Глава 10

Так как я была уже на третьем курсе, а значит, мои одногруппники давно прошли через все те азы, которых мне отчаянно не хватало прямо сейчас. Для них сегодняшние занятия наверняка выглядели рутиной, отработанной до автоматизма. Для меня же, каждый предмет оказывался очередным полем, утыканным граблями.

В целом, день прошел значительно спокойнее, чем я смела надеяться после утреннего провала с мечом. Магистр Истории империи оказался благодушным пожилым дядечкой, который, кажется, был только рад видеть в аудитории живого человека, готового слушать про Смуту трех домов дольше десяти минут без зевоты. На теории иллюзий я старательно записывала формулы, не понимая и половины символов, но хотя бы никто не требовал немедленно продемонстрировать их на практике. А на артефакторике мне и вовсе повезло, мне досталось задание попроще, рассчитанное скорее на новичков, и я впервые за день почувствовала себя не полной катастрофой.

Элис сдержала слово и просидела рядом весь день, время от времени незаметно подсовывая мне нужные формулы или коротко шепча ответ за секунду до того, как меня успевали вызвать. К вечеру я уже была почти уверена, что нашла в этом мире единственного человека, который смотрит на меня не как на бомбу с неясным сроком детонации.

Слух о том, что Аделина Вайнер целый день просидела рядом с Элис Хартон и ни разу не откусила ей голову в переносном или прямом смысле, разошелся по Академии с той же скоростью, с какой в моем офисе распространялась новость о бесплатных пончиках в переговорной. То есть мгновенно, и уже с изрядными искажениями по пути.

Мы уже шли в столовую на ужин, когда услышали женский голос:

— Хартон!

Мы обе обернулись.

По коридору шла девушка со светлыми волосами, собранными в аккуратный, идеально гладкий хвост. Тонкие, острые черты лица, светлая, почти фарфоровая кожа и спина настолько прямая, что впору было заподозрить вместо позвоночника каминную кочергу. Синее платье сидело на ней как влитое. Скорее всего, оно было сшито на заказ и стояло как небольшое поместье.

Слегка отставая, рядом с ней шел парень. Высокий, широкоплечий, с расслабленной походкой и таким самодовольным видом, будто все вокруг принадлежало ему. Темные волосы аккуратно уложены, острый подбородок и правильные, будто вырезанные по линейке черты лица. Красивый, этого не отнять. Черный камзол сидел на нем безупречно, а вот выражение лица было скучающим и насмешливым.

— Лорена, — едва слышно выдохнула Элис, и вся ее беззаботность моментально испарилась из голоса. Лорена замерла в паре шагов от нас. Она мазнула по мне равнодушным взглядом, точно также смотрят на пыль на подоконнике, и вновь впилась глазами в Элис.

— Мне тут шепнули, что ты весь день работаешь сиделкой у Аделины. Направляешь, подсказываешь... Почти лучшая подружка.

— Я просто… — начала было Элис, но та перебила ее, даже не дослушав.

— Не знала, что у тебя в расписании появились часы благотворительности.

— А я не знала, что местным аристократам настолько нечем заняться, — ответила я раньше, чем Элис успела окончательно смутиться. — Раз главное событие вашего дня — это то, с кем именно я сижу за партой.

Лорена все же повернула голову в мою сторону.

— А вот и наша легенда, — протянула она с усмешкой. — Забавно, раньше вы предпочитали, чтобы люди боялись вас молча. Обзавелись чувством юмора?

— Не думаю, что оно у меня когда-то пропадало, — пожала плечами я. — Просто, видимо, раньше было слишком мало желающих его оценить.

Парень впервые за весь разговор проявил хоть какой-то интерес — приподнял бровь и окинул меня пристальным взглядом.

— Странно слышать шутки от человека, который пару недель назад, по слухам, отправил в лазарет двух адептов за неудачный комплимент, — заметил он лениво.

— Слухи, — я развела руками, — вообще удивительная вещь.

Лорена кисло улыбнулась, будто мой ответ ее раздражал.

— Наверное, это очень удобно — разыгрывать из себя безобидную простушку, пока с тебя не сняли обвинения, — произнесла она ядовитым голосом.

— Во-первых, их уже сняли, — невозмутимо отрезала я — А во-вторых, вам ли не знать, как обманчива бывает внешность.

Лорена ничего не ответила. Она просто смерила меня злым взглядом, а затем повернулась к сжавшейся Элис.

— Буть осторожна с выбором компании, — произнесла она тихо, с обманчивой, почти сестринской мягкостью, от которой по коже пробежали муражки. — Бывают связи, которые очень больно аукаются.

— Не дожидаясь ответа, она круто развернулась:

— Йен, идем. Нам здесь больше делать нечего.

Парень, ничего не ответив, последовал за своей спутницей. Элис осталась стоять на месте, сжимая конспекты с такой силой, что пальцы побелели.

— Мне… нужно идти, — пробормотала она, так и не подняв на меня глаз. — Извини, Аделина.

И не дав мне вставить хоть слово, быстро шагнула в противоположную сторону коридора.

До столовой я так и не дошла. Пропал аппетит, и всякое желание попадаться кому-либо на глаза до конца этого дня. Вместо этого я развернулась и побрела в свою комнату.