Глава 21, в которой Матвей анализирует

Пират развалился рядом со мной, положив голову на лапы, и с тоской смотрел на любимый мяч сиротливо лежащий неподалёку. Похоже мы были с псом на одной унылой волне.

— Зачем вообще Руслан здесь появился? — вопрошал я у Морозова, которого вызвал к себе в дом для беседы в качестве неотложной дружеской помощи. Мне необходимо было с кем-то поговорить, чтобы не взорваться и не разнести всё вокруг. Обычное моё хладнокровие трещало по швам и стремилось разбиться вдребезги. Дядя избежал моей кары из-за почтенного возраста, а также благодаря своей способности уходить и приходить по-английски: пока я уговаривал Настю не горячиться его и след простыл. — Поломал мне все карты и теперь я не знаю, что делать с Настей.

— А от меня-то ты что хочешь? Я тебя предупреждал, что рано или поздно этим все закончится.

Морозов совсем не выглядел расстроенным, развалившись на шезлонге у бассейна со стаканом элитного ледяного пива в запотевшем стакане. Если бы не обстоятельства я бы тоже с удовольствием смаковал подарок уехавших немцев. Пока я исхожу беспокойством и пытаюсь в который раз дозвониться до Насти, друг пользуется моментом понежиться на солнышке.

— Мороз, я серьезно! Честно говоря, не понимаю почему у неё такая реакция? Лучше если бы я оказался без ПМЖ и непонятно кем? Не она ли хотела обеспеченного мужчину? Не она ли искала встречи с генеральным? Вот и пойми этих женщин! Ну ладно, немного обманул, но ведь можно дать мне возможность объясниться или я мало для неё уже сделал?

Морозов с серьезным видом продолжал внимать, но в синих глазах плескались смешинки, когда он мне ответил:

— Знаешь, у тебя слишком много вопросов и вообще ты обратился не по адресу. Если тебе нужна подробная психологическая характеристика женских поступков и их истоков — обратись к Ксюше. Я сам с Машей каждый день узнаю что-то новое и не перестаю удивляться, сколько у неё в голове заморочек. Одно я усвоил точно: женщины не переносят ложь и выглядеть глупой в глазах любимого мужчины. Кстати, я забыл тебя поздравить… Так вот — поздравляю!

— С чем это?

— С тем, что ты выиграл спор. И пусть Настя узнала правду в этот же день, фактически это произошло позже вашего постельного… ммм… марафона. Готов служить тебе верой и правдой и исполнить любое твое желание, о мой господин! — Мишка сложил ладони вместе и смешно поклонился. Юморист, блин.

— Да ну тебя! Черт, я и забыл про этот спор. Слушай, а ты Маше ничего не говорил? Никому не рассказывал?

— Знаешь что, Матвей, твое недоверие меня убивает. Из моего рта и слова не вылетело о нашем небольшом договоре.

— Вот пусть и дальше так будет. — успокоившись выдохнул я. На мгновение представил, что было бы, если б Настя узнала ещё и об этом. — Забудь, а я тебе долги прощаю.

— А вообще, никуда она не денется, — успокоил меня друг. — С работы вряд ли куда-то уйдёт. Пусть немного остынет, успокоится, переварит информацию и извлечёт из неё пользу для себя. В конце концов, ты добился своего — она приняла тебя без огромного банковского счёта. А кому он в жизни мешал? Правильно, никому, тем более Насте. Поэтому примет и с ним.

Я слушал Мороза и понимал, что он прав. И хотя реакция Насти оказалась хуже, чем предполагал, но я, как и прежде ни о чем не жалел. Я почувствовал, что пробился в её сердце, как и она в моё. Однако не стоит забывать, что девушка была не единственной причиной моего маскарада.

Снова взял телефон, но этот раз вместо звонка набил смс:

"Пожалуйста, никому не говори обо мне на работе. Настя, это правда очень важно.»

Надеюсь, она прочитает моё послание и сделает как нужно, а не назло. Что тоже вполне может быть в стиле мести обиженной обманутой женщины. Подумал и ещё набрал пару слов:

«Мне правда жаль, что все так вышло. Я очень хочу тебя увидеть и все тебе объяснить.»

— Надо уже решить этот вопрос со сливом данных. Ты разработал то, что я просил?

Морозов тут же подобрался, переходя вслед за мной на деловой тон:

— Конечно, сейчас принесу флешку из машины. Обмозгуем, как это лучше подать.

* * *

Я сидел в любимом кресле в рабочем кабинете и любовался на свою красавицу. Да-да, мою! Я чувствовал это каждой клеточкой, наблюдая в монитор видео камеры на напряжённую горделивую осанку, изящный наклон головы, тонкие пальцы, порхающие по клавиатуре. Вернулась ледяная красавица, прячущая за высокомерным фасадом страстную нежную кошечку.

Судя по царившему спокойному рабочему настрою в отделе Настя не распространялась по поводу моей личности и это внушало надежду. Я уже скучал по ней неимоверно и огромного труда стоило не спуститься к ней сразу, обнять и заявить о наших отношениях. Особенно захотелось это сделать в момент появления на экране стажера, который близко подошёл к моей девушке и загородил её своей широкой спиной. Разве нельзя решать рабочие вопросы стоя чуть дальше и не нависая так низко?

Грудь распирало от ревности и черная злость клокотала где-то в горле едва сдерживаемым рычанием. Это я должен быть там, на его месте. Должен и буду! Сверился с документами, которые совместно с безопасниками нашпиговали специальными метками, и спустился вниз.

Приближаясь к столу Насти, я заметил с каким обречённым и скучающим видом, она слушает как там его… Тимура и пытается от него отодвинуться. Увидев меня её глаза на мгновение вспыхнули радостью, но тут же сменились ледяным презрением. А стажёр, неожиданно для себя, получил от неё ослепительную улыбку. Ну нет, Настя, твой фокус не удастся — ты сама подписала приговор этой жертве.

— Добрый день! — сказал я, не скрывая злобного оскала, увидев который Настина улыбка погасла, а стажёр заметно вздрогнул. — А я по твою душу, Тимур. Переводят тебя в другой отдел, распоряжение уже подписал Алексеев. Там работы много, а то я смотрю здесь тебе нечем заняться. Давай, беги в отдел кадров.

— Прямо сейчас?

— Да. А нам с Анастасией Семеновной нужно заняться более важными делами… рабочими. — я дождался пока парень попрощается и уйдёт, и обратился к Насте. — Сегодня нужно сделать анализ доходности нового проекта, вот исходные данные. Дело срочное. К вечеру отчёт должен быть готов.

Девушка слушала, избегая смотреть мне в глаза. Лишь бьющаяся жилка на шее выдавала её напряжение. Захотелось приникнуть к ней губами и почувствовать бешеный ритм её пульса. Наконец Настя подняла глаза и столько растерянности и боли промелькнуло в них, что я едва не задохнулся.

— Насть, я бы хотел тебе всё объяснить… — прошептал едва слышно, качнувшись вперёд.

— Мне всё предельно ясно, Матвей Ти… тьфу ты… Александрович. Можете быть спокойны, свою работу я сделаю. — ответила Настя холодно слегка охрипшим голосом. — Если это всё, то не смею вас больше задерживать. А то не успею сдать отчёт в срок и высокое начальство меня тоже захочет перевести… в другой отдел.

Только я открыл рот, чтобы ответить, как рядом возникла Лиля. Перевела внимательный взгляд с Насти на меня и лукаво улыбнулась.

— О, Матвей, как хорошо, что ты пришёл. У меня накопились вопросы по стажерам. Как ты смотришь на то чтобы…

Мне ничего не оставалось делать, как оставить Настю заниматься своими прямыми обязанностями. Я не сомневался, что разговор по душам у нас рано или поздно состоится. А пока мне нужно проследить, чтобы приманка в виде нового проекта прошла все стадии и тогда мы, наконец, выясним проблему с утечкой данных. То, что она будет я практически не сомневался, уж слишком лакомым был подставной кусочек.

Весь день Настя неукоснительно выполняла возложенную на неё работу. Почему я это знаю? Да потому что где бы ни находился в огромном помещении отдела мой взгляд всё время стремился в её сторону, выхватывая желанную фигуру. Не думал, что настолько на ней помешаюсь. Мне было крайне мало нашей близости, я лишь попробовал её сладость и как самый ярый диабетик хотел ещё и ещё, пока не потеряю сознание от передозировки глюкозы. Но даже тогда мне будет мало…

Мне захотелось сделать девушке приятное. Цветы неизвестно дошли ли к ней, да и как она их приняла я не видел. Зато я знаю, что может вызвать её реакцию: положительную или отрицательную уже без разницы. Поднялся наверх и достал из ящика стола небольшую коробку конфет. Тех самых эксклюзивных, из Германии. Прикрыл их пустой папкой и вновь спустился вниз. Насти за столом не было, а потому я беспрепятственно положил коробку на стол и прикрыл её бумагами, чтобы не бросалась в глаза.

— А что это вы делаете на моём столе своими загребущими руками, Матвей… эммм… Александрович? — спросила подошедшая сзади Настя, глядя на меня подозрительным взглядом. Я ослепительно улыбнулся, понимая, что должного пиетета перед высоким начальством в моем лице она по-прежнему не испытывает, а значит не все ещё потеряно. Пусть мы вернулись в самое начало наших отношений, но теперь мы пройдем этот путь по-другому.

— Хотел забрать у вас отчёт, Анастасия Семёновна, — повернулся к ней и сделал шаг вперёд, заставляя её поднять выше голову. — Да вот не нашел его на столе.

— А его там и нет. Я как раз его распечатала у Светланы, так как у меня сломался принтер, и собиралась отнести его к Сергею Евгеньевичу на подпись.

— Это он? — кивнул я на папку, которую прижимала к своей груди Настя.

— Да.

— Давай я отнесу. — схватился за край папки и не удержался, повел пальцем по груди, которая оказалась в приятной близости. Глаза Насти вспыхнули и она ещё сильнее прижала к себе пластик отгораживаясь.

— Нет уж, я сама.

Неужели ей есть что скрывать? Я почувствовал, как меня накрывает ледяным страхом от того, что это может быть правдой. Мне тоже надоели эти игры. Меня она считает обманщиком, а сама? Я нахмурился и процедил:

— Я настаиваю. Матвей Тимурович отдал мне распоряжение лично заняться этим делом.

Видимо мой грозный вид, который я нечасто перед ней демонстрировал, подействовал на Настю: она растерянно моргнула и протянула мне злополучную папку со словами:

— Ну раз лично… Не стоит злить начальство.

— Вот именно. — подтвердил я и пошёл к кабинету Захарова, чувствуя на спине сканирующий Настин взгляд. Может быть надо было помягче, но мои нервы тоже не железные.

Я завернул за угол и открыл папку. Пробежался глазами по маркерам и с огромным облегчением выдохнул: всё было на месте, дубликат в электронном виде не может не соответствовать. Значит Настя из цепочки выбывает. Что и требовалось доказать. Я сделал для себя самое важное открытие, осталось мне проверить Захарова и Лилю, которых также нельзя исключать. А дальше бумаги уйдут в другой отдел и начнется работа безопасников. Скоро этот маскарад закончится.

Уже поздно вечером, сидя дома перед телевизором и вспоминая, как уютно мне было на этом диване с Настей, я неожиданно остро ощутил своё одиночество, чего очень давно со мной не происходило. Домработница и её муж садовник-разнорабочий уехали домой. Я мог бы содержать штат прислуги круглосуточно, но не видел в этом смысла. Я хотел чувствовать себя свободно в своем собственном доме без оглядки на чужой взгляд, каким бы преданным и проверенным он не был.

А ещё я хотел, чтобы сюда вернулась Настя, которой очень подходил мой дом. Мысли о том, как вернуть её расположение не покидали моей головы, я анализировал и прокручивал разные варианты. Наконец, я вспомнил, что у меня в запасе есть собственный джин и позвонил Морозову.

— Матвей, ты видел который час? — недовольно прошипел в трубку друг. — Если тебе нечем заняться, можешь лечь спать. В отличие от тебя у меня есть личная жизнь!

— Извини, но мне нужно с тобой поговорить. Я тоже хочу, чтобы у меня была эта личная жизнь. — ответил я, чувствуя, как просыпается зависть к другу и даже немного злорадство от того, что оторвал Мороза от Маши. — И вообще, ты должен мне желание!

— Вспомнил-таки… И что ты хочешь? — обречённо спросил Миша и я услышал, как хлопнула дверь. Судя по всему, он вышел из комнаты.

— Хочу, чтобы ты организовал мне встречу с Настей вне работы.