Глава 45

Я не помню, как мы с Викой спускаемся на первый этаж. В ушах звенит, а в груди шторм.

– Ты в порядке? – подруга хватает меня за плечи, заставляя остановиться. – Ты белая как мел.

– Я… мне просто душно, – мне правда нечем дышать. А еще мне тошно от услышанного и вообще от происходящего.

Совсем недавно мне казалось, что он существует где-то там, в параллельном моему мире, и я была уверена в том, что наши дорожки никак не пересекутся впредь.

Его появление у меня дома в день рождения Вики и без того всколыхнуло бурю у меня в душе, которая никак не желает затихать. И этот его перфоманс в моем университете, пусть и направленный не на привлечение моего внимания, а на продвижение его политической деятельности, все же окончательно пошатывает мой шаткий покой, делая неустойчивой почву под ногами.

– Так, ладно, – слышу голос подруги. – К черту пары. Пошли в кафешку, выпьем кофе.

Механически киваю, но мысленно нахожусь не здесь. Я все еще там, в многолюдном холле, где мой первый мужчина, обещавший жениться на мне и оберегать, объявил о том, что в скором времени женится, но не на мне.

Его признание ранит сильнее, чем я могла предположить.

Значит, все, что он говорил мне в квартире, – ложь. Он просто хотел снова поиграть со мной, прежде чем окончательно связать себя узами брака с другой.

Кафе рядом с университетом переполнено, но мы находим свободный столик в углу. Вика приносит два капучино и садится напротив, изучая мое лицо.

– Так это он, да? – спрашивает она прямо.

– Кто? – делаю глоток, обжигая язык.

– Тот самый папик, о котором трещит Ник.

Я кашляю, едва не проливая кофе, а затем решаюсь заглянуть ей в глаза. Вика смотрит на меня изучающе. Так, будто видит впервые.

– Что? Нет! – прячу взгляд, не желая признаваться в этом ни единой живой душе.

Эта история уйдет со мной в могилу. Достаточно того, что Володя познакомился с подручными Паука и сделал определенные выводы на мой счет.

– Алена, – Вика наклоняется ближе, – я не дура. Ты смотришь на него как на привидение. А он… – она закатывает глаза, – он вообще не сводил с тебя взгляда.

– Ты что-то путаешь, – пульс учащается.

– Окей, – подруга разводит руками. – Не хочешь говорить – не надо. Но если он тебя чем-то обидел, то мы можем поднять такую шумиху, что вся его политическая карьера развалится.

– Прекрати, – перебиваю ее. – Просто… мы из разных миров. Так должно быть.

– Ага! – вскрикивает она.

– Тихо ты, – шиплю на нее, не собираясь привлекать внимание.

– Я так и знала, – теперь она понижает голос. – Почему ничего не рассказала?

– Нечего рассказывать… – чувствую, как вспыхивают щеки. Потому что о таком стыдно разговаривать хоть с кем-то. Ведь для него я оказалась просто… шлюхой.

Дверь кафе открывается, и внутрь входит группа студентов, и среди них Никита. Он замечает меня, и его лицо искажает злобная усмешка. А у меня от его взгляда мороз по коже. От этого психа можно ждать чего угодно.

– Ну, привет, шлюха, – громко говорит он, останавливаясь у нашего столика.

Вика вскакивает, как ошпаренная.

– Ник, вали отсюда, пока не получил по морде!

– О, защитница нашлась, – хмыкает он, скользя взглядом по моему лицу. – Ну что, Аленка, уже рассказала подружке, как продалась богатому ублюдку?

Я сжимаю кружку так, что пальцы белеют.

– Уйди, – стараюсь звучать сдержанно.

– Или что? – Ник наклоняется ко мне, и от него разит перегаром. – Ты позовешь своего ебаря?

– Да хватит уже! Завали пасть! Хватит позориться. Так злишься, что тебе бедному не дали, что готов преследовать обидчицу. Или хочешь, чтобы Володя показал тебе, как нужно общаться с девушками? – Вика толкает его в грудь.

Ник теряет равновесие и, спотыкаясь, падает на соседний столик. Чашки с грохотом летят на пол. В кафе воцаряется тишина.

– Ты… – он поднимается, лицо багровеет от злости. – Ты, сука, пожалеешь!

Он замахивается, но в этот момент чья-то сильная рука хватает его за плечо и резко оттаскивает.

– Хватит, – гремит холодный, низкий голос, при звуках которого у меня в животе все леденеет.

Я медленно поднимаю взгляд и вижу его.

Назар стоит, сжимая плечо Ника так, что тот корчится от боли. Лицо Паука абсолютно спокойно, но в глазах – ледяная ярость.

– Ты кто такой?! – Ник пытается вырваться, но Назар лишь усиливает хватку.

– Человек, которому надоело слушать, как ты оскорбляешь девушку.

– Да пошел ты! Она сама…

Назар резко дергает его в сторону, наклоняется и что-то шепчет на ухо. Лицо Ника мгновенно белеет. Он широко раскрывает глаза и кивает, будто получил смертный приговор.

– Понял? – Назар отпускает его.

– П-понял…

– Тогда исчезни, – разжимает пальцы с отвращением.

Ник, не сказав больше ни слова, разворачивается и почти бежит к выходу.

В кафе все еще царит тишина и все взгляды прикованы к новому спонсору университета. Но Назару плевать на взгляды и перешептывания, он поворачивается ко мне, и его взор смягчается.

– Все в порядке? – осматривает меня с ног до головы.

Слова застревают в горле, я не могу произнести ни звука.

Зачем он устроил это публичное выступление?

А теперь стоит передо мной, словно герой. Но он не герой. Даже близко нет.

Он Паук. Опасный и смертоносный. И его паутина уже опутала меня.

– Спасибо, – наконец выдавливаю я.

Он кивает, затем бросает взгляд на Вику.

– Извините за вторжение, – обводит взором кафе, обращаясь ко всем присутствующим. – Я осматриваю фронт работ. И культура поведения студентов оставляет желать лучшего, – его голос гремит над столиками, и все лица в зале обращены к нему.

– Э… ничего, – подруга смотрит на него как на инопланетянина. – У нас таких некультурных больше нет!

– Что ж, рад, что инцидент исчерпан. Обед для всех за мой счет! – объявляет он.

Тогда помещение заполняет радостный гул и аплодисменты.

Назар переводит взгляд на меня, задерживает еще на секунду, а затем произносит:

– А с вами я бы хотел поговорить о том, как давно вам досаждает тот хам, чтобы обсудить превентивные меры, – не прерывает зрительного контакта.

И без того обезумевшее сердце разгоняется до предела. Я чувствую на себе взгляды Вики и остальных клиентов кафе и медленно краснею от пристального внимания.

– Сейчас? – выдыхаю.

– Да. В моем распоряжении не так много времени, – показательно поднимает он руку и, задрав рукав, смотрит на часы.

На негнущихся ногах поднимаюсь из-за стола, бросая на Вику виноватый взгляд.

В ответ подруга поднимает два больших пальца и подмигивает. И только тогда я направляюсь к выходу.

Как только оказываюсь на улице, чувствую на своей пояснице ладонь Назара, направляющую меня к машине, припаркованной в нескольких шагах от входа.

– Куда ты меня ведешь? – шиплю, понимая, что происходит что-то неладное.

– В машину, немедленно. Если, конечно, ты не хочешь, чтобы увидели, как я силком запихиваю тебя в авто, – его голос звучит бескомпромиссно. И мне не остается ничего иного, кроме как сесть в салон дорогой машины.