Глава 10. Страшный сон

Вот, все-таки он странный какой-то, этот Глеб Борисович. Девушка вся извелась под ним, стонет, охает да ахает, а он замер неподвижно и ждет чего-то. И, кажется, только удивленно смотрит на нее. Я просто засмотрелась на него — попа- орешек, шикарная рельефная спина, бицепсы от напряжения вздулись, ноги — просто песня! Лицо я его видела и раньше — настоящий красавчик. А вот голышом я его рассматриваю впервые. А даже, если я это все и придумала во сне, все равно красавчик!

Я, на всякий случай, тихонько, подошла поближе к кровати. По пути увидела большое зеркало. Посмотрелась в него — все отлично, я в нем не отражаюсь. Опустила глаза вниз, на себя — я себя вижу. Из нежнейшего шелка ночнушка, а вернее, два сшитых на плечах кусочка ткани, а на бедрах эти кусочки завязываются атласными бантиками. Грудь лишь слегка прикрыта, бедра при ходьбе очень аппетитно обнажаются.

Глебборисыч слегка приподнимается с девушки, а та все в том же темпе елозит, охает, стонет.

Я понимаю его удивление. Я тоже удивлена. И даже спросила:

— Она что, под кайфом?

А мой бывший шеф возьми и повернись в мою сторону. Его изумленные глаза смотрят просто в мои глаза! Как это? Я точно знаю — мама меня не видела и не слышала. А он меня видит? И слышит?

Я, на всякий случай, остановилась и спросила:

— Я вам помешала?

— А ты как думаешь?

А вот тут я уже ахнула и стала отступать назад. Я ничего не понимаю! Зеркало — снова в него посмотрела — меня не видно. Но он меня видит! Я всегда была уверена, что есть в нем что-то дьявольское.

Я развернулась и бросилась бежать. Так, стоять, позади стена. Я бегу к окну. Оглядываюсь, и чуть не упала. Он идет медленно за мной, не сводя с меня удивленного взгляда, словно тигр на охоте. А жезл его — фигассе какой! — и тоже, кажется, следит за мной. Я подбежала к окну, пытаюсь открыть его — но руки словно проваливаются сквозь раму, сквозь стекло.

Так, Снежана, успокойся. Это же сон! Глубокий вздох, другой. Я беру себя в руки и поворачиваюсь. Он стоит просто передо мной, и на лице его расплывается просто дьявольская улыбка. Он опускает взгляд на мою грудь, на позорно возбужденные соски, жадно облизывается. Я вижу похоть в его глазах. Он протягивает к моему плечу руку — очень медленно, словно боится обжечься. А ладонь его проходит сквозь меня, и я ее совершенно не почувствовала. Он удивлен, но не напуган. А вот я, как раз, успокоилась. Я — дух, привидение! Глебборисыч снова протянул ко мне руку — уже к лицу. И снова — ничего. Я окончательно осмелела.

— Не получается? — отвечаю улыбкой на его улыбку.

— Не получается, — утвердительно кивает шеф.

А девица в постели все стонет, и стонет.

— Может, пластинку заклинило? — я сочувственно киваю на нее.

— Ревнуешь? — спрашивает он и шатнулся ко мне. Но, видно вспомнил, что я бесплотный дух и остановился. Но ниже пояса у него ничего не изменилось — он все так же был возбужден.

— А мама-папа знают, что ты здесь? — подначивает меня Глеб Борисыч, а я окончательно убеждаюсь, что он меня слышит.

Что-то слишком спокоен его голос. Мурашки идут по спине, бегут, просто топают. Шеф, кажется, понимает, что я чувствую, и еще шире расплывается в улыбке. Мне бы бежать, да я не знаю как. Не помню. Не хочу. Делаю шаг ему навстречу и прохожу сквозь него. Я в шоке! Он, кажется, тоже.

Я снова поворачиваюсь к нему и смотрю в его немигающие глаза.

— Я, наверное, пойду? — то ли спрашиваю, то ли утверждаю.

— Еще придешь? — я даже не знаю, что ему ответить и отбрасываю назад упавшие на глаза волосы.

Девица, охающая, словно заезженная пластинка, просто бесит.

А он в шоке замирает. Ну, наконец-то его проняло. Глебборисыч смотрит, прищуриваясь и пристально вглядываясь мне на шею. Неужели заметил "ошейник"?

— А ЭТО у тебя откуда? — его ноздри начинают хищно раздуваться, словно кузнечные меха, глаза странно загораются и лицо… начинает расплываться. Вот померещится же!

Он рванул ко мне, а я от страха и неожиданности заорала и…проснулась.

Я снова в своей прекрасной тюрьме, сижу в своей постели, тяжело дыша, словно пробежала стометровку. Рукой со страхом прикасаюсь к своей шее. Поворачиваюсь к зеркалу — все нормально, я вижу себя. По спине, вдоль хребта, пробегает струйка пота.

Вот это сон! И я обессиленно откинулась на подушку. А услышав рядом храп Айи, даже радостно улыбнулась. Все, Глеб Борисыч, наслаждайтесь своей куклой, а я вас больше не потревожу. Вы живете в своем мире, а я — в своем новом аду.

И словно данное обещание сняло с меня странную тяжесть, я заснула глубоким сном, без красок и сновидений.

А Глеб Борисыч, стоя в своей спальне, все еще смотрел на затихшую в его постели женщину, затем довольно хмыкнул, словно пришел к какому-то решению и вышел из комнаты.

***

Утром в спальню Главной Жрицы вбежала ее помощница. Она трепетно прижимала руки к груди, а глаза ее светились такой радостью, словно она выиграла приз. Главная Жрица недовольно фыркнула на нее:

— Что еще случилось в такую рань?

— Ах матушка, такая радость — то!

— Да что уже, не томи!

— Сын Великого Хранителя Врат, Великий дракон Халеб внес свой дар. Все семь великих семейств участвуют в отборе. Есть ли смысл проводить аукцион, матушка?

— Конечно, — хитрая жрица потирала руки, — мы же не знаем, за кого именно будут драться драконы.

— Драться? — с благоговейным ужасом переспросила помощница.

— Попомни мои слова! Выставь дополнительную охрану вокруг новенькой. Не дай бог с нею что-то случится!

***

Брисс со своею супругой Анжи еще завтракали, умильно глядя друг на друга, когда прилетел первый вестник. Маленький полупрозрачный дракончик принес сообщение от его лучшего друга и, по совместительству, одного из семи Великих драконов. " Я поздравляю тебя, мой друг, с участием в Отборе. Пусть Богиня Любви подарит твоей семье прекрасную невесту"

Настроение у старого дракона сразу испортилось. Черт бы побрал этого упрямого сына — почему он, уважаемый всеми дракон, должен объяснять своим друзьям, что и в этом году его семья пропускает такое знаменательное событие!

Но за этим вестником прилетел следующий, а затем еще один вестник, и еще… Вскоре стол перед удивленной четой драконов был завален поздравлениями.

— Брисс, может, мы о чем-то не знаем?

Дракон только хмуро глянул на свою жену.

Внизу, на мраморной лестнице раздались шаги. В зал, глядя на отца насмешливыми глазами, вошел Халеб.

— А знаешь, отец, я все-таки решил поучаствовать в этом шоу.

Брисс не подал виду, как обрадовало его это известие. Он, конечно же, уже начал подозревать о подобном исходе. Но слова сына сделали это утро поистине замечательным. А страстная Анжи с визгом бросилась на шею к сыну.

— Я так счастлива, мой мальчик! Наконец-то и ты встретишь свою любовь!

— Не будем загадывать, мама. Может, мои друзья меня опередят?

— Ой, Халеб, я тебя умоляю… Да кто же тебя обскачет? Ну, разве что твой папочка!

И утро для Брисса показалось еще более чудесным!