозенного. Возвернувшись лицом к комнате, достал журнал и активировал портал, ведущий в сторону того самого бревенчатого здания находящегося в городе Мирном. После чего развернулся и прыгнул вперед, отправляясь в полет на глайдере. Учитывая позднее время, вряд ли кто-то из моей охраны задумался о том, что я просто мог улететь, тем более о наличии глайдера, никто не знал. Бросив взгляд назад, увидел, что моя шутка удалась. С криками о портале, в открытое окно перехода запрыгнули как минимум трое человек охраны. Представляю насколько они окажуися рады, наведя порядок в отхожем месте Мирнинского аэропорта, своими телами.

Я же в это время спокойно продолжал свой полет, удаляясь все дальше и дальше от дома на Котельнической набережной, двигаясь на восток, в сторону видневшейся вдалеке реки Яузы, делающей крутой поворот, возле парка «Первого мая». Мой глайдер, как раз потерял высоту, подлетая к центру этого парка, и я зашел на посадку на аллее, ведущей к круглому фонтану. Как раз возле него, я и встал уверенно на ноги, пробежал несколько шагов, и сложив свой глайдер в походное положение, тут же достал книгу порталов, и активировал переход к Аномалии.

Да, я прекрасно помнил о том, что Аномалия больше не пропускает меня в будущее, но я также и помнил о том, что возле входа в нее я оставил бронетранспортер с полным запасом горючего, и вполне, могу воспользоваться им в своих планах. Разумеется, придется приложить немало сил, чтобы завести его, но даже если с этим ничего не выйдет, то я смогу какое-то время пересидеть там. Тем более что запас продуктов у меня есть и достаточно большой. А автономная печь, позволит чувствовать себя вполне комфортно. А вообще, я скорее всего буду готовить себе переход за границу. Так уж получилось. что Родина не захотела принять меня в свои объятия. С самого начала моего здесь появления, со мной происходили такие приключения, что знай я о них заранее, наверное, сотню раз подумал, стоит ли вообще подписываться на это, или проще спокойно сидеть на базе, и потихоньку сходить с ума от скуки и одиночества.

То милиции понравился мой фургон, кстати позже я узнал, что никаких запретов на его продажу, в союзе нет в принципе, и владеть им могут все, у кого хватит денег, для его покупки. То госбезопасность заинтересовалась моими способностями, и в итоге я оказался у нее на коротком поводке. Еще бы, ведь они же меня уберегли от долгой отсидки в местах не столь отдаленных, позволили жить в Москве, в хорошем, можно сказать престижном месте, раскатывать за счет государства по всему миру, а я такой неблагодарный, повел себя как последняя свинья. То, что при этом я находился под постоянным контролем и охраной, как какой-то там преступник, не в счет. Вот только почему-то никто не поинтересовался, нравится ли мне такая жизнь или нет. Особенно в свете последнего, когда мне на руку повесили блокиратор, и поселили на самом верхнем этаже башни в ста семидесяти метрах от уровня земли.

Вообще-то я мог прыгнуть сразу, в любую из отмеченных в моем журнале точек, но боюсь большая их часть уже находится под контролем организации. Если для переброски туда людей, требуется моя помощь, то для взятия этих точек под контроль, уже имеющимися там людьми, достаточно телефонного звонка. Да и большая часть этих точек, располагаются в местах где так или иначе уже присутствуют люди конторы, за исключением может быть некоторых мест. Правда имеются как минимум две точки, в Аргентине и в США, возде горы Рошмор, где я побывал совершенно случайно, которые неизвестны моим нанимателям, но я решил до некоторых пор не задействовать эти места, а лучше отсидеться какое-то время в Якутской тайге, пока в остальных местах, немного не поутихнет.

К тому же, так получилось, что у меня в рюкзаке, имеется огромная сумма, приближающаяся к миллиону рублей, в советских денежных знаках. И если на территории СССР, эти деньги я смогу потратить где угодно, то за рубежом, они боюсь ничего не стоят. Последний раз, насколько я помню, рубль считался валютным, еще в самом начале века, когда был введен советский червонец. Читал, что он был мало того, что вполне легитимен за границей, так еще и весьма востребован. Но Великая Отечественная Война свела на нет эту попытку, и сейчас рубль, не более чем внутренняя денежная единица СССР. Разве что в Монголии воспринимают советские рубли, достаточно благосклонно.

И вот сейчас, передо мною стоял вопрос, как потратить свои «кровные» денежки, приобретя, что-то полезное там, за рубежом. И лучшим вариантом вырисовывался некий адресок, доставшийся мне от недавнего попутчика, того самого Лёхи Гаврилова, с которым я бежал из города Мирного весной 1965 года. По его словам, в тридцати километрах от Айхала на запад, на северо-западном берегу озера Кыллах, находится стойбище местных оленеводов. Там проживает некий Иркен Ортыгмаев. Если удастся с ним договориться, то можно будет приобрести у него алмазы. То, что в Якутии имеется множество месторождений этих драгоценных камней, знают можно сказать все, но еще до недавнего времени, да и собственно и сейчас, некоторые счастливчики находят отдельные камни просто так, на земле, в руслах рек, или где-то еще. Официально продать находку, в нашей стране невозможно. Сколько бы находка не оказалась ценной, самое многое за нее можно получить почетную грамоту, и небольшую премию, хотя чаще всего ограничиваются именно грамотами, а у нашедшего появляется лишняя головная боль, из-за многочисленных проверок, следующих за добровольной сдачей находки. А, вдруг ты, что-то утаил? Понятно, что продать камень нельзя, но вдруг он понравился тебе своим видом, и ты решил оставить его себе на память?

А вот у этого самого Иркена, вроде бы есть некоторая заначка, часть которой он уже сбывал определенным людям, дорого, но оно того стоит. Тем более, что выезд за рубеж, не такая уж и большая проблема. По большому счету, меня устроила бы любая цена, ведь алмазы — это алмазы, а советские деньги за границей, всего лишь бумага. Я даже уже представляю, как смогу реализовать часть полученных камней, если они у меня окажутся. Причем на совершенно официальном уровне. Но это дело будущего. Пока же я пытался привести в чувство бронетранспортер, который за время моего отсутствия, вначале почти насквозь промок, хорошо хоть салон остался относительно сухим, затем высох, а ближе к осени, вновь промок, а позже и заледенел, и только на то, чтобы сбить с него корку льда, и добраться до салона, у меня ушел почти целый день. Разумеется, попытался проникнуть и на базу, находящуюся рядом со стоянкой бронетранспортера, но увы, ничего из этого так и не вышло. Для Аномалии, я похоже уже выглядел местным жителем, и она меня не пропускала.

После того, как я оказался внутри, дело пошло на лад. Для начала, слив из бочек часть дизельного топлива, мне удалось разжечь несколько костров вокруг вездехода, благодаря которым, двигатель прогрелся настолько, что его можно было попробовать запустить. Большим везением оказалось и то, что для запуска основного двигателя имелся так называемы предпусковой мотор, работающий на бензине. Его можно было запустить просто вручную, даже без аккумуляторов, которые за время моего отсутствия точно пришли в негодность, и я даже не стал их осматривать. После того, как костры, которые я поддерживал всю ночь, прогорели, а корпус и трансмиссия достаточно прогрелись, и оттаяли, мне удалось с помощью веревки, запустить пусковой двигатель, а вслед за этим и основной дизель бронетранспортера. И это было победой.

После того, как дизель заработал, я немного погазовал, проверяя его работу, а после оставил его на малых оборотах, и влез в салон, где сразу же запустил отопитель, и после небольшого ужина, лег отдыхать. Планируя уже на следующий день отправиться в сторону озера Кыллах, до которого от Аномалии было не больше ста пятидесяти километров.

Сейчас, когда тайга оказалась покрыта снегом, и земля достаточно промерзла, ехать было, можно сказать одним удовольствием, если бы не одно — но. Дело в том, что бронетранспортер все-таки был военной техникой, а советские генералы, да в общем-то и любые другие, всегда действовали по принципу, что солдат должен выискивать для себя, каждый раз новые трудности и успешно преодолевать их. И об этом говорят множество фактов, встречающихся на военной технике. Например, тот же рычаг переключения скоростей на ГАЗ-66. Вот кому интересно пришло в голову расположить оный практически за спинкой водительского сидения? Неужели нельзя было поставить пару дополнительных тяг и вывести его на нормальное место впереди, как у всех автомобилей. Нет надо же извернуться и воткнуть его так, было как можно смешнее, а водитель пусть выворачивает свои суставы, чтобы переключить передачу.

Или, например, взять тот же БТР-50, на котором сейчас передвигаюсь я. В общем-то нормальный вездеход, но с обзором у него полный швах. Я еще понимаю, что во время боевых действий управлять им через систему перископов, вполне нормальное решение. Тогда больше заботишься о собственной безопасности, нежели о том, что встретишь кого-то на своем пути. Сразу же вспоминается случай, услышанный мною во время службы в армии. Где-то в восьмидесятых годах, один из батальонов нашего полка, возвращался с маневров, и начальник штаба, решил по выпендриваться и заставил двух водителей БТР-152, прикрыть лобовые люки и продолжить движение смотря на дорогу через смотровые щели перископов, или что там у них стоит для защиты водителя. Даже при условии поднятых люков, обзор из машины не сказать, чтобы достаточно хороший. А тут вообще узкая щель и видишь только то, что находится перед тобой. Вдобавок ко всему дело происходило под вечер, на фарах были установлены светофильтры, одним словом полный мрак.

Где-то в пригороде, был еще куда ни шло, но стоило въехать в город, как тут же под правую сторону одного из бронетранспортеров попалось внезапно выросшее на дороге дерево, а мгновением позже машина второй БТР подмял под себя автомашину ГАИ. «Жигули» гаишников, оказался раздавленным многотонным бронетранспортером, чуть ли не всмятку. Скандал был еще тем. И разумеется, во всем оказались виноваты сами водители.

Сейчас было еще интереснее. С закрытым люком стоило прокатиться от силы сотню метров, как подломил под себя, пару молодых сосенок, и чудом избежал столкновения со стволом старой березы. Вряд ли победителем стал бы мой БТР. Пришлось откидывать люк, и вот здесь я понял, что мне стоило задуматься об этом несколько раньше. Дело в том, что у вездехода отсутствовало лобовое стекло. То есть откинув люк я оказался в открытом проеме, доступным всем встречным ветрам и морозу. Хорошо в кабине нашелся танковый шлем, и защитные очки, а среди моей одежды толстый шерстяной шарф. Обмотав им всю голову оставил небольшую щель для глаз в защитных очках и тронулся навстречу ветру.

Хотя скорее именно ветер сразу же бросился в мою сторону. Ладно лицо, а вот все остальное… Дующий навстречу ветер, находил в моей защите малейшую щелочку и проникал туда со всем возможным прилежанием, и довольно скоро у меня начла подмерзать грудь, руки, а чуть позже мороз добрался и до ног. Если я находясь на базе, прикидывал скорость, с которой будет двигаться мой вездеход, и рассчитывал километров тридцать-сорок в час, то сейчас, только из-за встречного ветра, стался ехать еще медленнее. В конце концов, минут через сорок, такой езды я не выдержал, и въехав на какой-то холмик, остановился, слегка приглушил двигатель, захлопнул обзорный люк, и выбравшись с сидения водителя, ринулся в средний отсек, греться и приводить себя в порядок.

По-всякому выходило, что за это время, я проехал не больше двадцати, ну пусть двадцати пяти километров. И то расстояние, что я надеялся преодолеть максимум за сутки, сейчас, после пройденного отрезка пути, начал понимать, что в лучшем случае, преодолею дней за пять, а то и больше. Я вскипятил чайник воды, заварил китайскую лапшу, что была у меня из запасов продуктового склада, кофе, который на морозе быстрее согревает, чем чай, и устроившись за столом начал поглощать импровизированный обед. И тут мой взгляд упал на командирский стол, стоящий в этом отсеке. Точнее даже не на него, а на довольно толстый лист оргстекла, прикрывающий этот стол сверху. Была такая мода в то время, прикрывать стол оргстеклом, а под него выкладывать кое-какие справочные материалы, для быстрого доступа.

В голову, тут же пришла идея, как огородить себя от встречного ветра. Решив не откладывать это на потом, подскочил со своего места, и найдя, какую-то линейку, лежащую в столешнице, бросился к переднему люку, замерять его размеры. Тщательно, несколько раз перепроверяя себя, снял нужные цифры, и вернувшись к столу, с помощью той же линейки и кончика ножа, нацарапал на оргстекле риски, по которым тут же принялся выцарапывать канавки. Так как специального инструмента, у меня не имелось, пришлось работать ножом. Это конечно увеличило время, но в итоге через какой-то час, или чуть большее время, я стал обладателем вполне приличного, а самое главное прозрачного куска, которое, тут же укрепил с внешней стороны броневика. Решив, что так будет гораздо лучше. Встречный ветер будет прижимать стекло к корпусу, и оно никуда не денется, со своего места.

Так оно собственно и вышло. И второй отрезок пути я преодолел с гораздо большей скоростью. Не учел я только одного. Учитывая отсутствие лобового стекла, на бэтээре, отсутствовали и «дворники». И пока не пошел снег все было вполне прилично, но как только начался снегопад, как стекло тут же припорошило снегом, и я вновь потерял все ориентиры. Впрочем, к этому времени, я успел преодолеть уже как минимум треть пути, и решил, что на сегодня хватит. Поэтому выставил стекло, почистил снег с проема, и прикрыв люк, начал готовить себе ужин и постель, чтобы переночевать. Двигатель глушить не стал, судя по топливному датчику солярки было израсходовано не много, поэтому решил, просто долить основные баки до верха, и оставить двигатель работающим, на малых оборотах.

Прекрасно поужинав, и попив чаю, выбрался наружу для вечернего моциона, после чего влез обратно, проверил все запоры, и разложив возле борта медицинские носилки, застелил их одеялом и лег спать.