Глава 7. Ледяной замок

Утро выдалось тёплым и мурчащим. Рыся сопела. Я во сне прижалась к её пушистой лапе. Забывшись, попыталась притянуть её к себе, точно домашнюю кошку. Такую большую кошку с длинными когтями. Она зевнула, широко открывая рот с острыми зубами. – Хотела бы съесть – уже вчера бы это сделала, – сказала кошка, потягиваясь, щурясь и почёсывая лапой за ушком. А затем были завтрак и весьма интересный разговор, во время которого я старательно пыталась делать два действия одновременно: внимательно слушать и тщательно продумывать план по разруливанию своей непростой ситуации. «Вот слушалась бы меня, – воспользовался моментом мозг, – и не было бы таких проблем». «Ага, легко сказать, – встряло сердце. – Тебя послушать, так любовь не очень-то и нужна в жизни. А я хочу! Большой, красивой и настоящей!» «А мало ли чего…» – собирался ответить мозг, но в этот момент передо мной поставили тарелку с хлебом, маслом и мармеладом. Я принялась за еду. И так как делать три дела одновременно у меня совсем не получалось, я сделала выбор в пользу завтрака и слушания. Как оказалось, мы отошли в сторону от Горимыша. Не так, чтобы далеко, но ощутимо. Чтобы успеть дойти до города к закатным лучам, кот предложил нам срезать путь по туннелю через снежный холм. – Так будет гораздо быстрее и теплее, – объяснял он парням. А ветер, несмотря на солнце, дул знатный. Завывания в ледяной трубе наводили ужас. Даже в окошко было видно, как снег под порывами ходил, точно песчаные барханы, с макушек которых слетала холодная противная пыль… Из обрывка разговора я поняла, что уже после Горимыша нас ожидал Элистоун, а вот оттуда можно было добраться до старой ветки, чтобы вернуться домой. Кот сказал, что в Горимыше в домике неподалёку от городского катка живет маг, который сможет починить листок или подсказать, как вернуться… Мои же мысли текли своим собственным внутренним потоком: «Вернуться или остаться? Остаться с кем?» Я подняла чашку с чаем так, чтобы половина моего лица оказалась закрытой, а сама украдкой решила еще раз посмотреть на Кирилла. И тут же встретилась с его серьезным спокойным взглядом. «Да поговорим мы с тобой уже сегодня! Поговорим!» – прошипел мой внутренний голос. Доев хлеб, я вышла на улицу. Шарф сразу же сдуло с головы. Нос заложило. Кожу на лице и руках обожгло. Ветреные лошадки резвились, как лисы, ныряя в сугробы и прыгая по вьюжным завихрениям. Совсем маленький жеребёнок подошёл ко мне и уткнулся холодным влажным носом в мою ладонь. Белая, отливающая лазурью грива раздувалась атласным шлейфом, в который были «вшиты», точно аппликации из бисера, замёрзшие лепестки. Голубые глаза цвета застывших во льду васильков смотрели с любопытством. Он перебирал тоненькими ножками. – А давай я в тебя влюблюсь? – прошептала я, наклонившись к нему и поглаживая колючую гриву. – Ты – красавчик во всех смыслах и, я уверена, останешься им, несмотря ни на что. В этот миг потемнело. Длинное сероватое облако, похожее на шерстяной шарф, доползло до солнца и попыталось его укутать – видать, заботилось, чтобы не простудилось. Но, кажется, в «голове» у светила, как и у меня, гулял ветер. Оно наотрез отказывалось утеплиться. Однако облако оказалось настойчивым. Оно нахмурилось, увеличилось в размере и плотно обмотало золотистую голову. Солнцу пришлось смириться. И теперь сквозь дырочки-петельки виднелись лишь золотистые ленты рассеянных полуденных лучей. Уже перед самым выходом, Рыся подошла ко мне и положила на плечо красивую, но тяжелую мордочку. – Сделай правильный выбор, – прошептала она. Я кивнула. Сделаю. А может быть, уже сделала. Я посмотрела на парней, утопавших по колено в снегу. Яркое солнце слепило. Снежная крошка так и норовила засыпать глаза. Я видела лишь их тёмные силуэты на фоне чистого холста, на котором ветер вихрем-пером как будто пытался написать историю. Красавчик помахал мне рукой, которую тут же перехватил Рейган. А Кирилл… ну вот почему он всегда в стороне? И ведь я же знала шестым чувством, что он сейчас смотрит на меня: прямо, пристально, внимательно – но навстречу не идет. Он же выиграл пари? Так почему же не воспользоваться преимуществом? Ждет, когда я сделаю первый шаг? Обиделся на «помолвку»? Или на то, что я тогда выбрала руку Рейгана, а не его… ну так я ведь специально – проверить хотела. «Но он-то об этом не знает, – вздохнул мозг. – Он вообще ничего не знает!» «Мог бы и догадаться», – взгрустнуло сердце. Ветер толкнул меня в спину. Я сделала шаг вперёд. Почему-то показалось, что это был не просто шаг, а шаг навстречу. Для себя я решила, что как только у нас будет хотя бы небольшая остановка, я сразу расставлю все точки на места. Я так и видела в голове этот момент: мы остаёмся наедине, я извиняюсь, он меня прощает, наши руки соединяются… ой, как же в воображении всё легко и просто! Мы пошли к холму. Ледяные порывы заставляли едва ли ни ползти. Но мы преодолели расстояние до места. Вход был практически завален. Пришлось расчищать его. В рукава пальто забился снег. К тому моменту, как мы откопали проход, кожа на руках у парней стала красной, как и лица, а мои ногти посинели. Дорога внутри холма вела вниз. Пришлось спускаться на полусогнутых ногах, придерживаясь за стену. Шедший впереди Рейган всё-таки свалился и проехался по склону, как на салазках. Он успел встать до того, как тоже поскользнувшийся Кирилл оказался внизу. А мы с Красавчиком остались на вершине склона. Я старательно цеплялась пальцами за выступы в стене и шла семенящим шагом, чтобы не шлепнуться перед парнями. Почему-то именно сейчас хотелось выглядеть более грациозной и красивой. – Лиза, давай руку, – сказал Игорь, протягивая мне ладонь. – Руку? – переспросила я. Какой простой! Ему-то хорошо, он ничего не понимает. Ладно, в конце-то концов! Рано или поздно, сейчас или потом, здесь или в другом месте – какая разница, когда я это выясню? Рука дрожала. Очень хотелось это списать на холод, но мозг был не на моей стороне. И наши пальцы соединились. Ладонь Красавчика была слегка влажноватой и прохладной. От неё не бросало в жар. К ней не хотелось прижаться. Такая ладонь могла легко прогнать грусть, но не защитить от ледяной вьюги. Это было хорошее прикосновение друга, с которым можно прогуляться в солнечную погоду, выпить кофе и посмеяться над совместными приключениями. Это было прикосновение человека, который может испытывать к тебе симпатию, даже немного влюбленность, но все эти чувства останутся только для фантазий. Я улыбнулась и расслабилась. И в этот момент ноги поехали по скользкому склону – я-таки поскользнулась и упала прямиком на Красавчика. Видимо, из-за того, что нас было двое, сила инерции оказалась сильнее, и мы проехали гораздо дальше, чем Рейган и Кирилл, которые в этот раз стояли с абсолютно одинаковыми хмурыми лицами. Почему он всегда хмурый? Почему он не веселый, как Игорь? Хотя… сомневаюсь, что мне нужен цирк. А мы продолжали катиться, словно по ледяной горке. И мне было весело. Вместо того чтобы кричать от страха, я счастливо смеялась, и даже когда мы пронеслись по чему-то, напоминавшему ледяной мост, я продолжала визжать от восторга, одной рукой вцепившись в куртку Игоря, другой продолжая держать его ладонь. Когда мы остановились, едва не врезавшись в стену, я, продолжая смеяться, осмотрелась. Мы оказались под ледяными сводами. Здесь не было темно, как я ожидала, снаружи лёд словно подсвечивался. Внутри стен я видела несчетное количество застывших шариков воздуха – больших и маленьких, точно кто-то выпустил мыльные пузыри и заморозил их. К сферам снизу что-то тянулось. Я наклонилась к земле и почти носом прижалась к стене, пытаясь рассмотреть травы: вереск и ракитник – точно. Они застыли во льду. Часть льда стекала с потолка зала, образуя колонны, арки, галереи, будто мы оказались внутри сказочного замка. – Вот это место… – восхищенно проговорил Красавчик. – Отродясь ничего подобного не видел. – А я все детство мечтала оказаться в ледяном замке, – сказала, осматриваясь по сторонам. – Представляешь? Хотела, чтобы меня спас рыцарь… – Извини, Лиза, боюсь, что не подхожу на эту роль. У меня невеста. Как только окончу университет – сыграем свадьбу. Это уже дело решенное. Я не обиделась. Нисколько. Но остолбенела. – Невеста? Но почему никто об этом не знает? Да по тебе же все мои девчонки вздыхают… – Ой, кажется, я сдала подружек. – Представляю, сколько слёз будет, когда они узнают… Стоп, но почему ты тогда дрался? – Знаешь про драку? – спросил Игорь, поднимаясь на ноги. – Хорошо, тогда буду честным. Знаешь, мой отец условно делит всех людей на две категории: умных и мудрых. Ты умная, Лиза, я наслышан про твои успехи в учебе, ответственность, но что касается мудрости… не-а, ты – наивная фантазерка, которая не может отличить любовь от влюбленности. Ты мне нравишься, и я против того, чтобы ты натворила глупостей, потому и хотел выиграть. Думал, что так у тебя появится больше времени для мыслей. Я знаю Кирилла много лет, и знаю о его чувствах к тебе, но всё-таки решение ты должна принять сама… Я не могла поверить своим ушам. Услышать такое от человека, которого считала идиотом… Ладно, сдаюсь, я проиграла и ничего не смыслю в людях. Больше никогда не буду вешать клише. – Твоей невесте очень повезло, – прошептала я. – Лиза, – сказал Игорь, – пообещай, что никому не расскажешь про невесту. Я не люблю выставлять напоказ свою личную жизнь. А взамен… Хочешь, помогу порепетировать? Забирайся на этот выступ – будешь принцессой. И я приняла игру. Красавчик подсадил меня, помогая забраться на ледяной помост. Мне было легко и весело. – Прекрасная… – начал Игорь, когда под сводами раздался звонкий девичий голосок: – Здесь кто-то есть? Ау? Я вздрогнула, растерянно озираясь по сторонам. Из-за поворота выбежали запыхавшиеся парни, окруженные облачками пара. Куртки у обоих были расстёгнуты. У Рейгана от бега растрепались волосы. У Кирилла они торчали на макушке, точно сосульки. – Вы слышали? – спросил подошедший к нам Рейган. – Помогите! – вновь сказал голосок. – Я здесь! Мы прошли по выступу, спустились по небольшому склону и оказались в маленьком зале, стены которого были покрыты коркой льда. В самом конце виднелась комнатушка, отделенная решеткой. За ледяными прутьями сидела девушка. Красавчик попытался сломать прутья, но у него ничего не получилось. К нему присоединился Рейган. Тоже ничего. Я подергала решетку из любопытства – бесполезно. – Ты, вообще, кто такая и как здесь оказалась? – спросила, рассматривая незнакомку. Она была такой, какой я всегда мечтала быть: рыженькая, с огромными лучистыми глазами, её белую кожу покрывал рисунок цвета веснушек – ягоды, листья земляники, цветы алтея. Она была открытой, весёлой, озорной, улыбчивой и щебетала без умолку, точно весенняя птица. – Меня зовут Кати. Меня заточила сюда злая колдунья, – затараторила девушка. – Эта ледышка позавидовала моей красоте, характеру, веселью. И решила спрятать в самую закрытую точку мира – в этот подснежный ледяной замок, чтобы никто не смог меня найти. Я спала лет… не знаю сколько. Может, десять? Но вчера что-то случилось, и, – о, чудо! – лёд тронулся! Я проснулась! Раздался хруст. Оказалось, это Кирилл дотронулся до решетки и прутья сломались. – Ура! – завизжала девушка, весело подпрыгивая и хлопая в ладоши. – Ты пришел, мой герой! И спас меня! – И девушка повисла на шее Кирилла. Игорь застыл, как вкопанный переводя взгляд с меня на Кати и обратно. – Ты, правда, пойдёшь со мной до Элистоуна? – спросила девушка, лучезарно улыбаясь оторопелому Кириллу и прижимаясь головой к его груди. «Вот умная та колдунья. Мне кажется, я ее понимаю», – сказал мозг. «Мне эта Кати тоже не понравилась с первого взгляда, – согласилось сердце, – а сейчас так и подавно». А спасённая «принцесса» просто взяла и поцеловала парня, который любит меня… или уже «любил»?