Глава 32

Я нервно сглатываю: что это за дичь?

– Так ты отдашь мою одежду? – Лайла тянет свои вещи из моих слабеющих рук.

Я отступаю. Туман уже струится под нашими ногами, поднимается вверх, окутывая каждого из нас.

Я закрываю ладонями лицо. Даже задерживаю дыхание. Физически это свечение совсем не ощущается. Я чувствую только ветер, обдувающий оголенные участки тела. Не знаю, сколько я так стою.

Легкие разрывает от нехватки воздуха, мне приходится вдохнуть. В грудь проникает свежий воздух. Я открываю один глаз. Лайла спешно одевается, Кристиан сворачивает подстилки. Присцилла стоит рядом с ним. Только два оставшихся оборотня смотрят на озеро.

Хм-м, а может, я была не права? И это свечение просто глюк? Ага, только в прошлый раз его видел и Дэлион. Не могли же мы тогда с ним вдвоем спятить!

– Вот видишь, все в порядке, – говорит Лайла и тут же замирает на месте, глядя куда-то за меня.

Ее лицо вмиг бледнеет, это видно даже в такой темноте. Я оборачиваюсь, но там ничего и никого нет. Видимо, она улавливает что-то своим волчьим зрением.

Лайла отступает от меня. Глаза расширены, а шаги такие медленные. К нам, тоже пятясь, направляются те два голых оборотня, что смотрели на озеро. Да даже Присцилла и Кристиан какие-то странные. Коллега усаживается на траву, закрывая руками уши.

– Лайла? – протягиваю руку к девушке-оборотню.

– Нет-нет, уйди от меня, – она отмахивается. – Я все равно буду превращаться. Да, слышишь?

– Хорошо, превращайся, – пытаюсь ее успокоить, но она продолжает пятиться от меня, а потом взвизгивает, сталкиваясь спиной с другим оборотнем.

– А-а-а! Это ты, Лайла? – он хватает ее за плечи и трясет.

– Реджи? – она прижимается к нему, а я узнаю имя оборотня.

Вовремя-то как. Ладно. Видимо, тот туман как-то повлиял на разум оборотней. Их же должно отпустить? Или нет? Дэлион тогда в разговоре по постфону говорил, чтобы кто-то бежал с защитой. А у нас ее нет! Надо убираться отсюда.

Я подбегаю к Кристиану.

– Эй, нам надо уходить!

Может, хоть он будет адекватным?

Но нет. Глаза Кристиана горят безумием. Я кидаюсь к Присцилле.

– Пошли, – хватаю ее за тонкое запястье, но она начинает покачиваться вперед-назад.

– Нет, бабушка. Я не буду пирожки, – воет Кристиан рядом с нами.

– Присси, пошли, – пытаюсь тянуть эльфийку.

Из всей нашей группы я одна в адеквате. Надо пойти за помощью. Да, надо привести кого-нибудь. Я не смогу вытащить отсюда всех!

– Нет-нет, – лопочет коллега. – Я не буду этого делать. Ты не можешь меня заставить.

А затем она подскакивает и начинает стряхивать с руки и шеи что-то. Но на ней ничего нет. Ну, в смысле, одежда есть, а вот украшений или чего-то еще – нет!

– Присси, нет у тебя ничего, – пытаюсь оторвать ее руки от шеи, которую она уже начинает царапать.

Эльфийка смотрит на меня. На миг в ее взгляде мелькает осмысление, которое тут же сменяется безумием.

Она вскидывает руку.

– Прис… А-а-а! – кричу, отлетая прямо в озеро.

Я больно ударяюсь спиной о воду и иду ко дну. Пузырьки воздуха поднимаются передо мной. Так, Лили, ты плавать умеешь – значит, выплывешь. Брыхец, как больно.

Я дергаю руками, боль не отпускает спину. Давай, Лили, всплывай. Нужен воздух. Ну же! Касаюсь дна и отталкиваюсь от него. Штанина цепляется за корягу. Дергаюсь, но не получается освободиться.

Наклоняюсь к коряге, двигаясь, будто в желе. Выдираю штанину. Грудь давит. Хочется вдохнуть воздуха. Перед глазами темнеет. Пытаюсь выплыть. Еще немного. Еще чуть-чуть. Паника затуманивает разум. На грудь все давит. В ушах нарастает шум. Еще немного, Лили, еще немного. Почему здесь так глубоко? Бросаю все силы на то, чтобы всплыть.

Резкий удар сбоку отбрасывает меня в сторону. Рядом возникает что-то, толкая меня ко дну. И еще. В открывшийся рот попадает вода, я захлебываюсь. Почти ж выплыла! Последнее, что вижу, – рыбью чешую, мелькнувшую перед глазами.