Глава 12

Лив

Невероятно, но сегодня мне ночью не было холодно, хотя обычно к утру даже в бабушкиных покоях я замерзала жутко, хоть и спала под несколькими одеялами сразу. А сейчас было такое ощущение, что где-то рядом стояла горячая печка.

Хотела было развернуться на спину и потянуться, но неожиданно поняла, что не могу. Мои руки были чем-то связаны, а рядом кто-то лежал, придавливая одной рукой к кровати. Боже мой, что это за набор похмельного утра, я же вчера не пила. Замерла, судорожно вспоминая, чем же закончился вчерашний день. Я должна была вернуться с Земли в Найр, даже активировала портал…

И совсем не вовремя вспомнила про императора Драконьей Империи! А так как я была крайне уставшей после наведения защиты, то ментальная защита немного истощилась, и мимолетная мысль об этом мужчине перенастроила мой маршрут. А из-за того, что портал резко поменял маршрут, то энергии потребовалось больше, и ее недостаток артефакт возместил с помощью меня. Организм, не ожидавший такой подставы, просто вырубился. И хорошо, иначе это могло грозить магическим истощением.

Но почему я в одной кровати с драконом?! Меня перенесло прямо к нему в спальню? И почему тогда он сразу меня не убил? По нашей прошлой встрече у меня создалось впечатление, что он вовсе не прочь это сделать. Но нет, видимо, решил использовать вместо мягкой игрушки.

Я судорожно соображала, что мне делать. Руки были у меня связаны, но не слишком сильно и не плотно — просто будто их удерживало на маленьком расстоянии друг от друга какая-то сила. Спасибо, что хоть не кандалы нацепил. Так что, в принципе, у меня был шанс выбраться. Надо только осторожно выскользнуть из его хватки, и призвать артефакт Верховной — он с любыми путами справится.

Только вот выбраться так, чтобы не разбудить императора, было несколько сложновато. Драконы спят чутко, малейший шорох, и он проснется. А я так громко и панически думаю, что мне кажется, даже шевелится не надо, чтобы его разбудить. Черт, сегодня же собрание Божеств! А я так и не вернулась вчера в Найр. Эйнафэр меня прибьет.

Да уж, из меня властительница хоть куда, я бы против себя тоже заговор утроила.

И все же, как мне выбраться?

Неожиданно рука, лежащая у меня на талии, сжалась, и на ухо вкрадчиво прошептали:

— Куда-то собралась?

Если вы думаете, что я смелая, то вы правы. Где-то в глубине души я смелый воин, амазонка, повергающая всех в страх и бесповоротное бегство. Но когда у тебя связаны руки, а рядом целый император, явно не питающий ко мне любви, вся смелость собирает чемоданы и уезжает в отпуск.

— Если можно, то очень бы хотелось, — наконец ответила на его вопрос, осторожно поворачиваясь в его сторону.

Он лежал, немного приподнявшись и опершись головой на сложенную в кулак ладонь. Зеленые глаза опасно мерцали в полутьме, зрачок пульсировал, иногда перетекая из круглого в хищный вертикальный.

Я сглотнула.

— Как тебя зовут? — внезапно спросил мужчина.

— Оливия, — от неожиданности даже не сообразила, что надо как-то соврать и извернуться.

— Ясно, — он помолчал, вгоняя меня в панику, но потом продолжил, — Ты из другого мира, верно, Оливия?

— Как?! — вскинулась было, но тут же повалилась обратно на подушки. Помимо рук он, оказывается, и ноги мои связал. Извините, а где тут стоп-слово?

— У тебя странная одежда, странная манера речи и в общем ты не слишком адекватна, — заявил он мне. От такого нахальства я даже на несколько секунд остолбенела. — У нас такие бывают, так что это не сверх ординарный случай. С тобой ничего не будет, тебе даже помогут устроиться в этом мире, расскажут историю, найдут жилье на первое время. Только мне нужно, чтобы ты рассказала, кто тебя подговорил на мое убийство и что за это пообещал?

Он говорил это вполне сдержанно, даже как-то увещевающе, дескать, не бойся, дурочка, никто тебя не обидит. Но я видела тщательно сдерживаемую злость и раздражение на дне его глаз, и мне было совсем не спокойно.

Зато я поняла, что он считает меня просто немного поехавшей головой, за которой стоят те, кто хотят устроить переворот. Тут спорить не буду, в его государстве явно кто-то хочет от него избавиться, раз такие причины смерти возникают в свитке — то отравление, то кинжал. Это явно не от большой любви. Но я всего лишь следствие желания убийства, а не причина, и уж точно не бесправное оружие в руках неизвестных кукловодов.

— Сначала освободи, — я протянула к нему связанные руки, — чтобы я точно знала, что ты не желаешь мне зла.

Еще в первую встречу с этим драконом я наговорила кучу всяких язвительных вещей, поэтому не видела никаких причин пресмыкаться перед ним, хоть Джерлисс и являлся императором. А я вот Богиня, а это, между прочим, ранг повыше.

Он хмыкнул, но все-таки потянулся одной ладонью к моим запястьям. Но вместо того, чтобы просто распутать заклинание, которое он на меня накинул, дракон погладил осторожно мою кожу и скользнул пальцами выше, на предплечье, выписывая странные знаки. Радужка расплылась зеленым пятном по всему глазу, закрывая белок.

— Эй! — я вернула его в реальность.

— Прош-шу прощ-щения, — буквально зашипел он, отодвигаясь. Сделал пас, и я вновь смогла двигать руками и ногами.

Тут же сорвалась с кровати в желании оказаться от мужчины подальше. Он наблюдал за моими маневрами, немного приподняв бровь — явно ничего не боялся. Что, конечно, весьма зря.

Мгновенно призвала фамильный артефакт, прошептала заклинание призыва, которое мне недавно рассказал Эйнафэр, призывая целенаправленно его. Еще напоследок кинула мысленный приказ: "Вытащи меня отсюда!"

Императору Драконьей Империи появление в моих руках оружия не понравилось. Вмиг перестав изображать апатию, он молниеносно вскочил на ноги, материализовав в руках по боевому пульсару.

— Если я скажу, что не собираюсь нападать, ты мне поверишь? — на всякий случай спросила я.

— Очень вряд ли, — язвительно ответил он, — но если бросишь эту зубочистку на пол, то, может быть, все-таки доведу тебя до тех, кто занимается иномирянами. Но сначала мы зайдем к дознавателям.

— Ничего это не зубочистка, — обиделась я и превратила кинжал рапиру.

— Откуда у тебя вообще артефакты, — озадачился Джерлисс.

— Где взяла, там уже нет, — рассекла в воздухе брошенный в меня пульсар, — Тебе надо потренироваться над управлением гнева, ты знаешь?

— О, я потренируюсь, — зловеще пообещал он и тоже материализовал откуда-то холодное оружие. Так, а вот меч пугает меня больше, чем магия, — Какая-то ты странная попаданка, обычно они все лезут ко мне в постель не для того, чтобы потом убить.

— Мама мне говорила, что я особенная, — сообщила я, уворачиваясь от весьма умелых выпадов.

И если с магией у меня были вполне хорошие отношения — бабушка за года успела поднатаскать, то вот с фехтованием были некоторые пробелы в образовании. Я могла кое-как парировать, но недолго и быстро выдыхалась.

Поэтому буквально через пару минут наша небольшая битва превратилась в догонялки по покоям, где я моей главной задачей было не стать одним большим шашлыком, нанизанным на меч.

В какой-то момент, когда я, пытаясь защищаться, каким-то образом пробила его защиту и полоснула дракона по руке, где-то слева замерцала знакомая арка портала. Джерлисс ее пока не заметил, потому что был сосредоточен на другом. На убийстве одной маленькой меня.

— Я очень сильно извиняюсь, это чистая случайность! — скороговоркой проговорила я, бросая в него подвернувшимся стулом. Послышался хруст.

Прыгнула на многострадальную кровать, пробежалась по мягкому матрасу, почти утопая в нем и спрыгнула с другой стороны.

— Обязательно покажись врачу! — посоветовала я разъяренному дракону и шагнула в ледяной портал. Мне вслед полетели ругательства.

— Я даже не хочу знать, что вы там делали, — устало выдохнул Эйнафэр, увидев меня в своей спальне. Он явно только проснулся — на нем была только штаны и наспех надетая рубашка. — Мы же договорились, как мы будем действовать относительно Джерлисса ир Аддрели, Верховная, вы забыли.

— Нет, вы что, — заверила я, — я не планировала туда попадать. Спасибо, что вытащили, а то меня чуть не нашинковали в салат.

От избытка чувств и адреналина я на секунду приобняла мужчину, который застыл соляным столбом от таких проявлений благодарности.

— Извините, мне необходимо идти готовиться к сегодняшнему собранию Божеств, — я отстранилась и быстро выскользнула за дверь, пока ледяной не успел сообразить, что к чему.

Несмотря на то, что я сказала Эйнафэру о том, что мне надо готовиться к совету, дойдя до своих покоев, я просто свалилась на кровать. На больших часах, висящих над камином стрелка часов зависла всего лишь на пяти утра. То есть в постели Джерлисса я проснулась около четырех. В момент моего пробуждения мне казалось, что я выспалась, но, по-видимому, это был лишь прилив адреналина. Оставшись в одиночестве, я ощутила жуткий недосып и усталость.

Болела ушибленная во время забега по покоям коленка, жгло содранный локоть, но я была рада, что отделалась так легко. Вполне возможно, что Джерлисс мог меня ранить или даже убить. Мне совершенно неизвестно, что у него в голове, но совершенно логично, что оружие в руках у человека, который пытался тебя целых два раза убить — по твоему мнению — не настроит тебя на позитивный лад. Хотя, мне кажется, если бы он захотел — он бы убил меня. Хотел обезвредить?

Но вот что интересно: его слова о попаданках? Неужели правда — с Земли сюда попадают девушки? Почему мне никто не говорил? Ни бабушка, ни кто-либо из окружения? Тот же самый Цзырь, который был моим верным поставщиком всей информации. Нужно будет из него вытряхнуть все сведения насчет попаданок в Ригрофе.

Но судя по реакции Джерлисса, который решил, что я одна из них, девушки были немного не в себе, когда попадали в этот мир. Что же, лучше считаться немного странной, чем угрозой мирового масштаба, которую надо убрать как можно скорее. Только сомневаюсь, что после того, как я опять исчезла в портале перед этим ранив императора, мне будут рады в Империи Драконов. Жалко, что мне опять придется туда отправиться завтра вместе с Эйнафэром. Почему все крутится вокруг одного императора?

Ох, как же все сложно. Но очень здорово, что герцог меня вытащил. Проверка неожиданная, но я убедилась, что призыв работает, так же как и клятва.

Собрание совета должно было начаться в два часа дня. То есть я вполне могла встать в десять, чтобы успеть собраться и прийти вовремя.

Запустила в часы заклинание, которое работало примерно как аналог земного будильника и наконец-то выключилась.

Проснулась с чугунной головой — будто и не спала. Зевая так, будто пытаясь остаться без челюсти, я вызвала слуг и приказала приготовить завтрак. Служанки, приструненные мною вчера, выполнили требуемое в невероятно короткие сроки. Да уж, нужно точно начинать на всех давить и устраивать разбор полетов. А еще ввести завтраки в окружении свиты, чтобы следить за ними, и получать свежие новости.

Только вот из свиты у меня пока лишь Цзырь и Эйнафэр. Я бы и хотела так оставить, но вряд ли это придется по нраву высшим линаргам. Все же в Найре были слишком сильны традиции. Кажется, мне мой советник говорил о том, что мне еще необходимо выбрать фрейлин себе, хотя бы две штуки. Надо будет посмотреть кандидаток.

Меня радовало, что на собрание не было необходимости наряжаться как на бал. Никаких вычурных платьев, драгоценностей и каблуков. У всех Богов Смерти был негласный дресс-код — мантия с глубоким капюшоном темного цвета. Как-то во всех мирах так повелось, что образ тех, кто забирал жизни, был примерно одинаков. А сами мантии все украшали или модифицировали по своему желанию.

Я же надела простую черную мантию без каких-либо изысков, а под нее свои любимые джинсы и футболку.

В результате я поняла, что собралась слишком рано — на часах было всего половина одиннадцатого, а я была уже при полном параде, не хватало только сесть и начать мрачно точить косу.

Я нервничала. Это будет моим первым собранием в качестве Верховной Найра. Ко мне будет повышенное внимание, будут вопросы. И вот же здорово будет, когда я сообщу, что у меня появились проблемы, от которых могут пострадать все.

В дверь постучали и, не дожидаясь ответа, вошли. Я тут же перестала нервно заламывать руки и гневно уставилась на визитера:

— Вас не учили дожидаться приглашения?

— Уверен, что я бы его не получил, — усмехнулся Эйнафэр. Он тоже уже был при полном параде — черная мантия была накинута поверх темно-серого камзола и не была застегнута, как у меня, а величественно развивалась при ходьбе. Вот кто был бы хорошим Верховным. Во всяком случае, аура от мужчины крайне властная. Да, и как я уже успела убедиться, он весьма силен. Было бы здорово просто взять и спихнуть на него все свои проблемы.

— Постояли бы в коридоре, подумали над прохождением курсов этикета, — откликнулась я. Нет, все же не в моем стиле перебрасывать всю ответственность на кого-то. Во-первых, никто кроме меня не сможет управлять Найром, во-вторых, я не должна подвести бабушку. — Что вы хотели?

— Поговорить о вашем ночном возвращении. Есть ли что-то, что мне необходимо знать? Вас что-то связывает с Джерлиссом ир Аддрели?

Я поперхнулась воздухом.

— Прошу прощения?

— Я уже второй раз вытаскиваю вас из Ригрофа, и в этот раз явно из спальни императора. Раз мы с вами договорились, что попытаемся решить проблему вместе, то что вы там делали? — он немного наклонил голову на бок, гипнотизируя меня своим темным взглядом. — Я все понимаю, но лакеем в любовных делах я не нанимался, уж извините.

Я вспыхнула, кажется, до корней волос.

— Нет, это не то, что вы подумали! Я должна была перенестись в Найр с Земли, но что-то пошло не так, и я попала к Джерлиссу. Я прекрасно помню о нашей договоренности, и поверьте, не стала бы рисковать собой напрасно и пытаться что-то делать самой. Тем более, этот дракон явно настроен меня убить, так что вообще о чем может быть речь! — в качестве доказательства я закатала рукав мантии, чтобы показать содранный локоть.

Он неприятно улыбнулся, но все же зачем-то протянул ладонь к моей поврежденной руке и сделал замысловатый пас, на миг коснувшись кожи. По мне как будто пробежала холодная волна, которая сосредоточилась в одной точке, а потом пропала. Я даже будто немного взбодрилась, будто выпила пару чашек кофе. Его же никто не просил, я просто пыталась объяснить, что он неправ, в своих подозрениях, зачем проявлять заботу?

— Хочу сказать, что романы со смертными у нас не запрещены, вы сами об этом знаете, — внезапно заговорил Эйнафэр, вводя меня этими словами опять в режим "покрасней до состояния томата", — Но вот с теми, кто обречен на смерть… Тем более, вы должны помнить о правилах, и вы по крайней мере одно из них нарушили. Он вас видел, знает, как вы выглядите и что пытались его убить. Обычно линарги стараются придерживаться инкогнито и только если на сто процентов уверены в партнере, открываются ему. Хотя зачастую их пара даже не знает, кто перед ним. В вашей родословной и положением в этом плане надо быть еще более внимательной.