Глава 1. О соседях, работе и... хобби

Планета Земля. 2204г н.э.

В дикой гонке со смертью,

Упиваясь игрой,

Ты нашел свой наркотик.

И теперь ты - герой!

Сердце рвется наружу,

Кровь вскипает внутри.

Ты в стоишь на арене,

Семь секунд до войны.

Только меч и противник,

Друга нет за спиной.

Ты нашел свой наркотик,

И мы вместе с тобой!

- Сорок восемь. - планомерно отсчитывала я, безучастно глядя на приближающийся и отдаляющийся дорогой ковер.

- Идет. Просить будет. - шептал призрачный голос старика.

- Сорок девять. - со лба капал пот, а плечи горели от напряжения. - Пусть идет. Они каждый раз ко мне идут, старик.

- Не надоело? - усмехнулся шепот.

- Пятьдесят. - выдохнула я и закончила отжиматься, довольная результатом. Перекатившись на спину, я уставилась на черное полотно натяжного потолка. Будто в зеркальную ночь смотрю. Глянец отразил растрепанную девушку с полностью седыми, коротко остриженными волосами, и покрытым потом мускулистым телом. Я должна быть сильной, чтобы носить трупы и самой трупом не стать - Нет. Мне все равно.

- У тебя нет сердца. - вздохнул умерший несколько сотен лет назад звездочет, не желающий отправляться в ту задницу, куда попадают все духи после смерти. Я взглянула на фитнес-трекер на левом запястье. Тонометр показывал, что помимо сердца у меня есть верхнее и нижнее давление в пределах нормы.

- Как врач тебе говорю, ты не прав. - тихо ответила я, и в квартире раздалась нервная трель дверного звонка.

Оттолкнувшись всем телом от пола, я взвилась на ноги и потянулась до хруста в костях. Визг звонка все не прекращался, и тряхнув серыми прядями, я пошла открывать. Один замок, второй, третий... седьмой. Меня смело можно назвать перестраховщицей, но в моем положении это обычная предусмотрительность. Отключив сигнализацию, я провернула металлическую ручку, рывком распахивая толстую стальную дверь.

- Сонюшка! Девочка! Спасай! Мой совсем умом тронулся! - кинулась мне на грудь сухонькая старушка Лидия Ивановна, живущая этажом выше. Рефлексы у меня на уровне, и я успела остановить себя лишь за миг до того, как свернуть ей шею. Зачем же такие резкие движения делать, бабушка? - Этот дурак вешаться собрался! Никого не слушает!

Она была на две головы ниже меня и сейчас смотрела снизу вверх глазами полными надежды. Интересно, как должен тут помочь патологоанатом? Сказать ей, чтобы пришла позже, когда он все-таки повесится?

- Иди-иди. - шептал за спиной звездочет, чему-то радуясь. - Тебе полезно. Я уже посмотрел. Очень весело.

Веселое самоубийство? Будто мне на работе этого мало. Безразлично пожав плечами, я закрыла за собой дверь квартиры и пошла за старухой. Мы поднялись на этаж выше довольно быстро. Слишком быстро для той, что вчера еле ногами переставляла, когда ее вызвался провожать от магазина до подъезда отставной полковник. Очень импозантный мужчина, если уж на то пошло. Не чета ее мужу-алкоголику. Я отчетливо это разглядела, потому что мимо одной только моей двери они шли добрых пятнадцать минут. Если так пойдет и дальше, наш подъезд будет первым в истории, где молодежь осуждает стариков за развязные нравы. А судя по запаху, дед Гриша с девятого этажа так и не бросил смолить косяки. Даром, что бывший сотрудник ГосНаркоКонтроля. Хоть бы мне в старости не стать такой же и не носить "работу" домой.

- Не разувайся, Сонюшка! - затащила меня в квартиру Лидия Ивановна. О том, что я даже не обувалась для этого, я говорить не стала. Мы быстро пересекли узкий коридор, заставленный шкафами и комодами, и вышли в гостиную.

- О! Соня? Ты чего пришла? - опасно балансируя на колченогой табуретке, удивился дед Женя.

Шустрый старик лихо на нее взгромоздился и уже приладил петлю к крюку для люстры, закрепив один конец у себя на шее. Мельком осмотрев его виселицу, я криво ухмыльнулась и покачала головой.

- Просто так. Не отвлекайтесь. - тихо сказала я, прислоняясь плечом к стене. Это и правда забавно, прав был звездочет.

- Да как же так?! - всплеснула руками старуха, снова кидаясь ко мне. - Он же сейчас помрет! Сделай что-нибудь!

Помрет? Ха... Ха-ха.

- Видишь? - весело прошептал на ухо звездочет. - Потешно.

Когда мне было девятнадцать лет, и не хватало денег на обучение, я решила поучаствовать в турнирах и получить денежный приз за победу. Самыми распространенными состязаниями были на тот момент Стихийные Игры. Туда я и пошла. Я выиграла лишь один раз, и этих денег хватило, чтобы заплатить за медицинский институт, после чего мне захотелось чего-то более серьезного. Эти виртуальные игры, пусть и с технологией полного погружения, не давали никакого удовлетворения.

Мне было скучно. Смертельно скучно.

Хотелось чего-то, что заставит меня... чувствовать. В чем-то звездочет прав, я не очень чувствительная, но я нашла то, что по-настоящему цепляет меня. На одной из перемен к нам в аудиторию заглянули представители министерства обороны. Среди них был один улыбчивый молодой человек с черной кожаной папкой в руках. Источая дружелюбие, он стал раздавать нам листовки, где говорилось о намечающемся турнире, который будет спонсировать минобороны.

Этот турнир назывался "Смертельные Игры". И там сражались настоящие люди. Не виртуальные аватары.

Позже, вечером, я вернулась домой и стала искать информацию по этим играм. По всему выходило, что все это правда. Живые люди возьмут в руки холодное оружие и выйдут на арену драться до победы. Каждый участник мог выбрать из арсенала любое понравившееся оружие и обвешаться им с головы до ног. Это не состязание стрелков, так что огнестрела и холодного метательного там не было. Отнимать чужую жизнь участникам предлагалось либо голыми руками, либо колюще-режущими предметами. В промежуточных поединках сражаться до летального исхода было вовсе не обязательно, но если все-таки кто-то умрет, то убийца не понесет наказания. Потому что это Смертельные Игры. Потому что каждый участник перед выходом на бой подписывает "Отказ от права на жизнь", действующий только в пределах арены. Финалист же получает просто баснословный приз. А еще это единственные игры, где не требовался вступительный взнос. Все оплачивает государство в рамках программы уменьшения численности населения.

Идеально же.

Именно так я думала, подписывая свой первый отказ и ступая на песок арены. Новичкам до первого боя даже кличка была не положена, просто порядковый номер. Теперь-то я знаю, что это все потому, что редко какой смельчак доживал до второго боя. Ни к чему лишняя шумиха с именами.

Я была номером триста четырнадцать. Эта индустрия тогда только начала развиваться. Насмотревшись исторических фильмов, я выбрала красивый длинный меч своим оружием, и получить его я должна была уже там, на месте сражения.

Я и получила.

Вот только поднять его я не смогла. Двенадцатикилограммовая бандура вживую выглядела совсем не так, как на картинке терминала, где я его выбирала. Посмотреть там же его характеристики я не удосужилась. Мне даже мысль такая в голову не приходила. В своих мечтах я уже стояла на вершине горы трупов, упираясь острием окровавленного меча в чей-то череп, а за спиной у меня развевался черный плащ.

У противника моего, судя по его взгляду, тоже уже развевался за спиной воображаемый плащ героя-победителя, и изогнутый клинок айкути легко порхал из одной его руки в другую. Я никогда не забуду тот насмешливый взгляд, с которым он воткнул мне в живот эту импортную хрень. Бой вышел до обидного коротким, а жизнь должна была на этом окончиться.

Именно в тот момент я почувствовала, что нашла свое место. Не смотря на боль, я все еще оставалась в сознании. Рот стремительно наполнялся кровью, а глаза противника ликованием. Ему нравилось смотреть, как я подыхаю в его руках, а смотритель состязания не спешил объявлять схватку оконченной, дожидаясь развязки. Мне бы и остаться там навсегда, но враг отпустил оружие, оборачиваясь к беснующимся от жажды крови трибунам, забитым людьми до отказа. Там даже лавок не было, чтобы места для зевак хватило. Отдельным островком возвышались комфортабельные диваны для особых гостей Игр, и они никогда не пустовали.

Желание безнаказанно отнимать чужую жизнь на глазах у тысяч людей впервые проснулось во мне тогда. Для моего обычно тихого и безжизненного омута это было настоящей бурей, ураганом, сметающим все безразличие к жизни словно невесомый пух. Бешеный прилив адреналина стер всю боль в умирающем теле и придал сил для безумного шага. Сомкнув скользкие от крови ладони на металлической рукояти оружия, я рывком вытащила клинок из своего живота под восторженный вздох толпы. Айкути действительно оказался гораздо легче, чем мой неподъемный меч.

Пусть я и была лишь первокурсницей медицинского института, но уже успела выучить, где находится сердце. Оптимальное место для удара - между третьим и четвертым ребром. И как кстати было то, что мой убийца был в одних штанах. Обзор просто шикарный. Я вогнала металлическое лезвие в его тело по самую рукоять, прежде чем потерять сознание.

На песок я падала уже полностью седая, а очнулась в реанимации, где меня заштопали и откачали. Из-за полученных повреждений у меня была остановка сердца. Клиническая смерть длилась порядка четырех минут, после чего дефибриллятор все же смог вернуть меня к жизни.

Однако, с тех пор я слышу голоса мертвых людей. Поначалу я считала это последствием смерти и повреждения мозга, но... Голоса дельные вещи говорили. Так что я не псих, а экстрасенс. Самый настоящий. По большей части это, конечно, мешало. Стоило духам понять, что у них появился проводник в моем лице, как они ринулись давать мне задания, чтобы они могли упокоить свои души. Вот только мне это было не интересно.

Начитавшись разных книг об оккультизме, я научилась быстро выпроваживать незваных гостей из этого мира, а куда они попадали после этого, мне было безразлично. Главное - чтобы не шумели и не мешали мне спать. Тогда-то я и научилась ценить тишину. Именно поэтому я никогда не стану педиатром или терапевтом. Слишком много шума. То ли дело морг. Тихо и спокойно.

Единственный, кого я не стала изгонять, это старик-звездочет. Будучи очень умным старикашкой, он знал, когда со мной можно разговаривать, а когда лучше помалкивать. Да и заданий никогда мне не выписывал, сразу смекнув, что сострадание и я никогда не встречались. Упокаивать свою душу он не желал, а наблюдать за мной ему было интересно. Так и живем - я и мертвый умник. Он у меня вместо собаки. Хотя буду откровенна, мне просто нравятся очень умные люди. Сама я гениальностью похвастаться не могу, моих мозгов хватило только на то, чтобы на четверки закончить Мед. И то... Изначально я поступала совсем на другую специализацию. Но это было до того, как я умерла.

- Сонюшка, доченька, ты же дохтар! Ты жизни спасать должна! - трепала мою руку старуха, пока дед с интересом ждал от меня пламенной речи и качался на стуле. О том, что я немного не тот "дохтар", я предпочла умолчать. Мое дело не жизни спасать, а инспектировать внутренний мир ушедших в иной мир. В свои двадцать девять лет я стала самым молодым заведующим в нашей больнице. Правда, больше на это место никто не претендовал. - Да сделай же ты хоть что-нибудь!!!

Ненавижу, когда на меня орут. Ненавижу, когда в принципе орут. Оттолкнувшись от стены, я вплотную подошла к деду Жене. Бабка замолчала, дед насторожился, звездочет заинтересовался. Я искренне презираю всех самоубийц. Лишая себя жизни самостоятельно, вы отбираете шанс у кого-то другого прикончить вас и получить от этого удовольствие. Не надо так. Коротко замахнувшись, я пнула ногой табуретку, выбивая ее из-под ног старика.

Замахав руками, аки перелетная птица, он громко заорал и лихо спланировал на стоящее неподалеку разложенное кресло. Один конец веревки все еще был прикреплен к люстре, а второй петлей висел на тощей шее старика. Вот только длина этой веревки... Мы поэтому с призраком так веселились, когда увидели деда. Пока дед Женя стоял на табуретке, веревка провисала до самого пола, складываясь там крупными кольцами. Чтобы повеситься на этом канате, ему придется выпрыгнуть в окно с этого восьмого этажа. Видимо, его достало спать на этом горбатом кресле, и таким образом он решил разжалобить бабку. Вот некоторые развлечения себе находят...

Оставив этих молодоженов развивать начавшийся громкий скандал, я пошла обратно в свою квартиру.

Спустившись на свой этаж, я проходила мимо двери еще одной моей глубокоуважаемой соседки, когда ее дверь резко распахнулась, являя мне бодрую старушку, взирающую на меня с видом победительницы. Здравствуй, баба Таня. Это та самая бабушка, которая заставляет меня желать чуда. А конкретно шапки-невидимки.

- Сонюшка! Доченька! А вот и ты! - радостно запричитала она, отпихивая ногой кота от двери обратно в квартиру. Животное истошно орало и требовало немедленно выпустить его на свободу, иначе он за себя не ручается. Такое ощущение, что через тридцать секунд меня ждет та же участь.

- А вот и я. - печально подтвердила я, мечтая дойти до своей квартиры и не получить новую квалификацию. Я еще не говорила? Для своих соседей я медик мультикласса. А то, что на днях меня катафалк домой подвозил, их ни на какие мысли не натолкнуло, увы. Но ничего не поделаешь, с возрастом именно так все и происходит. И вместо молодежных соревнований, люди начинают соревноваться, у кого систолическое выше, и страшно гордятся запредельными показателями, печально вздыхая о хреновом здоровье. У них тут своя иерархия, и баба Таня, что сейчас смотрит на меня, как лиса на журавлика, занимает верхушку рейтинга в топе кандидатов на вынос.

- Что-то у меня сердечко пошаливает, а ты ж дохтар у нас. Погляди, что там да как? Может, что-то пропишешь? - чуть ли не подпрыгивая от возбуждения, увещевала Татьяна Игоревна, забывая, что при таких жалобах она и выглядеть должна соответствующе. Неувязочка, господа.

Надо будет пересмотреть свою папку с документами. Где-то там должен быть мой диплом из универа. Есть у меня подозрения, что пока я была на работе, мою квартиру вскрыли бабки своими шпильками из пучков на голове, насмотревшись блокбастеров, а потом откопали мою "корочку". И вот там то, вероятно, и написала аттестационная комиссия, что никакой я не врач, а самый настоящий дохтар.

Перед глазами уже встала картинка, где я вскрываю вредной бабке грудную клетку, вытаскиваю сердце и со всей ответственностью заявляю, что она могла бы бегать марафоны вперед меня. Потому что я примерно такой дохтар. Патологоанатом называется.

- У меня рецепты закончились. - и это чистая правда. - На неделе новые выдадут.

Даже представить сложно, как сильно мне благодарны участковые врачи. Ведь их в наш дом еще ни разу не вызывали. Есть подозрение, что если я попытаюсь съехать их нашего дома престарелых интриганов, то первый этаж забаррикадирует все входы и выходы, а остальные жители начнут скидываться на мой подкуп и охранника, который бы проследил, чтобы я всегда возвращалась домой. Я утрирую? Поверьте, нет. А еще не беру взятки едой. Терпеть не могу домашнюю стряпню.

- Да? Ну и ладно. Я тогда потом к тебе зайду, хорошо? Ну все, беги, Сонюшка. - и скрылась за дверью с целью поорать на кота.

Времени сейчас пять утра, а на работе надо быть в семь. Не смотря на воскресный день. В своем деле я большой энтузиаст, и двенадцатичасовой рабочий день меня не пугает, как и отсутствие выходных. Отпуск мне так же тратить абсолютно некуда, так что я беру деньгами. Зачем мне столько денег?

Я их в стопку складываю. Почему нет?

Отзвонившись в круглосуточный ресторан за углом, я заказала плотный завтрак и обед с доставкой на дом. Готовить я не люблю, да и нужды в этом нет. И вряд ли она когда-нибудь появится. Чтобы ужиться со мной на одной территории надо быть либо молчаливым трупом, либо смекалистым призраком. По этой причине я не люблю кошек - они мяукают; собак - они гавкают; людей - они тоже гавкают. Зато мои пациенты молча лежат, что не может не радовать. Хотя однажды один из них сел и заговорил. Это была врачебная ошибка, но она сама исправилась. Увидев, где он очнулся, пациент моментально скончался от инфаркта. Зато ехать никуда ему больше не надо было. Здорово же? Знал, где помирать нужно, пройдоха.

Времени до доставки у меня еще полчаса точно есть, так что я решила закончить утреннюю тренировку. Повиснув на прикрученной к дверному проему перекладине, я начала подтягиваться. Но в блаженной тишине мне побыть не долго пришлось.

- Хоть бы радио купила что ли. - едва слышно ворчал звездочет. Радио? Мне?

- Оно не красивое. - тихо ответила я, забрасывая на турник ноги и повисая вниз головой. Заложив руки за голову, я стала качать пресс.

- Его не смотрят. Его слушают. - буркнул призрак, невидимым ветром гуляя по квартире.

- Тем более. - в тон ему отозвалась я, не прерывая тренировок. Больше он меня не донимал, затихнув в районе засохшего кактуса, подаренного мне сотрудниками на день медика год назад. Никак не пойму, зачем люди разводят у себя в жилищах джунгли, заставляя все пространство горшками с ботвой. Хотите природы - идите в лес, странные создания. Ученые утверждают, что растения нужны для фотосинтеза и производства кислорода в доме, а я говорю, проветривать научитесь.

В половине шестого снова раздался визг дверного звонка. На пороге стоял молоденький сонный мальчишка-курьер, который, кажется, приступил к работе не просыпаясь. Забрав у него свой заказ, я позавтракала, приняла душ и стала собираться на работу. По комнате летал призрак, надрывно вздыхая. Я знаю эту его манеру так себя вести, он явно хочет что-то мне сказать, но не знает, как я отреагирую. А значит он хочет сказать чушь.

- Соня. - все-таки решился он, подлетая ближе. - Ты же знаешь, что я был придворным астрологом императора древней Цинь?

Я молчу. У меня колготки порвались. Дурной знак.

- Я многое знал при жизни и еще больше узнал после смерти. - продолжил китайский бездельник.

На звезды он смотрел видите ли, вместо того, чтоб поля пахать. Я даже примерно представляю, как это было: маленький Тао вышел во двор, посмотрел на небо и нашел вакансию. Представляю, как обрадовалась его мамка, когда поняла, что у нее вырос сын-лоботряс. Может, это она изобрела отцовский ремень?

- Но так и не узнал, что молчание - золото. - откладывая колготки в сторону, достала я джинсы из шкафа. - Тебя и грохнули императорские стражники за то, что слишком много говорил не тем, кому надо.

- Так ты все-таки искала обо мне информацию. - удовлетворенно хмыкнул звездочет. - Тогда ты должна была узнать и то, что в свое время я предсказал многое из того, что изменило судьбу империи и мира в целом.

Ты не уймешься, да?

- Шумишь. - тихо сказала я. Эта короткая фраза в моем исполнении означает лишь одно: если не прекратишь - добью. Звездочет это уже знает, и обычно после этого он прекращает трепаться, но сегодня что-то осмелел. Понял, что я привыкла к нему? Плохо.

- Хоть раз ты можешь меня выслушать? Сегодня я, как и многие тысячи ночей до этого, смотрел на звезды. Они пришли в странное движение, я никогда ранее такого не видывал. Над миром потухли несколько определенных звезд, и одна из них была над твоим домом. Это дурной знак, Соня. Очень дурной. Грядет что-то ужасное, и судьбы нескольких людей были вырваны из мира. Это работа высших сил, я уверен.

Кто о чем, а звездочет о звездах. Рассказать ему, как у меня вчера было полностью забито отделение из-за ДТП на объездной трассе? Тридцать человек в кашу, а пьяный водитель жив остался. Правда, не на долго. На его беду я гуляла по коридору мимо его палаты по просьбе главного врача, подкрепленной звонкой монетой, и случайно воткнула ему калий. Быстро и много. Нелепый несчастный случай, который никто не стал расследовать, удовлетворившись результатами. Все дружно решили, что это вмешательство высших сил, а охрана подчистила записи с камер. В заключении я написала причину смерти водителя - остановка сердца.

- До конца дня случится что-то ужасное. - закончил свой монолог старик, тревожно затихая.

- Дед... - вздохнула я, натягивая кроссовки. - Я работаю в морге. У меня каждый день случается что-то ужасное. А звезды... Они тоже не вечные. Рано или поздно все потухнут.

- Бестолковая девчонка. - недовольно забухтел он. - Подожди, я с тобой пойду. А то чую, домой ты больше не вернешься.

Не вернусь? Что ж... Есть такой шанс. Как и во многие дни до этого. У меня сегодня короткий рабочий день...

***

Дождавшись на остановке свой автобус, я благополучно доехала до центральной городской больницы, где работала уже два года. У меня в подчинении был две сменные медсестры, два санитара и один врач-патологоанатом. Медсестры постоянно менялись, не выдерживая работы в морге, санитаров я трезвыми никогда не видела, а врач был молодой и прибабахнутый. Валентин, или Вэл, как он просит себя называть, работал на меня уже полгода, а пить так и не начал. Это говорит о нем, как о человеке с проблемами в психике, но нам это никак не мешает. Вэл из раза в раз принимает участие в Стихийных Играх, считая себя великим магом огня, но до полуфинала не дошел еще ни разу. Зато стабильно ходит на мои бои, гордясь знакомством с победительницей Смертельных Игр, которые уже несколько лет гремели на всю страну, вызывая восторг и осуждение у народа.

- Доброе утро, мой Тихий Сон! - с порога радостно замахал мне рукой со скальпелем Валентин, держа в другой руке чей-то окровавленный ливер. Вот кого надо было фотографировать на рекламку морга, а не мою заведующую здесь всем рожу. Не спрашивайте, зачем моргу рекламка. Не знаю. Но она красивая, если что. - А у нас сегодня новое поступление. Смотри, это печень, и она рада тебя видеть.

С каменным лицом я прошла мимо придурка в ординаторскую, где надела халат и сменную обувь. В углу валялись оба санитара, дезинфицируя воздух перегаром от спирта. Пустые пузырьки стояли неподалеку ровненьким рядком. Даже напиваясь в хлам, эти мужики не мусорят, что не может не радовать. А еще они неведомым мне образом всегда чувствуют, когда я на них смотрю. Вот и сейчас, почуяв неладное, они дружно очнулись и вскочили на ноги. Опасно покачнувшись, санитары сконцентрировали на мне взгляды и попятились к стенке. На их испуганные приветствия я не ответила. Я вообще не самый дружелюбный человек. Переодевшись, я начала обход, инспектируя поступивших за ночь жмуриков. Семь. Не густо.

Один из наших пациентов уже лежал на моем разделочном столе, ожидая вскрытия. Надев очки, маску и латексные перчатки, я подготовила инструменты и достала его медицинскую карту. По предварительным данным он умер от... От чего? От счастья? У нас в приемном отделении шутники появились? Подняв на Вэла вопросительный взгляд, я заметила, что он едва не подпрыгивает на месте, ожидая моей реакции. Явно специально этого жмурика мне оставил, чтобы посмотреть на реакцию.

- Это что? - тихо спросила я, вперив в него почерневший взгляд. Причина моего недовольства была в том, что это не им, а мне надо будет озвучить этот бред родственникам почившего. Представляете их реакцию? Вряд ли они будут смеяться и хлопать в ладоши от радости, правда? Скорее всего они начнут орать, истерить, рыдать, кидаться на меня с кулаками, а я этого очень не люблю. Очень.

- Это не я. - вмиг посерьезнел парень, отступая на шаг назад и инстинктивно выставляя руки вперед на случай, если я на него сейчас кинусь. - У нас в больницу практикантов завезли. Первый курс, дикие совсем. Сонь, да это шутка просто. Правда. Хочешь, я все улажу? Этот мужик, - кивнул он на мой труп, - умер во время секса. Сердечко не выдержало. Его любовница скорую вызвала, с ней сейчас психологи работают. Тоже... интерны...

Вот значит как... Дикие студенты у нас завелись... Ну что ж... Шутки мы любим. И сами шутить тоже умеем. У патологоанатомов самое лучшее чувство юмора во всей больнице. Просто нас оценить особо некому. Потому что все умерли.

- Позови их сюда. Всех. - откладывая карту в сторону, тихо попросила я.

Валентин не будь дурак тут же кинулся выполнять указ, шустро стягивая испачканные перчатки и хватаясь за стационарный телефон, белым кирпичом висящий на стене. Несколько звонков, и все заведующие оповещены о нашем небольшом мероприятии. Осталось немного подождать. Подвинув ноги своего счастливого трупика, я уселась на стол и прикрыла глаза. Сколько их таких уже было? Они заваливаются в больницу, ведут себя словно звезды с неба, считают, что умнее всех врачей в мире, а потом они впервые ошибаются. Одно дело, когда они делают это так, как сейчас, и совсем другое, когда после их ошибки они открывают собственное кладбище. Каждый герой считает высшей отвагой заявиться на процедуру вскрытия с пирожком в руках. Вроде так они показывают себя непробиваемыми храбрецами. В то время, как бывалые врачи предпочитают обходить десятой дорогой мой тихий закуток, понимая, что в противном случае ночь кошмаров им обеспечена.

И это еще одно качество, которое отличает меня от всех них: я точно знаю, что бояться надо не мертвых, а живых. Еще больше надо бояться выживших. Таких, как я.

Они собираются перед входом в морг спустя пятнадцать минут. Уверена, что там заведующие собрали вообще всех детей, а не только тех, кто накосячил с медкартой. А это значит, что дикари уже всех достали, и за мой нехитрый урок никто осуждать не будет. У нас в коллективе царит редкостное единогласие, когда речь заходит обо мне и моих методах воспитания молодняка.

Повинуясь моему молчаливому игнорированию ситуации, Вэл идет к двери, чтобы впустить гостей. Невежественные, невоспитанные, наглые и тупые, они словно стадо ввалились в мою святая святых, оплот мертвой тишины и гробового спокойствия. Сквозь опущенные ресницы я рассматривала этих детей, что посчитали себя круче всех. Тридцать три человека, не считая заведующих, что опасливо сгрудились возле двери и не сводили с меня настороженного взгляда. Эти всегда готовы первыми дать деру, если я увлекусь воспитанием детишек. Все-таки не у всех тут стальные тросы вместо нервов.

Так как Валентин уже очень хорошо меня знает, он бросил свое вскрытие и поспешил в другой конец помещения, где у него стоял небольшой стульчик на этот случай. Все верно, сейчас лучше стоять подальше от меня и разделочного стола. А вот молодняк посчитал, что будет круто подойти поближе.

- Ознакомьтесь. - тихо сказала я, протягивая ближайшему студенту медкарту нашего жмурика, и в морге сразу установилась тишина.

Дети - это те же звери, и они прекрасно чувствуют, когда приближается пиздец. Вот и сейчас... Все напряглись, но по мере прочтения карты их лица светлели, а изо рта вырывались смешки. Понадобилась пара минут, чтобы все они ознакомились с содержимым документа, а мой взгляд быстро выцепил двух мальчишек, которые начали горделиво задирать нос. Что ж... Авторов этой писанины я нашла. Еще пару минут поболтала в воздухе ногами, дав им возможность насмеяться напоследок, а потом спрыгнула на пол. Буду лечить патологическое веселье. Все равно им со дня на день пришлось бы идти ко мне и смотреть все то же самое. На самом деле именно сейчас станет ясно, кто станет врачом, а кто нет.

В моем отделении имеется замечательный шкафчик для устаревших экспонатов медицинского оборудования. В век лазерных технологий никто уже не пользуется механическими пилами для... ампутации конечностей. Но у меня такая в запасе имеется. Сорокасантиметровый монстр из медицинской стали с крупными зубцами на режущей кромке. Красота. Взвесив пилу в руке, я примерилась к ее весу и подняла взгляд выцветших до белизны глаз на новичков.

- Сегодня к нам поступил пациент с этой картой. Причину смерти вы уже успели прочесть. Вам весело? Замечательно. Но что дальше? Он умер от счастья? И где же в организме человека концентрируется счастье? Мы должны будем рассказать об этом месте его родственникам, когда они придут забирать тело для похорон. Итак, с чего начнем? Есть предположения?

Удивительное дело, но когда с лиц окружающих сползает улыбка, мне становится весело. Наверное, все дело в моей фамилии. Не зря родилась в семье Твариных. Многие студенты стремительно белели, а особо нежные стали отступать к двери, но выход перегородили заведующие, чьи лица изначально были весьма хмурыми. Но человек пятнадцать первокурсников держались вполне достойно.

- Смелее, коновалы. - тихо подбодрила я детишек, стаскивая с трупа простыню.

Отодвинув ее к краю стола, я задумчиво осмотрела мертвеца, решая, какая часть тела ему не очень идет. В этот момент дверь морга открылась, впуская в помещение главного врача в компании с каким-то парнем. Главврач был хмур, а парень излишне весел. Он быстро осмотрелся в помещении, и его взгляд устремился на меня. Странно, но взгляд был восхищенным. Новоприбывшие хранили молчание, и я решила продолжить лекцию.

- Не знаете? Что ж... Тогда я начну с ноги. Может там у него был передоз счастья? - тихо хмыкнула я, приставляя пилу к колену трупа. В морге начался первый падеж мелкорогатого скота, и поднимать их никто не кинулся.

- Вы против? - посмотрела я на тех, кто еще стоял. - Тогда, может... Сами проверите? Ты. Да-да, ты. Подойди.

Очень бледный парень и с места не сдвинулся, пока его не пнул сзади один из товарищей. Из тех, кто просто мрачно следил за происходящим. Эх, помню у нас в первый год обучения треть группы отсеялась после такой практики. Ну как помню... Мне рассказали. Я уснула на вскрытии в тот день. Очень спать хотелось, а в углу стоял такой удобный даже на вид стульчик...

По инерции преодолев разделяющее нас расстояние, будущее светило медицины мелко задрожало. Я молча протянула ему пилу, предлагая лично убедиться в наличии у человека органа, которое генерирует счастье. Явно же в нем проблема, да? Однако ничего не вышло. Светило закатило глаза и грузно осело на пол. Я проследила его путь с вершины пьедестала и перевела взгляд на его друзей. Послышался тихий вой. Это кто-то с задних рядов. Итого в группе минус пять студентов, остальные еще не определились со своим будущим.

Вэл тихонько хрюкнул в своем углу, и спутник главврача его заметил. Он обменялся с главой больницы короткой фразой и тихонько пошел к моему врачу вдоль стенки. Валентин и парень радостно поприветствовали друг друга, словно старые знакомые. Дальнейшее представление они смотрели уже вдвоем.

Группка самых стойких студентов сгрудилась в углу помещения, оставив более нежных товарищей лежать на полу. Двое парней, что написали этот бред в медкарте, тряслись как осиновые листья на ветру, и кажется, разучились говорить. Хотя было видно, что они очень хотят начать громко звать на помощь. Однако, старшие безмолвствовали, главный врач вытирал пот со лба рукавом, а у меня за спиной тихо переговаривались мой подчиненный и компаньон начальника.

- Как у вас тут интересно, Вэл. Не зря меня к вам перевели из краевой больницы. - пожал руку Валентину парень, продолжая с интересом следить за мной. Эти двое однозначно знакомы.

- Чем же ты так не угодил, что тебя к нам сослали? - шепотом поинтересовался Вэл.

- Корпоратив испортил. - скривился парень, вспоминая прошлое место работы. - Я думал, они оценят, но им не понравился номер с жонглированием почками.

- Ты не меняешься, Лер. - пожал еще раз ему руку Вэл, найдя собрата по мозгам. Теперь у нас в морге работает два клоуна. Шикарно.

За время этого короткого диалога поголовье диких студентов сильно сократилось. Некоторым детишкам было плохо, и этого уже не выдержал босс. Пожилой мужчина тяжело вздохнул и вышел вперед, загораживая собой будущее отечественной медицины.

- Все, Соня, остановись. Я думаю, молодые люди поняли, что больница - не место для подобных шуток. Поняли ведь? - обернувшись к молодняку на всякий случай уточнил он. Те стояли крепко обнявшись и зажмурившись. Кажется, молодежь решила удариться в религию. Я отчетливо различала слова православных молитв. Как... мило. Более стойкие солдатики смотрели на них с осуждением. Повернувшись к заведующим, он кивнул на интернов. - Заберите их.

Дважды повторять не пришлось, и уже через пару минут мы остались в морге одни. Удовлетворившись результатом, я напрочь проигнорировала начальника и решила продолжить заниматься своей работой. Вдруг пронесет? Ан нет, не пронесло.

- Соня, я зашел сказать, что с этого дня с тобой будет работать новый доктор. - безапелляционным тоном заявил наш наиглавнейший.

- А старого куда денем? - тихо поинтересовалась я, убирая музейный экспонат обратно на витрину.

- Никуда. - хмуро буркнул он, скрещивая руки на груди. - Будет два доктора.

- Два доктора... Какая роскошь... Два глаза тоже роскошь, Геннадий Викторович. Вам так не кажется? -  я в упор посмотрела на главного врача. Мой посыл был вполне прозрачным.

- Не кажется. - насупился мужчина. - Это приказ сверху. Так что не обсуждается. Они особо указали на то, что этот парень должен работать с тобой.

А я популярная, оказывается. Обо мне даже "сверху" слышали. И что-то меня это не радует. Высказавшись, начальник развернулся и ушел, а ко мне подошел новобранец.

- Я очень рад, что буду работать с вами. Меня Валерий зовут. Валерий Михайлишин. - протягивая руку для приветствия, представился парень.

- Меня зовут Соня Тварина, и скоро ты пожалеешь о своих словах. - взяв в руку его ладонь, крепко сдавила ее. Лерик вскрикнул и задергался, но вырвать конечность не смог. - Мне здесь и одного клоуна слишком много, так что слушай внимательно. Это моя территория, и правила здесь тоже мои. Нельзя плакать, кричать, громко разговаривать и активно веселиться. Нельзя звать мамочку и громко проклинать начальницу. Нельзя считать себя бессмертным и бросать мне вызов. Нельзя приносить цветы и выносить органы. Бери две любые карты и начинай работу. Твой стол в том углу. Добро пожаловать.

Выпустив пострадавшую конечность из хватки, я потеряла всякий интерес к присутствующим и вернулась к работе. Проведя три вскрытия и установив причину смерти пациентов, я села заполнять документацию. Валера и Валентин все еще возились со своими трупиками, увлеченно в них ковыряясь. Когда я заполнила последний бланк, они закончили свою работу и отправились пошушукаться в туалет.

- Кажется, ты ему понравилась. - раздался позади шепот звездочета. Он все это время был здесь? Вот заняться старику нечем.

- Вряд ли это были слезы радости, старик. - хмыкнула я уверенная в том, что сейчас Вэл успокаивает Лерика, подтирая ему сопельки.

- В данным момент он выпрашивает у твоего напарника номер телефона "суровой начальницы" и узнает, есть ли у тебя парень. - сразу же сдал все чужие тайны призрак. Со своим даром медиума я могла бы работать в разведке. Духи порой очень любят посплетничать.

- Есть. - тихо фыркнула я, убирая документы в шкаф. - И это ты, Тао Цзы. Мы с тобой уже несколько лет живем под одной крышей.

- Эх... В свое время я покорил не одно сердце. - мечтательно протянул призрак.

- Да, я читала. У тебя была жена и три наложницы. - кивнула я, припоминая заметки из истории эпохи Цинь. - Кажется, это они тебя сдали императорской страже?

- Это случайность. - насупился звездочет, замолкая. Так то лучше. Гораздо лучше.

Взяв ведро с водой и моющие средства, я отправилась убирать свой рабочий стол. После последнего вскрытия я сразу села за документы, не удосужившись уборкой, так что самое время отмывать кровищу. Вскоре ко мне присоединились и врачи.

- О, мой Вечный Сон, - как всегда высокопарно начал Вэл, обращаясь ко мне, - я уже вызвал нам такси. Мой бывший сослуживец так же жаждет увидеть тебя в деле. Ты не против?

- Может, лучше пойдете играть в свои бирюльки? - предложила я, имея ввиду Стихийные Игры. Кинув взгляд на часы, я увидела, что время уже близится к шести часам. Времени и правда в обрез, в семь часов начнется мой турнир. Лер молча наблюдал за моими действиями, а Вэл все не унимался.

- Я ему предлагал. Но он сказал, что ни разу не был на Смертельных Играх, и хочет посмотреть, чтобы выбрать, где участвовать в будущем. К тому же сегодня ожидается самый зрелищный бой за весь сезон, так что я не могу не пойти. Ведь там будешь ты, моя Прекрасная Смерть.

Пожав плечами, я не стала ничего отвечать. Хотят ехать? Пусть едут. Домыв свой стол и проверив работу этих двоих, я приготовилась к выходу. Покидали больницу мы все вместе, и до здания арены доехали без происшествий.

На город стремительно опускалась тьма.

***

- Так, ты отборочные смотрела? - что-то выискивая в смартфоне, спросил мой менеджер. Этот зверь полагался каждому участнику, который получил прозвище. Как я уже говорила, получить его можно было выжив на предварительных сражениях.

- Сам знаешь. - откинувшись на спинку кресла, прикрыла я глаза. В подготовительном зале собралось приличное количество народа - участники игр и их менеджеры. Зеваки сюда не допускались, их место в зрительском отсеке.

- Знаю. - вздохнул он, поднимая на меня усталый взгляд. Дни перед турниром у менеджеров всегда весьма напряженные. Необходимо провести рекламную акцию, внимательно следить за основными противниками, а так же быть готовыми к изменению правил боя. Неизменными остаются лишь сталь и смерть. В остальном устроители мероприятия вольны импровизировать. - Зря ты так. У нас новая звезда появилась. Молодой парнишка. Двадцать лет, но он победил всех, с кем сражался. При чем с летальным исходом. Настоящий монстр.

- И? - тихо протянула я, не понимая, куда он клонит. Да, двадцать лет - почти ребенок, и что? Мне должно быть его жаль?

- Не понимаешь? По всем моим расчетам именно с ним ты встретишься в финале. - менеджер смотрел только на меня, но его голос был немного громче, чем требовалось. - Я кое-что узнал о нем. Три года назад ты убила его брата в финале игр. Понимаешь, что это значит? Он здесь из-за тебя, Соня. Он пришел отомстить.

- Турнирную сетку уже выложили? Хотя, плевать. Если он не бессмертный, я справлюсь.

- Ты слишком самонадеянна, Соня. Однажды это тебя убьет. - покачал головой менеджер Кимер. Порывшись в папке с бумагами, он достал листок. - Подпиши.

Взяв в руки документ, я подписала не глядя. На что там смотреть? Стандартный отказ от права на жизнь, все, как всегда. Короткий росчерк шариковой ручки оставил на бумаге рваный след. Сколько раз нужно умереть, чтобы перестать бояться смерти? Мне хватило одного. Когда каждый день похож на предыдущий, только Смертельные Игры оставляют яркий след в памяти. Кем бы ни был мой соперник, сегодня он выйдет на песок в последний раз.

Когда я прошла свой первый предварительный бой, едва не ставший последним, распорядитель состязания дал мне прозвище Кали. Была одна песня про эту древнемифическую вымышленность, и он посчитал, что ее можно сделать моим гимном. Моего мнения никто не спросил, но откровенно говоря, мне было насрать. Какая разница, как он развлекает толпу, до тех пор, пока мне разрешают выходить на арену? Позже, когда я посетила все курсы в городе по фехтованию и рукопашному бою, я вернулась на арену и с тех пор не проиграла ни одного боя. Будучи не очень умной, я оказалась крайне талантлива в боевых искусствах. У меня даже есть несколько лицензий наставника, позволяющих мне преподавать.

- Соня, этого парня назвали Каином. Говорят, что он тот, кто способен уничтожить Кали. Понимаешь, о чем я?

- Ты вообще ни о чем. Купи мне воды. - не открывая глаз, тихо сказала я. Тихо, но все равно громче, чем обычно.

Кинув на меня укоризненный взгляд, который я не увидела, Кимер пошел выполнять просьбу. Вернулся он спустя семь минут с бутылкой в руках. Кивнув, я приняла ее. Очень пить хочется, хоть перед боем это и не рекомендуется.

- В общем... Подпиши еще и это. - немного помявшись рядом, протянул он мне другой листок.

Я кинула беглый взгляд на документ и даже не подумала это подписывать.

- Ты совсем в меня не веришь? Я хоть раз тебя подводила? - снова прикрывая глаза, едва слышно спросила я.

Страховка. Он подсунул мне страховку. Если на арене со мной что-то случится, то мои родственники получат денежную компенсацию. Однако, подписав такой документ, мой приз в случае победы урезается на девяносто процентов. Еще это будет означать, что я боюсь проигрыша. А это не так.

- Нет, но это то место, где подвести можно лишь один раз. Уверена, что не хочешь подписать? - на всякий случай уточнил менеджер, пряча листок в папке. Отвечать я не стала. Незачем.

В зале ожидания царила суматоха, раздражая меня громкими звуками. Центральное табло, подвешенное под потолком, с громким писком выдало результаты сегодняшней жеребьевки. Я всмотрелась в ровные колонки имен, выискивая свое, а заодно и своего соперника. Однако...

- Что это значит? - спокойно спросила я.

Это всегда бывает по-разному. Иногда хозяева турнира вывешивают списки участников за месяц до сражения, иногда за день, иногда они только менеджерам их рассылают на почту, а иногда... Как сегодня. Держат интригу до самого конца, объявляя соперников только перед боем. Меня никогда это не беспокоило, потому что нет никакой разницы, против кого сражаться. Как я уже говорила, распорядители состязания вольны менять правила и формат боя по своему желанию, и именно это они и сделали.

- Это значит, что ты не участвуешь в игре. - нервно сжимая папку в руках, процедил Кимер. - Победитель турнира в качестве дополнительного приза получит... бой с тобой.

А это значит, что на арену я выйду лишь раз. Другие же участники проведут серию боев, по итогам каждого поднимаясь по турнирной сетке.

- То есть денег я не получу? - выдала я первую эмоцию, прищурившись.

- Я сейчас все узнаю. Жди меня здесь. - спохватился менеджер, улепетывая в сторону стойки администраторов. Быстро переговорив с информаторами, он вернулся ко мне весьма озадаченный. - Сонь, кажется, тебя собираются переправить в Высшую Лигу. Если выиграешь этот бой, то станешь участницей Мировых Смертельных Игр.

Одна секунда. Две секунды. Три секунды. Четыре секунды... Ты смотришь на меня? Я чувствую твой взгляд. Ты рядом.

- Так мне не заплатят? - холодно прищурилась я, активно делая вид, что только бабло меня и волнует. Для большинства присутствующих так и есть, но не для меня, и мой менеджер это знает.

- Какие деньги?! Ты поедешь защищать честь страны! - взвился патриот Кимер. В нем подох великий актер.

- Срать я на нее хотела. Нет денег - нет боя. - я поднялась из кресла и пошла на выход.

- Стой! Соня! Ты должна! Не уходи! - бежал следом за мной менеджер, привлекая к нам внимание всех в зале. Гомон десятков голосов стих, и теперь все смотрели на нас. Я уже почти достигла двери, как передо мной появился парень, преграждая путь. Секунда в секунду. Ты так предсказуем, Каааин...

Колючий взгляд убийцы, четкие движения бойца - здесь это не редкость. Каждый из нас обладает этими чертами, но этот парень был еще и молод. Лет двадцать.

- Съебись. - коротко бросила я, немигая глядя в карие глаза.

- Что? Испугалась? - насмешливо бросил он, говоря нарочито громко, чтобы нас все услышали. Клоун. Не отвечая на провокацию, я пошла вперед, прямо на него. Толкнув плечом, я снесла его со своего пути. - Трусливая тварь бежит? Ха-ха-ха!!! А говорили, что ты не знаешь страха!

Теперь, когда он закончил, можно было услышать шелест крыльев стрекозы под потолком. Как она сюда залетела? Я продолжала идти прямо, не реагируя на детские выкрики мальчишки.

- Остановись! Ты обязана сразиться со мной! - теряя всю веселость, яростно выкрикнул он. Я немного замедлила шаг, пока все по плану. Сжав кулаки, он с ненавистью прошептал так, чтобы слышала только я: - Если выйдешь на арену, я отменю заказ на твоих родителей.

Сработало! Я остановилась и медленно обернулась. Некоторое время назад духи сообщили мне, что за моей семьей идет слежка. Пару раз я сама устраняла тех, кто готовил им несчастные случаи, но вечно так продолжаться не могло. И пусть родители меня ненавидят, но умереть они должны своей смертью, а не по моей вине.

- Отменяй. - тихо ответила я, и спокойно прошла мимо него обратно на свое место. Менеджер проследовал за мной. Молодец, Кимер. Отлично сыграно.

- Он сдержал слово. - раздался возле уха тихий шепот звездочета спустя пятнадцать минут. Я молча кивнула и стала ждать финал турнира.

Один за одним участники выходили на арену, но вопреки традициям нам этот бой здесь не транслировали. Странно.

- Они включили глушители. - нервно дернулся менеджер, ожесточенно водя пальцем по смартфону. - Не могу выйти в сеть, чтобы посмотреть трансляцию.

- Что-то затевается. - безразлично ответила я, прикрывая глаза. Каин уверенно шел к победе, поднимаясь все выше по турнирной сетке. Участники, что покидали зал ожидания и уходили на арену, больше не возвращались. Но эта секретность... Что можно было придумать в турнире, где правила до слез просты? Почему нам не дают увидеть происходящее на песке?

- Соня, пора. Твой выход. - вырвал меня из размышлений голос Кимера.

Сладко потянувшись, я открыла глаза. На табло осталось только два имени - мое и юного мстителя. Вот так. Он победил, а значит его последний противник погиб. Каин - новый победитель Смертельных Игр. Наверное, я должна гордиться тем, что ради встречи со мной он зашел так далеко. Интересно, он понимает, что теперь он ничем не лучше меня? Точно такой же убийца.

- Соня... - остановил меня на полпути к заветной двери голос Кимера. Я остановилась не оборачиваясь. - Это твой билет в Высшую Лигу. Не проиграй.

Мы оба знаем, что он хотел сказать. Смешно, но этот мужчина был единственным человеком, который за меня переживал. Но... Черт возьми, сколько можно сомневаться в моем бессмертии?! Без лишних слов я быстро пересекла зал и толкнула дверь в узкий коридор. В разное время этому отрезку пути давали разные названия, потому что для многих это стало последним, что они видели в своей жизни. Дверь за моей спиной с грохотом закрылась, отрезая путь назад. Сейчас я слышала отголоски рева толпы и старающегося перекричать их ведущего. Эти звуки гулко отражались от стен и сливались в один сплошной гул.

- ... месть! - вдруг уловила я слово, сказанное ведущим. Кажется, они прознали про причины Каина для встречи со мной. Любят эти крикуны примешивать личные мотивы перед решающим боем.

В боковой стене отъехала металлическая панель, являя мне терминал выдачи оружия. Это едва ли не самый важный момент в сражении, так что нужно сделать правильный выбор. От этого будет зависеть очень многое. И так как ситуация с нашей информационной изоляцией довольно странная...

- Эй, звездочет. - тихо позвала я свой третий глаз. - Сегодня там было что-то необычное? Может, мы теперь против танков и истребителей деремся?

- Нет. Все как всегда. - шепнул призрак.

Тогда вдвойне странно. Посторонний наблюдатель не заметил изменений. Но нас изолировали. Значит изменилось то, что заметит только профессионал. Что-то очень важное, раз это решили скрыть. Что бы это могло быть? Нет времени подумать, надо сделать выбор. Возьму саблю. Три сабли и наспинные ножны. Потому что может я и не смотрела бои Каина, но слышала, что его любимый прием - перерубать позвоночник жертвам. Быстро приладив ножны с саблей к спине, я взяла два оставшихся клинка в руки и пошла к главной двери. Через минуту она распахнулась, открывая мне путь на арену.

Я сразу поняла, что именно пошло не так. Сражаясь здесь столько раз было трудно не заметить такое существенное изменение. Но зачем они это сделали? Крайне задумчива, я обманчиво медленно вышла на центр арены под безумный рев толпы. Но сейчас я даже внимания на это не обратила. Напротив меня уже стоял мой противник, прожигая меня взглядом спятившего убийцы.

- ... за то, что ты сделала... никогда больше... - нес какую-то высокопарную хрень мальчишка, а я цепким взглядом осматривала арену. - Ты слышала, что я сказал, Тварь?!!

- Они сменили покрытие... - тихо протянула я, перенося вес с ноги на ногу. Чуткий слух уловил тихий скрежет и шелест.

Не было больше привычного песка, теперь здесь лежала галька. Зрителю это ни о чем не скажет, но мне... Не смотря на то, что в песке ноги вязнут, и передвигаться не очень легко, он скрадывает шаги. Это не имеет смысла, когда противник не сводит с тебя глаз, но галька... С ней становится слышен каждый шаг. И снова все бессмысленно, если противник и так видит каждое твое движение. Если только...

- Все! Все! Все! Мальчики и девочки, свершилось! Наконец этот момент настал!!! - перекрывая людской вой, взорвался динамик под стеклянным куполом арены голосом ведущего. На белых камешках, что устилали пол арены, были отчетливо видны огромные лужи крови. - Самый долгожданный бой Смертельных Игр! Бой до полного поражения! Бой за звание Бессмертного, где выживет лишь один! Тот, кто будет представлять нашу страну в мировых Смертельных Играх! И это будет один из них. Все вы уже хорошо знаете наших участников, но если кто-то из вас последние семь лет пролежал в коме, то слушайте меня внимательно! Первый претендент на жизнь - наш многократный чемпион Кали! Не смотрите на ее внешность, это настоящая машина для убийств! За все время она не проиграла ни одного боя! Ни одного! "Как же так?" - спросите вы? Я думаю, она жульничает. В начале карьеры ее убили с одного удара, когда она даже меч оторвать от песка не смогла, а она не умерла. Настоящее мошенничество! И исправить эту вселенскую несправедливость взялся Он! Наш новый чемпион! Поприветствуйте еще раз - Каин!!! В прошлом его соперница убила его брата, и теперь он здесь, чтобы сполна отомстить ей за все! Видимо, парень забыл, что все, ступившие в круг, добровольно подписывают отказ от жизни? Юридически они в этот момент умирают, но... Он не смог этого принять. За то, что убила его брата; за то, что не умерла сама; за то, что заставила его ненавидеть... Он пришел отомстить ей! За короткий срок выбился в лидеры только ради нее! Это было бы ужасно романтично, если бы одному из них не пришлось умереть сегодня. Все! Все! Все! Смотрите внимательно! Непобедимая Кали и Неистовый Каин! Живым выйдет лишь один! Но кто?! Мы начинаем!!!

Едва он заткнулся, как здание сотряс рев боевого рога. Низкий, гулкий, он пробирал до костей, отдаваясь вибрацией даже в зубах. Рог трижды даст сигнал, после чего начнется бой, а я все еще не поняла, зачем тут галька. Соперник стал медленно обходить меня по кругу. Он криво ухмыльнулся, когда увидел на моей спине ножны с клинком. Кивнув каким-то своим мыслям, он вернулся в исходное положение. Только сейчас я заметила, что он выбрал то же оружие, что и я.

- Но нахрена галька?.. - слетел с моих губ тихий шепот. Признаю, они меня озадачили. Если до конца боя ничего не изменится, пойду пытать администрацию. Этому должно было быть логичное объяснение.

- Ах, да! Точно! - вдруг мерзко оскалился ведущий, поднося динамик микрофона к самым губам. - Чуть не забыл. Так как нас спонсирует министерство обороны, то они имеют право добавлять свои условия участникам.

Его речь прервал второй рев рога. Едва он стих, мужчина продолжил.

- Наши благодетели решили испытать свою новую разработку. У вас будет ровно одна минута, чтобы завершить бой. В противном случае умрете оба. Удачи. - злорадная гримаса исказила его лицо, а динамики отключились.

- Я убью тебя за три секунды. - зло сплюнул противник.

- Я угадаю эту мелодию с одной ноты. - беззлобно отмахнулась я, следя больше за окружающим пространством, чем за ним. Что еще за разработка?

Все встало на свои места после третьего сигнала. Еще не стих звук рога, как сверху повалил густой белый дым. Каин удивленно оглянулся, он явно не ожидал подобной подставы. Нас решили отравить газом. Из глубины души подняла голову древняя ярость. То самое чувство, ради которого я переступаю порог этого здания каждый раз. Хоть так, но я чувствую. Крутанув левый ятаган в ладони, я поймала его обратным хватом. Это было последним, что я увидела, перед тем, как пространство затопил плотный белый едкий дым. Ну и вонь... Кхе.

Слева послышался шорох гальки. Теперь понятно, для чего ее сюда накидали. Дали нам шанс ориентироваться на местности. Ну да, иначе подохли бы мы в разных концах арены, так и не встретившись. Вот смеху-то было бы. Однако парень видел, где я стояла, и слышал, что я не двигалась. Стараясь меньше шуметь, он приближался ко мне.

- Вниз! - шепнул звездочет, и я рефлекторно присела. Сверху раздался свист воздуха, рассекаемого сталью. Если выживу, научусь драться с завязанными глазами. Это единственное, чего я не умею.

Не встретив сопротивления, парень по инерции стал заваливаться вперед. Вот что бывает, когда всю силу вкладываешь в один единственный удар. Не полезно это, как дохтар вам говорю. Выставив вперед клинки и скрестив руки, я резко развела их в стороны. Этот прием называется "ножницы". Отлично отрезает головы или, как сейчас, ногу. Спотыкаться о доктора тоже не полезно. Факт.

Парень громко заорал, заваливаясь на гальку рядом со мной, и мне оставался лишь один удар. Последний. Потому что орать рядом с медиком не желательно. Во-первых, так слепой врач поймет, где у вас голова и, соответственно, тоненькая хрупкая шейка. А во-вторых, врач может очень не любить шум. Как я люблю говорить: "Минус голова - минус шум". Простое уравнение.

Короткий взмах клинка, и лезвие стремительно понеслось туда, где предположительно находится глотка соперника. Я уже чувствовала, как под саблей хрустят его кости, когда бок обожгло резкой болью. Моментально стало нечем дышать, а во рту появился знакомый металлический привкус. Сучонок успел первым нанести удар в белесой мгле. Удачливый труп был, ведь бил явно наугад. Но все это уже не имело значения, потому что белый туман засиял ярким светом, а потом меня стало словно засасывать куда-то, вытряхивая из тела.

И это точно не смерть, уж я-то знаю.