Глава 32. Четыре года спустя.

Вика грустно слушала доклад Изи, подперев голову рукой.

– Опять не взял денег, значит?

– Опять всё до копейки перевёл в благотворительный детский фонд, – поправил призрак. – И просил передать, чтобы ты прекратила попытки превратить его в маменькиного сыночка: он, мол, за прошедшие годы уже доказал, что способен сам себя обеспечить и очень просит тебя угомониться.

– Он в институт поступил, как же будет и работать и учиться? – раздражённо стукнула по столу Вика. – Ты смог объяснить Женьке, что у меня этих денег куры не клюют и мне они даром не нужны?

– Всё я объяснил и записки все твои ему передал, но парень хочет жить самостоятельно и не могу его за это винить. Хватит делать из брата лентяя и нахлебника, он реально обидится! Да и Кирилл в последний раз поругался с Настей, что она всё твои подачки из шкатулки таскает. Забавный у тебя зять: отнёс шкатулку в банковскую ячёйку и запер там, будто я в другое место деньги положить не могу.

– Месяц назад поженились, а уже ругаются? – фыркнула Вика.

– Таки обрати внимание: исключительно по твоей вине, – нравоучительно заметил Изя. – Я понимаю твои мотивы, но им бы самим пожить, а ты ведёшь себя, как докучливая тёща, и достаёшь молодожёнов даже с того света.

– Сам говорил, что они ипотеку взять планируют, а им обоим ещё год в институте учиться! Почему родители Кирилла могут им помогать, а я – нет? – возмутилась Вика.

– Родители Кирилла им евро тысячами не подкидывают. Доиграешься до того, что на сестру ваше ФСБ наедет и налоговая до кучи.

«Неприятно признавать это, но Изя прав», – вздохнула про себя Вика. Вокруг неё разлился запах серы и знакомые руки обвили её плечи:

– О чём печалишься, любовь моя?

– О том, что дети растут быстро и чересчур охотно бросают край материнской юбки, – улыбнулась Вика, разворачиваясь к демону за нежным поцелуем. – Как прошла вразумляющая беседа с руководством Катбеи?

– Неплохо. Объяснил, что они повели себя неразумно, когда попытались обмануть своего лорда. Постращал немного, чуток повалял, чуток придушил, изъял накопления в счёт покрытия учинённых городу убытков, но увольнять и отправлять на перерождение не стал: ты верно говоришь, что новые работники будут ещё хуже. Эти за прошедшие четыре года успели намотать на ус, что моя хозяюшка женщина умная, в финансовых делах разбирающаяся и очень внимательная, которая не пропустит мимо глаз несоответствия в счетах, отчётах и реальности. То, что они натворили в последнем квартале – капля в море в сравнении с тем, что вскрывалось раньше. Я уже поздравлял тебя сегодня с нашей четвёртой годовщиной?

– Раз семь уже и начал прямо с полуночи, – рассмеялась Вика, приникая к любимому. – Спасибо за цветы во всех углах и на всех столах, хоть замок и ворчит по их поводу с самого утра.

– Пусть ворчит, – отмахнулся Морт и прислушался: – Торт доставили. Если сразу не запрём в холодильник, то демонята уничтожат его до приезда родителей.

«Любишь мужчину – люби и ту, что его родила», – напомнила себе Вика, собираясь с духом перед встречей с Мореной. Нет, мать Морта вела себя на удивление тактично, к Вике относилась дружелюбно, по служебным делам Вика даже удостаивалась порой скупой похвалы от главы департамента, но отношения с матерью Морта скорее напоминали вооружённый нейтралитет, чем верную дружбу.

– Ты станцуешь мне сегодня ночью? – прошептал Морт на ушко и все лёгкие облачка напряжённости рассеялись, как не бывали.

Психолог Катерина писала в своём дневнике, что если партнёр устраивает вас на 80%, когда вы в хорошем настроении, и на 51 %, когда в плохом, – это хороший партнёр! Вике запало в память это изречение, и все годы жизни с демоном она не раз его вспоминала. Не потому, что часто приходилось напоминать себе про 51 процент, а наоборот: Морт устраивал её практически на сто процентов в любом настроении, что, по словам психолога, было нереально большой редкостью.

«Соглашаясь задержаться в полусвете, я наивно думала, что мы когда-нибудь устанем друг от друга и разбежимся по разным дорожкам. Ха, четыре года прошло, а я, кажется, люблю его ещё больше. Раньше я лишь догадывалась, как хороша может быть наша совместная жизнь, а теперь я это точно знаю», – думала Вика, согласно кивая на вопрос своего демона и наслаждаясь жаром, полыхнувшим в голубых глазах.

– Я часто вспоминаю тот первый вечер, когда ты пришла танцевать..., – начал Морт.

– А я вспоминаю, что демонята уже вернулись из школы, а крем на торте начал оплывать, – зашуршали каменные стены. – Вам мало спальни, где я вас (о, счастье!) не слышу? Надо миловаться в кабинете, где я вас (о, горе мне!) ещё и видеть могу?

– Заговор на тебя наложу, – пригрозил Морт.

– Захандрю и заболею, – ответствовал нахальный замок. Авторитетов он, как и прежде, не признавал, и именовал Вику «хозяйкой» лишь в очередных своих колкостях и таким язвительно-саркастичным тоном, что это слово вполне могло сойти за прямое оскорбление личности.

«И как я умудряюсь быть беспредельно счастливой в таком безумном окружении? – задалась риторическим вопросом Вика. – Говорящий дом, призраки, демоны и демонята, постоянно заявляющиеся в кабинет на работе разнообразные «смерти с косами» и сам дьявол в соседнем здании, а мне всё нипочём. К слову, о дьяволе...»

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Ты встречался вчера со своими знакомыми: среди высших демонов действительно зреет заговор? – прошептала она.

– Очень похоже на то, но в этом нет ничего необычного или зловещего: в нашем мире постоянно зреют заговоры, плетутся интриги и задумываются всевозможные козни. Борьба за власть не прекращается ни на минуту, так что раз в столетие обязательно происходит очередной передел сфер влияния, и лишь малый процент демонов не желает участвовать в этом вечном процессе брожения демонических умов.

– Однако участвующие всячески стремятся втянуть в водоворот тех, кто предпочитает спокойную жизнь всяческим интригам, – заметила Вика, достаточно пожившая в полусвете, чтобы быть в курсе особенностей демонического бытия.

Обнимающие её руки сжались крепче:

– Нас с тобой назревающий мятеж никак не затронет, – заверил Морт. – Я разговаривал с родителями: на период волнений они спрячут тебя и демонят в своём замке, куда без особого приглашения не прорвётся даже глава Верхней Канцелярии.

– А ты?!

– А я обязан быть на своём рабочем месте, чтобы ни происходило в полусвете. Жизнь и смерть на земле не замрут в угоду бунтовщикам.

Твёрдый тон демона не оставлял места для дальнейших дискуссий. Ясно, что он-то не намерен прятаться, но Вику немного успокаивало, что Морт никак не связан с заговорщиками и может честно заявить о своей непричастности к их делишкам. Способность демонов вмиг распознавать ложь сильно упрощала власть имущим процесс дознания.

– Я люблю тебя. – Единственное, что произнесла Вика.

– В этих словах и заключено моё счастье, – улыбнулся Морт.

– Демонята стащили самые крупные кремовые фигурки с торта и сейчас стараются незаметно загладить магией те места, на которых торчали эти фигурки, – предупредил замок, и Морт поспешно выскочил в портал. До Вики донёсся грохот, приглушённые детские крики, стены замка слегка тряхнуло. Вика невозмутимо одёрнула нарядное платье перед зеркалом, поправила причёску.

– Новый торт заказывать надо? – поинтересовалась она у замка.

– Хозяин уже ушёл порталом в центральную кондитерскую Карафа, а демонята спешно наводят порядок на кухне.

– Тогда не буду спешить – пусть как следует заметут следы. Хорошо, что торт заказывала не я и могу уверенно делать вид, что не подозреваю о его экстренной замене на другой, – усмехнулась Вика.

Морт с Асмодеем остались в гостиной играть в нарды с демонятами, а Вика шагала рядом с Мореной по дорожкам сада, демонстрируя последние нововведения в нём. Алые розы, как капли крови, ещё мелькали в некоторых «инсталляциях», но в целом диапазон растений в саду сильно расширился. Сад украшал не только ровное пространство вокруг замка – он спускался и вниз по склонам. Морена остановилась у композиции, недавно оживившей густые заросли «козьей колючки»:

– Надо же, я полагала, что свой обожаемый кустарник замок никогда не позволит потеснить. Как ты уговорила его разнообразить пейзаж?

– Ему очень понравилась новая идея, – махнула Вика в сторону выложенной булыжником тропы, ведущей через шипастые ветви трагаканта.

Уход с этой тропы грозил уколами длинных игл «козьей колючки», но и сама тропа не была безопасной: в одном месте её пересекали зыбучие пески, в другом – с двух сторон обливали горячим и вонючим сероводородом гейзеры. Дальше тропа поросла низкими кактусами, за которыми блестел гладкий, невероятно скользкий лёд. За льдом – огненный ручей, через который переброшен хлипкий мостик, откровенно готовый развалиться при первом же порыве ветра. Надо было обладать чертовской сноровкой, чтобы суметь пройти до конца по этой тропе!

– И куда ведёт эта полоса препятствий? – заинтересовалась Морена. – На том краю я вижу папоротники, верно?

– Да.

– И самый крупный куст в центре цветёт роскошным белым цветком. Во всяком случае, это похоже на цветок, хоть он как-то странно колеблется и переливается на солнце. Каково название композиции?

– Путь к мечте, – усмехнулась Вика.

– Ах да, мифический цветок папоротника, упоминаемый в человеческих сказках, – закивала Морена. – Слушай, но ведь папоротники не цветут?

– Не цветут, – согласилась Вика.

Морена заинтригованно прищурилась, покосилась на загадочно улыбающуюся Вику и начала свивать нити магического заклинания.

– Играете не по правилам, – весело укорила Вика.

– Я уверена, и без меня найдётся много любопытных гостей, что пожелают пройтись по дорожке к таинственной мечте, – хмыкнула Морена, пуская магию к концу тропы.

Стоило серебристым нитям коснуться белых лепестков, как «цветок папоротника» с шипением развернулся: на солнце блестели кольца свернувшейся клубком змеи-альбиноса.

– Понимаю, почему замку так понравилась задумка, – одобрила Морена, смотря, как потревоженная змея вновь опускает голову на камень, скрытый сенью папоротников, и издали становится похожей на сказочный цветок. – Богатая у тебя фантазия, Вик.

Они неспешно пошли дальше. Морена погрузилась в молчание, и нервы Вики не выдержали:

– Скажите мне то, что хотите сказать.

Морена обернулась с улыбкой:

– Ты единственная, кроме моего мужа, кто так хорошо чувствует мой настрой. Хорошо, давай поговорим. Ты знаешь о волнениях среди руководства департаментов?

– Конечно, знаю. Скажите, что вы никак с ними не связаны!!!

– Мы с Асмодеем ещё четыре года назад решили остаться в стороне, – успокоила Морена.

– То, что именно четыре года назад – случайность? – насторожилась Вика.

– Нет. Если бы мой сын не влюбился в человеческую девушку, моё решение... могло бы быть иным.

Вика резко остановилась. Прямо посмотрела в лицо демоницы:

– Вы бы предпочти, чтобы он продолжил поиски истинной? Тогда почему поддержали его союз со мной?

– Видишь ли, когда сердце демона свободно, то встреча с истинной парой становится для него важным и приятным событием: в его жизнь входят страсть и долговременные отношения, которые высшему демону редко удаётся завязать в отсутствие истинной пары. Однако для горячо влюблённого демона принудительная привязка к другой женщине становится суровым испытанием. Несмотря на романтический флёр, которым окутано понятие истинной пары, связь истинных обеспечивает двум демонам не любовь, а крепкую физическую привязку друг к другу и даёт им возможность завести детей. – Смотря в глаза Вики, Морена сказала: – Четыре года назад мне подумалось, что легче дать вашим чувствам развиться и со временем перегореть.

– Вы верите в то, что они перегорят? – старательно равнодушно уточнила Вика.

Морена поморщилась и негромко призналась:

– Не очень. Честно говоря, с самого начала не больно-то в это верила.

Продолжения Вика не дождалась: Морена замолчала, будто уже высказала всё, что желала высказать.

– Почему вы заговорили об этом именно сейчас? – встревожилась Вика. – Волнения в верхах могут задеть Морта?

– Он – высший демон, этим всё сказано, – ушла от ответа Морена и махнула на южный склон, заросший новыми кустами: – Неужели ты уговорила замок растить малину для мальчишек?

– Почти. Он согласился на ежевику – его привлёк чёрный цвет ягод. Обещает, что через пару дней созреет первый урожай. Остаётся надеяться, он позволит собрать его без боя, – поддержала Вика разговор на нейтральные темы.

Спустя месяц.

В подземельях церберов Верхней Канцелярии царил тот самый ад, что так любят описывать люди. Жуткие вопли, стоны боли, отблески огня и раскалённого металла, зловещие морды демонов из самых низов: тех, что питаются чужими страданиями и лучше всего умеют делать именно это – заставлять страдать и мучиться живое существо. Дьявол с открытым намёком пригласил их именно в этот филиал преисподней для приватной беседы с глазу на глаз: чтобы не организовывать доставку сюда, если их ответы ему не понравятся. Морена небрежным жестом поправила элегантную причёску и сделала шаг вперёд, вставая вровень с мужем перед троном Дьявола.

– Доброго вечера, глава, – любезно произнесла она. – Чем обязаны вашему вниманию?

– Вы знали, что мои советники затеяли переворот в правлении?

– Лично от них подобных заявлений мы с мужем не слышали, – невозмутимо ответила Морена, не обращая внимания на подбирающихся к её ногам адских псов. Ходили слухи, эти твари умеют так грамотно поедать живое тело, что оно остаётся в сознании до тех пор, пока не лишится всех конечностей и части тела.

– Призраки донесли, что вы собирали сведения о делишках советников, – прорычал Дьявол, склоняясь к ней и сверкая алыми глазами. На выдвинувшихся массивных клыках заплясали отблески адского пламени.

– Те же призраки должны были сообщить, что мы собирали эти сведения четыре года тому назад, после чего перестали следить за действиями советников, – возразила Морена.

– Вы поняли, что они затевают, ещё четыре года назад и ничего не сообщили мне! – проревел Дьявол.

– У нас не было твёрдых доказательств, лишь косвенные намёки и личные умозаключения. Выдвигать обвинения на такой хлипкой основе было бы крайне глупо: вы могли поверить не нам, а советникам, которые мастерски умеют лгать, не произнося при этом ни слова откровенной неправды, и что тогда? Никому не захотелось бы видеть первого и второго советника Дьявола в списке своих кровных врагов, – развела руками Морена.

– Почему вы перестали следить за ними? – с подозрением спросил Дьявол.

– Получили сведения, что это они укрывают истинную пару нашего сына, – честно ответила Морена. – Если бы они прознали про наш шпионаж, то опять убили бы тело девчонки, а мы потеряли бы возможность отыскать её через них. Я ждала, когда они сами придут к нам с предложением обменять истинную сына на нашу лояльность.

– И что бы вы им ответили на предложение? – вкрадчиво спросил Дьявол.

– Трудно делать прогнозы, не зная сути предложения, – пожала плечами Морена и с холодным любопытством осмотрелась в пыточной: – Я так понимаю, советники не успели дойти до нас со своими инициативами.

В алых глазах Дьявола промелькнуло уважение. Он откинулся на спинку трона и прямо спросил:

– Вы каким-либо образом участвовали в заговоре советников?

– Нет.

– Ваш сын в нём участвовал?

– Нет. Убеждена, что и Морту такой вопрос вы уже задавали.

– Задавал. Вы оба не лжёте, что радует. Ваш сын в курсе, что это мои советники похитили его истинную пару?

– Я с ним не обсуждала этот момент. Увы, мой сын в последнее время не слишком заинтересован в поиске истинной.

– Да, наслышан, – кивнул рогатой головой Дьявол. – Если я не попрошу моих церберов прояснить этот момент в беседе с советниками, то ваши поиски могут слишком затянуться.

– Хм-ммм... вы угрожаете или сами хотите сделать нам перспективное предложение о сотрудничестве? – спросила Морена.

Дьявол загоготал, хлопая себя по коленям:

– Всегда любил вашу семейку за исключительное нахальство! То сынок ваш практически открыто дерзит мне, отстаивая свои недемонические точки зрения, то вы сами поступаете аналогичным образом! Сказывают, неистинная спутница Морта тоже за словом в карман не лезет и держит в ежовых рукавицах все имения вашего сына и его подопечных демонят в том числе. Пожалуй, я сочту нужным отблагодарить вас с Асмодеем за то, что вы не примкнули к бунтовщикам по собственной доброй воле – при вашей поддержке у них могло бы выгореть это дельце.

– Боюсь спросить, во что выльется ваша благодарность, – любезно оскалилась Морена.

Дьявол фыркнул:

– Вам нечего опасаться, главная Смерть полусвета. Я разузнаю сведения об истинной паре вашего сына и пособлю в её розыске. Бессрочный договор с человеком – не то веяние, что Верхняя Канцелярия готова поддержать, так что пора бы вашему сыну остепениться, как добропорядочному высшему демону.

Морена склонила голову в знак благодарности и произнесла:

– Будем ждать от вас известий, глава.