Глава 24. Скай

Мы находимся на борту самолёта на высоте почти шести тысяч миль. В Милане время только близится к полуночи, а лететь нам ещё приблизительно часов десять, но за счёт внушительной разницы во времени, в Лос-Анджелес мы прибудем в полночь этого же дня. Интересная штука часовые пояса. Можно сказать, что находясь в небе, я побывала в будущем, но снова вернулась в настоящее.

Перед поздним ужином Стефан показал мне одну очень занимательную запись в инстаграме. В ней речь шла о нём и о самой удивительной загадке человечества. Этой загадкой оказалась я. Казалось бы, ну какая из меня загадка? Но не всё так просто. Многие гадают кем же приходится эта "невзрачная" девушка такому несравненному холостяку, как Стефан Гросс. Ничего из себя не представляющей знакомой или элементарной коллегой? Мечтайте больше!

Яркие фотографии, на одой из которых он ненавязчиво обнимает меня за талию, а на другой придерживает подол моего платья, вызвали шкал вопросов у многоуважаемой публики под данной публикацией, но как выясняется, самого Стефана это нисколько не заботит. Я бы сказала, наоборот, всё это только забавит его. Он прочёл уже тысячи комментариев, а некоторые из них даже удостоил «сердечками» с барского плеча, в основном те, в которых не было негатива к моей персоне, а их было раз, два и обчёлся. Сейчас, сидя с довольным, удовлетворённым видом, он больше смахивает на беззаботного подростка, гордящимся своими ночными похождениями, которые случайно вылились в свет. Что его так забавляет? Что меня назвали невзрачной мышкой, а его окрестили мачо всех времён и народов?

— Можно задать тебе нескромный вопрос? — спрашиваю.

Я нерешительно пересаживаюсь в кресло напротив него. Нужно было поступить так раньше, но я надеялась, что он додумается до этого первым. Видимо, я уже начинаю ждать от этого мужчины поступков. Не рановато ли? На данном этапе первых шагов от такого претенциозного человека, как мой босс, точно не дождёшься. Скорее у меня вырастет хвост, чем он начнёт что-то делать. Или я ошибаюсь? Чёрт. Я сама себя не узнаю.

— Можно! Почему бы и нет? — отвечает, засовывая телефон в карман джинсов и возвращая своё внимание моей персоне.

— Почему ты разлюбил ту девушку? Франческу, кажется? Она же выбрала тебя, а по итогу у вас ничего не сложилось.

Былое приподнятое настроение Стефана бесследно растворилось в воздухе.

— Достаточно сложный вопрос, — хмурит брови и меняет позу. Я вижу, что мои слова его озадачили. На место расслабленности пришла напряжённость. — Скажем так, она изменилась. Очень. Популярность её изменила до неузнаваемости.

— Она была популярной? — уйдя в раздумья, в голове загорается лампочка, озаряя мои мысли настолько ярко, что становится даже неприятно. — Подожди, это случайно не Франческа Бьянки?

— К сожалению, да. Это именно та Франческа. Странно, что ты до сих пор не вынюхала обо мне всю подноготную.

Меня внезапно охватывает чувство вины. Наверное, из-за того, что я задала ему такой личный вопрос, а может быть потому, что я сама могла бы об этом узнать раньше, углубившись в его биографию, чтобы не ставить тем самым его в неловкое положение. Как только я начала к нему что-то испытывать, я боялась напороться на информацию о нём во всемирной паутине. Я опасалась наткнуться на провокационные снимки и различного рода неоднозначные статьи из его прошлого. Такого багажа полно у медийных личностей, а это порой портит впечатление о человеке, да и сами журналисты зачастую любят приукрасить, что хоть стой, хоть падай. Снова я пытаюсь обмануть сама себя…. Я боялась наткнуться на снимки его бывшей подружки и как следствие щёлкнуть себя по любознательному носу, удостоверившись в том, что я далека от идеала своего босса.

— Если бы не звёздная болезнь Франчески, ты бы всё ещё любил её?

— Вероятно, — отвечает, даже не задумываясь.

То-то же и оно. Не повезло. Глупая, упустила такого мужчину. У них же должна была быть свадьба. Это единственное, что я знаю об их былых отношениях. Как за два года его мировоззрение могло настолько поменяться? Он был готов к браку, а сейчас рассуждает о нём, как о высшей степени наказания.

— И из-за неё ты теперь так категорично относишься к браку?

— Возможно. Я убеждён, что вступать в брак нужно на окончании своего жизненного пути, когда пара через многое успела пройти, но ничто не смогло сломить их веру друг в друга. Только тогда, когда после всего пережитого, они всё ещё остаются неразлучны, — он будто хочет вбить мне это в голову, словно он навязывает мне своё мнение. — Нынче модно вступать в брак, но нужно ли это, если стоит только столкнуться с глобальной проблемой, как мы уже стоим на распутье?

Неожиданно у меня появляется острая необходимость встретиться с этой самой Франческой и вырвать ей все волосы на её тупой башке. Она ведь убила в нём всю веру в женщин. А он? Он всерьёз думает, что все женщины такие же, как она?

— То есть хочешь сказать, что ты никогда не создашь семью?

Стефан кусает щёку с внутренней стороны, чтобы не было так отчётливо заметно, что ему хочется снова усмехнуться надо мной. Хорошо хоть он теперь стал немного тактичней по отношению ко мне.

— Скай, для того, чтобы создать семью необязательны эти формальности, — его взгляд блестит и становится намного теплее, как будто он что-то вспомнил… или кого-то. — И тем более у меня уже есть семья.

Это было произнесено с вызовом. Я что-то о нём не знаю? Да я вообще его не знаю, но, чёрт побери, я хочу… Хочу узнавать его. Позволит ли он мне? Не могу сказать точно… Может всё изменится, стоит нам вернуться в Штаты. Изменится, тут и думать нечего, только вот в какую сторону.

— За эти два дня, что мы провели вместе, мне удалось узнать тебя намного лучше, чем за месяц, работая на тебя. И знаешь, что я тебе скажу? — я придвигаюсь на краешек кресла, чтобы быть ближе к нему. Я тут же смотрю на его губы, но быстро понимаю, что это лишнее. Во всяком случае потому, что стюардесса следит за каждым моим движением, чем бесит меня. — Франческа многое потеряла, променяв тебя на славу.

Стефан проделывает тоже самое — садится на край кресла и, сузив глаза, что-то ищет в моих. Вижу, как его рука уже парит в воздухе, направляясь к моему лицу. Я внимательно слежу за ней и думаю о том, что на этот раз может помешать ему поцеловать меня. Он подносит свою ладонь к моей щеке, сосредоточившись взглядом на моих губах. Я судорожно выдыхаю из себя весь воздух, когда его большой палец прикасается к моей нижней губе. Плавно накрыв его ладонь своей, я слегка прикрываю глаза, так как уже почти уверена, что его взгляд вот-вот вскружит мне голову. Он открывает рот, и его тихий, хриплый голос доходит до моего слуха, покрывая моё тело дрожью.

— Скай, ты….

— Мистер Гросс, желаете ли вы шампанского? — беспардонно влезает разукрашенная стюардесса, смутив меня и испортив такой волнительный момент.

Стиснув зубы, Стефан снова садится, откинувшись на спинку своего кресла, но его холодный взгляд о многом сейчас может рассказать. Например, о том, что он сердит на эту девушку и теперь готов испепелить её взглядом.

— Я — нет, — отвечает, как-то странно поглядывая на неё. Не убить ли он её удумал? — А ты, Скай?

— Эм-м…Я? Ах, н-нет, — кое-как хриплю, заставляя себя перестать пялиться на его рот и давиться слюной.

— Скай, иди отдохни. Нам ещё предстоит очень долго лететь.

А вот это больно. Он только что чуть ли меня не поцеловал, а теперь выпроваживает? Или он всё же захотел приударить за этой стюардессой? Похоже на то…

— Да, ты прав. Спасибо, — через губу отвечаю и без промедлений отправляюсь в комнату, громко задвинув дверь.

Меня обидели его слова. Я понимаю, что веду себя как психованная девчонка в пубертатный период, когда нестерпимо хочется начать плеваться ядом в него, но он не заслужил к себе такого отношения. В конце концов, он мне ничего не обещал, я самолично внушила себе не пойми что. Кажется, я как-то даже примеряла на себя его фамилию. Ха. Это было чуть ли не в первый же день нашего знакомства, но я ведь даже не до конца уверена, что у него нет девушки. Достала эта каша в голове и неопределённость.

Зайдя в ванную комнату, я гляжу на себя в зеркало и ничего не мешает мне не ужаснуться своему отражению в нём. Глаза красные, кожа болезненно бледная, пересохшие губы. Может не зря он отправил меня отдохнуть? Мой внешний вид об этом просто кричал, судя по всему. Ополоснув лицо ледяной водой, я немного уняла свои нервы и решила не откладывать сон в долгий ящик. Я действительно хочу спать. Просто невыносимо. Выключаю ночник на прикроватной тумбе и оставляю инновационное, подвесное «ночное небо», которое успела заприметить себе, чтобы в будущем сделать подобную красоту в детской спальне, если у меня когда-нибудь будут дети. Лёжа на спине, я хватаю первую попавшуюся подушку с постели, обнимаю её и тупо смотрю в потолок на те звёзды, которые не в силах проложить мне мой путь, но которым удаётся убаюкать меня так, что зрение в итоге меня подводит. Мерцающие точки начинаются расплываться, света от них становится всё меньше, а ещё немного погодя я вдруг вижу перед собой его глаза. Они горят ярче, чем искусственные «звёзды» на потолке, я перевожу взгляд на его губы и осознаю, что эти губы стали самыми желанными. Желанней сна и звёзд в детской. Мой взгляд скользит вниз и медленно проходится по его обнажённому торсу. Стараясь придать акцент каждой клеточке его тела, я и не думаю останавливаться. Я уже подбираюсь к его выразительным косым мышцам, а чуть ниже вижу поросль тёмных волос… Он обнажён. Я мысленно протягиваю руки к нему, как вдруг замечаю что-то странное, как будто кто-то подглядывает за нами. Я определённо ощущаю чей-то любопытный взгляд на себе.

— Скай, — кто-то шепчет мне на ухо. Я чую аромат знакомой пряной мяты — Скай…

Разворачиваю голову в сторону и встречаюсь с серым взором Стефана. Широко распахнув свои глаза, чтобы сфокусироваться на его лице, я прихожу в замешательство. Я схожу с ума? Он же только что был передо мной, абсолютно голый, а теперь оказался рядом со мной, но полностью одет, как и прежде. Он лежит на постели и подпирает голову своей ладонью, но находится он очень близко ко мне, что я даже могу почувствовать жар, исходящий от него.

— Стефан? — мой голос скрипит, я приподнимаю голову и с облегчением убеждаюсь, что передо мной никого больше нет. — Что ты здесь… Как ты вообще?

Я не в состоянии сформулировать ни одного, даже простого предложения. Я возбуждена и взмокла. Язык отсох и онемел. Это впервые случилось со мной. Ещё никогда сон не был настолько реалистичен.

— Знаешь в чём парадокс? — спрашивает он, убирая за ухо мои прилипшие волосы с лица. Я молчу и просто смотрю на него, смущённо моргая. — Твоё имя обозначает небо. Мы сейчас в небе, но ты его боишься. И ты боишься себя и свои мысли точно так же, как и это небо, в котором мы находимся.

Вот это ты закрутил! Ты выбрал совсем неподходящее время, чтобы говорить такими сложными загадками.

— Что ты хочешь этим сказать? И как давно ты здесь находишься?

Я принимаюсь любоваться его мужской красотой, видя, как мягкий тусклый свет, ложится на его лицо, отсвечивая в глазах, которые сейчас кажутся намного темнее, чем обычно. Я тяжело дышу, вспоминая детали своего сна, так как он успел оживить мои нервы и теперь я могу мечтать только о том, чтобы сон оказался реальностью.

— Недавно, но успел услышать, как во сне ты называла моё имя. Что тебе снилось, Скай?

— Э-э…Да, вообще-то ничего, — выпаливаю я, боясь выдать себя с потрохами.

Боже. Это ещё раз доказывает тот факт, что мой сон был на грани реальности. Но этот его сексуальный голос определённо бодрит и приводит меня в чувства. Он будто нарочно применяет свой трюк, говоря немного глубже, чем обычно для того, чтобы заставить мою кровь нестись по жилам в ускоренном темпе.

— Ты уверена? Я не верю тебе, — нарочито протягивает каждое слово.

— Но я правда не помню, чтобы во сне называла твоё имя! — возмущённо выдаю, чуть приподняв голову, чтобы у меня была возможность возвыситься над ним. — Не мои проблемы, что ты не вери… — Стефан затыкает мне рот. Поднося свои пальцы к лицу, он мягко проводит ими по моей нижней губе.

— Ш-ш, спокойней, — говорит он вполголоса, глядя на меня в упор.

Неожиданно Стефан придвигается ко мне. Его зрачки едва заметно расширяются, в глазах плещется разрастающееся пламя. Я удивлённо наблюдаю за его второй рукой, которая уже успела обхватить моё лицо. Лениво мне улыбнувшись, его губы приближаются к моим. Я чувствую, как он дышит на них, обжигая их и увлажняя своим дыханием. Мои нервы, на ряду с желанием находятся на пределе. Я мычу, чтобы сказать ему о том, чтобы он ни в коем случае не останавливался, даже если вдруг самолёт начнёт терять чёртову высоту. Склонив голову набок, он лишь покачивает ею, как будто он уже знает, о чём я думаю.

— Ты стонала, Скай и это было…, — делает он паузу, тщательно подбирая слово, — Маняще. И кажется я догадываюсь, что тебе снилось…

— Стефан, — только успеваю выдохнуть в его рот.

Он наклоняется ко мне ещё ближе, но замирает, едва коснувшись губ, требующих ласки. Разочарованно выдыхаю и ищу в его глазах сомнения, но я не наблюдаю ни малейшего намёка на него, скорее, наоборот… в них хлещутся волны желания, но он будто бы ждёт моего одобрения. Отбросив все свои мысли, я слегка приподнимаю голову, чтобы самой дотянуться до его губ. Слышу его тяжёлое дыхание, и он наконец накрывает своими губами мои, мягко целуя их. О, Боги! Да! Мы сделали это. Эти губы такие чужие, но само чувство от того, как он целует меня не сравнимо ни с чем. Я мечтаю запомнить каждый момент, ведь сейчас он не ущемляет меня ни в чём, я вижу и могу чувствовать его, касаться кожи, но единственное в чём я не могу быть уверена — повторится ли что-то подобное? Я стараюсь не думать об этом, а просто сохранить в памяти каждую мелочь, связанную с ним. Накрываю его плечи своими руками, и притягиваю к себе ближе, затем открываю свой рот и впускаю его напористый язык, который сию же секунду с натиском принимается ласкать меня изнутри. Наше возбуждение нарастает с каждым моим рваным вдохом и его выдохом, сердце бешено колотится, а внутренности сжимаются от разрастающегося желания.

Святые угодники!

Кровь моя густеет и вскипает, стоит ему зажать нижнюю губу между зубами. Готова поспорить, её шумное бурление можно слышать, даже не прислушиваясь. Я хочу большего и для этого запускаю свою руку ему под рубашку. Моя ладонь начинает исследовать его широкую спину, которая покрыта едва ощутимой испариной. Пройдясь по пылающей коже, я чувствую, как его мышцы напрягаются под моей ладонью. Стефан углубляет наш поцелуй, отзываясь на мой порыв. Я слышу его короткий стон в мои губы, после чего он ещё сильнее вжимается в меня своими бёдрами, предоставив мне возможность ощутить степень его возбуждения. Оно ничуть не меньше моего собственного. Оставив мои губы в покое, он оставляет одиночный поцелуй у линии подбородка. Думаю, что он переключится на шею, но он лишь прижимается своим лбом к моему, выравнивая своё сбивчивое дыхание. Распахиваю глаза, чтобы понять в чём дело, и вижу, как уголки его губ немного приподнимаются. Он чему-то улыбается.

— Извини, что нарушил твой сон, — шепчет он, зарываясь в моих волосах. — Ты не представляешь, как ты красива, когда спишь.

Я желаю ответить, что ему нужно заткнуться, а лучше немедленно продолжить начатое, но он снова обрывает меня, накрыв указательным пальцем мои губы.

— Я знаю, но не сейчас, — тихонечко молвит он, затем целует в щеку и приподнимается с меня. На локтях я приподнимаюсь следом за ним, униженно поглядывая на него.

«А когда?» — хочется спросить, но он уже закрывает за собой дверь.

Рухнув на постель, я накрываю своё пылающее лицо ладонями.

Это прикол такой? Только что был самый лучший и желанный поцелуй в моей жизни, а в итоге…? В итоге я его получила. Чего ещё я ждала? Может быть я хотела того, чтобы наш поцелуй продлился чуть дольше, чем жалкие пару минут…Ещё бы! Хотела и он это знает.

Отбросив ненужные мысли, я всё-таки засыпаю. Только мне уже ничего не снится. Мой мозг отдыхает после пережитого волнительного момента. Разбудить меня перед снижением приходит стюардесса, чем также огорчает меня. Я хотела, чтобы это был Стефан, а не эта расфуфыренная дылда.

Пока мы проходили контроль в аэропорту, Стефан не выпускал меня из своих ласковых рук, абсолютно не замечая вокруг людей, а я радовалась внутри этому и даже позабыла о том, что он бросил меня, оставив одну, всего каких-то несколько часов назад.

Когда мы сели в машину, я понятия не имела нужно ли мне сказать водителю свой адрес, но решила всё же положиться на Стефана. Причём во всех смыслах.

— Кажется, мы едем не в ту сторону, — говорю я, всматриваясь в темноту за окном.

— В ту, — коротко отвечает Стефан, прижимая меня ближе к себе.

Я опускаю свою голову ему на плечо и глубоко вздыхаю, мечтая, чтобы этот день никогда не заканчивался, ведь я не имею ни малейшего представления, что в голове у Стефана. Будет ли между нами что-то развиваться или же всё, что между нами произошло, можно назвать лишь демоверсией?

Но все мои опасения канут в Лету, когда я вижу, что мы останавливаемся у дома Стефана.

— Хочешь сказать, что я остаюсь у тебя? — спрашиваю, он кивает, открывая дверь машины. — М-да, нужно бы освежить в своей памяти все те инструкции, которые ты мне раздал, когда я была у тебя в прошлый раз, — с долей сарказма говорю я, выходя за ним следом.

Мы заходим в лифт, Стефан приподнимает мою голову указательным пальцем и подмигивает мне. Покрывшись мурашкам, я сглатываю. В горле резко пересыхает. Самый главный вопрос, который сейчас засел в моей голове — выдержу ли я дорогу в лифте или накинусь на этого мужчину, не в силах больше противостоять своим желаниям? Я хочу его! Слава богу моя сила воли пока ещё со мной, потому как ровно через минуту мы оказываемся в тёмном холле его квартиры. Стефан сразу же включает везде свет и уходит в сторону левого «запрещённого» крыла. Выглядит он уставшим. В отличии от меня ему не удалось отдохнуть в полёте. Сам виноват! Я была бы не против, если бы ты остался со мной.

А мне-то что теперь делать? В моей голове сейчас свинец вместо мозгов.

Не придумываю ничего лучше, чем пуститься на поиски своей комнаты, ведь Стефан исчез, как и моё приподнятое настроение, как вдруг он возвращается ко мне, держа в руке стакан воды. Я сразу же расцветаю при виде его, как будто он и есть индикатор моего настроения.

— Что ты делаешь? — спрашивает он.

— Эм-м…завтра рано вставать, тебе нужно отдохнуть, — тихо скриплю я, пятясь в сторону правого крыла. — Спокойной ночи, Стефан.

— Разве ты не хочешь пить? — произносит, протягивая мне стакан, который я беру и тут же осушаю.

Получается он снова копается в моих мозгах… Да плевать…. Я уже не боюсь этого.

— Хочу, как видишь, просто я следую инструкции.

— Супер, — лукаво улыбаясь, он берёт меня за руку и тянет за собой. — Вот только ни одна инструкция сегодня не работает. Ты спишь в левом крыле.

Мой босс уходит в разнос.

— В смысле…м-м, — тупя глаза в пол, я прикидываюсь дурочкой. Моя душа трепещет и ликует. Я удостоилась его территории, а это уже о многом говорит.

— Да, Скай.

С ним? Он хочет, чтобы я ночевала с ним? В Милане его подменили что ли?

Я не успеваю толком даже пофантазировать на этот счёт, несмотря на то, что мне ой как хочется. Стефан прижимает меня к стене и, оказавшись в его властном захвате, я чувствую, как мой пульс начинает разгоняться в стремительном темпе и отдаваться шумным перестуком в области шеи, куда уже устремились охваченные огнём губы Стефана. Какие тут могут быть фантазии, когда реальность куда более прията, когда моё сознание уносит меня выше облаков, а душу бросает в головокружительную пропасть, когда я теряю саму себя, находясь в его тёплых руках, которые прокладывают свой путь от моих ягодиц вверх, под футболку, когда он пальцами очерчивает какие-то узоры на коже моей спины.

— Месяц. Целый месяц у меня не выходит из головы твой образ, — шепчет он, откидывая мои волосы в стороны, чтобы поцеловать в шею, но только уже с другой стороны. — Образ, где ты была такой пленительной, сексуальной и беззащитной. Но знаешь, что самое главное?

— Что?

— Там, в зелёной комнате ты была моей, — властно произносит, всматриваясь своим серым взглядом мне в глаза, отчего по спине пробегает табун дрожи. — Станешь ли ты моей и сегодня?

Я молчу и учащённо дышу, прокручивая в голове последнюю фразу.

— Только сегодня?

Он ласково улыбается мне и, наклонившись к моему лицу, нежно проводит кончиком носа по щеке.

— Сегодня, — мурлычет он, обхватывая губами мочку уха, — завтра, через неделю… Когда захочешь, Скай.

— А если я буду хотеть всегда?

— Подумай об этом, и я это пойму.

Его слова делают своё дело — я плавлюсь, словно парафиновый воск.

Стефан прижимает меня к своей груди и принимается жадно целовать мои губы, вожделенно лаская своим языком. Он запускает пальцы в мои распущенные волосы и медленно направляет нас вглубь коридора. Вдох-выдох, поцелуй за поцелуем, шаг за шагом, и мы оказываемся в тёмном помещении, где свет исходит лишь от ночного неба сквозь панорамные окна. Оказавшись в полумраке под его пристальным вниманием, я начинаю нервничать. Нервоз вперемешку с восторгом. Совсем не знаю, что мне делать. В прошлый раз, когда я была обездвижена и слепа, восприятие действительности было намного проще. В прошлый раз я ещё не знала на что он способен.

— Чего ты боишься? — с недоверием спрашивает он, обхватив моё лицо ладонями.

Он слышит меня. Он читает меня снова. Что ж. Я боюсь, что ты уйдёшь, как в прошлый раз.

— Тогда я был глупцом.

Что же изменилось с тех пор?

— Многое, Скай.

Ты понимаешь, что влюбил меня в себя? Стефан, я влюбилась в тебя. Я влюбилась, слышишь!? И это ты во всём виноват! Ты сделаешь мне больно, если снова это повторится…. Ты даёшь себе отчёт? Хотя нет! Не отвечай! Просто верни мне свои губы.

Он серьёзен как никогда, стоит, не шелохнувшись. Дышит очень тяжело, словно своим признанием я перекрыла ему кислород. А мне так хотелось, чтобы реакция на мои слова была с точностью до наоборот.

— Стефан? — с сожалением в голосе произношу и беру его руку в свою. — Скажи что-нибудь. Или ты хочешь, чтобы я ушла?

Едва заметно он отрицательно качает своей головой. Ну хоть что-то. Он сжимает мои пальцы и его губы расплываются в обворожительной улыбке.

— Иди ко мне.

Он резко подхватывает меня на руки и накрывает мои губы своими. Нежно проведя языком по моей верхней губе, он крепче сжимает меня в своих руках. Так приятно. Стефан подходит к постели и осторожно кладёт меня на неё, а сам ложится рядышком со мной. Под ритмичный танец наших сплетённых языков, он запускает руку мне под футболку и кончиками пальцев ведёт по моему животу вверх, дойдя до грудной клетки. Я выгибаюсь дугой, погружаю руку в тёмные волосы и кусаю его за нижнюю губу. Нащупав мой сосок, он зажимает его между пальцами. Воспламеняющая смесь по имени «Стефан Гросс» зажигают мою и без того горячительную кровь, раскаляя внутренности до предела. Его ладонь скользит по коже до тех пор, пока он с силой не стягивает с меня объёмную, уродливую футболку, затем ловко снимает с меня джинсы. Он выбрасывает одежду за себя и тут же припадает губами к моему телу. Целует шею, спускается к груди, обводит языком каждый сосок, а пальцами ласкает мои бёдра. Я наслаждаюсь его губами, руками, всем им целиком, тону в обжигающей и бурлящей волне возбуждения.

Да! Стефан, покажи мне. Покажи, как ты в действительности можешь любить.

Я заставляю себя приподнять свою голову и распахнуть, отяжелевшие от наслаждения веки для того, чтобы воочию понаблюдать за ним, за тем, что он делает со мной. Не отвлекаясь от моей груди, он встречается своим чувственным, хищным взглядом исподлобья с моим восхищённым и медленно прокладывает дорожку поцелуев до пупка, затем ниже, ещё ниже и ещё. Я протяжно стону и облизываю свои губы, которые уже успели пересохнуть. Ухватившись за мои ноги, он сгибает их в коленях и принимается ласкать губами внутреннюю сторону моего бедра, дразня меня кроткими поцелуями, затем Стефан раздвигает мне шире ноги и наклоняется к моей промежности, которая изнывает от желания и сочится от перевозбуждения. Он целует меня там.

О, Боги!

Целует нежно, затем водит кончиком языка вокруг клитора. В одно и то же время я ощущаю неловкость, и высшую степень удовольствия, беззащитность и истому. Он крепко держит мои ноги руками и погружается в меня языком, за что моментально получает от меня благодарность, выраженную стоном удовлетворения. Я снова встречаюсь с ним взглядом. Стефан внимательно наблюдает за моей реакцией и это ещё больше разжигает во мне бушующее пламя. Его язык мучает меня, дразнит, я подстраиваюсь под его ритм, извиваюсь и приподнимаю бёдра навстречу его губам. Ощущаю внутри разрастающуюся пульсацию, и выгибаю спину. Я до боли в пальцах сжимаю простыни, но ни на секунду не позволяю себе разорвать наш зрительный контакт.

— А-а-а-а, — вскрикиваю я, почти утеряв контроль над собой.

Стефан поглаживает языком клитор, затем кусает его и меня тотчас накрывает неудержимой лавиной оргазма. В блаженной неге я прикрываю глаза и не могу совладать со своим дыханием. Мои лёгкие обжигает раскалённый комнатный воздух, а сердце, наверняка, вот-вот выпрыгнет из груди, если я сейчас же не восстановлю дыхание.

Парочка вдохов-выдохов и я ощущаю его ладони на своих бёдрах. Открываю глаза и вижу Стефана во всей его нагой красоте, стоящим на коленях у меня между ног. Когда он успел раздеться? Не упуская возможности, я пожираю его глазами, убеждаясь, что некоторым снам всё же свойственно сбываться. Всё именно так, как и было во сне. Великолепное тело, выразительные косые мышцы и поросль тёмных волос, спускающиеся дорожкой к его члену. Я так же, как и во сне, тяну свою руку к нему, но только сейчас я ощущаю под пальцами упругость его влажной кожи на торсе. Он берёт мою руку в свою и плавно опускает её к своему органу.

Намёк предельно ясен.

Я приподнимаюсь на одном локте и позволяю своим развратным мыслям прийти в действие. Слегка дотрагиваюсь до его члена и скольжу по нему пальцами, затем обхватываю его ладонью, и вожу вверх-вниз, растирая по основанию его смазку. Издав сдавленный стон видимого удовольствия, Стефан наклоняется ко мне, приподнимает мою голову за подбородок и одаривает поцелуем. Жадным. Властным. Плотоядным. Забывшись, я начинаю сильнее сжимать его орган в руке и наращиваю темп. Стефан шипит в мой рот и резко отстраняется для того, чтобы надеть презерватив. Со знанием дела он раскатывает его по всей длине и снова возвращается ко мне.

Шире раздвигает мои ноги, крепко впивается пальцами в кожу, и медленно входит, наполняя меня собой и безграничным удовольствием. Он ласкает мои бёдра и равномерно ускоряется. С каждым своим толчком он по миллиметру продвигается глубже во мне, по сантиметру приближая меня к эйфории. Толчок наслаждения. Толчок упоения. Толчок страсти. Это невероятно. Этот мужчина сводит меня с ума. Я ощущаю, как внутри меня всё начинает пульсировать, приближая меня к новой волне оргазма. Стефан чувствует это и, не сбиваясь в стремительном ритме, закидывает мою правую ногу себе на плечо, меняя угол проникновения. Он толкается в меня грубее и сильнее, чем доводит меня до исступления. Впиваясь ногтями ему в плечи, я теряю самообладание и встречаюсь лицом к лицу с разрушительным оргазмом, который опустошает меня, лишая сил и энергии. Во мне остаются лишь чувства к прекрасному мужчине, который только что познакомил меня с первым в жизни вторым оргазмом подряд, и сейчас мне больше ничего не нужно.

Пальцы Стефана до боли впиваются мне в кожу, я распахиваю глаза и смутное сознание подсказывает мне, что он тоже вот-вот переступит финишную черту. Сосредоточенный взгляд, напряжённое лицо и мускулы, поджатые губы. Стефан делает последний рывок, и, издавая гортанные стоны, извергается, продолжая плавно растягивать меня. Поистине великолепное зрелище. Рухнув на меня, он соприкасается своим лбом с моим и на мгновение затихает.

— Всегда, — произносит он нежным голосом и коротко целует меня в губы.

Соображала бы я что-нибудь, то обязательно ответила, а так я могу только лениво улыбнуться ему, совершенно не понимая к чему это было сказано. Я устала, но мне ещё никогда не было так хорошо.

Я люблю тебя, Стефан.

Он заключает меня в объятия и целует в макушку, убаюкивая своим сердцебиением.

***

Вторник подходит к концу. Я нахожусь у Стефана уже два полных дня. Завтракаю с ним, обедаю и ужинаю. Я сплю с ним в его постели, в его объятиях, в его одежде. Я круглосуточно дышу с ним одним и тем же воздухом, и наслаждаюсь своими усиливающимися чувствами к нему. По всем признакам мы являемся парой, но от Стефана ничего конкретного я пока ещё не услышала. Мне хочется верить в то, что я могу прилюдно назвать его своим мужчиной, а он меня своей девушкой. Мне хочется во всё это верить, но уже два часа подряд меня не покидает мысль, что ни одна я такая у него. В ванной комнате "запрещённого" крыла скопилась куча женских приспособлений для ванн, а на расчёске я ненароком нашла длинные тёмные волосы.

Внутренний настрой, который окрылял меня на протяжении четырёх самых прекрасных дней в моей жизни бесследно исчезает, как только я случайно натыкаюсь на не издающий ни единого звука телефон, экран которого то вспыхивает, то гаснет. На дисплее жирными буквами высвечивается — «Беатриче Мать-перемать». Я беру телефон в руки, намереваясь передать его Стефану, но меня начинает не на шутку колотить. Я трясусь вся. С волоска на моей макушке до левой пятки. Мой внутренний голос нашёптывает мне ужасные вещи, заставляя проверить их переписку, если та имеется. Стефан уже как полчаса сладко спит после активного секса. Он не узнает, если я проведу малюсенькую разведку. Я всего лишь одним глазком. Мне нужно это. Мне необходимо развеять эти неприятные сомнения, для личного успокоения.

С телефоном в руках я присаживаюсь на пол, прямо у кровати, где сейчас крепко спит Стефан, и убеждаюсь, что в установке телефонных паролей он всё так же до банальности предсказуем. Шесть нолей и я его разблокировала. Я сразу же захожу в мессенджер, переполненный сообщениями. Господи, сколько тут имён. Глория "Балаболка", Дакота "Только по вторникам", Мануэла "Пышные С". Пышные С? Сиськи? Соски? Что ещё за хрень собачья. Абсолютно у каждого женского имени напротив стоит прозвище, даже у Кимберли, нашей секретарши — "Тупица". Хм. Любопытно. Какое прозвище он дал мне? Я не нахожу в сообщениях своего имени, поэтому захожу в контакты, но в итоге остаюсь с носом. У него нет моего номера? Уж не знаю, что лучше — не быть в этих списках или же быть записанной под странным прозвищем, например: "Маленькие С" или "Костлявая Ж"… Но тут я натыкаюсь на контакт "Обольстительное Несчастье" и, "провалившись" в него, убеждаюсь, что номер принадлежит мне. Улыбка до ушей сразу же рисуется на моей довольной физиономии.

— Напомни с утра, чтобы я сменил пароль на телефоне… и девушку заодно, — звучит голос прямо у моего уха, отчего я роняю телефон на паркет.

— Господи Боже! — вскрикиваю я, прикладывая ладонь к сердцу. — Давно ты проснулся?

Я разворачиваюсь к нему лицом, приглядываюсь и вижу, что он лежит поперёк кровати, распластавшись на животе. У него открывался отличный вид всего того, что я проворачивала с его телефоном. Я так увлеклась этой ерундой, что перестала замечать всё вокруг. Он же, наверняка, счёл меня патологической ревнивицей… Позора мне не избежать, да и нет мне оправдания.

— С момента Мануэлы "Пышные Сиськи", — ехидно произносит он.

Так значит всё-таки сиськи?! Прекрасно!

— Извини, я просто лазила в интернете, в моём трафик закончился, — придумываю на ходу. Попытка не пытка, авось сработает. Скай, врать нехорошо!

— Так получается, телефон случайным образом перекинул тебя в мои личные сообщения? — издевательским тоном изрекает он.

— Ну да.

— Ну раз так, то можешь забираться в постель и продолжать заниматься тем, чем занималась. Возражать не стану, — на полном серьёзе говорит и возвращается на подушку.

— Нет, спасибо, — кладу телефон на прикроватную тумбу и забираюсь в постель. — Я уже всё посмотрела.

Он переворачивается на спину и заключает меня в объятия, не забывая при этом посмеиваться надо мной. Я кладу голову ему на грудь и волна стыда обрушивается на меня с недюжинной силой. Я не должна ему врать. Ни при каких обстоятельствах.

— Стефан, я тебе солгала. Я намеренно шарилась у тебя в телефоне.

— Я знаю, — как ни в чём не бывало отвечает, целуя меня в макушку и поглаживая моё плечо.

— Ты сердишься?

— Немного.

— Прости меня, пожалуйста. Я не знаю, что на меня нашло.

— Так и быть! Я прощаю тебя, — почти шепчет он.

— Правда? — я приподнимаю голову с его груди, чтобы видеть его глаза.

— Чистейшая, — растягивает губы в полуулыбке, но затем вдруг резко меняется в лице. Оно становится сосредоточенным и вдумчивым.

— Что такое, Стефан? — обеспокоенно спрашиваю. Он буквально замер, даже мышцы стали твёрже. — Ты пугаешь меня.

Он моргает и, наконец, отмирает.

— Извини, я кое-что слышал, — отвечает тихо, я непонимающе приподнимаю бровь. — Что-то вроде импульса. Это сложно объяснить.

— И о чём это может говорить?

Он только открывает рот, чтобы что-то ответить, но вдруг резко закрывает и устало проводит ладонями себе по лицу. Да что такое я не пойму?

— Ничего серьёзного. Засыпай, Скай. Уже поздно, — он прижимает меня к себе и тяжело вздыхает.

— Спокойной ночи, Стефан.

Я люблю тебя. Очень.