Глава 2 Добро пожаловать на кухню

Проснулась я от того, что кто-то громко и настойчиво долбил в дверь.

— Агата! Агата, вставайте! — орал голос с той стороны. — Завтрак через час, а у нас мука закончилась! И молоко! И яйца! И вообще всё!

Я приподнялась на локте и попыталась сообразить, где нахожусь.

Потолок был низкий, каменный и явно не мой. Койка подо мной скрипела и прогибалась так, будто вот-вот рухнет. Пахло сыростью, пылью и почему-то пирожками.

— Агата! — снова заорали за дверью.

И тут я вспомнила всё.

Портал. Призрачная дама. Дракон с золотыми глазами. Лич в голове. Кухня. Три медяка.

— Твою ж дивизию, — простонала я, садясь на койке. — Это не сон.

— К сожалению, не сон, — подтвердил голос в голове. Голос был хриплый, с лёгкой иронией и явно довольный жизнью. — Доброе утро, соседка. Выспалась?

— Корнелий? — уточнила я на всякий случай.

— Он самый. Рад, что помнишь. А то бывает, люди просыпаются и думают, что им показалось. А потом у них истерика. Ты, я смотрю, держишься молодцом.

— Я судмедэксперт, — буркнула я, натягивая толстовку. — Меня трупами не удивишь. А лич в голове — это даже забавно. Вроде галлюцинации, только с чувством юмора.

— Спасибо, — довольно отозвался Корнелий. — Ценю. Кстати, у тебя волосы торчат во все стороны. Для первого утра в новом мире — самое то.

Я машинально потрогала голову. Пучок за ночь превратился в нечто невообразимое — пришлось стянуть резинку и просто тряхнуть головой. Русые пряди рассыпались по плечам, спутанные и непослушные.

— Так лучше? — спросила я.

— Как тебе сказать... — замялся лич. — Ты похожа на ведьму после ночного шабаша. Но ведьмы, кстати, пользуются успехом. Так что дерзай.

— Спасибо, утешил.

— Агата! — дверь затряслась от нового удара.

— Иду я, иду! — крикнула я и встала.

Тело слушалось плохо. Видимо, падение через портал аукалось болью в каждом суставе. Я поковыляла к двери, на ходу поправляя толстовку с гордым принтом «Мёртвые — лучшие слушатели».

Открыла.

За дверью стоял вчерашний эльф. Бинго, кажется. Маленький, лохматый, с огромными глазами и ушами, которые сейчас отчаянно шевелились от волнения.

— Агата! — выдохнул он. — Слава богам, вы живы! А то я думал, может, вы не проснётесь. Тут всякое бывает. Один повар лёг спать и не проснулся. Правда, ему уже за двести было, так что не удивительно. Но всё равно страшно.

— Спокойно, Бинго, — сказала я, стараясь говорить уверенно. — Я жива. Что случилось?

— Завтрак! — эльф всплеснул руками. — Через час завтрак! А у нас мука закончилась! И молоко! И яйца! И вообще всё! Прежний повар сбежал вчера ночью, забрал запасы и даже не попрощался!

— Сбежал? — переспросила я.

— Ну да. Не выдержал. Сказал, что драконы его достали. Они же требовательные, знаете ли. Им подавай и мясо, и рыбу, и пирожные. А он уже старый был, устал. Вот и сбежал.

Я закрыла глаза и глубоко вздохнула.

— То есть я теперь не просто повар, а главный повар? Заведующая столовой?

— Ну да, — кивнул Бинго. — А кто же ещё? Вы же тут из нового персонала.

Я мысленно выругалась. Три медяка. Заведующая столовой. Без продуктов. Без опыта. С эльфами-помощниками, которые, судя по всему, паникуют по любому поводу.

— Ладно, — сказала я вслух. — Веди на кухню. Будем разбираться.

Кухня встретила меня хаосом.

Огромное помещение с высокими сводчатыми потолками сейчас напоминало поле боя после артобстрела. На столах громоздились горы грязной посуды. В огромных котлах что-то пригорело и теперь чадило, распространяя удушливый запах гари. По полу бегали какие-то мелкие твари — то ли мыши, то ли крысы, то ли местная живность, которой здесь полагалось быть.

В углу двое эльфов (Финго и Глимбо, как я потом узнала) пытались разжечь потухший огонь в огромной печи и только разводили дым. Ещё один эльф, самый мелкий, сидел на корточках у стены и тихонько плакал.

— Прекратить! — рявкнула я голосом, которым обычно успокаивала особо буйных родственников покойников в морге.

Эльфы замерли. Даже крысы остановились и уставились на меня бусинками глаз.

— Так, — сказала я, оглядывая поле боя. — Давайте по порядку. Бинго, где у вас хранятся продукты?

— В кладовой, — пискнул Бинго. — Только она пустая.

— Покажите.

Бинго подвёл меня к двери в углу кухни. Массивная, дубовая, с железными петлями. Я открыла — и правда, пусто.

Несколько мешков с мукой на дне, рассыпанная крупа по углам, пара луковиц, засохшая зелень и кусок сала, который вызывал серьёзные подозрения. Судя по запаху и цвету, этому салу было лет сто, и оно уже начало самостоятельную жизнь.

— Это всё? — уточнила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Всё, — обречённо кивнул Бинго. — Прежний повар почти всё забрал. Сказал, что на память.

— На память он забрал продукты? — я почувствовала, как внутри закипает злость. — А совесть он не забыл?

— У него не было совести, — вздохнул Финго, подходя ближе и вытирая руки о грязный фартук. — Мы его три года терпели. Он нас обижал, еду портил, студентам грубил. А вчера ночью собрал мешки и сбежал через чёрный ход.

— Чёрный ход? — переспросила я. — Куда ведёт чёрный ход?

— На рынок, — ответил Глимбо, тот самый, который плакал. Он поднялся и шмыгнул носом. — Там городская площадь, лавки, склады. Можно продукты купить.

— Отлично, — кивнула я. — Значит, так. Бинго, ты бежишь на рынок. Берёшь список.

Я огляделась в поисках бумаги. Нашла засаленный лист и огрызок карандаша. Быстро набросала: мука, яйца, молоко, масло, мясо, овощи, специи, сахар, соль, дрожжи.

— Денег дайте, — добавила я, протягивая список.

Эльфы переглянулись.

— Денег нет, — виновато сказал Бинго. — Прежний повар все забрал.

— Всё?

— Всё до последнего медяка. Даже нашу заначку под половицей нашёл, — всхлипнул Глимбо.

Я выдохнула. Медленно. Глубоко. Считая про себя до десяти.

— Ладно, — сказала я, когда немного отпустило. — Тогда так. Чистим то, что есть. Варим из того, что осталось. А я пойду к местному начальству. Кто тут вообще отвечает за хозяйство?

— Комендант, — в один голос ответили эльфы.

— Комендант?

— Гном Брунгор, — пояснил Бинго. — Он заведует всеми запасами академии. Без его подписи ни одной монеты не получить.

— И где его искать?

— В подвале, под главным корпусом. Там у него кладовые и кабинет.

— Отлично, — я поправила толстовку и направилась к двери. — Ждите. Постараюсь не умереть.

— Агата! — окликнул меня Корнелий, когда я уже выходила. — Ты хоть знаешь, как с гномами разговаривать?

— Понятия не имею, — честно ответила я. — А что, есть какие-то секреты?

— Гномы ценят честность, — наставительно сказал лич. — Не ври им, не пытайся обмануть, не льсти. Говори прямо, что нужно. И ещё они любят, когда ценят их труд. Скажешь что-то приятное про его кладовые — считай, полдела сделано.

— Ты прямо психолог, — хмыкнула я.

— Я пятьсот лет в подвале сидел. Наблюдал за всеми, кто мимо проходил. Гномы — народ простой, но себе на уме. Удачи.

Я вышла в коридор.

Подвал главного корпуса оказался мрачным, сырым и пах плесенью. Факелы на стенах горели тускло, отбрасывая дрожащие тени. Где-то капала вода.

— Уютненько, — пробормотала я. — Прямо как у нас в морге.

— Не жалуйся, — отозвался Корнелий. — Я пятьсот лет в похожем месте просидел. Привыкнуть можно.

Я нашла нужную дверь по табличке с корявой надписью: «Брунгор, комендант. Не стучать. Не входить. Не беспокоить».

Постучала.

— Кого там демоны принесли? — рявкнули из-за двери.

— Агата, новый повар! — крикнула я. — По делу!

— Повар? — дверь распахнулась.

На пороге стоял гном. Настоящий гном, как в сказках: низенький, коренастый, с длинной рыжей бородой, заплетённой в косички, и злыми глазами. На нём был кожаный фартук, перепачканный неизвестно чем, и шапка, лихо заломленная набок.

— Новый повар? — переспросил он, оглядывая меня с ног до головы. — А где старый?

— Сбежал, — честно ответила я. — Ночью. Забрал все продукты и деньги.

Гном крякнул.

— Вот же паразит! Я говорил ректору — не бери этого проходимца! Говорил! Нет, не послушали. И где теперь этот проходимец?

— Понятия не имею. Но мне нужны продукты. У меня через час завтрак, а кормить нечем.

Брунгор прищурился.

— А ты, значит, теперь главная?

— Выходит так.

— И сколько тебе лет?

— Двадцать восемь.

Гном хмыкнул.

— Молодая. Совсем зелёная. И что ты умеешь, кроме как дверь открывать?

— Я судмедэксперт, — ответила я. — Трупы режу, причины смерти определяю. Но готовить тоже умею. По крайней мере, пирожки.

Брунгор уставился на меня так, будто я сказала, что умею летать.

— Судмед... кто?

— Эксперт. Это который с мёртвыми работает.

Гном моргнул. Потом вдруг расхохотался.

— С мёртвыми! — заржал он, хлопая себя по ляжкам. — С мёртвыми работает! А нас заставляют живых кормить! Ну, ректор даёт! Прислал вместо повара патологоанатома!

Я терпеливо ждала, пока он насмеётся.

— Ладно, — выдохнул Брунгор, вытирая слёзы. — Заходи. Раз пришла — заходи. Поговорим.

Я вошла.

Кабинет коменданта оказался завален ящиками, мешками, свитками и непонятным хламом. В углу стояла печка, на которой грелся огромный чайник.

— Садись, — буркнул гном, указывая на табуретку.

Я села.

— Значит, так, — начал он, усаживаясь напротив. — Денег у меня на тебя не заложено. Прежний повар получил аванс за месяц и сбежал. Всё, что положено на кухню, он уже забрал.

— Но мне же кормить студентов! — возразила я.

— А мне плевать, — отрезал гном. — Я бюджет считаю. Лишних монет нет. Хочешь продукты — иди на рынок, проси в долг. Но тебе никто не даст, потому что ты никто.

Я задумалась.

— А если я попрошу у вас в долг? Лично у вас?

Брунгор прищурился.

— С какой стати я тебе должен?

— Потому что если студенты останутся голодными, они будут злыми. А злые драконы — это проблема для всей академии. И для коменданта тоже. Вас же первого спросят: почему не обеспечил?

Гном усмехнулся.

— Соображаешь. Ладно. Есть у меня один вариант. Но он тебе не понравится.

— Какой?

— Могу дать продукты в долг из своего запаса. Но вернуть должна будете не деньгами. Работой.

— Какой работой?

— Будешь мне пирожки печь. Отдельно. Лично. Я люблю пирожки с мясом.

Я смотрела на него и пыталась понять, шутит он или нет.

— То есть вы дадите мне продукты для академии, а я за это буду печь вам пирожки?

— Именно. Десять штук в неделю. С мясом. И чтобы с пылу с жару.

Я выдохнула.

— Идёт.

— По рукам, — гном протянул мне корявую ладонь, и я пожала её.

Такого рукопожатия я не ожидала — он чуть не раздавил мне пальцы.

— Держи ключи от подсобки, — Брунгор бросил мне связку. — Там мука, крупы, мясо, овощи. На неделю хватит. Но если пропадёшь или обманешь — найду и убью. Поняла?

— Поняла, — кивнула я, пряча ключи в карман.

— И вот ещё что, — добавил он, когда я уже встала. — Тот пирожок, что ты вчера ела в своей коморке... откуда он взялся?

Я замерла.

— Вы знаете про пирожок?

— Я всё знаю, что в академии происходит. У меня глаза везде. Так откуда он?

— Понятия не имею, — честно ответила я. — Лежал на подушке. Я думала, может, эльфы оставили.

— Эльфы не пекут, — буркнул гном. — И чужие пирожки есть не советую. В академии много странного. Будь осторожна.

— Спасибо, — сказала я и вышла.

С ключами от подсобки и мешком продуктов (я набрала всё необходимое) я вернулась на кухню.

Эльфы встретили меня как героя.

— Агата! — заорал Бинго. — Вы живы! Вы вернулись! С продуктами!

— Рано радуетесь, — оборвала я. — У нас час на всё. Финго, Глимбо — разжигайте печь. Бинго — чисти овощи. Я займусь тестом.

И мы начали.

Я не знаю, как у нас получилось. Но получилось.

Через полчаса на огромных подносах дымились горы яичницы с беконом (яйца я жарила в четырёх сковородах одновременно, эльфы носились с тарелками), свежий хлеб (Бинго бегал в булочную, пока я жарила, потому что свой испечь бы не успели), каша с маслом (я просто залила крупу кипятком и оставила париться — сработало), и, конечно, пирожки.

Пирожки я пекла по бабушкиному рецепту. Тесто ставила на глаз, начинку лепила из того, что было — мясо, лук, специи. Отправила в печь и молилась всем богам, которые тут есть, чтобы не сгорело.

Когда первые студенты начали заходить в столовую, завтрак был готов.

Столовая оказалась огромным залом с длинными деревянными столами и скамьями. Потолок терялся где-то в вышине, а на стенах висели знамёна с драконами. Огромные окна пропускали серый утренний свет.

Студенты... они были разными. Кто-то выглядел почти как люди, кто-то — с явными драконьими чертами: чешуя на скулах, змеиные глаза, когти вместо ногтей. Все шумные, громкие, наглые.

Они налетели на еду, как саранча.

— Это что? — спросил один, ткнув пальцем в пирожок. Высокий парень с золотыми крапинками на щеках и явно завышенным самомнением.

— Пирожок, — ответила я, стоя за раздачей. — С мясом.

— А это съедобно?

— Попробуй — узнаешь.

Парень надкусил пирожок. Замер. Прожевал.

— Ого, — сказал он. — Вкусно.

И схватил второй.

За ним потянулись остальные. Пирожки разлетались со скоростью света. Яичница исчезла за пять минут. Хлеб — за три. Кашу размели подчистую.

Через полчаса столовая опустела. На тарелках не осталось ни крошки.

Эльфы стояли, прислонившись к стене, и тяжело дышали.

— Мы сделали это, — выдохнул Бинго.

— Мы сделали, — поправила я, вытирая пот со лба.

— Никогда не видел, чтобы студенты так быстро всё съедали, — покачал головой Финго. — Обычно они ноют, что невкусно, требуют добавки, ругаются, плюются огнём...

— Значит, голодные были, — философски заметила я.

— Или вкусно, — добавил Глимбо, довольно облизываясь.

Я улыбнулась. Впервые за всё это безумное утро.

— Ладно, — сказала я. — Моем посуду, готовим обед. Бинго, что у нас с продуктами?

— Ещё много, — отрапортовал эльф, заглянув в кладовую. — На неделю хватит, если экономить.

— Отлично. Тогда отдыхаем час и начинаем заново.

Эльфы разбрелись по углам. Кто-то прилёк на лавку, кто-то просто сел на пол, прислонившись к стене. Я устроилась на табуретке у печи и закрыла глаза.

— Неплохо, — одобрительно сказал Корнелий. — Для первого дня.

— Спасибо, — мысленно ответила я.

— Но расслабляться рано. Драконы — существа требовательные. Завтра захотят чего-то нового.

— Пусть хотят, — зевнула я. — Я справлюсь.

— Уверена?

— Нет. Но стараться буду.

Корнелий хмыкнул.

— Знаешь, Агата, — сказал он. — Ты мне нравишься. Обычно попаданки ноют, плачут, требуют отправить их домой. А ты — сразу работать, с эльфами нашла общий язык, гнома уболтала, студентов накормила. Молодец.

— Спасибо, — улыбнулась я. — Приятно слышать.

— Не за что. Просто честно. Будем дружить?

— Будем, — согласилась я. — А ты расскажешь мне про этот мир?

— Расскажу. Всё расскажу. Но не сейчас. Сейчас — отдыхай. Вечером поговорим.

Я кивнула и провалилась в сон.

Проснулась я от того, что кто-то тряс меня за плечо.

— Агата! — голос Бинго. — Агата, вставайте! Там это... ужин скоро!

Я села, протирая глаза. За окном уже темнело.

— Сколько я проспала?

— Часов пять, — ответил Бинго. — Мы вас не будили, вы так сладко спали. Сами обед приготовили.

— Сами? — я уставилась на него.

— Ну да. Вы же показали утром, как что делать. Мы запомнили. Получилось почти так же вкусно.

Я встала и вышла в столовую.

Там было пусто. Только на столах стояли грязные тарелки — видимо, студенты уже пообедали и разошлись.

— Справились, — довольно сказал Корнелий. — А ты говорила, что эльфы беспомощные.

— Я ничего такого не говорила, — возразила я. — Но приятно удивлена.

Я прошлась по кухне, проверила запасы. Эльфы и правда всё сделали аккуратно — продукты на месте, посуда помыта, печь вычищена.

— Молодцы, — похвалила я. — Завтра так же работаем.

— Агата, — Бинго подошёл ближе и заговорщически понизил голос. — А правда, что вы с мёртвыми работали?

— Правда.

— И вам не страшно?

— Страшнее живых никого нет, — усмехнулась я. — Мёртвые хотя бы не кусаются.

Эльфы переглянулись и захихикали.

— Агата, — снова заговорил Бинго. — А можно вас спросить? Тот пирожок, что вы вчера ели в своей комнате... вы его нашли?

— Нашла, — насторожилась я. — А что?

— Мы не знаем, откуда он взялся, — признался Бинго. — Мы не пекли. И никто из наших не пёк. Мы думали, может, вы принесли.

— Я не приносила.

Мы замолчали.

— Странно, — сказал Финго. — Очень странно.

— Ладно, — я решила не нагнетать. — Разберёмся. Давайте лучше ужин готовить.

И мы принялись за работу.

Ужин прошёл так же, как завтрак и обед — студенты налетели, всё смели и разбежались. Я уже начала разбираться в этой драконьей породе: они были громкими, наглыми, вечно голодными, но в целом безобидными.

Когда последний студент вышел, я уже собиралась закрывать кухню, как вдруг дверь снова открылась.

Вошел он.

Тот самый дракон с золотыми глазами. Рейнар. Глава тайной канцелярии, как он представился вчера.

Я замерла.

— Добрый вечер, — сказал он, проходя к столу и садясь на скамью. — Есть что-нибудь поесть?

— Ужин закончился, — растерянно ответила я. — Но... могу пирожок найти.

— Найди.

Я метнулась на кухню, схватила последние три пирожка (припрятала про запас) и вернулась.

Рейнар взял один, откусил. Прожевал. Закрыл глаза.

— Вкусно, — сказал он тихо. — Очень вкусно.

— Спасибо, — ответила я, садясь напротив.

Он ел молча. Я смотрела, как он жуёт — медленно, тщательно, будто пробуя каждый кусочек.

Когда пирожки закончились, он поднял на меня глаза.

— Я не чувствовал вкуса пять лет, — сказал он вдруг. — Магический сплин. А твой пирожок... почувствовал.

Я опешила.

— Пять лет? Совсем ничего?

— Совсем. Всё как трава. А тут... мясо, лук, тесто. И ещё что-то. Не пойму что.

— Может, специи? — предположила я. — Я добавила немного перца и паприки.

— Не знаю, — он отодвинул тарелку. — Спасибо.

— Пожалуйста, — растерянно ответила я.

Рейнар поднялся.

— Завтра будет проверка из городской управы, — сказал он. — Будут проверять кухню, столовую, условия содержания студентов. Я предупредил.

— Зачем?

— Чтобы ты не опозорилась. И академию.

Он развернулся и ушёл, даже не попрощавшись.

Я осталась сидеть за столом.

— Странный он, — сказала я вслух.

— Очень, — согласился Корнелий. — Но пирожки твои ел с удовольствием. Значит, не всё потеряно.

Я улыбнулась.

Вечер только начинался.

*Магический сплин — это профессиональное заболевание магов и драконов в этом мире. Состояние, похожее на тяжелейшую депрессию, но с магической подоплёкой.