Глава 1

Жизнь нечасто меня баловала подарками. Это другим везло выиграть в лотерею или получить неожиданную премию. А мне все доставалось с трудом. Но я не жаловалась. Пусть так, зато у меня все заслуженно и заработано. А значит, никто не отнимет.

Так мне казалось раньше. До того, как начальник вызвал меня в свой кабинет. Попросил меня прикрыть дверь и указал на свободное кресло. Это не предвещало мне ничего хорошего. Я слишком хорошо знала повадки шефа. Он никому не предлагал сесть, потому как не видел в этом необходимости. Все приходящие к нему на ковер обычно выслушивали укоры или приказы стоя напротив. Даже я – его помощница.

Все эти мысли пролетели в моей голове в одну секунду. Но я не дрогнула и уселась в кресло. И подивилась тому, каким мягким оно оказалось. Если уж для посетителей тут такая удобная мебель предусмотрена, то какая она у самого начальника?

- Лилия, - начал Глеб Михайлович, - ты работаешь у нас давно. И наверняка знаешь, что у компании были светлые и темные времена.

Ответа от меня не требовалось, но я все равно кивнула.

- Так вот, сейчас времена особенно темные. Ты же понимаешь.

Я опять согласилась, хотя и не осознавала, о чем речь. Год подходил к концу, все отчеты были сданы вовремя, никаких скандалов и конфликтов не было и в помине. Наша деловой центр работал в штатном режиме, даже несмотря на наплыв посетителей. С пожарной инспекцией я сама все решила, с санитарной службой тоже. Подарки в конвертах к Новому году были вручены каждому, и недовольных не было.

- Потому кому-то придется взять на себя роль доброй волшебницы…

Я сразу же поняла, о чем он говорил. И от возмущения у меня дыхание перехватило. Но все же мне удалось выставить перед собой руку и выдохнуть:

- Ни за что.

- Лилия, ну что за детский сад…

- Не надо на меня это сваливать, - строго заявила я. – И не думайте, Глеб Михайлович, что я опять позволю вам втянуть меня в этот… фарс.

- Ну, послушай, это ведь несложно. Всего лишь надо надеть костюм Снегурочки и стоять около Деда Мороза…

- Я три год подряд занимаюсь этим, Глеб Михайлович. И каждый раз вы говорите, что на следующий год наймете актрису.

- Ты знаешь, сколько они берут в это время за выступление? – возмутился начальник и даже покраснел от возмущения.

- И сколько стоит работа, которую я каждый раз выполняю бесплатно? – прищурилась я.

- Разве это так сложно? – заморгал мужчина.

- Я вынуждена несколько дней ходить в холле в этом костюме, в который, между прочим, жарко.

- Зато тебе не нужен парик, - медовым голосом принялся меня увещевать Глеб Михайлович. – И сапожки тебе очень идут. Они только тебе и впору. Как и шубка…

- Нет, - я покачала головой. – Наймите на роль Снегурочки актрису. Мне точно такая работа не по вкусу.

– У тебя потом столько выходных… - нахмурился мужчина.

- Они есть у всех, - возмутилась я и ударила кулаком по столу.

И даже сама удивилась своему поступку. Обычно я не спорю с начальством. Но у меня была причина. Довольно серьезная. Именно на этот праздник у меня были планы, и менять их мне ужасно не хотелось.

- Значит так, Лилия, - начальник сузил глаза. – Это мое волевое решение. Я, в конце концов, тут главный. И ты выполнишь мой прямой приказ. Или…

Последнее слово повисло в воздухе. Я не отвела глаз от Глеба Михайловича, ожидая продолжения.

- … или мы с тобой попрощаемся, - закончил он торжественно и хлопнул по столу крупной пятерней.

- Вы серьезно? – прошептала я.

- Совершенно, - кивнул мужчина, довольный произведенным эффектом. – Ты будешь Снегурочкой на этот Новый год и это не обсуждается.

В кабинете повисла гнетущая тишина. Я подумала, что будь сейчас лето, то даже муха бы постеснялась летать и портить момент. Неспешно поднявшись на ноги, я направилась к выходу.

- Костюм возьмешь у кастелянши. Надо его отдать в чистку, наверно, - донеслось мне в спину.

Я медленно повернулась и окинула взглядом кабинет, в котором частенько бывала последние три с половиной года. И подумала, что тут всегда не хватало света и воздуха.

- Я не буду исполнять ваш приказ, - уверенно произнесла я.

- Лилия, ты со мной не шути… - начал начальник.

- Какие уж тут шутки, - с кривой усмешкой я покачала головой. – Я с вами не играю. Заявление оставлю на отделе кадров.

- Какое? – опешил мужчина.

- На увольнение. И не вздумайте его не принять. Я на вас подам жалобу в трудовую инспекцию.

- Ты ведь несерьезно, - выдохнул начальник и враз побледнел. – Ты не можешь уволиться. Я тебе такую характеристику дам…

- Только попробуйте, - я скрестила руки на груди. – Я тут знаю все. Каждую взятку, которую вы в конверт совали.

Начальник побледнел еще сильнее, хотя казалось, что больше уже некуда.

- А еще обо всех мертвых душах, которые у вас тут якобы работают. И про то, сколько на самом деле вы получаете за аренду…

- Что ты такое говоришь? - пробормотал мой собеседник.

- Вы сами понимаете, Глеб Михайлович, о чем речь.

- Лилечка, душечка, ты чего так взбеленилась? – заворковал мужчина и встал из-за стола. – Я ведь всегда к тебе как к дочери относился. Я маму твою знал. И помог тебе, когда их не стало.

- Вы меня на работу взяли, - напомнила я. – Между прочим, я каждую копейку зарплаты отрабатываю. И сверхурочные, за которые вы всегда забываете доплатить. Так что про помощь даже говорить не стоит. Не было ее.

- Если тебе было тяжело, так ты могла бы отказаться от сверхурочных, - мужчина неловко повел широкими плечами. – Ты сама за все бралась.

- Прямо как за роль Снегурочки? – язвительно уточнила я.

- Ну, тут ты права. Я перегнул палку. Просто пойми меня, Лилия, бюджет весь уже потрачен. На банкет, на премии, на подарки. Ты же сама знаешь, - мужчина вздохнул. – Не на что мне нанимать актрису. А тут праздник такой. Он ведь семейный. В этот день многие с детишками приходят, и им так приятно сфотографироваться с Дедушкой Морозом и Снегурочкой.

Я вздохнула и подняла взгляд к потолку. Мы оба понимали, что детей в центр приводили редко. Даже в эти дни. А то, что в каждом офисе отмечали предстоящий праздник и выходные, секретом не было. Потому в холл обычно выходили захмелевшие белые воротнички. И обязательно отпускали пару сальных шуток в мою сторону. Этим все не ограничивалось. Еще мне приходилось избегать их загребущих рук, которые пытались приобнять.

- Мне нечем платить актрисе, - вздохнул Глеб Михайлович. – На следующий год я обязательно выделю для этого немного денег…

- Неправда, - я покачала головой. – Вы каждый год мне такое обещаете. Как и перевести меня наконец со ставки секретаря в помощники. Ведь я работаю не только на телефоне, как вы мне поначалу обещали.

- На этот раз точно все исполню. Но сейчас денег и впрямь нет. Все ушло на премии.

- И почему же мне премию не начислили? – я выразительно усмехнулась.

- В конверте получишь, чтобы не платить налоги. После того как отработаешь Снегурочкой, и получишь.

В этот момент в дверь постучали, и она слегка приоткрылась.

- В приемной никого, - виновато заявил паренек в зеленой форме. – А мне надо вручить вам посылку.

- Давай уже, - раздраженно потребовал Глеб Михайлович и бесцеремонно отодвинул меня в сторону.

Курьер зашел в кабинет, покосился на меня, вручил начальнику коробку, а потом планшет с листком бумаги.

- Распишитесь в получении, - попросил он.

- Я должен сначала проверить, - буркнул Глеб Михайлович.

- Два розовых телефона. Последней модели, - буднично продиктовал паренек, читая надпись на квитанции. - Канцтовары и расходники для офиса.

- Да понял я, - рявкнул начальник, зло зыркнул на меня и махнул рукой. – Ступай уже. Потом поговорим.

Я вышла из кабинета и направилась к окну. Поправила штору. Осмотрела парковку, на которой никогда не было моей машины. И машины у меня не было, потому как на свою крохотную зарплату я не могла купить самое дешевое авто даже в кредит. И я поняла, что работать тут не хочу. Совсем не хочу. И дело было вовсе не в Снегурочке, которой мне быть осточертело.

Я села за свой рабочий стол. Взяла чистый лист и написала: «Прошу уволить меня по собственному желанию».

В окно просочилось солнце, заливая крохотный кабинетик светом.

Я быстро вынула из шкафа свою голубую курточку, сменила туфли на сапожки, подхватила рюкзачок и направилась прочь.

- Лилия, ты на обед? – донесся мне в спину растерянный голос начальника. - Лучше отнеси костюм Снегурки в чистку. Его в начале этого месяца заимствовали для утренников. Может придется его починить. Ты уж там разберись со всем. Ладно? А поешь в другой раз. Потом...

За все время моей работы он так ни разу и не обратил внимание на то, что я всегда приносила перекус из дома в пластиковом контейнере. Вряд ли ему было интересно, чем жила его помощница, которая всегда была под рукой и на подхвате.

Отвечать я не стала и вскоре уже бежала по лестнице. Снаружи меня встретил морозный воздух и аромат булочек, которые кто-то проносил мимо.

Мне подумалось, что никогда еще день не был таким прекрасным.

Домой я добралась быстро. Взбежала по ступеням на свой этаж и вошла в темную прихожую.

Телефон несколько раз звонил, но на экране высвечивался либо номер офиса или личный начальника. И брать трубку я не собиралась. Неважно, что он намеревался мне сказать. Я понимала, что поступила правильно. Давно надо было решиться и уволиться. Ведь выполнять мне приходилось дел намного больше, чем предусматривалось трудовым договором. И особенно было неприятно, когда нужно было прикрывать Глеба Михайловича во время его свиданий с любовницей. Супруга начальника была женщиной волевой и деспотичной. И ревнивой. Меня она не считала достойной внимания своего благоверного. Потому как после критического осмотра в первый день моей работы выдала: «Тощая и белобрысая. Глебушка на такую не позариться.»

Нас двоих это более чем устраивало. Но, справедливости ради, начальник выбрал себе на роль тайной подруги даму очень похожую на свою жену – высокую, дородную барышню с громким голосом и повадками командира. Она арендовала один из офисов в нашем здании и быстро положила глаз на Глеба Михайловича. Насколько все серьезно было между ними, я судить не могла. Но подарки начальник покупал своим женщинам одинаковые и делал это за счет фирмы. Как и в этот раз.

- Денег у него нет на Снегурочку, - буркнула я себе под нос.

Сначала я поставила на плиту чайник, потом сделала бутерброд. И уже после принялась рассматривать платье, которое приготовила для похода в гости.

Этот Новый год я наконец буду встречать как все нормальные люди. Меня пригласили на празднование в дом, где соберется большая компания. Там будут не только те, кого я знаю, но и люди, с которыми мне еще не доводилось встречаться. Подруга намекнула, что мне стоит быть готовой к интересному знакомству.

Но я буквально млела от мысли, что на этот Новый смогу не бежать на последний автобус, трястись в промерзшем салоне, чтобы добраться домой уставшей и разбитой. Затем принимала душ, а потом, замотанная в халат, с миской заготовленного накануне салата, я садилась у окна и смотрела на фейерверки, которые запускали счастливые люди.

От мамы мне досталась квартира неподалеку от центра города. Мне в ней нравилось, несмотря на то, что здесь давно стоило сделать ремонт. Но руки все не доходили. Да и копить деньги удавалось с трудом. А еще в моем жилище не хватало кота. Но питомца я твердо решила завести в Новом году. Выберу приют для животных и непременно выберу себе пушистика, с которым буду жить. И радоваться. Радоваться я буду обязательно. Найду уже нормальную работу, которую буду любить. Не так давно я получила визитку от одного посетителя моего начальника. Он сказал, что если я могу вести дела Глеба Михайловича, то наверняка смогу справиться с более приятной работой. Что он имел в виду, я сразу не поняла, а потому проверила название фирмы, написанное на визитке. Она принадлежала человеку, владеющему сетью гостиниц в нашем городке.

В вазе, которая стояла на комоде в прихожей среди конфет, монет и счастливых билетиков, которые я прилежно копила для особенного момента, нашлась та самая визитка. Я повертела ее в руках, решая, стоит ли звонить сейчас или оставить это дело до следующего года. Потом представила, сколько забот у важного человека, которого я собралась отвлекать в это предпраздничное время, и вернула картонный прямоугольник на место. Делами я займусь после Нового года. А свободное время потрачу на себя. У меня ведь почти не было полноценных выходных.

На душе появилось странное ощущение легкости и предвкушения чуда. Жаль, что я не успевала купить елку. Но все же вынула из кладовой коробку с игрушками и мишурой, чтобы украсить квартиру. На самой дальней полке я заметила красный мешок и потянула его на себя. Внутри оказался костюм Снегурочки, в котором мама поздравляла меня с праздником, когда я была совсем крохой. И я ведь тогда искренне верила, что моя мама - настоящая волшебница. Я провела пальцами по шелковой ткани платья, невольно восхищаясь изысканной вышивке. Ни один костюм, который я видела в торговых центрах, не походил на наряд, который лежал передо мной. Не задумываясь ни секунды, я сбросила с себя домашний костюм и облачилась в платье. Оно было мне почти впору, если не считать, что подол оказался слишком длинны. Подхватив ткань, словно принцесса в старых фильмах, я подошла к зеркалу в своей комнате и застыла. Синее платье с открытыми плечами и широкой юбкой было расшито тончайшей серебристой нитью, которая создавала едва заметные снежинки. Те переливались, являя рисунок при каждом моем движении.

Я почти забыла, каким прекрасным был наряд моей матери. Не хватало только нежно-голубой накидки, которая должна была наброшена поверх плечей. В моей памяти она была покрыта то ли мягким мехом, то ли невесомыми короткими перышками. И мама всегда просила меня быть с ней аккуратной.

Телефон вновь ожил и зазвонил. Но на экране был номер моей подруги. Я нажала на кнопку приема вызова.

- Привет, Лилечка, - защебетала девушка. – Я хочу с тобой посоветоваться по поводу цвета ногтей.

Я включила видеозвонок, чтобы увидеть картинку, и подруга воскликнула:

- Ты замуж собралась?

- Что? – удивилась я.

- Ну, не просто так ты прикупила такое платье. Покажи его полностью.

Я направила камеру на зеркало, и собеседница принялась вздыхать и охать.

- Как оно тебе идет. Ты же прямо как Снежная королева.

- Снегурочка, - усмехнулась я. – Моя мама приносила мне подарки под елочку в этом наряде.

- Если оно такое же, как мне кажется, то тебе стоит обязательно в нем выйти в люди. Как раз будет повод на этот Новый год.

- Не думаю…

- А ты не думай, - велела мне девушка и добавила с привычной мягкостью, - Ты в нем очень красивая. И к тому же когда еще блистать, как не в этот праздник?

Мы еще какое-то время поговорили, потом я посоветовала подруге цвет маникюра, который она, как оказалось, сама уже выбрала. После этого я завершила вызов и вновь подошла к зеркалу. Снаружи уже стемнело и мне вдруг показалось, что отражение в зеркале дрогнуло. От удивления я даже не смогла испугаться. Лишь шагнула ближе, рассматривая стеклянную поверхность в старой золоченой раме.

Конечно же, ничего странного в нем не было. И я подумала, что все же стоит включить в комнате свет, чтобы воображение не играло со мной шутки.

За окном раздался странный звук, на который я тотчас обернулась. И обомлела. На меня из полутьмы смотрели два желтых глаза. А потом раздался жалобный мяв. Очнувшись, я подошла ближе и убедилась, что на узком подоконнике сидел котенок. И откуда только он тут мог взяться? Этаж был высоким, а балкона у меня не было. Видимо, он перебрался от соседей и теперь сидит испуганный и замерзший.

- Держись, маленький, - забормотала я, словно зверек мог меня услышать и понять.

Осторожно, чтобы не напугать котенка, я распахнула раму. В комнату тут же ворвался морозный воздух, неся с собой мелкие колючие снежинки. Маленький кот не стал раздумывать и сразу же запрыгнул в комнату.

- И как ты только тут очутился? - я выглянула наружу, убеждаясь, что соседний подоконник расположен очень далеко.

Гость меж тем расположился в центре комнаты и принялся умываться. И только тут я смогла рассмотреть, что он вовсе не черный, как мне поначалу показалось. Кто-то додумался выкрасить малыша в синий цвет.

- Кто же так тебя? – возмутилась я и быстро направилась к котенку, чтобы не дать ему слизать с себя краску, которая может его отравить.

Но зверь решил, что я на него нападаю, и рванул прочь. Путаясь в пышном подоле юбки, я подхватила ткань и попыталась догнать малыша. В следующую секунду синий котенок оторвался от пола в длинном прыжке и буквально влетел… в зеркало. Споткнувшись, я успела прикрыть глаза, перед тем как отправиться за ним и подумать, что разбить зеркало – это к несчастью. А разбить его собой – к большому несчастью.