Глава 18

Что-то мне подсказывало, о том, что Аномалия вернула меня обратно в ту же реальность. Ведь если учитывать, то время, что я провел сейчас на базе, то календарь и должен показывать именно это число. Похоже, что я, проведя в этой реальности достаточно долгое время прижился в ней, и Аномалия, вполне могла счесть меня местным жителем, вернув обратно в ту же реальность. Чтобы проверить свою догадку, я развернул свой вездеход и вернулся на сотню метров назад, к выходу из аномалии. Вот только сколько бы я не пытался протиснуться сквозь нагромождение камней, увы они меня не пускали. Получается, что будущее для меня закрыто, и мне придется окончательно обживаться здесь.

С одной стороны, ничего страшного в этом нет, ведь я с самого начала, стремился именно к этому, с другой, хорошего в этом тоже не слишком много. Где-то там в цивилизованных местах, меня ловит милиция. Причем вполне целенаправленно, особенно учитывая то, что у них имеются и мои отпечатки пальцев, и мое описание, и фотографии. Разве что, пожалуй, не слишком обращают внимание на мое имя, хотя, наверное, упоминают и недавние имена, как в каком-то фильме, через «он же». Как минимум два паспорта, с моими именами у них имеется. Скажу больше, учитывая то, что последний раз, меня взяли в Сталинграде, наверняка проверили и снятый мною номер, а в моих вещах, помимо документов, обнаружили и билет на Краснодар. Так что дорога туда, мне закрыта, если конечно нет желания, добыть себе еще пару лет за побег, а то и еще какую-нибудь интересную статью. Может на высшую меру, я и не потяну, но лет на десять загремлю наверняка.

И тут передо мною встает вопрос, а что же мне в таком случае делать?

Собственно, большого выбора у меня нет. До границ СССР, я в любом случае не доеду, даже если попытаюсь встать на трассу и двигаться в сторону Якутска, и дальше на Чукотку, рано или поздно кто-то обязательно заинтересуется, куда я еду. Ладно если бы я был не один, можно было бы попытаться изобразить бригаду геологов, или буровиков, но все это похоже на какой-то детский лепет. Любая проверка покажет, что никакой бригады геологов на такой машине не отправлялось, в итоге мне просто добавят срок. Да и скажем в моей реальности, чтобы попасть в приграничную зону, нужно были иметь специальный пропуск. Кто знает, как с этим поставлено здесь, и лишний раз нарываться очень не хочется. Таким образом, добраться до границы, может и получится, но перейти ее, вряд ли. Во всяком случае именно здесь и сейчас. Хотя слышал, что можно сделать это вполне официально через туристические бюро. Но это дело будущего.

Скорее всего, стоит, наверное, изменить направление, и отправиться в одну из Среднеазиатских республик. Мне кажется, что там гораздо проще спрятаться, хотя бы лет на десять, до того момента, когда введут новые паспорта. А получив, уже официальный паспорт СССР, который насколько я помню ввели, или точнее введут, где-то в 1974 году, можно будет уже планировать свою дальнейшую жизнь. И если отпечатки моих пальцев и останутся прежними, то физиономия, наверняка, претерпит некоторые изменения. А если не нарываться с нарушением закона, то меня никто и не найдет. Одним словом, пока решил пойти этим путем, позже вполне возможно внесу в него кое-какие изменения, но пока ничего лучшего в голову не приходит.

Заодно и проверил свою книгу порталов, и она привела меня в полный восторг. Похоже, что все произошло именно так, как я и думал. То есть я попал в ту же реальность, где обживался и до этого момента. Все записи, имеющиеся ранее, прекрасно сохранились и теперь мне не было нужды тащиться через Якутскую тайгу, до Нижней Тунгуски, а там всеми правдами и неправдами, надеясь на удачу, прорываться к цивилизации. Насколько я помнил, Челябинск, стоит на перекрестке железнодорожных путей, ведущих в Европу и Среднюю Азию. Куда как проще, прыгнуть туда, а оттуда направиться сразу на юг, уже общественным транспортом.

Конечно немного жаль потерянного времени, но зато таким образом, я без большого риска, перекрываю почти половину расстояния до цели. Еще раз прошелся по отсекам своего вездехода, собрал все что может пригодиться мне в будущем, сразу переоделся в нормальный костюм, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, и выйдя из бронеавтомобиля, активировал портал в Челябинск. Точка выхода в этом городе, располагалась возле аэропорта. И это давало кое-какие преимущества. Можно было попытаться взять билет на самолет, и отправиться куда угодно. Именно на это я и рассчитывал, но как оказалось, меня слегка переиграли. Стоило мне выйти из портала, как возле меня тут же нарисовался человек, и показав свое удостоверение сотрудника государственной безопасности, предложил поговорить, сказав, что гарантирует мою безопасность, и я обещает, что я в любой момент смогу отказаться от диалога.

Откровенно сказать, я не поверил ни единому слову, с другой стороны, для постановки портала требуется почти минута, и любой толчок, или какая-то иная помеха тут же, собьет каст. Другими словами, мне могут просто не дать построить переход. А куда-то бежать, тоже нет особого смысла. Мужчина говоривший со мной, явно достаточно натренирован, чтобы задержать меня в любом случае, и скорее всего находится здесь не в одиночку. По сути, мне ничего не оставалось делать, как согласиться на его предложение.

Тут же спустя буквально минуту, в двадцати шагах от места перехода, остановилась черная «Волга», и сев в нее мы отправились куда-то в город. Там меня проводили в какое-то здание с охраной на входе, и вскоре в одном из кабинетов, состоялась беседа. Первым делом, я спросил у представителя власти, как они вышли на меня. Тот в общем-то и не скрывая ничего, сказал, что когда я устанавливал точку перехода, меня из окна прилегающего к скверу здания, заметил какой-то сотрудник, оказавшийся местным пожарным. Ему показалось, что я собираюсь разжечь здесь костер, и он, тут же сорвавшись со своего места, побежал ко мне, чтобы пресечь это. Правда, когда он появился в сквере, я уже успел сесть на автобус и отъехал от аэропорта. Тогда он прошел по скверу, разыскивая следы костра, но ничего не обнаружил. Чуть позже, после его доклада, это место проверили энергетическим детектором и обнаружили некую стойко держащуюся аномалию, не убираемую никакими средствами. Вызванный эксперт, предположил наличие энергетического маяка, своего рода метки, предназначенной для какого-то ритуала, или каких-то магических действий.

О портале в принципе разговора не велось, потому что для установки обычных переходов на расстоянии прямой видимости, подобные метки не нужны, а схема постройки стационарного перехода, утеряна более двухсот пятидесяти лет назад.

— Но вот стоило этому сотруднику, дать ваше описание, как сразу стало понятно, для чего создана эта метка. Тем более, что к тому времени, ваше дело перешло в ведение Комитета, и потому мы стазу же организовали здесь круглосуточное дежурство.

— Понятно.

— Поверьте, вас никто не задерживает. Если желаете, могу прямо сейчас подписать ваш пропуск, и вы вольны отправиться на все четыре стороны. Но у нас к вам есть предложение, о сотрудничестве. И поверьте, вам это будет ничуть не менее выгодно, чем нам и нашей стране.

— Я, вам разумеется верю. Особенно в свете того, что совсем недавно, меня едва не отправили за решетку, только потому, что при эвакуации людей из горящего здания, в Сталинграде, я получил удар дубиной по голове, и попал в местную больницу, где судя из разговора двух сотрудников милиции, вместо благодарности за спасение граждан, мне припоминали все старые грехи и меня ждало увлекательное путешествие в места не столь отдаленные.

— Признаю, это наша промашка. Точнее сказать результат халатности нашей доблестной милиции. Постановление, об отмене вашего преследования, было разослано еще в середине мая, сразу после того, как дело о переносе трех сотрудников милиции из поезда «Владивосток — Москва», в уборную аэропорта города «Мирный» перешло в руки государственной безопасности. Кстати, хотелось бы задать вопрос, почему вы отправили их именно, в отхожее мемо, а не, скажем, куда-то еще?

— Да, в общем-то секретов нет. Просто на тот момент, у меня было записано всего две точки, куда можно было перейти с помощью телепорта. Одна из них располагалась, как раз в том месте, куда они прибыли. Вторая, гарантированно привела бы их к мучительной гибели, а мне не хотелось брать грех на душу.

— То есть для того, чтобы поставить портал, вам обязательно нужен маяк?

— Разумеется. Причем этот маяк, должен находиться в моей книге порталов.

Я постучал себя пальцем по лбу, решив раньше времени, не раскрывать все свои возможности. А так, пусть считает, что названная мною «книга порталов» находится в моей памяти. То есть прежде чем, создам переход в любую точку мира, должен добраться до этого места собственными ножками, поставить маяк, и сделать запись. Увы, наугад, или по чужому маяку, создать переход невозможно. Хотя, если кто –то позволит воспользоваться мне переходом, открытым им, то поставленный им маяк, автоматически запишется и на меня. Разумеется, после того как я побываю в том месте где он установлен.

— И на какое расстояние, вы можете гарантировано открыть портал.

— Честно говоря дальше полутора тысяч километров, пока не пробовал. Но если учитывать расход моей энергии, ведь при каждом переходе я отдаю часть своей энергии на это, то скажем, до соседнего материка, думаю дотянусь. Но и здесь есть некоторые ограничения.

— И какие-же?

— Портал держится девяносто секунд. За это время, сквозь него могут пройти не больше пяти человек. Если при этом, они несут какой-то груз, то их количество снижается. Если груз окажется слишком велик, портал может схлопнуться.

— Слишком это сколько.

— Думаю можно рассчитывать на среднюю массу, пяти человек. Вряд ли больше.

Мы беседовали с этим офицером часа четыре, один раз прервавшись на время обеда, и второй, когда он предложил мне стакан чая. Но даже несмотря на перерывы, к концу беседы, я чувствовал себя, как выжатый лимон. Разве что сумел скрыть наличие своего рюкзака, Аномалии, и того факта, что прибыл сюда из другой реальности и вообще из будущего. Судя по реакции моего собеседника, меня воспринимали как носителя очень редких способностей. Я так понял, что владеющих возможностью создавать рабочие порталы, во всем мире единицы, и все они состоят на учете в тех странах где обитают.

В итоге, мне было сделано предложение, от которого я просто не смог отказаться. Прямых угроз разумеется не прозвучало, но намеки были более чем ясными, в том смысле, что носители таких способностей, во-первых, все поголовно находятся на учете, во-вторых, под охраной государства, и в-третьих, никто не позволит мне переметнуться на другую сторону и выступать за противника. В остальном, полная свобода действий. Меня введут в курс действий, я пройду некоторую подготовку, после которой мне присвоят специальное звание, и выдадут удостоверение сотрудника государственной безопасности. Я могу, самостоятельно выбрать то место на территории страны, которое мне понравится, построить там дом, или получить квартиру. И в общем жить в свое удовольствие, время от времени выполняя некоторые поручения руководства.

— И, что же мне позволят жить, например, у Черного моря?

— А, почему нет?

— Но ведь это же, как бы приграничный район.

— По-моему, с вашими способностями такое понятие, как государственная граница, не является большой помехой.

— Так-то да, но вначале, мне нужно побывать где-то там, чтобы попасть туда вновь.

— На счет этого можете не беспокоиться. Будьте уверены, вы получите возможность побывать практически везде, где только возможно.

Кстати был задан и вопрос, касающийся и второй точки, той самой, куда я не отправил тех представителей милиции. Я просто ответил, что это глухая тайга на севере Якутии, и там когда-то находился дом моих родителей, который после некоего катаклизма, исчез из поля зрения, перейдя, возможно в другую реальнсть.

— В данный момент этого дома не существует, а до ближайшего населенного пункта больше двухсот километров. Согласитесь, без подготовки и соответствующего снаряжения, люди были бы обречены на гибель.

Мои слова были восприняты, как должное и больше вопросов не задавалось.

И уже наследующий день, я в сопровождении одного из офицеров, сел на самолет и отправился в Москву. Здесь меня показали какому-то генералу, который долго распинался лозунгами и призывами к созданию социализма во всем мире, и руководящей роли коммунистической партии в этих начинаниях. Я честно говоря устал стоять, потому что присесть мне не предложили, а видя вытянувшихся в стойке смирно, рядом со мной офицеров, самому присесть было как-то неудобно. Наконец он закончил свои пламенные речи, и махнув рукой отпустил нас. Дальше все было примерно так же, как при призыве в армию. Я прошел медицинскую комиссию, проверку по физической подготовке и меня отвезли в какую-то московскую трехкомнатную квартиру, сказав, что ближайшее время, я буду жить здесь.

В передвижениях по городу, меня в общем-то не ограничивали, но везде рядом со мной присутствовал офицер. то ли моей охраны, то ли конвоя. Одним словом, в его сопровождении я мог ходить куда угодно. Но даже когда я отправлялся в туалет, он находился неподалеку от меня. На третий день моего пребывания в Москве, отдых завершился. С самого утра и до позднего вечера, в квартире начали появляться посторонние люди. Причем приходили они в строго определенное время с разрывом от четвери до получаса, не пересекаясь друг с другом. Каждый из них нес в себе определенную информацию, касающуюся моей будущей службы.

Я даже не ожидал, что все это окажется настолько интересным, и потому внимательно слушал и старался запомнить все, что мне рассказывали, и показывали в диафильмах, а иногда и включали кинопроектор. В одной из комнат была организована кинопередвижка, с достаточно большим экраном на стене, где я смотрел документальные ролики, касающиеся многих аспектов жизни за рубежом. Об иностранном языке можно было не упоминать, чуть ли не первой в квартире появилась дородная женщина, напомнившая мне своим видом добродушную бегемотиху из мультика «Ну, погоди!», ту самую что скатывалась в тазике по лестнице метро, и сразу же с порога заговорила на английском языке, и когда я ответил ей на нем же, мне показалась, что она очень удивилась и даже в какой-то степени обрадовалась, моим знаниям и произношению. Ну, а что мне оставалось делать чтобы убить скуку на базе. Вот и занимался английским каждую свободную минуту, а после просматривал фильмы без перевода, и читал американскую фантастику на «Флибусте».

Поговорив со мной около получаса, она вынесла вердикт, что мой английский конечно не имеет классического оксфордского акцента, но принять меня за уроженца Чикаго, вполне реально, словарный запас, чтобы беседовать на практически любые темы, у меня достаточный, и потому что-то исправлять она не видит никакого смысла. Разве что неплохо было поддерживать языковую практику, а так в общем все нормально. Больше, я, ее не видел, но один из постоянно присутствующих в квартире офицеров, с тех пор говорил со мной только на английском, как минимум два-три часа в день. Впрочем, мне это шло только на пользу, и потому я не имел ничего против.

Помимо занятий, со мною частенько беседовали офицеры службы. Причем в большинстве случаев эти разговоры, касались моих возможностях. Пару раз я в качестве примеров открывал порталы, в указанные ими места, разумеется в те где у меня имелись маяки. Причем как правило туда переходили именно представители службы, я оставался всегда на месте. Причем однажды, в Сталинград умудрились просочиться сквозь открытое мною окно, целых семь человек к ряду, с автоматами, подсумками и пистолетами на поясе. Разве что за плечами у них отсутствовали вещмешки. Предварительно эти люди встали в одну колонну, плотно прижались друг к другу, исполняя что-то похожее на танец «Летка-Енка», очень популярный в эти годы, быстренько прошмыгнули мимо меня в окно портала. Позже оказалось, что замыкающий лишился части обмундирования, и получил ссадину на всю спину. Похоже не вписавшись в схлопывающийся портал, но в общем-то остался вполне живым и здоровым. С тех пор больше пяти человек, одновременно, через установленные мною порталы не пропускали.

Кроме этого, я в течении месяца, облетел все столичные города нашей страны, и некоторые наиболее крупные областные центры, сооружая в каждом из них один или два портала. Похоже руководству надоело перемещаться самолетами, и оно решило, что имея под собой ручного мага, гораздо проще осуществлять контроль и перемещения, по стране. Я наконец-то попал туда, куда так стремился, на берег Черного моря, но увы не совсем в том качестве на которое надеялся. Все складывалось совсем по другому, а данные мне обещания, давно позабылись.

В середине августа, под видом члена какой-то-там делегации от правительства Советского Союза, меня отправили в Африканский круиз. За две недели постоянных перемещений мы посетили Гвинею, Кот-д’Ивуар, Гану, Кабо Верде, во всех этих местах задерживаясь не дольше чем на один-два дня. При этом отсыпаться приходилось во время перелетов, и потому к концу «круиза» я чувствовал себя выжатым лимоном. Убивали именно перелеты, на месте, по большому счету, вся моя работа заключалась в том, что находясь в толпе, окруженный плотным кольцом сопровождающих лиц, в определенных местах, ставил маяки своих порталов. Причем чаще всего эти места находились во дворцах новоявленных князьков-правителей этих государств. Впрочем, не забывались и советские представительства, находящиеся в этих странах.

В итоге из четырех стран, в которых я побывал, мне удалось разглядеть только пыльные аэропорты, почувствовать на себе все прелесть жаркого африканского солнца, ну и попробовать несколько местных блюд. Ни о каких экскурсиях, или посещении каких-то достопримечательностях не шло и речи. Уже по возвращении домой, я попытался задать вопрос, касающийся этой темы, особенно в свете того, что мне было обещано в самом начале службы, на что получил безапелляционный ответ.

— Вы, офицер Советской разведки, лейтенант. И находитесь в первых рядах защитников нашей Родины, о каких экскурсиях может идти в таком случае речь, когда все устремления должны быть направлены, на скорейшее и качественнейшее исполнение ваших прямых обязанностей. Делаю вам замечание! Надеюсь больше таких вопросов с вашей стороны, не последует.

Все встало на свои места. Вначале обещания, вольготной жизни, домик у моря, возможность побывать во всех странах земного шарика, и добраться до самых потаенных уголков планеты, как итог, все тоже самое, но исключительно в рамках службы. Как там говорили конвоиры во времена ГУЛАГА: «Шаг вправо, шаг влево попытка побега, прыжок на месте, попытка улететь. Огонь на поражение, безо всякого предупреждения». Примерно тоже самое сейчас происходило и со мной.

С одной стороны, я жил в благоустроенной московской квартире, в свободное от службы времени, мог передвигаться по городу, заходить в музеи, театры, посещать магазины, и приобретать все что мне нравилось. С другой меня при этом постоянно сопровождал один из офицеров. Довольно часто он был полезен, хотя бы тем, что мне не требовалось стоять в очередях, доставать билеты на концерт, или на какую-нибудь премьеру, все это предоставлялось по первому слову. С другой, чувствовать себя, постоянно под надзором, и понимать, что каждый мой шаг контролируется моим сопровождающим, было мучительно больно. И иногда мне приходила мысль о том, что, наверное, было бы гораздо лучше, спокойно отсидеть назначенные мне, при первом залете, три года тюрьмы, и остаться свободным как ветер. Сейчас, ни о какой свободе речи не шло. И по большому счету, все это не было похоже наже на службу, о которой мне так пафасно недавно вещал мой куратор. И тогда я наверное впервые задумался о побеге. Такое положение вещей меня совсем не устраивало.