24

Егор

— Егор, пиздец, ты в своём уме вообще?

Отца просто плющит. Кажется, вот-вот волосы будет рвать на голове. А нет, не будет, он же лысый.

— А что такого, бать? — пожимаю плечами, не высовывая руки из карманов брюк. Хотя, конечно же понимаю, почему он рвёт и мечет.

— Что такого? — он перестаёт мерить шагами кабинет и останавливается, упёршись руками в бока и глядя на меня. — Ты увёз девчонку! Невесту сына нашего партнёра! Утащил прямо с ужина. Ты вообще адекватный, Егор?

— Вполне, пап. Эта девушка — моя.

— Позволь спросить, с какого перепугу? — снова начинает вышагивать туда-сюда. — Мать, конечно, говорила, что ты любитель блядовать, но я за тобой этого не заметил. Что за фигня?

Ну я, собственно, отца понимаю. Только что это понимание даёт?

— Пап, это Юля.

— Я слышал, как её зовут.

— Нет. Это та самая моя Юля.

Батя зависает.

Когда я оказался у него дома после клиники, мы не сразу поладили. Он не знал меня, не знал, как подступиться, пытался быть жёстче и серьёзнее.

Но, слава Богу, ему хватило ума прислушаться к себе и ко мне. Мы довольно быстро нашли общий язык, хоть я и рос без него. И, конечно, я ему рассказывал про Конфету. Он ведь должен был знать, отчего меня вообще так перемололо.

— Девочка, с которой вы разбились на машине? — тон его уже теряет напор. — С которой ты дружил?

— И в которую влюбился.

— Блин, — отворачивается к окну. — Дерьмо. Егор, это прям пиздец херовая ситуация.

— Пап, я могу свалить с горизонта и не мешать тебе. Но Конфету свою не отдам. Она и сама не захочет.

Отец снова останавливается и прищуривается.

— Ты охренел? Я что, по-твоему, сыном поступиться должен? Я уже один раз натворил, хватит. Ещё раз услышу подобное, пиздюлей отхватишь. Не посмотрю, что шкаф здоровый.

На душе легчает. Я улыбаюсь, и мы с отцом жмём друг другу руки.

— Спасибо, пап.

— Ты давай тащи сюда свою Ириску, знакомиться будем.

— Конфету, па, — уже смеюсь. Отец тоже улыбается и хлопает меня по плечу. — Фамилия у неё Сладкова. Пока ещё.

Получаю резкий острый взгляд от отца, а потом он вздыхает и берёт в руки телефон, что снова надрывается вибрацией на столе.

— Егор, надо ответить. Тебя там Ксюха ждала. Зайдёшь к ней?

— Конечно, бать. Давай, пока.

Жму отцу руку и ухожу. Ксю так привязалась ко мне за время, что я жил в доме отца, что эти пару недель постоянно звонит. Хорошо, что отец с женой тоже сейчас в этом городе, иначе бы малявка звонила не с печально поднятыми бровями, а со слезами.

Иду в её комнату, но дойти не успеваю, потому что она вылетает из-за угла и с разгону запрыгивает сразу мне на руки.

— Привет, Егор! — обнимает за шею.

— Привет, малявка. Как дела?

— Хорошо! Мама сказала, завтра в дельфинарий поедем. Ты с нами?

Захожу с ней на руках на кухню и пересаживаю на стул, а потом выуживаю из кармана сладости. Ксюша берёт конфеты и сразу одну разворачивает.

— Нет, Ксю, к сожалению, не получится. Но на следующей неделе я постараюсь сходить с тобой в цирк.

— А твоя принцесса пойдёт?

— Если захочет.

— Как она, кстати? Всё прошло окейно?

Ох уж эта мелочь любопытная со своим окейно.

— Именно.

У самого аж в груди спирает от воспоминаний о том, как всё прошло. Мы проспали потом подряд часов двенадцать. А потом снова. В общем, трусы пришлось надеть, чтобы встретить доставщика пиццы. И то это было не надолго.

Но об этом всём, естественно же, мелкой я не рассказываю.

— Мне понравилась игра, — подмигивает. — Когда принц Егор спас принцессу Юлю от злого дракона Сергея, а добрая фея Ксюша ему помогла. Всё получилось как ты и хотел.

— С твоей помощью, фея Ксюша.

— Слушай, — малышка выуживает из корзины с игрушками пластмассовую корону и надевает на голову, — а как ты думаешь, меня тоже принц спасет от дракона, когда я вырасту?

Поднимаю её на руки и усаживаю на кровать.

— Ксю, а я к тебе драконов и не подпущу. Только принцев.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— А то мне не понравилось, как злился Юлин дракон.

Треплю ей кудрявый хвостик, задумываясь о своём. Драгунцев не так прост, как хочет казаться. Я не мог ошибиться. Они точно с его ёбнутой сестрицей что-то мутят. И хотели втянуть Конфету. Но теперь не получится. Объясниться с ним всё равно нужно будет, и чем скорее, тем лучше.

— Не бойся, мелкая, никаких драконов. Даже близко.

Ксюшка провожает меня до двери, а потом убегает к отцу. Я заглядываю в кухню, надо же с поздороваться с Кариной. Она стала относиться ко мне куда теплее, чем вначале. Но её ведь тоже понять можно. Не сильно радостно, когда в доме ни с того, ни с сего появляется великовозрастный двинутый сынок мужа, а у тебя ещё и ребёнок маленький. Не знаю, пилила ди она отца, но мне ничего не говорила. Более того, она со мной говорить вообще не желала. Игнорила и окидывала недовольными взглядами.

Но однажды Ксюша вернулась из детского сада и не хотела ни с кем разговаривать. Оказалось, в группе её обижает один мальчик. Пока мать и няня пытались научить её мастерству разруливания конфликтов, я показал пару приёмов.

Карина долго вопела, но уже через пару дней Ксюша пришла довольная из сада, потому что смогла дать наконец сдачи.

Карина сначала возмутилась, но потом поняла, что так её дочери эмоционально комфортнее — уметь себя защитить.

Короче говоря, с женой отца мы кое-как общий язык нашли.

Когда выхожу от отца, решаю набрать Конфете. И двух часов не прошло, как утром расстались, а у меня уже пожар внутри.

— Привет, — отвечает почти сразу, только вот голос не нравится мне.

— Юль, ты где? За рулём?

— Привет, Верт, — слышу в ответ голос Драгунцева и очень напрягаюсь. — Она не за рулём.

Кажется, телефон на громкой. Юля молчит, а у меня тошнотворной волной к горлу подкатывает тревога. И злость. Миксуются, заставляя мышцы каменеть.

— А ты что хотел вообще? Мы тут с моей невестой решили немного прокатиться, — он продолжает. — Правда, она считает, что я еду слишком быстро, но что возьмёшь с этих девчонок, правда? Они вечно преувеличивают.

Егор! — слышу голос Конфеты, а потом связь обрывается.