Глава 16

Я резко села в кровати, отчего шея разболелась с удвоенной силой. Лихорадочно оглядела комнату, пытаясь понять, кто именно пробрался сюда и положил зайца ко мне на постель. Но, как и следовало ожидать, здесь, кроме меня, никого не было, по крайней мере, посторонних людей я не увидела. Вновь перевела взгляд на игрушку и настороженно прикоснулась к ней. Но, как и положено плюшевому зайцу, тот никак не отреагировал, он спокойно лежал на подушке, не обращая на меня никакого внимания. На всякий случай я толкнула его ладошкой и уронила на пол.

– Ну вот, я же специально для тебя его несла, – прорезал воздух детский возмущенный крик.

На мгновение почудилось, что земля уходит у меня из-под ног. В голове уже слышатся посторонние голоса, может, маковая настойка все еще не выветрилась из моей крови? Я запрыгнула с ногами на кровать и завизжала, призывая на помощь.

– Ты чего так орешь, блажная, что ль?

Мой крик резко оборвался. Округлив глаза от ужаса, я смотрела прямо перед собой. В воздухе стали медленно проявляться очертания маленькой девочки. Сначала она была полупрозрачная и почти белая, но потом ее кожа и платье стали наливаться красками. Ребенок насмешливо улыбался, явно довольный произведенным эффектом. Ее белокурые волосы были завиты в тугие локоны и прихвачены парой атласных бантиков. Шелковое кремовое платье, украшенное двумя ярусами кружев на подоле, удивительно подходило к ее фарфоровой коже и румяным щечкам. Девочка была похожа на ожившую куклу. Даже несмотря на то, что у меня от ужаса по спине бегали мурашки, захотелось подойти и потискать это чудесное создание.

– Ты кто? – заикаясь, спросила я.

– Фу, как невежливо, – сморщила курносый носик девочка. – Няня разве не учила тебя, что вначале нужно поздороваться, пожелать удачного дня, поинтересоваться, как поживают матушка с батюшкой.

– Как поживает твоя мама? – непроизвольно вырвалось у меня.

– Не знаю, – пожала плечами малышка. – Я давно ее не видела. Да и батюшку тоже.

– Зачем же тогда ты про них сказала? – раздраженно буркнула я, ее слова окончательно сбили меня с толку.

– Так положено, – надула губки незнакомка. – Нужно соблюдать этикет, иначе в обществе скажут, что ты невоспитанная юная леди. Няня так учила.

– Твоя няня, вероятно, очень занудная дама, – заявила я, не найдя более умных слов.

– Да, и от нее воняет чесноком, – скривилась малышка.

Где-то я уже слышала подобные слова, только они были сказаны про гувернантку. В голову сразу полезли нехорошие мысли.

– Наверное, боится вампиров, – предположила я.

– Нет, – помотала головой незнакомка, отчего ее кудряшки стали покачиваться, словно пружинки. – Она панически страшится простуды, даже летом заставляет служанку растапливать камин, а потом, когда становится жарко, распахивает окно, и ее продувает.

– Очень глупая няня, – вынесла я вердикт.

– И жутко надоедливая, – понизив голос до заговорщического шепота, сообщила мне малышка.

– Она, судя по всему, очень беспокоится, ведь ты сейчас не в своей детской, а в моей комнате. Вероятно, стоит вернуться к ней.

– Обо мне никто не беспокоится. – Личико ребенка стало грустным. – Когда мне становится особенно грустно, я возвращаюсь сюда, где мне всегда было интересно. Играю в игрушки.

– Так это ты завела тогда куклу и напугала меня до смерти, – возмущенно пискнула я. Загадочная девочка еще больше стала пугать меня, все-таки нормальные люди не появляются из воздуха и не проходят сквозь стены. До этого я никогда не видела призраков, но читала о них в книгах, скорее всего, сейчас я столкнулась именно с привидением.

– Каринтия, не преувеличивай, если бы ты испугалась до смерти, то давно бы отправилась на тот свет к праотцам и сейчас не вела бы со мной беседу, – невозмутимо отозвалось дерзкое создание.

– Откуда ты знаешь мое имя? – удивилась я и на всякий случай прижалась спиной к стене. Нужно попытаться пробраться к дверям и попробовать убежать из комнаты.

– Слышала, как тебя называют слуги, – дернула плечиком девочка. – Сегодня я увидела, что ты заболела, и решила подбодрить, принесла Милаша, чтобы поднять тебе настроение.

– Спасибо, – кивнула я и расслабилась. Мне стало даже немного стыдно за свои подозрения. Как я могла подумать, что малышка желает мне зла.

Неожиданно послышался настойчивый стук в дверь.

– Кажется, мне пора, – всполошилась девочка.

– Постой. – Я попыталась ухватить ее за тонкую ручку, но она уже начала таять в воздухе. – Скажи хотя бы, как тебя зовут.

– Селина. – Голос малышки исчезал вместе с телом.

Едва ребенок испарился из комнаты, дверь распахнулась и в спальню влетела Грейс.

– Миледи, вы так громко кричали. Что случилось?

Я растерянно поморгала, пытаясь собраться с мыслями. Сейчас уже ничего не выдавало того, что еще несколько мгновений назад в комнате находился призрак, разве что еле уловимый запах клубничных конфет, витающий в воздухе. И вообще я уже начинала сомневаться, что это было привидение. Селина, так, кажется, зовут племянницу моего мужа. Вспомнилось подозрительное поведение Делмара в детской, ведь в тот день он явно догадался, что именно меня напугало. Но не стал открывать истинных причин, предпочитая, чтобы я мучилась в неведении, или просто желал сохранить семейную тайну.

– Скажи, пожалуйста, где можно посмотреть портреты родственников его светлости? – поинтересовалась я у испуганной служанки.

Грейс нахмурила брови и взглянула на меня как на дурочку.

– Прости, я действительно немножко вскрикнула, – поскорее постаралась я успокоить горничную. – Видимо, просто приснился кошмар, не бери в голову.

– Да, бывает, – кивнула Грейс, но по ее лицу было заметно, что объяснением девушка удовлетворена не в полной мере. – Я принесла вам чашку мятного чая и пирожные безе. Жан-Поль специально приготовил их для ее светлости, герцогиня обожает это лакомство.

Я поблагодарила служанку, быстро запихнула в рот два пирожных, запила их теплым чаем и потащила Грейс в картинную галерею.

– Мне срочно нужно взглянуть на родственников мистера Ривса, – заговорщически шептала я ей на ухо. Я желала тотчас же удостовериться, что не схожу с ума, а увиденное в комнате не галлюцинация и не происки коварной маковой настойки.

– Леди Каринтия, вы пойдете в таком виде?

Уже в коридоре я спохватилась, что все еще одета в одну нижнюю юбку и корсет, свободно болтающийся на моей талии. Распущенная длинная тесьма шнуровки свисала до самых щиколоток. Пришлось возвращаться и надеть домашнее платье. Плотный желтый ситец в мелкий синий цветочек «шикарно» гармонировал с розовым лечебным воротником, но ничего не поделаешь, придется довольствоваться тем, что есть. Тем более я не собиралась показываться на глаза герцогу или его светлейшей матушке, жаждущей сделать из меня инкубатор для долгожданного внука.

Мы прошли сквозь лабиринт длинных коридоров и попали в библиотеку. Я замерла от восторга, когда ступила в это царство книг. Огромное помещение, сплошь заставленное стеллажами со старинными фолиантами. Здесь, наверное, были собраны произведения всех известных писателей королевства. Я с благоговением провела рукой по потрепанному корешку научного трактата «Драконы и места их обитания», да ему не меньше пятисот лет. С трепетом открыла пожелтевшие страницы и пробежалась глазами по рукописным строчкам. Последние драконы исчезли с нашей земли сотни лет назад, автор подробно рассказывал о жизни и смерти одного из них, невероятно увлекательное чтение.

– Мадам, зал с картинами находится в следующей комнате, смежной с библиотекой, чтобы взглянуть на портреты, придется пройти дальше. – Грейс мягко, но настойчиво намекала, что пора уже закругляться.

Я с сожалением поставила книгу на полку и последовала за служанкой. Оказавшись в галерее, я опять разинула рот. Здесь действительно было чему удивляться. Помимо семейных портретов тут хранилась великолепная коллекция полотен знаменитых художников. Боже мой, как, должно быть, баснословно богат Делмар и его род! Безусловно, я не ровня этому человеку. Даже в самых смелых мечтах я не смогла бы представить себя его женой, но судьба и мое сумасбродство распорядились по-другому.

– Вот, глядите, это представители фамилии, которые сейчас здравствуют.

Я бегло осмотрела своих новых родственников, во главе висел потрет ее величества королевы Эдвины, троюродной тетушки моего мужа. Затем еще несколько десятков мужчин и женщин, связанных родством. Вот и мой супруг в накрахмаленной рубашке с кружевным воротником и роскошном зеленом камзоле, прямо заправский придворный щеголь. Я почему-то засомневалась, что Делмар позировал художнику в таком виде, скорее всего, это вольное допущение автора, дабы украсить парадный портрет герцога. Рядом находились портреты его матушки и отца. Дальше следовала сестра, удивительно похожая на Делмара, только взгляд более надменный и выражение лица брезгливое, словно дама унюхала рядом с собой кучку фекалий, а рядом с сестрой – небольшой портрет в полный рост маленькой девочки в чудесном розовом платье в обнимку с большой белой собакой.

– Это племянница его светлости? – спросила я, указывая на уже знакомую девочку.

– Да, это леди Селина де Верон, дочка миледи Фелисити. А вот это портрет ее отца, графа де Верон.

Я присмотрелась к изображению мужчины, слишком стар для такой молодой особы, как сестра Делмара. На вид лет пятьдесят, худощавый, с крючковатым носом, длинные волосы обильно тронуты сединой. Неприятное впечатление от батюшки маленькой проказницы, и это с учетом того, что художники всегда стараются преподнести своих заказчиков в более выгодном свете, смягчая уродства и добавляя шарма в невыразительную внешность.

– Селина не похожа на родителей, – заявила я.

– Забавно, только появились, а уже активно лезете в семейные тайны!

За спиной раздался женский голос с истеричными нотками.

Мы с Грейс испуганно подпрыгнули и обернулись.

– Ваша светлость.

Грейс поспешила сделать реверанс перед герцогиней. Я тоже постаралась изобразить поклон, насколько мне позволяла больная шея и корсет, сковывающий ее.

– Я смотрю, вам уже гораздо лучше? – Зеленые глаза моей свекрови метали громы и молнии, зрачки сузились от злости.

– Доктор Хоурд дал мне обезболивающее средство, – пояснила я.

– Поэтому вы решили отправиться на обзорную экскурсию по дому?

Я заметила, что герцогиня уже успела переодеться, видимо, не захотела ходить в мокром платье. Думаю, оно изрядно попортилось, после того как я пыталась привести ее в чувство. Я смущенно потупила глаза, не зная, как реагировать на неприкрытое недовольство моей персоной. Лучше всего сейчас просто взять и исчезнуть из-под гневного взора. Но я не решалась ретироваться из галереи, поэтому просто опустила голову, готовясь смиренно выслушать нелестные замечания в свой адрес.

– Просто хотела взглянуть на портрет леди Селины, – пояснила я.

– Если до вас дошли эти нелепые слухи про ее отца, то мне очень жаль. Порядочная девушка никогда не будет слушать сплетни, – раздраженно буркнула мать Делмара.

– Я предпочитаю судить о человеке только после личного знакомства, – парировала я. – И никогда не верю чужому мнению.

– Очень умно, – кивнула герцогиня и поджала губы. – Я рада, что мы понимаем друг друга, и это даже хорошо, что мы встретились без лишних свидетелей. У меня к вам есть серьезный разговор.

Ее светлость пригласила меня вернуться обратно в библиотеку и властным жестом предложила присесть в одно из двух кресел, стоявших по разные стороны от камина, сама же уселась во второе. Я постаралась изящно расправить юбки своего скромного платья, больше подходящего к летней беседке деревенского домика, чем к этой роскошной комнате. Простота наряда не укрылась от внимательного взгляда герцогини, она неодобрительно покачала головой.

– Делмарчик сообщил мне, что намерен вскорости подать прошение на развод, – начала она разговор заунывным голосом. – Это очень печалит мое материнское сердце, в любом случае я не виню его за такой опрометчивый поступок, как женитьба на девушке без роду и племени, потому что больше чем уверена, что сыночек пал жертвой вашего коварства.

– Мистер Ривс не рассказал вам подробности нашего венчания? – осторожно спросила я.

– Он не вдавался в подробности, – уклончиво ответила герцогиня. – Сообщил только, что жалеет о своем скоротечном решении и желает расторгнуть брак.

Я облегченно вздохнула, значит, Делмар не стал сдавать меня матери.

– Я всецело поддерживаю своего мужа в этом решении, – заявила я.

– Ну надо же, поддерживает она, – неодобрительно хмыкнула свекровь, передразнивая меня. – А обо мне вы оба подумали? Захотели вступить в брак, сбежали и обвенчались, решили расстаться и тут же побежали разводиться. Очень легкомысленное поведение. А что скажет общество, что скажет королева?

Герцогиня вперилась в меня колючим взглядом, призывающим прочувствовать всю тяжесть вины.

– При чем тут королева и наши с Делмаром отношения? – спросила я. – Это только наше дело.

– Глупая девочка, – раздраженно дернула она плечиком. – Эдвина всю жизнь завидовала моей красоте. А уж когда покойный герцог Левиргейл сделал мне предложение, хотя правящая семья намекала ему, что желает видеть его принцем-консортом, тогда вообще степень ненависти будущей королевы превысила все допустимые нормы. Да Эдвина спит и видит, как бы отомстить мне. Если узнает о разводе моего сына, навсегда отлучит от двора, меня перестанут принимать в обществе, придется уехать в провинцию и гнить там заживо, довольствуясь компанией приходского священника и деревенских куриц. А я ведь еще вполне молодая женщина.

Я судорожно вздохнула.

– Простите, ваша светлость, мне очень жаль, – выдавила я из себя несколько слов, пытаясь извиниться.

– А мне как жаль, – неожиданно истерично вскрикнула герцогиня. – Но знаете, Каринтия, я многое повидала на своем веку, и отчего-то мне кажется, что вы не похожи на охотницу за богатыми мужчинами. До вас он состоял в отношениях с некой мадемуазель Женевьевой, вот та – хищная гарпия, настоящая дама полусвета. Скачет из постели одного высокопоставленного любовника к другому. Да-да, не прячьте глаза, дорогая, мы же сейчас откровенны с вами. Не знаю, что именно побудило Делмара жениться на вас, но, я думаю, он был искренен в своем порыве. Не исключаю предположения, что сын лишил вас невинности и сделал предложение из благородных побуждений.

– Я не беременна, – помотала я головой, чтобы внести ясность.

– Тем хуже для вас, – неожиданно мягко произнесла герцогиня.

Я в недоумении уставилась на свекровь, судя по голосу, в ее голове активно шел мыслительный процесс, черты лица хищно заострились, а взгляд стал оценивающим.

– Что бы между вами ни произошло, придется переступить через это и жить дальше, – вскинула она брови. – Не буду скрывать, видеть вас в качестве невестки унизительно для меня. Бесприданница, представительница низшего дворянства, но это лучше, чем потаскушка или певичка из оперетты. К тому же уже ничего не изменить, как бы мне ни хотелось.

– На что вы намекаете? – осторожно поинтересовалась я. Мне не нравилась перемена настроения герцогини.

– Вы сделаете все, чтобы остаться женой Делмара. – Она весьма некрасиво оскалила зубы. – Предлагаю вам срочно забеременеть. Я знаю своего сына, он слишком благороден и не оставит ребенка без отца.

– Нет, мы решили расстаться. – Я была огорошена заявлением свекрови.

– Я предупреждаю вас, моя дорогая: или мой сын станет счастливым отцом, или не менее счастливым вдовцом. – Слова герцогини звучали угрожающе.