16

— Те, кто хотел вытянуть из нее информацию, скорее всего, искали тебя, и если ты пойдешь к ней в больницу, попадешь прямиком к ним в руки, — я все это понимаю итак, ни к чему повторять очевидные вещи. — Им нужна ты живая или мертвая роли не играет. И если тебе твоя жизнь не дорога, то я ей рисковать не могу, потому что от твоей жизни зависит жизнь моей сестры.

Стиснула зубы, уже понимая к чему он клонит, и отвела глаза, боясь, что он прочтет в них мои мысли.

— И твое желание увидеть подругу — самоубийство. Даже если бы ты знала, в какой больнице ее держат…

— Она в частной клинике «Здоровье», я знаю, Натка говорила, что у них контракт и как только с ней что-то случается, ее везут туда же и…

— Ты, — резко перебил явно злясь. — Не можешь знать наверняка. Она была без сознания, когда ее везли, верно?

— Но я могу узнать, я попробую…

— Нет, — на секунду сжал мои плечи, будто пытаясь привести в чувства. — Мы сейчас же едем домой. Вопрос закрыт!

От обиды и бессилия на глаза снова навернулись слезы. Он не понимает, как важно мне убедиться, что Натка выживет. А скажи я, что у нее есть нужный нам ингредиент, он тут же сорвался бы с места, наплевав на опасность. Сволочь!

Яр подвел меня к прилавку и заказав нам поесть забрал переданный продавцом пакет. Молча шла за ним следом по коридорчику к платформам. Молча же стояла рядом, когда ожидали наш автобус. Уехать сейчас и не знать, как там Натка равносильно медленной пытке. Я постоянно буду думать о ней и сойду с ума. Надо что-то придумать…

Мысль пришла так внезапно, что я на секунду потеряла контроль и улыбнулась. Надеюсь, Яр не заметил моей реакции…

Неподалеку от нас, на въезде на территорию вокзала был шлагбаум, около которого в аккурат остановилась машина. Пассажиры вышли, но таксист не спешил уезжать, рылся в телефоне видимо в поисках новой заявки.

Покосилась на Яра, не дыша. Тот стоял в метре от меня и изучал номера автобусов, выстроенных в ряд неподалеку, видимо в поисках нашего, который должен был прибыть с минуты на минуту.

Нетерпеливо переступила с ноги на ногу. Если стану суетиться, он поймет, поэтому надо сохранять спокойствие и не дергаться.

Таксист не уезжает, хотя стоит под знаком остановка запрещена. Либо ждет кого-то, либо это судьба мне улыбается. Из ровного ряда больших пазиков выделился один, и тут же медленно подкатил к платформе, на которой мы стояли, народ скучковался, подходя к дверям. Сквозь толпу грузно проталкивалась контролер с планшеткой в руках.

— Разрешите, молодой человек, — женщина подтолкнула Яра, и тот на секунду отвлекся и у меня появился шанс. Рывком стянула с головы кофту, которую он мне дал, и набросила на рюкзак стоящего впереди парня. А потом не успев сделать вдох, рванула к шлагбауму даже не оборачиваясь. Из-за стоящего у платформы автобуса, Яр не мог меня видеть, и я бежала так словно за мной гонятся его доберы. Долбанулась животом о железную преграду и пригнувшись подлетела к такси, яростно долбя по стеклу.

— Свободны? — не дожидаясь кивка рывком дернула дверь и упала на переднее, стараясь не орать на неторопливого водилу. — Пожалуйста отвезите меня в Здоровье на Анфиногенова.

— У меня вообще-то обед, девушка… — нахмурился, когда заметил, что я присела вниз, дабы мою всклокоченную голову не было видно, и на секунду завис, когда вцепилась в его обтянутое джинсами колено.

— Пожалуйста, я заплачу вам. Я очень спешу!

Видимо что-то в моем голосе или взгляде заставило его смягчиться, и через секунду салон наполнился рокотом мотора.

— Ладно, пристегивайтесь…

К больнице подъехали очень быстро, но к моему великому стыду, я поняла, что придется обмануть таксиста, ведь денег у меня нет, и мне нечем ему платить. Как только он тормознул по моей просьба за зданием больницы, во дворах, я стараясь не выдавать рвущегося наружу нетерпения повернулась к водиле и лучезарно улыбнулась.

— Спасибо, вы так меня выручили… — и не дав таксисту опомниться, затараторила. — Я скоро вернусь, мне просто нужно справку забрать.

Торопливо выскочила из машины, и не слыша за спиной шагов, решила что таксист не почуял подвоха. Обогнула здание, разглядывая парковку у больницы: ничем не примечательные седаны. Хотя разве не на таких ездят бандиты, чтобы не привлекать внимание? Хватит, Лена, паранойя нам ни к чему…

Вошла в пустой холл больницы и меня окутала безмолвная прохлада. Эхо закрываемой двери ударилось о стены и растворилось, и я машинально осмотрелась, ища глазами камеры. Насчитала четыре. Значит, на этаж где лежат больные так просто не пробраться, наверняка задержит охрана. Надо что-то придумать.

Сделала несколько шагов и перед моим взором возник большой зал со стенами отделанными под белый мрамор и полом в виде шахматного поля. В центре широкой стены виднелась полукруглая стойка наподобие барной, стилизованная под интерьер вокруг, и я направилась к ней. Девушка, одетая так, словно прямо сейчас пойдет зачитывать речь перед собранием акционеров, подняла на меня густонакрашенные глаза и окинув мою фигуру взглядом скучающей королевы, поднялась со своего трона на колесиках.

— Чем могу помочь? — произнести эту фразу более пренебрежительно не смог бы даже Крестный отец, и я подавила инстинктивное желание бросить в сторону администратора неприязненный взгляд и натянула на лицо улыбку.

— Я по объявлению, — вытерла повлажневшие ладони о джинсы и продолжила. — По поводу работы. Мне сказали вам требуется фармацевт на выписку…

Ляпнула первое, что пришло в голову, и будет просто удивительно, если это прокатит. Её Величество вскинула идеальные брови и потянулась к телефону, но ее рука замерла на полпути, когда я торопливо заговорила, боясь, что сейчас обман раскроется.

— Я от Маши. Мои документы уже рассмотрела служба безопасности, и теперь нужно только подписать трудовой договор. Маша сказала, что вам напомнит, что мне нужен пропуск…

Осталось надеяться, что у них есть хоть какая-нибудь Маша…

— Ильюхина? — не знаю, о чем спрашивала скучающая королева, но я торопливо закивала, едва не запрыгав от радости. Админша отсканировала ключ-карту и протянула мне наманикюренными пальцами. — Отдел кадров на третьем…

— Я знаю, — улыбнулась ей и припоминая, где обозначения, развернулась и направилась в сторону дверей, ведущих к лестнице. Приложила ключ-карту к считывающему устройству и на индикаторе загорелась зеленая лампочка. Толкнула двери и оказалась на лестничной площадке, больше напоминающей шахту лифта. От лоска, царившего в холле тут не осталось и следа. Бетонные ступени и стены со скупыми обозначениями этажности — единственным украшением в общей серости, окутали своим эхом, и стало жутко. Видимо этой лестницей пользуется только персонал, но оно мне на руку. Значит, смогу избежать камер, которые натыканы всюду, кроме скромной лестницы.

Миновала пять этажей и влетев на последний, торопливо толкнула дверь и оказалась в длинном коридоре. Здесь ремонт был однозначно лучше, и поначалу глаза резанул белый свет отражающийся от стен и пола, и я зажмурилась, заметив идущую неподалеку женщину в униформе санитарки.

— Простите, а где тут ординаторская? Я новенькая и еще не разобралась, куда идти, — показала ей пропуск, и тучная женщина заулыбалась, добродушно отмахиваясь.

— Милочка, ординаторская этажом ниже, а тут только палаты пациентов.

— Спасибо, — сделала вид, что разворачиваюсь к лестнице, а женщина прошагала мимо, к двери под номером семь. Открыла и взяв из тележки мусорные мешки, вошла в палату, а я торопливо сдернула с ее тележки белый халат, который она явно везла в стирку и вновь скрылась в слепой зоне камер — у входа на лестницу персонала. Надела униформу, радуясь, что та оказалась в пору и убрав волосы под шапочку, которую нашла в кармане вышла и медленно зашагала по коридору расправив плечи.