Глава 41

Тарис

Королева ехала в столицу. Слухи, письма, голубиная почта – все докладывали мне о приближении Эстель.

Сначала новости были информативными, потом удивленными, потом тревожными. Королева не просто ехала в столицу – она утверждала королевскую власть на окраинах страны. «Именем короля!» – звучало каждое ее решение. Потом поползли слухи о личной гвардии королевы, о роскошном дворе и мудрых судилищах. Старые советники заволновались. Даже отец приехал в столицу. Всех интересовал один вопрос – неужели молодая королева собирается узурпировать власть?

Я сохранял спокойствие. Не запрещал гонять гвардию – им полезно, и я вместе с ними потренируюсь. Поощрял внезапные проверки арсеналов и казарм. С радостью принимал «верноподданнические заверения» и некие суммы в казну. Придворные поражались моему спокойствию и одобрительно поглядывали на ежедневные тренировки, выезды и учения.

На деле все было просто. С первой же королевской почтовой станции Джирс отправил мне письмо. И отсылал их ежедневно. Так что я знал точное количество «людей королевы», знал, что Эстель едет в столицу, чтобы стать моей женой и ни для чего более. А еще я знал, чем прославилась моя королева. Жестокой и поучительной казнью. Стремительным мщением за своих людей.

Узнав об этом, я снова пришел в приемную королевы, налил бокал вина и спросил:

– Ты знаешь, да? И ты боишься так же, как и я. Насколько мы изменились? Сумеем ли быть вместе и не возненавидеть друг друга?

В тот вечер я напился впервые за много месяцев. Леди Фин нашла меня на рассвете, присела рядом и отхлебнула прямо из бутылки:

– Фи, Ваше Величество! Неужели в королевском погребе не нашлось вина поприличнее?

– Увы, герцогиня, – я очень четко выговаривал слова, борясь с тяжестью языка и неловкостью губ. – Мое Величество желало напиться, а слабенькими розовыми водичками, которые сейчас в моде, сделать это невозможно.

– Некоторые умудряются, – меланхолично вздохнула статс- дама. – Так что случилось, Ваше Величество? Что мы празднуем?

– Возвращение королевы! – поднял я бокал.

– Вот как? – герцогиня внимательно на меня посмотрела и заявила: – за это стоит выпить, Ваше Величество! Благотворное влияние леди Эстель на вас не подлежит сомнению.

– Даже так? – я заторможено посмотрел на даму, – отчего такие выводы?

– Месяц назад вы были закопавшимся в бумаги книжным червем. Самые прекрасные женщины королевства рвались согреть вашу постель ради титулов и денег, и оставались ни с чем, а теперь, – герцогиня окинула меня пристальным взглядом, – я вижу перед собой мужчину! Крепкого, активного, живого! Все придворные мармозетки готовы потерять сознание у ваших ног, но ваши мысли занимает лишь одна женщина, – леди Фин кивнула на портрет. – Я полагаю, что леди Эстель уникальна и лишь она одна достойна быть вашей королевой!

– Достойна, – пробормотал я, – только нужен ли ей мужчина, позволивший ей быть вдалеке почти четыре года?

– Ва-аше Величество, – в голосе женщины послышалась насмешка, – вам ли не знать, что женщина может простить многое, если любит.

Все мои страхи немедля вынырнули наружу:

– А если не любит? Я отправлял в монастырь девочку, едва покинувшую школу, а теперь ко мне едет… – я замялся, подбирая подходящее слово, – королева!

– Так чем вы недовольны? Ведь именно за этим вы отпустили свою жену в тяжелый и опасный путь! Или вы опасаетесь, что у нее появился другой?

Ох, как герцогиня умеет препарировать мои страхи!

– Полагаю, вы можете не опасаться этого, Ваше Величество. В юности я сопровождала вашу тетушку в монастырь, и точно знаю, что мужчин там нет. Перевал просто не пропустил ни одного из них. И я полагаю, что леди Эстель достаточно благоразумна и воспитана, чтобы не уделять внимание кучерам и дровосекам. Остальное будет зависеть от вас. Насколько вы будете соответствовать тому романтическому образу, который сохранился в памяти юной леди.

– Полагаю, совсем не буду соответствовать. – Нахмурился я, отрываясь от бокала. Вина больше не хотелось, разговор заставлял кровь кипеть от возмущения. – Да и кто вам сказал, леди Фин, что Ее Величество романтична? Она акушерка, а эти дамы, как я помню, весьма циничны и прямолинейны.

– Ва-аше Величество, – герцогиня посмотрела на меня с укоризной, – все женщины романтичны, даже торговка рыбой с речного базара может растаять от нежности, если мужчина принесет ей букет.

– Леди Фин, леди Фин, вы меня удивляете, – я откинулся в кресле, вытягивая руки и ноги, зная, что достойная дама простит мне эту маленькую вольность, – отчего вы так рьяно бьетесь за появление во дворце королевы Эстель?

Достойная дама потупила глаза и нехотя призналась:

– Не только у вас есть шпионы и агенты, ваше величество. Существуют еще и женские сплетни. Как вы знаете, дружба заключенная еще в частной школе или пансионе, и часто тянется всю жизнь. У нас был большой класс, и не всем моим товаркам так повезло с замужеством, как мне. Кое-кто, закончив столичный пансион, очутился на самых задворках королевства. Им скучно заниматься только садами и внуками, поэтому они пишут письма в столицу, рассказывая местные новости и сплетни.

– Потрясающе! – Я криво усмехнулся, – не знал, что у дам это работает более эффективно, чем шпионская сеть!

– Иногда, – признала герцогиня, – ведь письму нужно время.

– И что же сообщают вам ваши подруги? – полюбопытствовал я, вновь глядя на портрет.

– Они пишут, что в стране появилась королева, – серьезно ответила леди Фин. – Для меня этого достаточно.

– Королева, королева! – Неожиданно на меня накатило раздражение, – а вы знаете, герцогиня, что мне шепчут в уши придворные? Что я совершил ошибку, дав клятву нищей девчонке-простолюдинке! Что этот брак недействителен, раз за четыре года супруга не прислала мне и намека на рождение наследника! Более того, мне предоставили список кандидатур, более подходящих для заключения брака!

– О, – на лице пожилой леди неожиданно проступило столь хищное выражение, что меня передернуло, – я прекрасно знаю, кто шепчет вам эту грязь! Хотите, угадаю полный список кандидаток? Готова поручится, все они родственницы или вопитаницы тех, кто мучает вашу голову полной ерундой!

Я одобрительно кивнул, предлагая разошедшейся леди продолжать. Она прищурилась, словно выбирая цель:

– Принцесса Винарская, Амелина, так?

– Угадали, – эта игра показалась мне забавной.

– У нее два внебрачных ребенка и она безумно любит отца этих детей.

Я удивленно вскинул брови – таких подробностей я не знал.

– Все чистая правда, – покивала герцогиня, – ее отец не дает согласия на брак, потому что ее избранник простой лорд, а он все надеется сбыть дочку подороже. Сделайте вывод, Ваше Величество, нужна ли вам королева, влюбленная в другого?

Я отрицательно покачал головой – юношескую влюбленность еще можно вытравить из сердца, но дети?

– Принцесса Уримская Генридетта, так?

– Верно! – я отсалютовал леди Фин бокалом.

– Она имеет некую болезнь, которая позволяет ей красиво сидеть на троне, но не позволяет передвигаться. Врачи утверждают, что выносить ребенка эта леди сможет только ценою своей жизни.

– Понятно, – я угрюмо отхлебнул еще вина, – и насколько верны эти сведения?

– Я дружила с матерью Генридэтты, в те времена, когда ее звали герцогиня Ульрика, – сочувственно сказала леди.

– И что, вы готовы перебрать таким образом весь список и убедить меня в легитимности королевы Эстель?

– Я признаю, что на брачном рынке можно отыскать парочку девиц благородных родов, способных со временем стать опорой трона, но… леди Эстель уже делает для короны больше, чем любая ее предшественница.

У меня не нашлось возражений. Окраины впервые увидели свою правительницу вживе, сумели передать прошения и жалобы, получили на месте разрешение части конфликтов и даже некоторые привилегии. Это был огромный шаг к установлению мира на всей территории королевства.

Я вновь тяжело вздохнул, и произнес:

– Благодарю вас за откровенность, герцогиня, полагаю, через месяц мы узнаем, есть ли у короля шанс стать мужем.

– Я от всего сердца желаю вам удачи, Ваше Величество – леди Фин присела в реверансе и, спросив разрешения, удалилась.

Тогда я поднял последний тост за королеву и поплелся в свои покои – принимать ванну и переодеваться к утренней тренировке.