Глава 31. Аурика

Он оставил мои губы в покое, но далеко отодвигаться не стал. Мы так и стояли нос к носу, когда прозвучало:

— Ты мне челюсть сломала?

— Руку. Себе.

В обморок падать не хотелось — я еще не забыла, чем это закончилось в прошлый раз. А вот он, кажется, собирался шлепнуться, потому что зрачок из щелочки вдруг превратился в черное блюдце, которое полностью заняло собой глаз.

Он подхватил меня на руки и с такой скоростью помчался куда-то, что картинка вокруг меня просто смазалась. А в следующее мгновение он уже стоял, со мной, любимой, у выхода из джунглей. Навстречу нам спешили жрицы.

— Я уж думала, ты меня прикопать в лесу решил, — я не знала, как его утешить. Ну не знаю я, как успокаивать перепуганных драконов. То, что банальную ревность кулаком не успокоить, я запомню навсегда.

Он посмотрел на меня, пару раз клипнул глазами. Блюдца стали исчезать. И вскоре уже совершенно нормальные глаза, то ли с удивлением, то ли с восторгом, смотрели на меня. Он прислонился лбом к моему лбу и тихо так, душевно сказал:

— Дура ты. Я для тебя дворец построю… с мягкими стенами.

— Сам дурак, — ответила я, когда он передавал меня из рук в руки орку в юбочке. Жрицы — они, кстати, разные бывают.

***

Руку мою со всех сторон осмотрели. Какие-то кристаллы поприкладывали и вынесли вердикт — вывих среднего и указательного пальцев. Пока старушка-лекарь и ее помощницы вели осмотр, Главная Жрица гневной статуей, неподвижно стояла рядом. Услышав диагноз, я переспросила:

— Но там такой хруст был. Разве это не перелом?

— Перелом. Но не у тебя. Снежана, еще несколько свиданий и в нашем мире здоровых драконов не останется.

Развернулась и ушла. Это она так пошутила? Ха-ха. Не смешно.

Руку мою чем-то намазали, прибинтовали к кристаллу и заверили, что завтра я буду, как новенькая. А сейчас, чтобы не болело, эликсирчика в чашечку накапали. Скорее, чтобы не убежала, — подумала я, почувствовав, как немеют ноги.

Ну и ладно. Сон у меня будет долгий и крепкий, так что слетаю к родным своим. Как там они, без меня, поживают?

Пока еще не заснула окончательно, я проверила, достойно ли выгляжу, пригладила волосы и устроилась поудобнее в постели. Вдох- выдох… Полетели…

***

Сначала, конечно же, я проведала маму. Выглядела она еще хуже, чем в прошлый раз. Она сидела в комнате, перед выключенным телевизором, и мешала ложечкой… в пустой чашке. Да как же так!

— Мама! — я и звала, и попробовала до нее достучаться, да все без толку. Ну хорошо, если я все это себе придумала? И это мои запоздавшие угрызения совести мне такие картинки подкидывают. А если нет? А что, если я действительно … путешественница во снах?

С мамочкой нужно что-то решать.

Я вспомнила о своей старшей сестре. Больше родных у нас не осталось. Мы с Аурикой погодки. Вернее, разница между нами всего десять месяцев. И хотя мордашками мы с ней были очень похожи, но фигуры и характер наши в корне отличались. Рика была выше меня почти на пол головы. Более худенькая и изящная. Я же ростом пошла в маму — всего то метр и шестьдесят пять сантиметров. И пусть я не могла похвастаться модельной фигурой, зато попа сердечком и уверенный второй размер груди еще ни одного, проходящего мимо меня мужчины, не оставили равнодушным.

Да к тому же в школе, да и потом, в универе, я была заучкой. А Рика, наоборот — очень легкомысленно к этим премудростям относилась.

Мама всегда ее баловала, а ко мне предъявляла повышенные требования, я бы даже сказала, что она попросту придиралась ко мне.

И все же именно Аурика первая не выдержала чрезмерной опеки мамы и сбежала из дому, как только ей исполнилось шестнадцать. Мы с ней вообще прекратили общаться, но я точно знаю, что с мамой она иногда связывалась.

Уже позже, повзрослев, когда я сама попыталась жить самостоятельно, я ее перестала осуждать. Более того, мне стали понятны ее чувства, когда будто задыхаешься от безудержного внимания маменьки и ее навязчивой идеи поскорее выдать тебя замуж.

Но время было потеряно и мы с Рикой шли совершенно разными дорогами. Она возомнила себя ведьмой, открыла какой то шаманский салон, а я все свое время посвящала тому, чтобы удачно устроиться в жизни — то есть удачно выйти замуж.

И вот уж ирония судьбы — я к этому торжественному событию, в смысле — замужеству, приближалась семимильными шагами.

Вдох-выдох… Ищу Аурику… Вдох-выдох…

Запах благовоний сразу буравчиком вонзился мне в мозг. А когда глаза привыкли к полумраку, первое, что я увидела — это Аурику. Темная бархатная мантия, массивный медальон на груди. Ровные от природы белокурые волосы завиты безумными буклями. Глаза густо подведены голубыми тенями, отчего ее лицо сразу стало лет на десять старше. Руками с длинными черными ногтями она делала пассы над хрустальным шариком, лежавшим перед нею на столе. Странная зареванная особа сидела напротив, и внимательно следило за ее руками.

— …скоро, очень скоро он приползет обратно, — неестественным для Аурики басом, вещала она.

— Ага, и будет вам счастье, — не удержалась я от комментария.

Зареванная тетка взвизгнула, запустила в меня ридикюлем, до того мирно покоившимся у нее на коленях. А увидев, что он пролетел сквозь меня и стукнулся о стену, завопила пуще прежнего и выбежала вон.

Аурика же с интересом смотрела на меня. Хрустальный шар уже перекочевал со стола ей в руку, и она оценивающе так посматривала то на меня, то на него, словно раздумывала — а не запустить ли его в меня.

— Положи шарик, — попросила я, стараясь не делать резких движений. Я надеюсь, что он пролетит сквозь меня и не причинит мне вреда, но мало ли что…

Она вроде как даже прицелилась…

— Аурика, не дури. Мне ничего не будет, а вот реквизит испортишь.

— Ты что, здо… умерла?

— Нет.

— В коме?

— Какие еще варианты? Рика, я жива, но…

— Да ты в теме, да? Дар, что ли проснулся? — и сестренка подскочила ко мне. Она кружила вокруг и рассматривала меня. — Снежанка, классная туника. Дашь выкройку? А татушка на шее!!! Кто такую сделал тебе? Дай адресок мастера!

— Рика, я к тебе по делу…

Но Рика мена не слышала. Мое появление и мой внешний вид явно ее заинтриговали.

— Снежа, мы же можем вместе работать. Поставим пока здесь стол, закажем рекламку…

— Рика! Ты МЕНЯ слышишь?

— Да слышу я, чего кричишь? Не хочешь со мной работать, так и скажи.

— Да не в этом дело. Рика, маме плохо. Ей нужна помощь и помочь ей можешь только ты.

— Ну-у-у, нет. Снежа, знала бы ты! Она ко мне сюда месяц назад дурика прислала. Так вот, он утверждал, что ради Тамары Васильевны даже такую, как я замуж возьмет.

Рика отмахивалась от меня руками.

— Давай уж лучше ты сама, а? А я тебе деньжат подкину?

— Ой, да у меня еще похлеще было. Я из-за ее протеже миллионера упустила.

— Фигас-с-се.

— Но просто я не совсем в этом мире.

Вот как я ей скажу, что попала в другой мир и среди драконов себе мужа выбираю? Точно в меня после такого шариком бросит. Хрустальным.

Хотя, конечно, можно попробовать объяснить. Я и попробовала. Объяснила. А она и поверила — причем с первого раза.

С минуту она сидела с открытым ртом и смотрела на меня во все глаза. А затем подскочила, сорвала с себя мантию, паричок (оказывается, это был парик), кое-как вытерла тени с глаз, даже когти оказались накладными.

— Так, Снежа. Ты не волнуйся — Отбор дело серьезное. Нам в семье лишь-бы-кто не нужен. А о маме я позабочусь. Думаю, правду ей рассказывать не будем — совсем с ума сойдет. Скажем ей, — она прыгала на одной ноге, пытаясь сразу и свитер натянуть и ботинок обуть, — скажем ей, что ты мужичка в круизе охмуряешь.

— Рика, я так тебя люблю! — мой голос дрогнул.

— Я тож тя люблю, сестренка. Ты, это, не пропадай — появляйся. И если получится — и мне дракончика привези. Все, я убежала, цьом-цьом…