Глава 23

Ровен Ричард Аверин со спокойным сердцем уехал в столицу империи, оставив окончательное выздоровление младшего брата на попечение его ластаны, до сих пор влюблённой в Рона по уши и безумно преданной ему.

Маленькая темноволосая девочка теперь приходила к Рональду каждый день, развлекая того детскими рассказами о куклах, маленьком кругленьком щенке, родившемся у дворовой собаки, раненой птичке, которая жила на кухне и которую она очень жалела. 

Речь Дарии, хотя и была чёткой, но пока оставалась  небогатой, предложения оставались  короткими и односложными, но девочка с таким огромным удовольствием общалась с отцом, рассказывая тому обо всем, с таким обожанием всегда смотрела на него, что вскоре Рон, который поначалу каждый раз достаточно настороженно встречал появление дочери, стал ждать её прихода с нетерпением. А восхищённый взгляд малышки вызывал у него невероятное и незнакомое прежде тёплое чувство, которое его немного пугало и озадачивало. 

Ластана Мэрини Рингс продолжала его сторониться, что Рона вполне устраивало, но в искоса бросаемых взглядах девушки он читал благодарность за его доброе отношение к их маленькой дочери.

А однажды, после того, как он пообещал, что вызовет целителя для маленькой птички, проживающей в кухне, чьё крыло никак не заживало, Дария забралась к нему на кровать и нежно обняла сконфуженного отца ручонками за шею.

— Папа, ты са-мый луч-ший на свете! — с восторгом по слогам пролепетала девочка. 

В тот момент Рон замер и даже боялся пошевелиться, а потом отчётливо понял, что очень рад тому обстоятельству, что у него есть эта маленькая ласковая девочка, которая так искренне любит его, несмотря ни на что, и осторожно обнял ребёнка.

Однако, когда он смотрел на мать Дарии, остро и очень болезненно осознавал, что безумно сожалеет о том, что не Еления Огдэн родила ему эту маленькую дочь, а та, к которой сейчас он совершенно не испытывал каких-либо  нежных чувств.

Даже принятие дочери не изменило его отношения к Мэрини, что девушка чувствовала и молча принимала, — Рон всегда общался с ней сдержанно, сухо и вежливо, не более.

***

— Ричард, какие новости в столице? — спросил Рональд у старшего брата. Они связывались по фоннору каждый день, но разговоры были всегда короткими, к тому же Ричард постоянно куда-то торопился и не мог долго разговаривать.

После терпеливого выслушивания ненужных новостей, Рон спросил о том, о чём давно хотел спросить и что действительно его интересовало, но раньше он постоянно сдерживал себя, а теперь не выдержал.

— Как там Еля, Ричард? У неё всё хорошо? — спросил, и сердце на миг остановилось.

Перед мысленным взором встало знакомое лицо с огромными голубыми глазами — самыми прекрасными глазами в целом мире. Он уехал, чтобы разобраться в себе и своих чувствах, а сейчас понял, что безумно соскучился по Елении и очень хочет увидеть презрительную усмешку на красивых губах и колючий взгляд любимых глаз.

— По-моему, у неё всё отлично, — спокойно отозвался Ричард. —  Я Елю практически не вижу. Несколько недель назад она уехала на Землю Фурий и, насколько мне известно, пока не возвращалась.

— Что случилось? — тут же встревожился Рональд. — Почему она находится там так долго? Она же должна была выйти на службу...

— Я слышал, что она заболела и уехала к фуриям  восстанавливать здоровье, ты же знаешь, что Ордайн Огдэн очень хорошая целительница, — нейтральным тоном произнёс Ричард, но Рону почудилось напряжение в его голосе. Беспокойство охватило его.

— Чем она болела, Ричард? — почти прорычал в трубку Рон, уже не сдерживаясь. — Еления никогда не болеет! Она была ранена?! — осенила его внезапная догадка, в груди стало тяжело, словно каменной плитой придавило.

— Насколько мне известно, нет, — сдержанно ответил Рональд. — Рон, мне пора... дела.

— Ричард! — голос брата не понравился младшему Аверину.

— Рон, у Елении Огдэн всё хорошо, — ровным голосом ответил тот. — Даже более чем. Ходят некоторые слухи... — Ричард замолчал. — Впрочем, пока это только слухи, поэтому я не буду передавать их тебе...

— Какие слухи?! О чём ты?!

— Приедешь...

— Ричард, — снова прорычал Рон в трубку, зло и возмущённо. — Рассказывай немедленно!

Но связь оборвалась. Или Ричард осознанно прервал её.

Рон попытался вновь связаться с братом, но тот не откликался. Он вновь и вновь активировал магический кристалл, пока тот окончательно не разрядился.

Тревога охватила младшего Аверина. Он не понимал, почему так разволновался, ведь Ричард  сказал, что у Елении все хорошо. 

Пока заряжался кристалл, Рон нетерпеливо мерил комнату шагами, недовольно рыкнул на заглянувшую к нему радостную Дарию и немного сорвался на Мэрини, появившейся вслед за дочерью. После полной магической зарядки настроил фоннор на генерала полиции Диннара Роннигуса. Этот человек должен знать все новости о Елении Огдэн.

Тот ответил не сразу, но всё же, когда Рон стал терять терпение, устало отозвался.

— Ну наконец-то! — услышал Рон знакомый радостный голос генерала полиции. —  А то я стал думать, что ты помер уже! — Диннар знакомо хохотнул, довольный своей шуткой. Рон поморщился. — Шучу, Рон. Ричард сообщил, что тебе до сих пор плохо, но от наших целителей он отказался и до сих пор не привёз тебя в столицу. Сказал, что ты под наблюдением у императорского целителя Мароу. Только какое наблюдение тот может организовать, если здесь в столице и готовится к свадьбе?

— Плохо? Мне? — невольно удивился Рон, и снова беспокойство и смутная догадка заставили  оцепенеть. — Генерал, ваше задание... — слава богам, воспоминания о прошедших днях уже вернулись.

— Ты молодец, Рональд! — перебил его Диннар. — Выполнил все чётко, вовремя, только вот под нож не нужно было подставляться, ещё и отравленный. Заговор мы раскрыли, виновных ждёт суд, тебе благодарность, премия и повышение по службе, но сначала заслуженный отдых.

— Я рад, что смог помочь, — сдержанно отреагировал Рональд, даже не обрадовавшись повышению. —  Генерал, как... — он запнулся, — Еления? У неё всё хорошо?

— Теперь-то да, — тяжело вздохнул Роннигус. — Но напугала она нас хорошенько, думал, что Мадлен за ней за грань отправится, вместе с Бердайн. Хорошо, что обошлось. Если бы не император, даже не знаю, выкарабкалась бы Еля или нет, — Рон ошеломлённо слушал новости. — Два года теперь будет восстанавливаться и лечиться, пить эту гадость, что Варниус приготовил. Видел бы ты её мордашку, когда она её принимает: обнять и плакать хочется, — генерал невесело хмыкнул. — Но если будет всё соблюдать, исключит риск из жизни, то больше не придётся за неё переживать.

Во рту у Рональда пересохло, сердце застучало так бешено, что оглушало и не давало расслышать слова генерала.

— Да, если будет соблюдать ... — тихо и сдавленно повторил он, — представляю... она же заболела сразу, как я уехал?.. — спросил и понял, что не хочет слышать ответ, потому что уже знает его, потому что ответ генерала подтвердит то, что Ричарду он больше не сможет доверять.

— Да ты не уехал тогда ещё, только никто с тобой связаться не мог. И с Ричардом тоже. Я объяснил потом Мадлен, куда отправил тебя, что без тебя никак было, поскольку нужен был человек без магии и с твоей внешностью, а то она сильно уж в ярости была. Ты не волнуйся. За Елей здесь отличный присмотр, и я рад, что у тебя всё обошлось, хотя в столичном госпитале лучше был бы уход, быстрее бы пришёл в себя. Настойчивость и упрямство  Ричарда в том, чтобы отправить тебя в поместье до сих пор непонятна.

— Зато мне теперь все понятно, — глухо прошелестел Рональд, с дикой силой сжимая в руке фоннор. — У него были на то веские причины.

— Да? Ну вам виднее. Ричард взял ответственность за твоё выздоровление... И мне импонирует то, что ты решил узнать дочь поближе. По словам Ричарда, Дария замечательная малышка, умная и сообразительная.

— Замечательная, — глухо подтвердил Рональд.

— На кого похожа? — с интересом спросил Роннигус. 

— На меня.

— Поздравляю! Тоже хочу дочку, похожую на меня, — генерал хохотнул, затем вздохнул: — может и остепенюсь когда-либо, а ты давай выздоравливай и приезжай на свадьбу. Все Аверины приглашены.

— На какую свадьбу? 

— Анатоля Мароу и Кристы Огдэн. Ты забыл?

— А-а... немного. 

— Рон, ты разобрался в себе? — вдруг серьезно спросил Роннигус. —  Успокоился? Что-то твой голос мне совершенно не нравится.

— Разобрался. Успокоился. Всё нормально со мной.

— Ну и слава богам, потому что, похоже, что скоро будет ещё одна свадьба, — вдруг заявил генерал. — Но теперь, уверен, ты достойно переживешь это событие.

— Чья свадьба?

— Императора нашего.

— Ему нашли невесту? — искренне удивился Рон.

— Почему «нашли»? — хмыкнул полицейский. — Тех, кто хотел найти, он послал подальше, как настоящий мужик, и  нашёл её сам. Как оказалось, давно присмотрел, — усмехнулся Диннар, но как-то странно — невесело.

— Сам? — Рон тяжело сглотнул, попытался отогнать внезапно появившуюся догадку. Нелепую. Ужасную. Которую сразу же отбросил прочь. — Я рад за Майстрима. И с какой империей мы заключим союз? — и стал гадать, с каким из граничащих с Ровенией государств император решил заключить союз.

— Похоже, что с Землей Фурий, — насмешливо хмыкнул генерал Роннигус.

— О чём вы? — опешил Рональд.

— А ты не догадался? — удивился Диннар.

— Я не понимаю...

— Давно ходили некоторые слухи. Я сам в них не верил, но, похоже, они оказались правдой. Наш молодой император Майстрим Данери давно влюблён в одну нашу с тобой общую знакомую. Я рад, что ты, наконец, выкинул её из головы.

— Выкинул, — заторможенно повторил Рональд. Почему Диннар Роннигус так решил? И что за бредовые слухи он рассказывает? Ведь то, на что намекает Роннигус, не может быть правдой.

Про слухи императорского двора о симпатии молодого императора к Елении Огдэн Рональд Аверин прекрасно был осведомлён, только вот по Ровении гуляли они давно, уже несколько лет, даже когда Еля была его парой. Почему же герцог Роннигус решил поверить в них сейчас?.. 

А ведь Глава полиции Ровении не мог ошибаться, с его-то шпионами и осведомителями...

Ответ был настолько очевидным, что  фоннор чуть не выпал из вдруг ослабевшей руки побледневшего Рона. Он смотрел на артефакт, судорожно и беспощадно сжимаемый побелевшими пальцами, слышал, что Диннар Роннигус продолжает о чём-то рассказывать, и не мог пошевелиться, был не в силах приложить фоннор снова к уху и до конца дослушать все новости.

«Скоро будет ещё одна свадьба...» — болезненно стучало молоточком в висках.

Из жестоко раздавленного магического артефакта связи теперь уже не доносилось ни звука, а Рональд Аверин продолжал стоять в центре комнаты, оцепенев, и смотреть перед собой невидящим взглядом.