Эпилог

Я постепенно впускаю в себя эту уверенность.

Дни рядом с Игорем летят стремительно, но приносят успокоение. Хотя некоторые события сложно отнести в графу «плюс» или «минус». Игорь хорошенько прижал Марисова, отомстив ему способом, который тот понимает лучше всего. Через бизнес и деньги. Против Марисова согласились дать показания многие его бывшие сотрудники, так что ему пришлось срочно выходить из дел и уезжать за границу. Какие-то активы он успел спасти, но от прошлого «величия» остались крошки.

После этого Игорь спросил меня, сделал ли он достаточно? Ведь Марисов оскорбил, унизил меня. Но мне так хотелось уже оставить эту историю позади, что мне не нужна была никакая месть. Марисова больше не было в нашей жизни, и этого было достаточно.

Но эхом еще доходили новости. Валентина… отца моего ребенка все-таки сделали крайним. Были следствие и суд, Валентину пришлось отвечать за слова, которые он сказал на пресс-конференции по наводке Давида, и за махинации, в которых он согласился участвовать. Валентину дали три года условно и вручили большой список юридических ограничений.

На какое-то время он вообще исчез, но потом стал хотя бы присылать сыну редкие сообщения. Со мной он с тех пор не перекинулся ни словом. Он слишком горд и тщеславен для этого. Для него так и осталось главным, у кого какой статус и кто на какой ступеньке стоит в обществе. И тут он проиграл. У него сейчас долги, большие проблемы в работе, а все приятели отвернулись.

О Марии и говорить нечего. Ее след простыл сразу, как Марисов перестал оплачивать ее интерес в сторону моего бывшего мужа. Да и своих забот у нее хватает. Я не слежу за ее судьбой, но мне больше не попадались ни рекламные плакаты с ее лицом, ни новости о новых проектах. Человека явно вычеркнули из медийной тусовки.

Я тоже перевернула эту страницу.

Тем более после сложных событий наступили приятные. А сегодня вовсе кульминация того, к чему мы с Игорем шли извилистой тропой. Сегодня день нашей свадьбы. У меня больше не осталось сомнений в ее статусе — то ли фиктивном, то ли проверочном, то ли еще каком-то. Игорь сделал для меня так много, что я доверяю ему как себе.

Даже сегодняшний день выглядит как сказка благодаря ему. Он уговорил меня окончательно отпустить себя и справить свадьбу так, как я мечтала. К черту скромность! Сегодня точно не тот день, чтобы ограничивать себя!

Я запрокидываю голову и вижу, как ветер треплет ленточки на деревянной арке, украшенной живыми цветами: ромашками и белыми розами. Конюшня стилизована так, что кажется волшебной. Повсюду гирлянды, фонарики, свежие цветы, свечи.

Мы с Шумицким все-таки решили совместить приятное с полезным. Это место стало особенным для нас, нам обоим захотелось сыграть свадьбу именно здесь, но и для бизнеса это оказалось отличным решением. Привлечь внимание к конюшне после масштабной реставрации и залететь в новостные ленты с красивыми профессиональными фотографиями… что может быть лучше для раскрутки нового проекта?

Карета медленно подкатывает к площадке, а я сдерживаю смех и восторг. Что-то такое я видела в мультфильмах для девочек и своих детских мечтах. Я в платье принцессы, с огромным подолом, шуршащим и переливающимся от каждого моего движения, с которым еще нужно уметь управляться. Это сложно. И вообще неудобно! Но эффектно, тут невозможно спорить!

Когда я выхожу из кареты, подол моего платья, тяжелый, сверкающий, словно облако, слегка цепляется за край ступенек. Я иду степенно, как в замедленной съемке, чувствуя, как сердце начинает биться сильнее.

Первой я вижу свою лучшую подругу. Юля стоит у самой арки, она подмигивает мне, едва сдерживая слезы. В ее глазах горит искренняя радость за меня.

Я улыбаюсь ей и вижу, что она держит за руку моего сына. Марк пытается выглядеть серьезно, но у него дергается уголок губ, когда я прохожу рядом с ним. Он кажется взрослее в черном костюме, который сидит на нем идеально. Это его первый костюм, который был сшит на заказ, и мне сложно оторвать взгляд от того, насколько красивого парня я родила и воспитала. Вот это точно магия! Никакой Дисней рядом не стоял.

Когда я подхожу к арке, Игорь берет меня за руку.

— Ты уверена? — шепчет он, дразня.

— Поздно отступать, Шумицкий, — улыбаюсь ему.

— Ну все, держись, Катерина. Теперь я твоя головная боль.

— Радость? — я делаю вид, что ослышалась, переплетая наши ладони. — Я рассчитывала на радость.

Когда Игорь надевает кольцо, его пальцы задерживаются на моей коже чуть дольше.

— Теперь официально, — шепчет он, опуская голову к моему лбу. — Я твой. А ты моя.

— Так и есть, — шепчу я в ответ.

Когда нас объявляют мужем и женой, все вокруг будто взрывается от счастья: аплодисменты, свист, звонкий лай собаки кого-то из гостей… Игорь без предупреждения подхватывает меня на руки. Я вскрикиваю от неожиданности, затем смеюсь, цепляясь за его шею.

— Вот так, — шепчет он, неся меня к поляне, где накрыты столы под белыми шатрами. — Если что, я всегда готов унести тебя на руках.

— Лучше на лошади, нам нужны красивые кадры, — напоминаю, смеясь.

Организаторы свадьбы решили, что небольшая поездка верхом будет смотреться эффектно и символично. Так что от моего платья отцепляют подол, и я следую за своим мужем. Я не вижу никого, кроме него. Только его широкая спина, его горячая рука в моей ладони, его профиль, в котором столько силы и спокойствия, что у меня перехватывает дыхание.

Нас ждет белая лошадь с серебристой сбруей. Игорь уверенно подходит к ней, и в каждом его движении читается мужская непринужденная сила. Я не могу отвести взгляд. Он почти без усилия запрыгивает в седло, как будто делает это каждый день.

Его пиджак чуть натягивается, и я замечаю, как по напряженной спине проходят движения. Плавные, мощные. Все-таки у него идеальное тело. Красивое, тренированное, сильное. Это мужчина, с которым как раз и нужно кататься в одном седле. Прошлый раз я совершила стратегическую ошибку, забравшись на другую лошадь и согласившись на чинную прогулку без тактильного контакта с Игорем. Ведь к нему хочется прижаться, а за его спиной хочется спрятаться. Тут нужна одна лошадь, а не две!

Он протягивает мне руку.

— Идем, госпожа Шумицкая.

Его ровный голос погружает в бархатную глубину. Я кладу руку в его ладонь. И Игорь легко подтягивает меня к себе, будто я пушинка. Мое платье разлетается в стороны и укрывает его ноги. Я прижимаюсь к его спине, обнимаю за талию, чувствую, как под тонкой тканью рубашки двигаются его крепкие мышцы.

— Готова? — спрашивает Игорь, чуть поворачивая голову.

— Готова, — шепчу я, и мы начинаем движение.

Лошадь идет ровно, мы делаем круг перед гостями и камерами. Я улыбаюсь и машу рукой, хотя больше всего сейчас хочется оказаться с Игорем наедине. Хотя бы на несколько минуток…

И тут он вдруг поворачивает в сторону. Пара мгновений, и мы уходим в тень деревьев, туда, где никто нас не видит.

— Игорь?

— Нам нужно минуту… только для нас, — его голос становится ниже, а мне становится смешно от того, насколько наши мысли и желания успели совпасть.

Он спрыгивает с лошади, легко и четко, и тут же поворачивается ко мне.

— Дай руку.

Я перекидываю ногу, и он ловит меня. Его руки крепко обнимают мою талию, и я падаю прямо на него. Это не страшно. Рядом с ним вообще ничего не страшно. Я знаю на сто процентов, что он поймает и удержит. Не позволит случиться ничему плохому.

Шумицкий держит меня так, будто я — самое ценное, что у него есть. Его ладони скользят по моей спине, и вот уже его губы находят мои. Я тут же отвечаю, но я быстра только на отклик… В ласке я не хочу торопиться. Я погружаюсь в этот поцелуй с головой. Глубокий. Настоящий. Медленный. В нем нет суеты, только страсть и уверенность. Мы как будто через ласку повторяем все клятвы, которые только что дали на церемонии.

Я заглядываю ему в глаза, чувствуя его прерывистое дыхание на своих щеках.

— Ты здесь, — произносит он невпопад и даже как будто с удивлением.

Я щурюсь, но потом понимаю, что он имеет в виду. Когда встречаются два раненых человека, действительно трудно поверить, что они все-таки смогли открыться друг другу.

— Мне было страшно доверять снова, — произношу после паузы то, что он произнес в зашифрованном виде. — После всего. Казалось, что не смогу…

Я беру его лицо в ладони и становлюсь на носочки, чтобы оказаться близко-близко. И я в который раз замечаю, что наедине со мной Игорь становится другим. Я чувствую, что делаю его сильнее, но в то же время я вижу его настоящего. Без брони.

— Но я ошибалась. Поэтому да, я тут. Рядом.

— После первого брака я думал, что больше никогда, — произносит он. — Но ты все перевернула.

Он касается моего лица.

— Вообще все… Я люблю тебя, Катерина.

— И я тебя, Игорь. Всем сердцем.

Он целует меня, а я не могу удержаться и взлохмачиваю его волосы. Я и правда умею все переворачивать. Менять страсть на веселье. Старые порядки на новые привычки. Обнаглевшего мерзавца, которому когда-то по глупости сказала «да», на шикарного мужика. Что ж поделать, если счастью иногда нужны дополнительные указатели, чтобы оно отыскало тебя и явилось во всем великолепии!