Отступление 3

Галактика Путь Андромеды. Планета-королевство Энрифах. 5218г после Объединения.

Семью часами ранее...

Антон Азимов. Каин.

Бога нет, и Дьявол суд вершит.

Проклятая голова. Какого хуя она так болит? Я собственными ушами слышал, как хрустели шейные позвонки под клинком твари. Она успела нанести добивающий удар, и я был уверен, что это конец. Но прямо сейчас тут концом и не пахнет. Мне будто шею перепилили, а тело продолжало жить. Глухо застонав, я попытался открыть глаза и тут же пожалел об этом. В них попала целая тонна песка и теперь нещадно жгла и царапала, попадая по веки. Где я? На арене в этот раз не было песка. Была галька же.

Ощущая, как нестерпимо ноет все тело, я попытался перевернуться на живот, чтобы потом встать хотя бы на четвереньки. Слух не улавливал криков толпы, хотя они никогда не смолкали с момента начала турнира. я не на арене? Может, я чудом выжил, а мое тело просто выкинули в какую-нибудь яму? Забрать-то покойника было некому. У меня никого не осталось. Проклятая тварь убила моего единственного брата. Помню, как вогнал ей меч в бочину, но, может, она выжила? Среди участников давно ходили слуха, что она бессмертная...

Чушь. Не бывает бессмертных людей. Не в этом мире. Едва я стал подниматься на колени, как нестерпимая боль прошила черепную коробку, ударив по барабанным перепонкам, а потом перед глазами стали мелькать какие-то бредовые картинки. Одна за одной, они в хаотичном порядке появлялись в моей голове, сводя с ума болью и непониманием. Что это? Похоже, я все-таки умер там, на арене, а потом вместо небытия получил новую жизнь и новое тело. Что за безумие? Это то посмертие, которое я заслужил? Жизнь постельного раба престарелой суки? Всегда знал, что бога нет, и дьявол суд вершит.

С трудом проморгавшись, я сел на задницу и попытался осмотреться. Мир все еще плыл перед глазами, но некоторые детали я уже увидел. Отличное начало новой жизни - проснуться в яме с трупами. Они были свалены в большой яме среди песков целой кучей, и на ее вершине был я, как классический упырь-мозгоед. Голова снова взорвалась болью, показывая очередную серию картинок, из которых выходило, что я пытался бежать из рабства, но меня догнали и убили. Точно, вспомнил, за побег полагается смерть на месте рабу, у которого нет другой госпожи. Госпожи? Блядь! Надо было сдохнуть от руки одной твари, чтобы попасть в ебаный мир, где тварями были абсолютно все! Да я чертов везунчик! А еще долбоеб. В прошлом. Прежний хозяин моего тела даже читать не умел, не то что планировать нормальный побег. А ведь были варианты, при которых его бы хуй нашли. Но не судьба. Ты сдох, а я воскрес. Воистину воскрес, ха-ха.

Безумное веселье охватило меня. И сидя на горе воняющих тленом трупов, я смеялся. Громко, дико, как умалишенный. Кажется, у меня реально едет крыша. Надо завязывать с этим КВНом. Криво ухмыльнувшись, я пополз к краю ямы. Пока шел по трупам, было еще не сложно, но когда подобрался к краю, стало ясно, что под вечно осыпающимся песком ноги сразу разъезжаются. И тут-то выражение "устилать дорогу трупами" впервые в истории приобрело вполне конкретный смысл.

Сплевывая песок, набившийся в рот, я стал таскать тела к одному из краев ямы. Один за другим, они приближали меня к цели. И вот я наконец смог выбраться из этого адского склада казненных людей, среди которых я не увидел ни одной женщины. И новая память подсказывала, что это было логично. Это такая кара - отказ в погребении. В мире, где правит сонм богов и стальные сиськи, ритуальность имеет большое значение. Вот только мне похуй совершенно.

Папочка вернулся, шлюхи. Теперь вы встанете раком.

Поднявшись на ноги на краю ямы, я наконец-то смог осмотреться. Да, все так, как и подсказывала память того лошка, чье тело я захватил. Кругом одни барханы, и в паре километров виднеется окраина города. Столицы. Туда я и пойду. Солнце уже поднялось из-за горизонта, и скоро пустыня превратится в раскаленную сковородку. Надо поспешить. И я ушел. Не оборачиваясь к котловану, который был последним пристанищем для моего предшественника и стал точкой отсчета для меня.

Небольшой ветер гулял по пустынной долине, поднимая в воздух колючие песчинки, которые норовили забиться во все щели. Глаза уже устали щуриться, а в легких казалось уже нет места для воздуха - все занято песком. Сколько времени нужно, чтобы пройти два километра? А если по осыпающемуся в ад песку? Ноги очень скоро уже натурально дрожали от усталости, ведь это тело было до противного слабым, не смотря на привлекательную стройность. Мышцы вроде и прорисовываются, но ими только сиськи мять, не больше. Неужели это то тело, которое я заслужил? Узнаю, чьих рук мое перемещение - бошки пооткручиваю.

Все. Не могу больше. Ноги подкосились, и тело повалилось на песок, как мешок с дерьмом. Получить второй шанс и вот так вот сдохнуть? Ну уж нет... Звериный рык вырвался из пересохшей глотки, царапая горло, а во взгляде не осталось ничего человеческого. Когда человек не способен уже бороться за свою жизнь, когда ему просто не хватает сил сделать хоть шаг к своему спасению, верх берут те самые базовые животные инстинкты. И инстинкт выживания среди них лидирует. Температура воздуха стремительно росла, обещая скорые ожоги едва одетого тела, и вместо сломленного Антона на ноги поднялся зверь Каин. Когда не остается сил действовать, тело начинает работать на износ, и если я выживу, расплата будет очень болезненной. Но к боли я привык, а умирать второй раз не намерен. Не так и не здесь.

Голова кружилась, перед глазами все плыло, а тело штормило балов на десять, но я упорно шел вперед. Туда, где высились первые строения. Кажется, это квартал для бедных. Тевран, бывший хозяин этого тела, был родом как раз из такого квартала. Его шлюха-мамаша продала щенка, как только его смазливую рожу заметили работорговцы. Те его дрессировали, пока ему не исполнилось шестнадцать лет, после чего выставили на аукцион. Не просто на рынке в клетке подержали до востребования, а выставили на аукцион. И пока он голый стоял на помосте, толпа мразей яростно торговалась за право трахать его. Победила старая сука. На вид она давно должна быть дохлой, но щенка все же выкупила. Вот только использовала его в качестве мебели. То как подставку для ног, то как массажиста, то как официанта.

Короче, я теперь девственник. Хорошо хоть не кастрат, а то был и такой вариант.

Дьявол, о какой хуйне я думаю... Воспаленный от жары и усталости мозг начинал самые странные процессы, и я даже не сразу понял, что повалился в тени какого-то сарая. Дошло до меня только тогда, когда в нос ударил нестерпимый запах говна. Заебись, Антох. Ты упал в него прямо своей красивой рожей. Из всех мест ты выбрал именно это. Зачерпнув рукой горсть вездесущего песка, я сел на задницу и стал оттирать дерьмо. Нет, тут нужна вода. И мыло. Только где их взять?

Морщась от мерзкой вони, я стал более осмысленно осматриваться. Куда меня занесло? Старый покосившийся дом на окраине столицы. Судя по звукам, в доме кто-то есть. Зайти? Неподалеку висела бельевая веревка с какими-то тряпками на ней. Раз у хозяев были постирушки, значит была и вода. Где? Опираясь рукой о стену, я стал обходить приземистый дом по кругу, пригибаясь, когда проходил мимо окон.

- Ты не поверишь, что я этой ночью видела. - послышался из приоткрытого окна голос женщины. И судя по нему, она была безнадежно пьяна. Осторожно выглянув, я увидел, что на пыльной циновке возле противоположной стены развалились двое: мужчина и женщина. Они оба пили из горла узкого кувшина, и, судя по всему, далеко не компот.

- Где? - пьяно нахмурился ее собутыльник.

- На турнирной площади. - пояснила женщина, делая очередной глоток и передавая кувшин мужчине. Утерев рот рукавом коричневой рубахи, она продолжила. - Тени советниц дрались за право угробить короля нашего. И угадай, кто победил?

- Кто? - как полный баран переспросил мужик.

- Наша Халаэль! Представляешь? Наша дочь победила всех, и теперь стала телохранителем короля! Надо бы с ней увидеться, пусть деньжат нам подкинет. Сама-то теперь небось в золоте купается и на золоте спит. - завистливо протянула  женщина, с омерзением осмотрев убранство своего дома. - А о родителях совсем забыла. Месяц уже не появлялась дома. Вот на что мы должны жить по ее мнению? Нет, ты как хочешь, а я завтра с утра прямиком во дворец. Ох и задам же я трепку этой девчонке!

Мысленно посочувствовав некой Халаэль, я двинулся дальше на осмотр территории. Вокруг валялись какие-то корыта, ведра, пара пригоревших кастрюль, ящики с мусором. На огороженной полуразрушенным низким забором из желтого песчаника территории помимо дома была и пара сараев. Из одного из них доносилось какое-то курлыканье? Аналог местных кур? Подобравшись поближе, я заглянул за ограждение. Так и есть, штук пять птиц с подрезанными крыльями бродили по загону, мечтая поскорее сдохнуть. Кормушка с едой у них была пуста, а вот корыто в водой...

На одних инстинктах я перемахнул через оградку и метнулся к корыту. Сначала пить. Зачерпывая воду двумя руками, я как сумасшедший проталкивал ее в рот, даже вкуса не ощущая. Блаженство... Только говняная вонь все портит. Вдоволь напившись из корыта для скотины, я стал смывать с себя дерьмо, пот, кровь и песок. И так увлекся, что не заметил появление двух пьяных морд.

- Э! Ты! Ублюдок! А ну вышел оттуда! Живо, я сказала! - абсолютно бесстрашно закричала женщина. А, ну да, они же здесь непуганые, как белки в парке. - Сюда вышел, отброс!

А в руках у нее был простой короткий меч.

То, что нужно.

Выйдя из птичника, я стал медленно подходить к орущей бабе. Мужик за ее спиной тоже был вооружен, но не так грозно. Небольшой кинжал годился только для ковыряния в зубах, так что я быстро перестал обращать на него внимание, шаг за шагом приближаясь к женщине. Я немного опасался, все-таки они тут с рождения клинками машут, а я только три года в этом деле. Так что недооценивать противника не стал. Мало ли на что способна женщина, чья дочь победила на турнире Теней - лучших воинов советниц.

- Ты мою скотину потаскать хотел что ли?! Ублюдок!!! - взбесилась алкашка, кидаясь на меня с мечом.

Я удивленно вскинул брови, с интересом следя за кривой линией ее перемещения. Еще пару градусов на север, и она благополучно пройдет мимо и нападет на стену сарая. Глядя, как стекает по стене его жена, мужик яростно взревел, пародируя лося во время гона, и бросился на меня со своей ковырялкой. Ну как бросился... почти пешком пошел. Это что за скорость такая? Они тут тормозной жидкостью упивались?

Едко ухмыльнувшись, я поднял с земли оброненный женщиной меч и одним движением всадил его в живот мужику. Упав на колени, он удивленно выдохнул, не понимая, как такое могло случиться, а потом его глаза стали стекленеть. Жизнь стремительно покидала его тело. Это было легко.

Но тут за спиной раздался отчаянный крик, и я скорее почувствовал, чем увидел, что баба очнулась и собралась броситься на меня за убийство своего сожителя. Всего один шаг в сторону, и визжащая алкоголичка пролетает мимо меня. А следующим ударом я по старой памяти перерубаю ей позвоночник. На песке у сарая остались лежать два тела, истекая кровью. Задумчиво пожевав губу, я решил оставить послание некой Халаэль, и было написано оно кровью на стене дома.

О том, что написал его я на русском языке, я почему-то не подумал.