Глава 72. Ева

На входе в салон топтался Макс-мишка-младший с большим пакетом. Мальчик его едва удерживал, кряхтел, пыхтел, но вытягивал руки вверх, чтобы выглядывающая из чехла белоснежная юбка не волочилась по полу.6dfffc

— Я знаю, как это для тебя важно, Ева, — сказал отец и подошел ближе. — Хочу, чтобы ты надела платье мамы. Если… — папа откашлялся в кулак, — сама захочешь, конечно.

Я замерла от шока, приятного, взрывного, а потом набросилась на отца и заобнимала его так крепко, что он покрылся красными пятнами смущения.

— Пап, но ты же… — я перехватила наряд. Максимка облегченно выдохнул. — Ты уверен, что сможешь это перенести?

— Ева, — отец чуть наклонил голову, посмотрел на свои ладони, покрутил обручальное кольцо на костяшке. Он его никогда не снимал. — Я твою маму не забуду, просто не получится, но пора отпустить ее. Тем более, что скрываться уже не получается — ты слишком на нее похожа. Будь счастлива, дочка. Дэми — настоящий мужчина. Я доверяю ему твою жизнь всецело. Знаю, что даже если меня не будет рядом — ты с ним в безопасности.

— Потому что он Тело-Защитник?

— Потому что он тебя любит.

— Это так заметно? — я прикусила губу и погладила немного округлившийся живот. Пришлось поваляться несколько месяцев в больнице, прежде чем мне разрешили вставать и, тем более, проводить такое глобальное мероприятие, как свадьбу.

— А ты что сомневаешься? — папа нахмурился.

— Нисколечко. Просто немного боюсь, что с ролью мамы и жены не справлюсь. Да и любить немного страшно.

— Ненавидеть больше жизни — вот что страшно, а любить — приятно.

— Спасибо, — прошептала я, сдерживая восторженную дрожь. Папа неожиданно улыбнулся открыто, и я увидела в нем того паренька с фото, где он обнимал маму и был счастлив. Почему жизнь с ним обошлась так жестоко? Почему не отмеряла счастья побольше?

Ноги подгибались, я задыхалась от распирающего чувства радости и чтобы скрыть замешательство метнулась за ширму и с трепетом приложила к себе мамино свадебное платье. Белоснежное, мягкое под пальцами, приятное моему сердцу.

— Спасибо, папа! — крикнула уже из примерочной, но он не ответил. Ушел. Молча и не прощаясь.

Я не обиделась. Понимаю, что ему, человеку с уровнем эмоций минус тысяча, все происходящее — как ядерный взрыв.

***

— Можете поцеловать жену, — сказала помпезно небольшая женщина в строгом костюмчике цвета спелого баклажана, когда Дэми аккуратно надел на мой палец кольцо.

Сердце ухало в груди от волнения, и я старалась цепляться взглядом за родных людей. Без них моя жизнь не имеет смысла. Вот только бабушку папа так и не позволил позвать, но я верю, что наступит время, и он ей простит, что бы там не произошло в прошлом.

Муж потянулся меня поцеловать, но я внезапно почувствовала толчок в животе, и от неожиданности отступила. Мишка нахмурился и подобрался ближе. Стал нависать, как гора, но малыш снова пихнулся.

— Стой! — я выставила ладонь, а Дэми побелел. — Дай-дай быстрее! — перехватила его руку и потянула к себе. Положив на живот, шикнула на гостей, и все неожиданно затихли.

Дэми недоумённо застыл, но, когда малыш снова пихнул меня, вздрогнул так, что даже я заметила. Вскинул на меня взгляд, и я прикусила губу, заметив, как влажно заблестели глаза моего мишки. Дэми рассмеялся так счастливо, что и у меня в носу стало мокро. Он приложил к моему животику обе ладони и, прикрыв веки, прислушивался к первому танцу малыша, а я проследила за прозрачной каплей, что скользнула из-под его тёмных ресниц и проложила себе путь по впалой мужской щеке.

Гости, окружающие нас, поняли, в чём дело, и радостно захлопали.

Честенеры, папа с Максом, мои ребята музыканты и помощники по сцене — самые близкие и верные были рядом в этот счастливый день, а еще Вилли и Прэскот. После того, как младшего Хилла оправдали, Дэми разрешил нам общаться и не отказал пригласить друга на свадьбу. Он понял, как для меня важен этот человек, и я была о-о-очень благодарна. Так благодарна, что у мишки теперь вся спина исцарапана. Хи-хи, я позавчера была голодна, а точнее, мы после затяжного сохранения изголодались вместе. Только вот Потапыч был слишком осторожным, боялся навредить малышу после угрозы, а я за это его своеобразно наказала. И отблагодарила, конечно. По-своему.

Вилли стоял позади всех в строгом горчичном костюме и салатовом галстуке, что было неожиданно для его сдержанной натуры, и придерживал коляску с Прэскотом. Младший Дрэйк сильно изменился после случившегося: остриг модную челку, исхудал, стал книги писать, я даже почитала несколько глав и мне очень понравилось. Единственное, что не поменялось — он не встал на ноги. Пуля задела важные нервные окончания в позвоночнике, и Прэскот навсегда теперь прикован к инвалидному креслу.

И только после поцелуя, что подарил мне молодой муж, я осознала, какое счастье случайно поймала на улице, когда столкнулась с тремя гопниками. Это счастье — мой русско-американский тело-Защитник — Дэми. Любимый и верный. Самый лучший муж. И желанный мужчина.