Глава 12

Новый Год приближался. Города кутались в снежные покрывала, люди суетились, бегая по лавкам и готовя подарки для близких и угощения к праздничному столу. За окнами трещал мороз и сияли огни колдовских гирлянд.

Из окна нашего родового замка отрывался вид на долину, опоясанную горными пиками. Я потеряла счет времени, уже долгие часы стояла, всматриваясь в белизну, от которой резало глаза.

Или это стынущие на ветру слезы?

«Она оставила его себе… забрала с собой…» — твердил голос в кошмаре. А потом я просыпалась, но кошмар этот продолжал преследовать меня наяву. Следовал за мной, как прилипчивая тень, как дворовый пес.

— Кая?

В комнату вошел дедушка, уже готовый покинуть замок и отправиться исполнять свой долг. Его ждали дети, и разочаровать их он не имел права.

Я уткнулась лицом в теплую, пахнущую морозом шубу. Дедушка погладил меня по спине, успокаивая и пытаясь забрать хотя бы часть моей боли. Целые сутки мы пытались найти Илиана, но руины были пусты — ни следа магии. Стена темных истаяла, от владений Малон осталась лишь тихая снежная пустошь. Ветер носил поземку, а голоса превращались в эхо.

Возможно ли поверить, что Илиан погиб, до последнего удерживая рушащийся замок? Что я больше не услышу его голоса, не увижу ехидного прищура и улыбки? От мыслей об этом внутри разверзалась ноющая, болезненная дыра. Дед сразу все понял, ему не понадобилось меня расспрашивать и, видя мое отчаянье, он не ругал за то, что я нарушила слово и связалась с Темным. Более того, освободила свою вторую сущность. А я не обвиняла в том, что он умолчал правду о родителях. Мы должны искать поддержку друг в друге, а не бросаться упреками.

Мы забрали Невана, Ланну и Ёри к себе. Дети были оглушены горем и почти не разговаривали, они тоже не могли поверить, что больше не увидят брата. Мы с ними путешествовали по дороге теней, но те были пусты и безмолвны. Призрачные чудовища следовали за нами, но не решались напасть.

— Мне пора уходить. Ты останешься в замке?

Я кивнула. Не было сил сопровождать дедушку, как я делала это в прошлые годы. Возможно, правильней было взять себя в руки, стиснуть зубы, но мне казалось кощунственным веселиться, когда в сердце поселилось такое горе. А портить другим ощущение праздника я не желала.

— Останусь с детьми. Вдруг они проснутся и испугаются.

— Посмотри на меня, внучка.

Я подняла голову и встретилась со взглядом дедушки. Его нельзя было назвать стариком: он был сильным и высоким, выше меня на целую голову. Волосы и борода сияли благородным серебром, каждая морщина — не подтверждение угасания и старости, а свидетельство мудрости.

Плен ведьмы лишил его огромной части силы, остатки он потратил на то, чтобы помочь нам с Илианом победить Малон и создать портал, который вернул нас в замок. Но постепенно магия вновь наполняла его внутренний источник, как вода наполняет реки весной.

Мы с ним долго беседовали о том, что случилось. Он не ожидал нападения, но сделал все, чтобы я не попала в ловушку Малон в ту роковую ночь. И надеялся, что я не стану рисковать и пытаться его спасти.

— Я горжусь тобой, Кая, — сказал он, когда я осушила слезы. — И мне все равно, какая твоя половина темная, а какая светлая. Я так хотел избежать ошибок, которые наделал с дочерью, что совершил другие уже с внучкой.

— Я тебя ни в чем не виню, дедушка. Воспитывать детей очень трудно.

— В тебе течет кровь твоей матери и твоего… отца, — лицо деда омрачилось из-за тяжелых воспоминаний. Он вздохнул и продолжил, каждое слово давалась ему с трудом. — Он был таким же отчаянным, ничего не боялся. И если бы я мог, если бы только мог, обязательно вернул бы тебе твоего Темного.

Я боялась, что снова не сдержусь и разрыдаюсь.

— Он ведь такой сильный, он не мог просто… исчезнуть.

Слово «умереть» я не произносила даже мысленно, как будто боялась, что, стоит ему прозвучать, и Илиана я не увижу уже никогда.

— Я маг Желаний, я родился со способностью творить чудеса, но в некоторых случаях моя сила бесполезна.

Я всхлипнула и обняла себя руками.

— Но магия не всесильна, Кая. Сила человека гораздо больше, — добавил он.

Проводив дедушку в длинный путь, я прошла в детскую комнату и долго думала над его последними словами. Ланна с Неваном уже спали, наплакавшись вдосталь. Усталость сморила их, забрав в мир красочных снов.

В середине комнаты росла живая ель, сколько я себя помнила, она всегда была здесь. Камни и стены замка были ей не помехой, каждый год я наряжала эту красавицу. Под елкой дедушка оставил подарки: игрушки, сладости и книги, которые могли порадовать любого ребенка. В камине уютно трещали дрова, огонь давал мягкий свет, а тени успокаивающе покачивались на полу.

Я села в кресло, чувствуя пустоту не только внутри, но и рядом с собой. Дико не хватало того, кто может обнять, как любимую и желанную женщину. С кем можно разделить на двоих теплый плед и чашку ароматного чая. И смеяться, разговаривать до утра, прерываясь только на поцелуи. Мне не хватало Илиана. Порой ворчливого, саркастичного, невыносимого Темного с огромным и смелым сердцем.

Я обнимала себя, пытаясь согреться, и задремала прямо в кресле. А проснулась уже утром, когда услышала возню на кроватях.

Ланна открыла глаза. При виде меня они зажглись, как две синих звездочки, а потом на лицо набежала тень, и на ресницах задрожали слезы. Девочка разом вспомнила то, что случилось накануне.

— Илиан не вернулся? Я загадал, чтобы он вернулся! — Неван соскочил с кровати и уставился на меня с надеждой. Чем дольше он смотрел, тем мрачнее становилось его лицо.

Увы, на это не была способна даже магия моего деда. Никто не возвращается с той стороны, хотя я все равно не верила.

В комнату тихо зашел Ёри. Теперь он носил красный полушубок, потому что старая одежда истрепалась. Тролль тоже горевал о своем господине и клялся, что его брата с сестрой никогда не бросит и останется, чтобы защищать.

— С Новым Годом, — пробубнил, ни на кого не глядя. — Подарки разбирать будете? Или так и останутся лежать до следующей зимы?

— Ёри, для тебя я приготовила новую дубину, — взял зардевшегося тролля за локоть, повела его в елке.

Неван с Ланной переглянулись и, как были, в пижамах, полезли разворачивать подарки. Они вяло переругивались, не было в этой комнате ощущения счастья и радости, не было и не могло быть веселья. От такой вопиющей несправедливости на глаза вновь навернулись слезы, и я заморгала, чтобы загнать их обратно.

— Это мое!

— Ты слепой? Здесь же подписано: «Ланна».

— Мне все равно. Я хочу себе этого мишку, мой так и остался… там.

— Ну ладно, забирай, — девочка устало вздохнула.

Малон не сумела лишить праздника весь мир, зато разрушила его в отдельно взятой семье. В нашей семье, потому что эти дети уже стали мне братом и сестрой.

В коридоре послышались тяжелые шаги. Такие знакомые, родные. У меня замерло сердце, и когда дверь медленно отворилась, все взгляды обратились к ней.

— С праздником! С Новым Годом!

Улыбаясь, в комнату прошел дедушка: разрумянившийся с мороза, с широкой улыбкой и магическим посохом в руках, в бороде запутались снежинки. Я знала, что он всю ночь творил волшебство и устал, но ни за что этого не покажет, не пожалуется, не присядет отдохнуть.

— А что это вы такие невеселые? Или не понравились подарки? — лукаво спросил детей. — Приводите себя в порядок, да поживее! Чует мое сердце, к нам скоро явятся гости!

Гости? Кто?!

В голове завертелись мысли, и я боялась дать себе ложную надежду, позволить поверить… Но почему он тогда так улыбается, почему во взгляде плещется такое веселье? Это не может быть жестокой шуткой.

Дедушка посмотрел на меня и внезапно посерьезнел. А я вдруг подумала, как же глупо сейчас выгляжу.

Он сам говорил, что не может. Что магия не всесильна.

Ланна и Неван притаились под елкой, как два настороженных зверька. Они не сводили с Деда Мороза широко распахнутых глаз.

— Точнее, один долгожданный гость, — добавил он негромко. Потом шире распахнул дверь и отошел в сторону.

Горло сжал спазм, когда я смотрела, как на порог падала тень. И как в проходе медленно вырастал силуэт. Он ничуть не изменился: все те же темные растрепанные волосы, бледная кожа, обсидиановые глаза и улыбка. Настоящая, искренняя, с каплей усталости.

— Братец! — завизжали дети и бросились к нему, чуть не снеся с ног. Сдавили в объятиях так, словно боялись, что он может исчезнуть.

— Г-господин? — выдавил Ёри, неверяще хлопая глазами. — Вы живы?

— Неван, ты кое-кого потерял, — Илиан вручил брату пыльного потрепанного медведя, и мальчишка вцепился в него обеими руками.

Я не могла пошевелиться и не могла вдохнуть, словно в комнате закончился воздух. А что, если это иллюзия? Что, если я все еще сплю? Тогда это самый милосердный новогодний сон, я не хочу просыпаться!

Наши взгляды встретились. Это был разговор без слов, когда достаточно тишины, такой звенящей, так много значащей. Все слова растворились в ней без остатка.

Я чувствовала, что должна что-то сделать, но ноги словно вросли в пол. Только пальцы судорожно сжались в кулаки.

Как ему удалось это сделать? Как?

— Дед, — негромко произнес Илиан, повернувшись к нему. Дедушка глядел на него, пряча в бороде довольную усмешку. — Я здесь не просто так. Я собираюсь просить тебя исполнить одно мое желание. Ты ведь это можешь, старик.

— И какое у тебя желание, Темный?

Илиан посмотрел на меня в упор. Серьезно, честно, без иронии. Этот взгляд пронзил все тело от макушки до пяток, и в груди стало горячо. Моя смешанная магия заволновалась, желая вырваться Темному навстречу.

— Хочу жениться на твоей внучке.

— Слишком дерзкое желание, — отрезал дед, а меня обуяла паника. — Загадывай другое.

— Но дедушка! — услышала я свой слабый писк.

— Что такое, Кая? — поинтересовался дед. — Я тут вспомнил, что ты осталась без подарка. Не хочешь ли тоже что-нибудь пожелать?

Оцепенение смело лавиной нахлынувших чувств. Я быстрым шагом пересекла комнату и бросилась Илиану на шею, обнимая и прижимаясь всем телом, вдыхая аромат мороза и его кожи, впитывая тепло объятий.

Как я скучала! Просто до безумия, до животной боли. Болезненная пустота в груди начала затягиваться, стоило почувствовать его снова: живого, настоящего. И нет, никакой это не сон, это самая прекрасная сказка на свете.

— Дедушка, у меня лишь одно желание, — проговорила, отчего-то смущаясь. Но Илиан крепче сжал руку у меня на талии, подбадривая. — Я хочу выйти за него, я согласна.

Дед развел руками в теплых рукавицах. Дети следили за нами, приоткрыв рты от любопытства, замершие в ожидании ответа.

— Ну что я могу поделать? Когда двое хотят одного и того же, как я могу препятствовать? Я ведь маг Желаний и должен нести радость. Женитесь и живите счастливо!

Неван с Ланной запрыгали и захлопали в ладоши, Ёри смахнул скупую слезу.

— Илиан… — зашептала я, глядя в родное любимое лицо. — Как ты…

— Тшш, все вопросы потом, — он коснулся указательным пальцем губ, призывая молчать. А потом поцеловал — уверенно, нежно, но с обещанием большего.

Чистого светлого счастья, которое у нас обязательно будет.

— Только жить останетесь в моем замке. Я не могу отпускать внучку далеко, как Дед Мороз без Снегурочки? Да и старику пригляд нужен, — пробасил дедушка, на мгновение прикинувшись старым и беспомощным.

Не размыкая рук, Илиан ответил:

— Ладно, дед. Не ворчи. Если такова цена, то я согласен. А тот замок все равно пора под снос пустить.

— Не надо под снос! — спохватился Неван, возбужденно сверкая глазами. — Если ты будешь жить здесь, то я займу твой замок. Хочу стать новым Темным Властелином!

— А по ушам не хочешь? — вкрадчиво спросил Илиан, и младший братец тут же сник. — Репутацию темных и доброе имя Ардженти давно пора очистить от грязи, которой их незаслуженно испачкали.

* * *

— То есть, вы сговорились заранее, — я уперла руки в бока и взглянула на Илиана исподлобья. — Дедушка знал, что ты будешь просить моей руки, а ты знал, что он начнет отказываться.

Темный лишь расхохотался в ответ. Успели спеться за моей спиной! Вот дают! А я испугалась, что дед на самом деле не хочет отдавать меня за Илиана.

— Ну как после такого он мог не дать нам пожениться? Да даже если так, я бы тебя все равно выкрал, Снегурочка, — он притянул меня к себе и поцеловал кончик носа. — Я ведь такой плохой, никто мне не указ.

Стоял глубокий вечер, мы разговаривали, сидя у камина. Я никак не могла насмотреться на своего жениха, все время хотелось убедиться, что он мне не привиделся, что он настоящий. Случившееся изменило нас обоих, сделало мудрее и научило ценить то, что имеем. Потому что этого может не стать в любой момент.

И правильно говорил дедушка, что магия не всесильна. Сила человека, его желания и духа гораздо прочней и сильнее. Я поняла это, когда услышала рассказ Илиана.

Он до последнего удерживал стены замка, не давая им рухнуть и похоронить нас под обломками. Темный дождался, когда портал за нами схлопнется, и только тогда отпустил магию. Исчерпавшая силы Малон погибла под руинами, ведь бессмертные не умирают, их можно только убить.

Сам Илиан из последних сил успел обернуться тенью и уйти. Он истратил весь резерв, поэтому ни я, ни Ланна с Неваном не могли докричаться до него. Даже немного восстановившись, он не смог перенестись в наш замок. В последнюю ночь старого года вышел в бывших владениях Малон.

А Дедушка, зная, какой подвиг совершил Темный и как дорог мне стал, снова отправился туда и отыскал его, продрогшего, но живого.

— Как я мог умереть? Я для этого слишком упрямый. Тем более у меня брат с сестрой и ученица, которую еще учить и учить темным премудростям.

Дыхание его обжигало щеку, по коже бежали мурашки. Илиан притянул меня ближе к себе и заглянул в глаза. В зрачках плясало отражение пламени и отражалось мое лицо.

— Не только темным премудростям, но и всему остальному, — прошептала я. — Как ты там сказал? Я для темной недостаточно испачкана?

Илиан поморщился:

— Не повторяй глупости, я просто шутил.

Пальцы запутались в его волосах, наши лица были до невозможности близко. Как и губы.

— А я нет, — выдохнула и закрыла глаза.

* * *

Конечно, наша битва, гибель Малон и падение стены не могли остаться незамеченными. Волнение магического фона было слышно по всему Далентиру, поэтому вскоре на Север нагрянул отряд магов, а дедушка отправил письмо его величеству, молодому королю Этельену. Его отец, как и другие предки, были повинны в истреблении темных. Но он должен был узнать правду.

Настала пора изменить порядок, чтобы жуткие чистки навсегда прекратились, чтобы наши дети и Валанна с Неваном могли жить спокойно. Мы доказали, что без темных этому миру не справиться.

На свадьбу пригласили всех выдающихся магов королевства. Впервые они смотрели на то, как заключается союз между сильнейшими родами Тьмы и Света. И знали, видели, что отныне темные всегда под защитой мага Желаний, и никто не посмеет причинить нам зло.

А если у нас с Илианом родится сын, то в далеком будущем именно ему предстоит занять место самого знаменитого доброго волшебника королевства, Деда Мороза.

Во дворе родового замка Эль-Фариан стояла часовня, где дедушка обвенчал нас данной ему властью. Моим посаженным отцом стал сам молодой король. Он был едва ли старше меня — хрупкий светловолосый мужчина с пронзительным взглядом.

И когда отгремели поздравления, его величество протянул Илиану резную шкатулку с крупным опалом.

— Королевский подарок на свадьбу, — произнес он.

Внутри покоилась тяжелая серебряная печать.

— Печать защитников Далентира, сочту за честь, если вы ее примете. От лица своего рода и магов Ордена Света прошу прощения за все, что причинили наши предки.

Молодой король говорил искренне, с доброй улыбкой.

— Благодарю, ваше величество, — скупо ответил Илиан. Но я знала, что он тронут.

И конечно, мы приняли подарок.

Все случилось так, как я не могла и мечтать. Я обрела чудесных брата и сестру, верного друга-тролля и самого лучшего на свете мужа. Я любила даже его шутки и ироничные замечания. Только вместе мы смогли победить зло и спасти моего дедушку.

А королевство со всеми его жителями… что ж, мы за ними присмотрим. И эти люди никогда не утратят веру в чудо.