Глава 38

Справедливости ради, вмешательства гвардии Долгоруких пошло мне на пользу. Ну вернее, герб на машине, которая остановилась у парадного входа в Империал. Не думала, что швейцары способны настолько ловко и низко кланяться. Но они буквально лбы расшибали в своём рвении.

Сперва хотела выйти за углом, но тут вмешался задумчивый Павлик и тоном, не терпящем возражений, отрезал, что меня в моей толстовке даже с чёрного входа в отель не впустят. А вот в сопровождении гвардии одного из великих родов, я стану не нищенкой, а просто эксцентричной дамочкой.

Играть в независимость и самостоятельность не то чтобы не хотелось, но проще было согласиться, тем более что и сам Гуляев очень стремился меня сопроводить. Раскрутить на диалог он меня больше не пытался, но вот проследить явно собирался. Ну а мне такое внимание к собственной персоне, тоже было на руку. А внимание мне было обеспечено. Трудно не выделяться, сидя в машине реальных хозяев города.

С номером тоже вышло всё удачно. Ну как с номером, с номерами. Один был зарегистрирован на настоящее имя и оплачен картой Савицкого, а вот второй я взяла за наличку, отмахнувшись от щедрого предложения безопасника Долгоруких и с трудом, но распрощавшись с ним у стойки до того, как завела деликатный разговор с администратором.

С анонимностью вышло сложнее, и девушка за стойкой всячески отнекивалась, но грустные глазки, сказка о неразделенной любви и злом опекуне, и толстая пачка цветных купюр своё дело сделали. Вздыхала я, правда, вполне искренне, когда посчитала, на сколько мне такой конспирации хватит, но что поделать, до экзамена что-то менять было бы не рационально.

Но счёт я мысленно недоброжелателям выписала, ещё и с процентами. Не обирать же вечно Савицких. В конце концов, они деньги тоже не печатают.

Не существуй ограничения длины поводка Павлуши или знай я точно, что и где искать, то и не поперлась бы я в это царство позолоты и чрезмерности, да только я не знала. И Павлуша не знал. Не отправляли его шпионить на территории государственных объектов. А жаль. Сколько бы денег и времени могли сэкономить.

Вообще, я к любым богатствам относилась легко: сегодня есть, завтра нет. Это же не жизнь и не верные соратники, всего лишь красивые камушки и тяжёлые монеты. Вот доспехи из редких материалов или меч уникальной ковки — это ценность, а набитые сокровищницы — просто способ повысить стоимость собственной тушки в чужих глазах. Особенно в мире, где жизнь не стоит ничего.

Но и жизнь паразита меня не прельщала. Это в своём мире я по праву пользовалась милостью Неотвратимой, не заботясь о пище и крове, но тут вам не там. На Земле же я пока никто, я буквально ничего не стою и ничего не имею, кроме толпы врагов и туманных перспектив. Хотя и это какой-никакой актив.

— А кушать? — вырвал меня из размышлений Павлик, как только за портье захлопнулась дверь.

Ну да, ещё и призрак в активе имеется. И работает этот актив за еду, которую бесплатно тоже не выдают.

— Ты цены вообще видел? — возмутилась я, уже успев пожалеть, что парнишке перепало двести рублей.

Откуда вообще такие расценки? Ладно бы он багаж в поте лица тащил, так нет ведь у меня кроме платформы, что летела сама и сумки, с которой я наотрез отказалась расставаться, и не было ничего. И ведь точно мимо кассы эти деньги ушли.

— Не будь скрягой, — укорил меня Павлуша. — Заказывай давай, не жмись, всё равно видимость присутствия создавать. И ужин — самое верное средство.

И не поспоришь. Долго находиться внутри официального номера я не собиралась, да и заниматься ничем интересным тут тоже не планировала, но и испариться в неизвестном направлении нельзя. Как меня иначе убивать будут?

Выбор пал на морских гадов. Ещё после оглашения списков ингредиентов для чернил Димой, хотелось попробовать, да и на столе у безымянного трупа тоже присутствовали блюда с явно водными обитателями. Признаваться стыдно, но что такое кальмары или осьминоги я не знала, даже фотографии не помогли. Ну мерзость бесформенная и мерзость, но интересно же.

Список блюд был гораздо шире. Прямо очень. Только уверенности, что мне придутся по душе эти некрасивые создания, не было. Да и Павлуша как-то не очень уверенно пожимал плечами. Сам, что ли, не пробовал? Хотя не удивлюсь, умер он на заре прихода магии и появления разломов, а они очень любят прорываться в отдалённых районах, горы там, океаны. Так что вполне возможно, что и ему не удалось отведать морской живности при жизни. Мне, к примеру, вот не удалось, хотя по поверьям в моём мире океанов и морей в старые времена было не меньше, чем на Земле. Но трудно ловить рыбку, когда в ответ на тебя охотится кракен.

Повздыхала, укротила внутреннюю жабу и заказала полноценный ужин. Не сидеть же голодом, да и энергия мне нужна, куда уж без неё.

— Ты бы помылась, что ли, — несколько брезгливо сморщился Павлуша, пока я оформляла заказ.

Вот такой маленький, а такой невоспитанный. Тоже мне, нашёлся отпрыск благородного семейства. Пускай в его словах и была изрядная доля правды, пахло-то от меня отнюдь не розами, но кто прямо в лоб говорит такое девушке? И даже то, что из меня по меркам Земли песок сыпаться должен, не умаляет того факта, что я всё же женщина. Вот впаду в истерику всем врагам назло, и начнёт думать, что вслух произносить можно, а что только думать и то тихо.

— Эм, ну ладно, я пока слетаю, проверю, чтобы нам в еду не плюнули, — стушевался Павлик, когда я начала выходить из себя и исчез, поганец такой.

А я потрясла руками ему вслед, порычала ментально, да и пошла осваивать территорию. Ванная комната в номере была роскошной. Боюсь представить, что получали гости, оплачивая люкс. Мне совесть не позволила замахнуться на такие траты. Кстати, про совесть:

— Доброй ночи, Аркадий Владимирович, не отвлекаю в столь поздний час? — набрала я опекуна, после быстрого душа.

Ванна, пена, музыка, приглушённый свет, бокал с холодным игристым вином на плавающем подносе — это всё шикарно, конечно, только не ко времени. А вот разговор с дядей вечно откладывать нельзя. Вернее, можно, но опять-таки совесть бунт поднимет.

— Я рад, что ты смогла позвонить, — отозвался собеседник и что странно, показалось, что он действительно рад и даже облегчённый вздох почудился, как только я открыла рот.

И ведь не упрекал, что долго не давала о себе знать, и на деньги рукой махнул, а я себя полвечера поедом ела из-за них, а оказалось, что сумма, что я так лихо спустила за несколько часов — крохи.

Впервые кто-то просто интересовался моим благополучием, безо всякой выгоды, просто переживал за меня. И это обескураживало. Настолько, что когда я отключилась, клятвенно пообещав, держать дядю в курсе своих дел, хотя бы изредка и по мере сил, я так и продолжила тупо сидеть на краешке вычурного дивана и пялиться на дверь.

Как-то не складывалась у меня головоломка. Ну чёрт с ним, могу допустить, что Аркадий искренне переживает о Кате, пусть даже с учётом открывшегося дара. Также вполне допускаю, что именно загадочная честь и забота о репутации заставляет его готовиться к обострению отношений с родом Воронцовых. Пускай. Но почему его боится Поля? А где вообще её старший брат и мать заодно?

— Айрин… Айрин! — рявкнул над ухом Павлик, пока я всё так и сидела, сжимая в потной ладошке телефон.

— Зови меня Катей, — вяло отозвалась я. — Надоело в именах путаться.

Устала, что ли? Стоит только получить малейшую передышку, как тут же выпадаю из реальности. Вот какое мне дело до матери Полины? Ну реально, каким местом меня это вообще волновать должно? Они мне даже не настоящие родственники.

— У меня две новости, — бодро начал вещать призрак и, не дожидаясь от меня восторгов, продолжил: — Во-первых, в еду нам не плюнули. А вот, во-вторых, в богатых номерах над нами, — повёл он недвусмысленно рукой над головой, — очень интересные гости обитают, и ведут они очень интересные разговоры.

От смешка удержаться я не смогла. Непосредственность этого мёртвого ребёнка — грозное оружие против тоски и грустных мыслей.

— Погоди, — услышав шаги за стенкой, оборвала я начавшего было рассказ Павлика. — Совместим еду и новости.

Дверь я распахнула перед самым носом у официанта, как только он занёс руку, чтобы постучать.

— О, как вовремя, — быстро втянула тележку в номер и захлопнула дверь перед застывшим официантом.

Мелко? Возможно, но я подняла себе настроение и заодно сэкономила очередную денежку. Разве плохо?

— Вот зачем? — страдальчески закатил глаза Павлуша. — Мне теперь за каждым заказом следить. А потом ещё за уборкой.

Скрипя зубами и злобно смотря на расстроенного призрака, я снова распахнула дверь. Официант буквально кипел от возмущения, но быстро попытался натянуть на лицо подобострастное выражение. Ему, конечно, не очень это удавалось, но будем считать, что попытка засчитана.

— Забыла, — втиснула ему в руку несчастную купюру и окончательно захлопнула дверь.

— Так вот, — словно ничего и не произошло, продолжил прозрачный интриган: — В люксе, двумя этажами выше, стал я свидетелем прелюбопытнейшего диалога.

— Кальмара хочешь? — насупилась я. — Переходи к сути.

— Так, я о чём и говорю, — тут же извернулся Павлуша. — Твою девственность оценили в миллион, а жизнь в особняк.

Поперхнуться кальмаром оказалось не так легко. Скользкий гад. Но я пыталась.

— А почему девственность дороже-то?

— Ну, — комично протянул Павлик. — Кому что нужнее.

Абсурд какой-то.