Эпилог

Как же очаровательна и уютна Италия в это время года. Лигурийское побережье переливается словно алмазная пыльца, лазурное искрящееся море слепит глаза, отражая в нём заходящее солнце, а небо…. Небо никогда меня ещё не подводило. Оно неизменно остаётся необычайно привлекательным независимо от времени года, суток и погодных условий.

Я преспокойно сижу на придворой территории своего дома и любуюсь тем, как плещутся беспокойные волны, как кружат над поверхностью умиротворённые чайки, вслушиваюсь в эту звучную мелодию тёплого ветра и шума прибоя, и ощущаю себя самым счастливым. Счастливым, но вместе с тем, запредельно одиноким.

В доме не слышно звуков привычных шагов. Изо дня в день оглушительная тишина угнетает так, что становится тошно, темнота в комнатах вводит в беспросветное уныние, что не хочется просыпаться по утрам.

В компании с бокалом виски я провожу очередной вечер вот уже который день подряд. Становится не по себе от одной лишь мысли, что мне предстоит бессмысленно сосуществовать в подобных условиях ещё какое-то время. Но ничего с этим поделать я пока не могу…

Телефонный звонок нарушает будничную тишину, и я даже ему сейчас рад.

— Привет, мама, — отвечаю я.

— Стефан, дорогой, ну как ты там? Может приедешь сегодня к нам? — крайне заботлива она. — Нечего сидеть в своих хоромах. Я тебя хоть досыта накормлю, а то небось питаешься одними полуфабрикатами?!

— Мам, — смеюсь я от души. — Я же не ребёнок, в конце концов. Уж, наверное, в состоянии прокормить себя. Но спасибо за приглашение.

— Ну как хочешь, — слышу нотки притворной грусти. — В таком случае Адриана передаёт тебе большой привет. Сказала, что в пятницу поедет домой сразу после занятий.

— Да, я уже разговаривал с ней сегодня. Только убедитесь, чтобы она была пристёгнута за рулём.

— Конечно! Твой отец очень строг к этому!

Моя дочь пошла по моим музыкально-инструментальным стопам. После школы она поступила в Миланский колледж искусств, где отлично преуспевает по всем предметам. Во время учёбы, чтобы не мотаться в такую даль, она гостит у моих родителей, но буквально через несколько дней первый курс останется позади, и она, наконец, вернётся домой на время летних каникул. Мы с женой очень гордимся нашей старшенькой.

— Стефан, ты же никуда в ближайшее время не собираешься? — подозрительно спрашивает мать.

— Нет, а что? — у меня в голове масса предположений.

— Да так, просто поинтересовалась! — хмыкает она. — Мне что, уже нельзя спросить у собственного сына планирует ли он куда-то идти сегодня или нет?

— Ну-у, когда твоего сыну 38 лет, то это выглядит немного странно. Тебе так не кажется?

— Нет! Мне так не кажется, сынок, — хихикает она.

Краем глаза замечаю приближающийся свет, исходящий от фар автомобиля, отчего у меня голове потихоньку начинает выстраиваться логическая цепочка. Мама решила запудрить мне мозги, не иначе.

— Это ты в той машине? — спрашиваю.

— В какой это?

— В той, что заезжает на нашу территорию, естественно!

— Нет, Стефан! Там не я, — предельно честно отвечает. — Мне пора идти. Всего хорошего тебе. Не забывай, что мы с твоим отцом очень любим тебя.

— Да, и я вас тоже. Пока!

У меня появляется ещё больше вопросов. Машина незнакомая, но ворота открылись, что может говорить лишь о том, что у человека, находящегося внутри неё, определённо есть пульт.

Что за фигня?

Медленно поднимаюсь из плетёного кресла, ставлю пустой бокал на стол и неторопливо спускаюсь по лестнице. Замечаю, что машина тонирована по кругу — не видно абсолютно ничего. Я стою и пялюсь на чёрный Cadillac, но из него никто не торопится выходить. Появляется мысль, что кто-то из родственников тем самым решил меня разыграть. Плюю на всё и разворачиваюсь в обратную сторону.

Понятно. Это точно мать.

— Папочка, — раздаётся задорный голос дочери, на который я моментально разворачиваюсь. — Это ты так встречаешь свою дочь, значит?

Прихожу в изумление. Не ожидал видеть её сегодня дома.

— Адриана? Ты же у бабушки должна быть? Что за…?

— Ловко мы с ба тебя обставили, да? — подходит она и крепко обнимает меня.

— Что ещё за дела? Для чего весь этот спектакль? — нет, чтобы радоваться, я начинаю сердиться.

— Как для чего? Чтобы сюрприз удался!

— Какой ещё сюрприз?

Она возвращается к машине, и подозрительно поглядывает на меня, что-то замышляя. Не решаюсь залазить ей в голову, чтобы сюрприз удался, если его вообще можно будет назвать сюрпризом.

— Я не могла больше смотреть на твою кислую мину! Поэтому встречай, папочка! — с широкой и хитрой улыбкой во весь рот она торжественно восклицает, открывая дверь машины.

Вот так сюрприз!

Выйдя из автомобиля, ко мне гордой походкой вышагивает моя прелестная жена. Всё с той же обольстительной и непревзойдённой улыбкой и таким же игривым взглядом ангельских глаз. Такая же невозможно сексуальная и невероятно красивая. Моя Неземная Скай.

Бегу к ней навстречу, подхватываю и кружу в воздухе.

— Я же должен был прилететь за вами только через две недели!? Я даже билеты уже выкупил!

— Я не смогла больше ждать. Да и дети начали скучать по тебе.

Так! Стоп!

— А где, собственно говоря, они?

Скай пожимает плечами, я начинаю нервничать.

— Да успокойся ты! — хохочет она и целует меня в щёку. — Твоя мама встречала нас в аэропорту и забрала их к себе. Они едут следом за нами.

— Не пойму, вы все заодно решили одурачить меня? Я здесь чуть ли от одиночества не помер, а вы такое проворачиваете у меня за спиной? Не стыдно ли? — притворно сержусь, чтобы не смела больше смеяться надо мной. — Пообещай, что больше никогда не оставишь меня дольше, чем на неделю. Это просто невыносимо!

— Да, я сама поняла, что ехать в гости к родителям на целый месяц — плохая идея. Дети уже через неделю просились назад. В итоге я нашла человека, который присмотрит за родительской фермой и выкупила им билеты на нашу годовщину. Ты же не против, если они погостят у нас какое-то время?

— Абсолютно не против! Я был бы только за, если бы мы перевезли всю их чёртову ферму сюда, лишь бы ты больше не ездила в Америку на такой долгий промежуток времени.

— Не можешь без меня, да? — шепчет она, зарываясь мне в шею, щекоча своим носиком.

— Поправочка… Без ВАС, но да, — соглашаюсь с женой. — Я чертовски не могу без вас существовать.

— Папа! Папа! Папочка! — в два голоса кричат Кэсси и Пирс.

Даже не заметил, как машина моего отца припарковалась на их обычном месте и из неё выбежали двойняшки.

Бегут ко мне наперегонки, как это обычно бывает. Поочерёдно подхватываю их на руки и кручу в воздухе вокруг себя.

— Как вы выросли за эти три недели! Особенно ты, Пирс! Сестру уже на полголовы выше, когда ты успеваешь?

— А ты постарел, пап! — смеётся Кэсси.

— Ну ты почаще уезжай! Когда-нибудь ты приедешь и увидишь вместо меня седовласого и морщинистого старика.

Кэсси в ужасе смотрит на меня и ахает.

— Нет! Я не хочу, чтобы ты был стариком, как дедушка! Я тогда больше не буду уезжать! Никогда-никогда! — цепляется за меня своими цепкими пальчиками и поглядывает на Скай. — Слышишь, мам? Папу больше нельзя оставлять одного!

— Вау, пап! Ты сделал качели? — восторгается Пирс, увидев моё творение.

Я целую неделю возился с ними, чтобы в результате порадовать детей. Научился плетению верёвок, освоил резьбу по дереву и даже выжиганию. Наш двор позволяет сделать из него целый парк развлечений, но я решил, что качели всё же в первую очередь. Эти качели, в какой-то степени, можно назвать олицетворением нашей семьи: самые что ни на есть диковинные, такие же сверхпрочные и, чёрт возьми, невероятно хороши собой. Думаю, и Скай оценит эти качели. Да что уж… Сегодня же ночью украду её и поведу впадать в детство.

— Бегите, тестируйте! — одобрительно киваю двойняшкам, видя их ликование.

Стоило им увидеть что-то интересней собственного отца, как я тут же становлюсь им не нужен.

— Мам, можно тебя на минутку? — Адриана уводит Скай от меня в сторонку, — Ты не против, если на вашу с папой годовщину я приду не одна?

— С кем это ты собираешься прийти? — вмешиваюсь я в их шушуканье, подслушав разговор.

— Я разговариваю не с тобой, а с мамой! — смущённо отвечает Адриана. — Это девчачьи разговоры! И не копайся у меня в голове, пап..

О, мать твою, у неё появился парень!

Поверить не могу, что моей старшей дочери уже почти 19. Кажется, что вот совсем недавно она сидела у меня на шее, а сейчас… Господи, как быстро растут дети.

Адриана начала называть Скай мамой, как только мы поженились. Это было практически сразу, как только Кэсси и Пирс мало-мальски окрепли. Мы не стали откладывать неизбежное. Какой в этом смысл?

Что касается биологической матери Адрианы, то она так и не признаёт её. Мы лишь знаем, что семь лет назад Франческа переехала в Сардинию к какому-то мужчине, от которого родила сына. Мы не вмешиваемся в её личную жизнь, ровно столько же, сколько и она в нашу. Так будет лучше.

Вот уже четыре года мы живём в Италии, а точнее в Генуя, прям на том самом побережье, где мы когда-то прогуливались со Скай.

Мы с женой приняли совместное решение оставить Америку. Это решение далось нам не совсем легко, ведь мне нужно было оставить не только Америку, но и студию, которую я передал во владение Даймонду.

А всё почему?

Видите ли, Скай желала быть ближе к морю. А быть — значит жить. Её устраивало только Лигурийское, потому что оно ассоциируется у неё со мной. Удивительно, но и у меня оно ассоциируется с тем прекрасным днём, когда мы впервые были в Италии.

В Милане я владею студией не менее перспективной, чем «Гросс Арт Групп ЛА», да к тому же у меня в помощниках самая умная и целеустремлённая женщина, которая не только помогает мне в управленческом деле, но и сама порой предстаёт в роли исполнителя, композитора и даже автора текстов. У меня необыкновенная жена и самые замечательные дети.

Кэсси и Пирс совсем недавно закончили четвёртый класс. Двойняшки, но такие разные. Кэсси вся в Скай, даже повадки и пухленькие щёчки, а Пирс — моя точная копия. Увы, и ему передалась моя способность чтения мыслей, но ему намного проще. У него есть тот, кто может помочь ему разобраться во всей сути. Пока телепатия не особо мешает ему в жизни, а дальше, как только он подрастёт, она будет зачастую выручать его. Что касается меня самого, то теперь я слышу Скай даже на расстоянии. Моя способность развилась, в этом нужно благодарить мою жену. Она стала причиной улучшенной версии меня. Хотя самой ей не особо нравится, когда я копаюсь у неё в мозгах, но мне как-то плевать. После похищения я ежедневно стараюсь быть начеку. Моя семья и её безопасность — превыше всего.

— Милый, ты же не против, если на нашу годовщину прилетит Ирма? — сквозь зевоту спрашивает Скай. Мы распределили всех по комнатам, проследили, чтобы младшие уснули, и теперь сами готовимся ко сну, лёжа на постели, но нам пока не до него.

— Нет, она же приедет не одна?

— С Патриком и сынишкой. Куда она без них?

— Это просто супер! Потому что Даймонд с семьёй тоже прилетают к нам за день до торжества.

— Хорошо, что у нас большой дом! С расселением проблем не возникнет, — Скай прочищает горло, кладёт голову мне на грудь и молчит с некоторое время. — И ещё… я хотела бы тебе кое-что сказать…

Хорошо, что в комнате давно погас свет, иначе мою идиотскую улыбку она заметила бы раньше времени и, боюсь, что этого диалога не состоялось бы ещё очень долгое время, зная способности Скай держать все секреты при себе. Но, дело в том, что она не с тем связалась… К моему превеликому счастью…

— Кажется, я знаю, что ты хочешь мне сказать, — беру её ладонь в свою руку и оставляю на тыльной стороне нежный поцелуй.

— Стефан, мы же договаривались?! — пытается выхватить свою руку, — Ты не читаешь мои мысли, когда в этом нет нужды! Забыл?

— А я и не читал, — отвечаю, резко нависая над ней.

— Тогда откуда ты знаешь?

— Детка, подумай хорошо! — хватаюсь за подол её ночной сорочки и медленно поднимаю вверх, оголяя её плоский живот, который тотчас же принимаюсь осыпать поцелуями. — Импульс… Он бьёт очень сильно. Сильнее, чем в прошлый раз. Ты беременна, Скай.

— Боже! — стукнув себя по лбу, не довольствует она. — У меня мужчина, от которого ну просто невозможно ничего скрыть! Ну вот как спрашивается делать тебе сюрпризы? Как с тобой жить вообще?

Я снимаю с неё сорочку, прикладываюсь губами к её бархатной коже груди и прохожусь по ней своим языком, вынуждая Скай схватить меня за волосы на загривке. Ласкаю шею и останавливаюсь у уголка её губ.

— Просто, любимая… Со мной очень просто… — шепчу и с натиском врываюсь в её рот.

Боже, как же я скучал по вкусу счастья.

Конец