Глава 18

Анрид

Её губы всё ещё оставляли тепло на моих. Ламия ушла, а я продолжал смотреть ей вслед, ощущая, как внутри меня раздирают противоречия.

Не хотел её отпускать, желая, чтобы она осталась со мной рядом. Смежил веки, заставляя пламя внутри себя утихнуть.

Что со мной такое? Почему так тянуло к ней, влекло прикоснуться, чувствовать её хрупкие плечи в своих объятиях? Сжать так крепко и не выпускать. Хотя бы на это, только начавшееся утро. Вкушать на губах карамельный вкус и наслаждаться их сладостью.

Наверное, я просто устал.

Я поднялся и направился в кабинет. Сел за стол и, положив локти на его поверхность, сцепил пальцы в замок и уткнулся в них лбом. Тишина давила, зато мысли в голове не умолкали.

Значит, Астро знает о наших с Легайн отношениях? Знает и хочет повернуть это против меня? Но откуда он это знает? Демон бы его побрал! Могла ли Иветта быть причастна к этому всему? Нет. Это все провокации, её имя пытаются очернить, ведь именно этого она боялась, стоило ей открыть мне свои чувства.

Но тогда откуда было знать Флоксии Орейт о моём ужине с семьёй Легайн? Об этом никто не знал, кроме… Хиодхона. А дневник? Это подделка, сегодня я об этом узнал. В нём отчётливые следы магии. Почему он оказался у Легайн? Прочитав его, она поверила всему, что там написано. Кому было нужно его подделывать, отвернуть Легайн от Бастиона и направить ко мне? Это чей-то хитрый план. Который убеждает, что Иветта Легайн – жертва чьей-то игры, связанной со мной. Из-за меня она страдает.

Нет, не из-за меня, а из-за Бастиона, который всё это затеял. Гнев стал подниматься из недр души. Вечно он совал нос, куда ему не следовало, и брался за то, что ему непосильно. Если бы не он… Сжал пальцы до белых костяшек, которые проняла боль.

– Идиот.

Ярость сменилась на бессильное отчаяние.

И этот гад Астро, столько времени выжидал подходящего момента, чтобы ударить. …Перейти на сторону теневиков. Ублюдок. Пусть даже не надеется. Я лучше сдохну, чем соглашусь на это. Как посмел такое мне предложить?!

Я положил руки на стол, склонил голову. Дышал тяжело, чувствуя разливающуюся по телу усталость. Откинулся на спинку кресла, запрокинув голову, прикрыл веки. Ещё долго пытался разгадать головоломку, в которой было лишь четыре игрока: я, Бастион, Астро и Иветта…

Проснулся я от громкого стука в дверь. Даже вздрогнул, поднимая голову.

В кабинет без моего разрешения ворвался Форн.

– Что ты тут делаешь? – поморщился я, убирая со стола ноги.

За окном – яркий дневной свет. Лицо Форна было не узнать, вытянутое и то ли разгневанное, то ли растерянное.

– Пока ты тут дрыхнешь, тебя всё управление разыскивает!

– У меня сегодня выходной, – поморщился я, потирая затёкшую шею. – А ты что тут делаешь, разве ты не должен в лечебнице быть? – повязка на его голове как раз напомнила мне об этом.

Рогмат бросил на стол зажатую в кулаке прессу.

– Вот, полюбуйся, – процедил он, запуская в шевелюру пальцы.

Я убрал с себя жакет и потянулся к газетам, чувствуя неладное. Развернул, беглым взглядом прошёлся по заголовку.

Хмыкнул, откинув прессу.

– Ради этого ты ко мне припёрся ранним утром? Не стоило, – откинулся обратно на кресло.

– Что? Не стоило?! Да ты … – Рогмат воздержался от ругательств.

Ухмыльнулся – этого дешёвого трюка стоило ожидать.

– Ты что, не понимаешь, какое тут болото взбаламутили?! Они тебя подозревают в убийстве милорда Бастиона! – продолжал пыхтеть Форн.

– И что?

– Как “что”?! – округлил глаза помощник.

– А если всё это дойдёт до короля? Сейчас всё управление на ушах. А что насчёт Астро, почему его отпустили? – задал он следующий вопрос, а я прикрыл веки.

– У меня нет доказательств, чтобы его задерживать, нет доказательств, что он на стороне теневиков.

Рогмат смолк и сделал пару кругов по кабинету, ероша спутанные волосы пятернёй, а потом подошёл к столу и опёрся ладонями о край. Посмотрел на меня острым взглядом.

– Что ты собираешься делать?

– Пока ничего.

– Как ничего?! Ты хоть понимаешь, как далеко это может зайти?

– А что ты мне предлагаешь? Что я могу сделать? – начал злиться.

– Не знаю. Может, поговорить с королём?

Я усмехнулся.

– И что я ему скажу? “Это не я”?

Рогмат бросил на меня затравленный взгляд. Он всерьёз переживал. Я поднял руку и потёр переносицу.

– Расслабься, Форн, пока ещё ничего не произошло.

– А когда произойдёт, будет уже поздно, – буркнул он и отстранился от стола.

– Всё будет нормально, давай кофе попьём лучше.

Три дня спустя

Как оказалось, Астро сдержал слово, и вскоре город начал гудеть о прошлогодней трагедии. Во всех газетах были статьи обо мне и Бастионе. Клевета была в каждой строчке. Лгали, что я подстроил пожар, спалив своего брата, а потом, чтобы замести следы, приехал на место трагедии и рвался в дом: это посчитали не более чем актёрским мастерством.

Закрыл газету, скомкав её в кулаках, уставился на закрытую дверь своего рабочего кабинета. В неё постучали, а следом вошел Форн. Вид у него был такой, будто его лишили годовой премии.

– Как тебе удаётся сохранять такое спокойствие? – начал он с порога. – Они уже сидят там битых два часа.

Кто “они”, мне было понятно: главы верховной коалиции, которые пожаловали в наше управление ещё утром.

– Как ему это удаётся? – переметнулся Форн на другой вопрос. – Как ему удалось убедить всех в этой лжи?

– У Астро, как видишь, много связей.

– И самое ужасное, что ему все верят.

Я повернулся и швырнул комок в полнившуюся газетами урну. Рогмат, проследив за моим движением, нахмурился, задумавшись над чем-то.

– А что, если в ответ запустить слух? Он же подозревается в сговоре с теневиками. Заодно это поможет отвести от тебя внимание!

Я задумался. Это было неплохой идеей. Только хотел ответить, как в дверь снова постучали.

Я и Рогмат повернулись. Дверь открылась, и в кабинет вошёл один из уполномоченных.

– Господин Рузлокк, вас вызывает верховный совет.

Рогмат резко повернулся ко мне, его лицо мгновенно побледнело.

– Пройдёмте, господин.

Я медленно поднялся и вышел из-за стола, предчувствуя скверный поворот событий для себя. Рогмат проводил меня немым взглядом, не способный даже шелохнуться.

Мы вышли в коридор. Сотрудники, что встречались по дороге, останавливались, удивлённо разинув рты, кто-то специально вышел поглазеть. Стиснув кулаки, я шёл за сопровождающим, понимая, что ничего хорошего ждать не стоит.

Поднявшись на самый верхний этаж, где собиралась главы управления, мы оказались перед двустворчатыми дверьми. Охрана раскрыла их, когда мы приблизились.

– Прошу вас, господин Рузлокк, – указал жестом провожатый.

Я вобрал в грудь воздуха, собрался с мыслями, шагнул в широкий зал. Двери за мной тут же прикрылись. И я остался стоять в полной тишине. За длинным столом уже сидели пятеро управленцев, по их лицам я понял, что они уже давно здесь. И решали вопрос касательно меня.

– Проходите, господин Рузлокк.

Стиснув челюсти, я шагнул к такому же длинному, но пустующему столу, что находился напротив главного, и опустился на стул, положив локти. Поднял глаза, встречая волну суровой придирчивости: каждый из управленцев пытался будто пробраться мне в мысли, вонзив острые ножи взглядов.

– Как вы всё это объясните, господин Рузлокк?

– Что именно, господин представитель?

– Вы знаете, о чём я, о вашем брате, Бастионе Рузлокке. Видите ли, эти слухи были бы пустышкой, если бы не один очень важный факт. Вы ненавидели и ненавидите своего брата до сих пор.

От напряжения даже скулы свело. Я наклонился чуть вперёд, сцепив пальцы в замок.

– Это не совсем точное заявление, у нас были с ним некоторые разногласия, но не ненависть.

Главы переглянулись между собой, не снимая маски хладнокровия.

– Это правда, что разногласия были из-за госпожи Легайн, жены покойного?

Я окаменел.

– А она здесь при чём?

– При том, что вы были безумно влюблены в неё, и чтобы завоевать госпожу, вам пришлось… устранить конкурента. Потом, после гибели Бастиона, вы долго скрывали свои отношения, чтобы вас не могли заподозрить в преступлении.

Я резко поднялся, стул с грохотом отъехал в сторону.

Глава откинулся на спинку стула и продолжал измерять непроницаемым взглядом.

– Если бы это сделал я, то не скрывал бы, слепая ненависть не позволила бы мне долго сдерживаться.

Представители задумались.

– Успокойтесь, господин Рузлокк, и сядьте.

Я повернулся, взяв стул, придвинул к столу и опустился в него.

– Мы понимаем ваши чувства. Вы ценны для нас, и нам не хочется терять одного из лучших кандидатов на работу.

Молчание на некоторое время повисло в зале.

– Поэтому, чтобы не провоцировать шумиху, мы вынуждены на время отстранить вас от работы, господин Рузлокк, – слова эхом пронеслись по залу, заставляя меня одеревенеть.

Я ожидал явно не этого, но выражение лица главы было непоколебимым.

– Сдайте ваш орден, господин Рузлокк, – попросил второй глава.

Я стиснул челюсти, мои пальцы будто одеревенели.

– Вам лучше следовать приказу, не усложняйте ситуацию.

Выдохнул и взялся за ворот амуниции, извлёкая орден и кладя его на стол.

– Хорошо, господин Рузлокк. Теперь вам нужно подождать некоторое время, и советую не покидать города. Поезжайте в Эбер-Фолл и старайтесь не мелькать в массах. Вы свободны.

Главы продолжали наблюдать, когда я поднялся и вышел из зала. У двери меня встретил провожатый. Внизу меня ждали целая толпа, лицо Форна было совершенно потерянным, а во взгляде – немой вопрос, по моему виду он понял сразу, что дела у меня неважные. Провожатый, отстранив зевак, проводил до самой двери и, кажется, не собирался уходить.

– Я подожду здесь, господин Рузлокк, чтобы проводить вас до выхода.

Форну, который пытался зайти за мной, преградили путь. Дверь закрылась, отрезая меня от творящейся суеты снаружи. Я почувствовал, как кровь давит на голову. Обвёл взглядом кабинет, с шумом выдохнул и направился к рабочему столу. Вещей у меня было не так и много, поэтому сборы не заняли много времени. Покинуть управление незамеченным оказалось невозможным. Меня проводили до поста, Форн вышел со мной на улицу, задержав у экипажа.

– Не понимаю, что происходит, почему они тебя отстранили?

Я посмотрел на здание, самые верхние этажи, где остался совет, наверняка наблюдающий за мной через стекло.

– Нужно подождать, – ответил ему.

– У меня плохое предчувствие, что это только начало.

– Астро объявил бой, значит, будем сражаться, – успокоил помощника.

– Ты ведь о нём рассказал всё? Что он шантажировал тебя, рассказал?

Я прищурился на ветер, посмотрев на обеспокоенное лицо Форна.

– Это бессмысленно, у нас нет доказательств. А слова ничего не значат.

– Да уж, не значат, тогда почему тебя отстранили? С какого хр?.. – Рогмат запнулся, сдерживая рвущиеся ругательства.

Я поднял руку и хлопнул его по плечу.

– Нужно подождать, пока нет смысла что-то доказывать. Оставайся здесь и следи за происходящим, – чуть сжав его плечо, вы пустил и погрузился в экипаж.

Я видел в окно, как Форн выругался, бессильный что-либо сделать.

До Эбер-Фолла дорога была будто в тумане, ко всему, мороз усилился. Хоть я и не чувствовал его влияния, но слышал, как хрустит снег. Интересно, чем занята госпожа Ламия? Усмехнулся про себя: я должен ведь сейчас думать вовсе не о ней, так? Но мысли о Монгрейт поселяли внутри тепло, впервые я рад, что она сейчас в моём замке, что буду не один, а где-то в комнате притихла эта гордая леди. За эти три дня я практически с ней не сталкивался, и сейчас острое желание увидеть её взбудоражило. Дома меня встретил Хиодхон.

Коротко рассказал ему о случившемся, на что дух посерьёзнел и задумался. Пока я снимал пальто, в холле беззвучно появилась Монгрейт. Внутри меня что-то тронуло, когда я увидел на её лице растерянность и беспокойство, такое неподдельное и искреннее, что сразу хотелось её чем-то утешить. Но вовремя одёрнул себя. Она всё слышала.

– Я принесу вам чай, милорд, – Хиодхон отлучился, оставив нас с Монгрейт наедине.

– Вас отстранили от работы, всё из-за этих слухов?

Я кивнул, приблизившись к поникшей девушке.

– У них нет другого выбора…

– Что будете делать? – она подняла взгляд, а внутри меня взорвался целый фейерверк чувств.

Я пожал плечами.

– Пока ничего.

Монгрейт нахмурилась.

– На вас это не похоже.

– Думаете?

– Уверена.

– Иногда, – выдохнул, – нужно уметь признавать, что проиграл. – Я прошёл к дивану и опустился на него. – Составите мне компанию?

Ламия некоторое время колебалась, но присела напротив меня. Я невольно окинул её взглядом, понимая, как же всё-таки мне не хватало её присутствия.

Демоны, Анрид, и когда ты успел прикипеть к этой девушке, которая, насколько помнится, противоположность моего идеала?

– Чем вы занимались? – спросил, не скрывая своего любопытства.

Вопрос Ламию обескуражил.

– Чем ещё можно заниматься, милорд, сидя взаперти?

Я усмехнулся.

– В вашей библиотеке невозможно скучные книги.

Наверное, она ожидала, что я отвечу колкостью. В самом начале я бы так и сделал.

– Какие книги вам интересны? Я могу приказать Хиодхону…

– Не нужно, – перебила она вдруг, явно смущённая моим предложением. – Не могу сейчас думать о чём-то другом.

– И какие же мысли занимают сейчас вашу голову, госпожа? – заинтересовался не на шутку.

– Как вы можете быть таким спокойным, господин Рузлокк? – вдруг спросила, прищурив взгляд, обжигая синью своих глаз. – Почему вы не действуете? К тому же вы обещали посадить за решётку того, кто убил моего отца, – в глазах Монгрейт бушевало настоящее пламя, они завораживали меня. Ей идёт эта злость.

Но вдруг её лицо изменилось, а взгляд стал невообразимо тёплым.

– У меня есть один план, господин Рузлокк, – заявила вдруг она, не дожидаясь моего ответа.

Я втянул в себя воздух и чуть откинулся на спинку дивана. Госпожа Монгрейт умела удивить.

– Что за план?

– Только не воспринимайте мои слова в штыки, просто выслушайте сначала.

– Я вас слушаю.

Ламия придвинулась на самый краешек дивана, её вид сделался заговорщицким.

– Что, если вам согласиться на эту сделку с Астро, а потом выдать его властям?

Я опустил взгляд на свои кисти.

– Я думал об этом… Но, боюсь, этот трюк не сработает, наверняка Девер это учитывает. Но вы в чём-то правы, нужно дождаться его следующего хода. Сейчас, когда он добился своего, Астро снова выйдет из укрытия.

– И как вы собираетесь идти на борьбу в одиночку? – вмешался в разговор Хиодхон, входя в зал с подносом в руках.

– Почему же в одиночку, – тут же спохватилась Монгрейт. – Я буду с вами, господин Рузлокк.

Я повернул к ней голову в надежде увидеть хоть долю насмешки, но взгляд Ламии был полон решимости. Даже, казалось, Хиодхон удивился подобному заявлению.

– Я к этому тоже причастна и готова помочь.

Хиодхон подал Монгрейт кружку чая, его взгляд был совершенно одобрительным. Они точно в сговоре, иначе невозможно объяснить эту обоюдную поддержку.

– Сначала дождёмся действий Астро, – не стал я спорить, но мысленно отмёл эту возможность Ламии помочь, не хватало ещё рисковать её жизнью.

– Я придумала! – вдруг подскочила она, – а что, если мне перейти на его сторону!

– Что? – произнёс я в один голос с Хиодхоном.

– Я отправлюсь к Астро и притворюсь, что нуждаюсь в его помощи, дам ему почувствовать своё превосходство, мой поступок будет вполне логичен: не найдя помощи у вас, господин Рузлокк, я отправлюсь к Астро сама. Вотрусь к нему в доверие и выведаю все его гнусные планы.

– Нет! – отрезал так резко, что Хиодхон вздрогнул.

– Почему?! – тут же возмутилась Монгрейт.

– Потому что вы в первую очередь женщина, и он обязательно воспользуется этим.

Ламия застыла. Я шумно выдохнул через нос: от одной мысли об этом в глазах меркло. Как вообще ей могло прийти такое в голову?

Ламия

Анрид выглядел уставшим и задумчивым. Новость о том, что его отстранили от работы, ошарашила. Не думала, что так далеко всё зайдёт. Хотелось помочь, что-то придумать, ведь должен же быть какой-то выход! Почему они так поступили с ним? Ведь ясно же, что это ложь!

И когда я предложила путь разоблачения Астро, Рузлокк резко поднял на меня взгляд, пронизывая насквозь, в глубине глаз заплескалась такая ярость, что я на миг растерялась. Вцепилась в свою чашку и решила затихнуть – уж слишком опасным был сейчас взгляд оборотника.

Пили чай молча. Всё чаще ловила на себе взгляд Рузлокка.

– Я хочу съездить в свою усадьбу, если вы не против, милорд.

Анрид поднял взгляд на меня.

– Для чего?

– Не могу бросить всё в таком состоянии, сейчас там никого нет, но остались некоторые слуги, нужно навести порядок, – объяснила я.

– Если можете ехать, не буду вас держать, но одну тоже не отпущу.

Я так и застыла с чашкой в руках, Рузлокк, поняв, что сказал, отвёл взгляд, но бросил на Хиодхона.

– Он поедет с вами, – кивнул на духа.

– С удовольствие сопровожу молодую госпожу.

От меня не могло ускользнуть, как оборотник стиснул челюсти, бросая на фамильяра колючий взгляд. Я сделала нервный глоток.

– Думаю, моего визита и не заметят, – разбила я напряжённое молчание. – Тогда я пойду соберусь для выхода, – отставила чашку.

– Только… – остановил Рузлокк, – возвращайтесь дотемна.

– Я постараюсь, – улыбнулась и поднялась, отправляясь в отведённую мне комнату.

Ситуация с Астро зашла в тупик. Но, может, действительно паниковать ещё рано и всё уляжется? Что ещё он может предпринять против Рузлокка? Ему нужно, чтобы тот перешёл на его сторону, чтобы оборотник исполнял его приказы. Это недопустимо. И плохо, что от Анрида отвернулись в управлении. Это выглядело несправедливо по отношению к нему.

За мрачными мыслями я собралась, взяв сумочку, спустилась вниз. В зале оставался только Хиодхон.

– Господин Рузлокк направился в свой кабинет, – оповестил он, видя мой вопросительный взгляд. – Вы готовы?

– Да, идёмте.

Фамильяр как-то хитро ухмыльнулся, взяв мой пуховик, и помог одеться.

Родной дом выглядел на удивление чистым, даже не скажешь, что в нём сейчас никого нет, кроме слуг. Хотя с момента моего последнего визита прошло уже четыре дня. За это время снега намело много, очищена была только дорога до парадного входа.

Как оказалось, в усадьбе оставался только дворник, который приходил каждое утро, чтобы почистить снег. Единственный человек, который прислуживал ещё при жизни моего отца, оставался верен этому дому. Он рассказал, что за эти дни в усадьбу никто не приезжал, никаких следов он не обнаруживал. Поблагодарив его, я пообещала заплатить за всю работу, что он выполнял, ведь, как оказалось, тётушка платила ему сущие копейки.

С Хиодхоном мы вошли в дом, и я тут же поёжилась, насколько здесь было холодно. Казалось, холоднее, чем снаружи. Я прошла внутрь.