Глава 12

— Эй, ты что делаешь? Поставь меня на место! А-а-а! — я взвизгнула, попытавшись выбраться из крепко подхвативших меня рук.

— Теперь ты сможешь достать до верхушки елки, Аня, — попытался спрятать смешок Кассиэль.

Вот зараза крылатая!

— У меня есть ты для этого! Ты вполне бы справился, — запричитала я, чувствуя, как близко наши тела друг к другу.

Дурацкое одиночество…

— Я — для того, чтобы на руках носить, — уверенно парировал он. — А красоту наводить, чтобы нам обоим нравилось — у тебя лучше всего получится, Снегурочка моя, — специально выделил он последнее слово, акцентировав внимание на том, что прекрасно разобрал брошенную мной фразу.

Ну да, «у меня» его, как бы, нет. То есть, я еще не решила, не приняла.

— Хорошо, — поспешно сдалась я, испугавшись, что мы решим обсудить наши отношения прямо сейчас.

Дотянувшись рукой до зеленой верхушки, аккуратно повесила рядышком друг с другом синий и золотой шары. Сосульку-конус я ставить на елки никогда не любила, решила обойти ее вниманием и сейчас.

Так и наряжали праздничное дерево: я выбирала шары, советуясь с Касом (синего и серебряного он так и норовил повесить по-больше), он брал меня на руки, подносил к елке, и я продолжала украшать главную красавицу новогоднего праздника.

— Тебе не кажется, что нагибаться со мной на руках, чтобы я повесила очередной шар — как-то, эм, глупо? — осторожно поинтересовалась я, когда мы дошли до середины елки.

— Это очень умно, Аня. Очень, — хмыкнул он, подмигнув.

И прижал меня к себе теснее.

— Ах, ты, нахальный манипулятор! — театрально возмутилась я, сделав вид, что искренне оскорблена. Но не выдержала и рассмеялась. — Ты невыносим, ты знаешь?

— Конечно, — послушно кивнул он, тоже подхватив мой смех, — зачем меня выносить? Носить тебя буду я. И заносить тоже, — помедлив, добавил он и игриво подмигнул.

Поджала губы, сдерживая улыбку. Хитрожопый дракон. Хитрожопый и очаровательный. Эх!

— Кас, я могу спать до обеда, — вдруг вырвалось у меня.

— Я буду запрещать всем входить в наше крыло до твоего пробуждения, — не секунды не колеблясь ответил он.

— У меня ужасный характер: я паникер, раздуваю из мухи слона, везде вижу подвох… — не сдавалась я.

— Я в силах сделать тебя уверенной и спокойной. У тебя ведь есть причины быть такой — теперь не будет.

— Я ревнивая!

— Я верный.

— Иногда я забываю мыть за собой посуду. По несколько дней! — набрав в легкие побольше воздуха, выпалила я.

— Теперь не нужно будет мыть вообще никогда, — мягко ответил он, вглядываясь не просто в мои глаза, а в самую душу, порождая сотни мурашек.

— Я хочу большую шумную семью, — едва слышно шепчу я, чувствуя, как стены вокруг моего сердца с грохотом рушатся.

В этот раз Кас ответил не сразу. Он аккуратно поставил меня на ноги, обнял, и, наклонившись и прижавшись щекой к моей, тихо проговорил на ухо:

— У нас будет та семья, которую мы пожелаем. И, как оказалось, желания у нас полностью совпадают.

На этом все мои причитания закончились… Я просто стояла в теплых объятиях, закрыв глаза, и смаковала разливающееся в груди приятное чувство.

Может, ну эту, силу и независимость?