Глава 33

– Дыши, – раздается приглушенный голос рядом. – Да что ж такое-то!

Я вдыхаю полной грудью и открываю глаза. Вокруг темно. Вокруг моей головы колышутся волосы. Я все еще в воде, но, что странно, могу дышать. Сквозь тьму виднеются светящиеся женщины с бледной кожей.

Рядом со мной три женщины. Одной лет сорок, двум – где-то по тридцать. На них кожаные куртки, а чуть ниже пояса начинаются рыбьи хвосты. Русалки!

Я дергаюсь, но меня удерживают водоросли, опутавшие мои запястья и ноги. Я будто сижу на водорослевом стуле. Меня толкает наверх.

– Так, спокойно. Ты же нас впервые видишь? – ко мне подплывает та, что постарше.

Я киваю, а она закатывает глаза. На вид ну прямо люди, если бы не жабры, виднеющиеся на шее.

– Ты можешь говорить.

Я-то чувствую, что на моем носу что-то есть. И я дышу, и на грудь ничего не давит. Запаха как такового нет. Просто свежий воздух каким-то образом попадает в легкие.

– Что случилось?

– Мы тут твоих друзей тоже поймали, – она показывает на заросли водорослей справа от меня, удерживающие оборотней и эльфийку.

Мой вопрос она проигнорировала.

– Мы в плену? – спрашиваю снова.

– Нет. Просто там небезопасно, – она показывает на поверхность. Две луны виднеются сквозь толщу воды едва заметными светлыми пятнышками.

– А что там?

Русалки переглядываются между собой.

– Мы не можем это обсуждать, – поясняет старшая. – Это вы должны знать, что у вас там происходит – на поверхности.

Ох, опять эта загадочная красная метка.

– Меня зовут Мирини, – русалка протягивает мне руку для пожатия. Водоросль отпускает мою конечность, которая тут же начинает подниматься. Но ее перехватывает русалка.

– Лилит, – представляюсь я.

– Приятно познакомиться, – Мирини кивает второй русалке, и та направляется к поверхности.

– Вы нас отпустите?

– Конечно. Что вам тут делать, под водой? – Мирини лукаво смотрит на меня. – Тем более вы рыбу не особо едите, так что вот так.

– О, нет. Я рыбу не ем, потому что в детстве косточка в горле застряла, – улыбаюсь я. – А так ела бы.

– Ну да. Правда, эльфийка точно бы ела, – она показывает на бледную Присциллу.

Коллегу тоже держат водоросли, а на носу у нее какая-то странная штука. Ее грудь мерно вздымается. Фух, жива.

– Мирини, все еще есть, – докладывает вернувшаяся русалка.

Старшая хмурится.

– Странно. Почему оно не уходит? Обычно ж растворяется. Ты хоть ненадолго выглянула?

– Ну, я и жабры зажала, и не вдохнула ничего, – поясняет та, что помоложе. – Но точно еще там.

– Ох, когда же они уже достроят!

– Через пару лет, – подсказываю я.

– Да это я так… Мысли вслух, – откликается Мирини. – Придется тут переждать. Уже неделю ловим вас, оборотней.

– Я не оборотень! – протестую я.

– А кто? Дракон?

– Человек.

Глаза Мирини расширяются.

– Да ладно. Так это… Ты человек? У нас что, человек чуть не утонул?

– Ну, не утонул же, – подбадриваю ее. – Вы меня спасли.

Мирини поворачивается к своим, и они начинают о чем-то перешептываться, поглядывая на меня.

Фух, значит, не врали. Просто русалки – единственная раса, которая живет под водой по вполне понятным причинам. У них почти такая же иерархия, как и на суше, но свой свод законов. Они общаются нормально и с нашим сухопутным миром, позволяют судам ходить по воде и иногда помогают тем, кто тонет. Особенно если кто-то тонет над их городом. Собственно, встретить русалку – все равно что приехать в какой-нибудь город, чтобы посмотреть на его жителей. Правда, они редко кого приглашают к себе в гости. Есть только один вариант: если очень хорошо попросить.

– Лилит, а ты не желаешь посетить наш поселок? – Старшая русалка подплывает ко мне. – У нас никогда не было настоящего человека. Вы же такая редкость.

Она проводит пальцами по моим волосам.

– Боюсь, что нет. Мне надо вернуться в наш лагерь строительный, – я тянусь к карману.

Постфона нет. Выпал, наверное, еще на берегу.

– Нам бы так хотелось такого гостя, как ты.

– Нас скоро драконы будут искать.

Лицо Мирини слегка искажается.

– Да, драконы. Точно. Был у нас тут один. Такой переполох устроил в свое время. До сих пор вспоминаем.

– У моей мамы чешуйки поседели после посещения одного дракона.

– У нас хвосты не могут поседеть, – закатывает глаза Мирини.

– Но у нее поседели. Он ей на хвост какую-то пыль сыпанул.

– Твоя мама фантазерка, – Мирини машет рукой на русалку. – Ладно. То, из-за чего мы вас спрятали, так и не проходит. А воздух скоро закончится. Обычно тем, кто попадает в воду, хватает, пока туман рассеется, но что-то сейчас он так и не заканчивается.

– И что делать?

– Вас надо поднимать и звать на помощь.

– У меня есть постфон на берегу. Я могу вызвать наших кураторов. К тому же на меня туман не подействовал.

У русалки вновь округляются глаза.

– Ты человек… – тянет она. – Ну, конечно. Ты же не вдохнула в первый раз.

– И что? – спрашиваю я и вдруг осознаю, что мне становится нечем дышать.

Со страхом смотрю на русалку. Мирини все понимает и тут же хватает меня за талию.

– Вытаскивайте остальных, – командует она, – начинайте с тех, кого раньше поймали. – Мирини смотрит на меня: – Ты к нам заходи. Мы тебе приготовим кислород на подольше. Обязательно.

Меня резко дергают вверх. Буквально пять секунд, и я вдыхаю чистый воздух с примесью тумана. Грудная клетка расширяется, благодаря меня за свободное дыхание. Резкий толчок в спину бросает меня к берегу. Я на коленях ползу вперед. Вода ручьями стекает с моих волос. Я дышу и не могу надышаться. Надо найти постфон и написать госпоже Ботти. Рассказать, где мы.

Я ползу по траве, чувствуя неимоверную усталость. Туман скользит вокруг меня, становясь все плотнее, сгущаясь. В легких много воды, я закашливаюсь. Выплевываю остатки на траву. Веки смежаются, погружая мир во тьму. А когда я успокаиваюсь и открываю глаза, тумана уже нет.