Глава 6

− Что тебе нужно для её содержания? – вырывает меня из мрачных воспоминаний голос герцога Арджана. – Отдельная комната?

Подняв голову, я встречаюсь с его сумрачным взглядом.

− Практически ничего. Если можно, хотя бы парочку палок присад на стенах, − произношу тихо, стараясь не напрягать связки, чтобы снова не сорвался голос. − Но если это сложно, тогда не нужно. Гораздо важнее, чтобы у меня была возможность открывать окно и выпускать Бриэнн на волю. И впускать обратно.

− То есть тебе не нужны цыплята и мыши, чтобы её кормить? – вскидывает брови хозяин дома.

− Нет, моя Бриэнн отменная охотница, и сама способна себя прокормить. И ещё… я бы хотела, чтобы она осталась здесь, со мной, − и, видя что мужчина собирается возразить, поспешно прибавляю: − Никаких катышей, крови, ошмётков дичи и прочих… следов жизнедеятельности моя неясыть тут оставлять не будет. Правда, милая?

Я перевожу взгляд на сестру, и та, издав что-то весьма похожее на смешок, снисходительно и с достоинством наклоняет голову, в явном подтверждении. Заставив герцога удивлённо на неё вытаращиться.

Правда, он тут же подозрительно прищуривается.

− Как тебе удалось настолько хорошо выдрессировать дикую птицу?

− Моей заслуги в этом мало. Она досталась мне уже умной, − признаюсь абсолютно искренне. Ну правда же. − Мне осталось только привить ей некоторые понятия дисциплины.

Бриэнн в ответ весьма скептично ухкает. И вдруг посылает мне мыслеобраз, в котором на полном серьёзе интересуется, не хочу ли я оставить себе такого привлекательного самца, способного позаботиться о незнакомке, снятой с дуба?

Я от неожиданности даже кашлять начинаю, поперхнувшись воздухом. Оставить себе? Герцога Сендоа Арджана? У неё что, опять брачный период наступает? Кажется, кто-то уже слишком долго в птичьем облике живёт.

− И ты хочешь, чтобы я позволил тебе подходить к окну? Чтобы ты снова с жаром слегла? – тут же получаю строгий взгляд этого самого «привлекательного самца».

− Могу попросить, чтобы его тана Родика открывала вместо меня, или кто-то другой из прислуги, − изображаю я кроткую невинность. Мне тут недолго гостить, можно и потерпеть желание некоторых всеми командовать и всё контролировать. – Пожалуйста, герцог, для меня это очень важно.

И смотрю на него снизу вверх умоляющим взглядом. Прекрасно осознавая, какой эффект производят мои зелёные глаза на мужчин.

Даже интересно становится. Уступит, или нет?

Герцог буквально застывает, смотря на меня в ответ. Между нами словно струна натягивается. Заставляя, как никогда, остро ощущать звенящую гложущую пустоту одиночества внутри. И снова в его глазах вспыхивают те жаркие искры, от которых и моя кровь воспламеняется и начинает петь.

− Сенд, − произносит он веско. – Я же говорил, что ты можешь обращаться ко мне по имени.

− Пожалуйста, Сенд, − исправляюсь со смущённой улыбкой. – Я буду благоразумной.

Даже не думала, что ещё помню, как это чувствовать себя смущённой. Но сейчас, видя, как герцог реагирует на меня, таким правильным и естественным кажется смущаться и чувствовать себя той юной неопытной девочкой, которой я была раньше, до встречи с Кукловодом.

− Хорошо, − смягчается мужчина. – Насчёт присад подумаю. Но сейчас должен тебя оставить, у меня имеются ещё дела.

− Конечно, − склоняю голову. – Я очень благодарна вам за вашу заботу и то, сколько времени вы мне уделили.

Кивнув, он наконец уходит, оставляя нас с Бриэнн наедине.

− Ох, сестрёнка. Я так встряла опять, − шепчу, прижимаясь лбом к пёстрому совиному крылу.

Повернув голову, она осторожно прихватывает мои волосы клювом. Переступает с ноги на ногу, требовательно транслируя вопрос «Что случилось?».

− Не могу рассказать. Вдруг кто услышит, − шепчу ещё тише. – Да и голос. Я сильно простыла, горло болит. Герцог вот лично моим лечением занимается.

И хмыкаю, уловив красноречивое «Хорош герцог. Берём себе?»

− Вот ещё.

«Ладно. Тебе», − уступают мне великодушно.

И Бриэнн выбирается из моих объятий, чтобы осторожно облететь просторную спальню, в которой меня поселили.

«Никто не слушает. Говори», − приземляется она снова на кровать рядом со мной.

− Спасибо, милая. У меня к тебе срочная просьба. Можешь слетать в Гулем и узнать кое-что? Извини, что прошу тебя лететь в метель, но это очень важно. Герцог принял меня за свою невесту. Все детали потом, сейчас мне просто очень срочно надо узнать, где эта девушка, не случилось ли с ней беды. Тогда будет понятно и то, как быстро герцог может узнать, что ошибся, и есть ли у меня время восстановиться, чтобы продолжить наш путь. Сделаешь?

− У-у-у-ух-ух, − слышу согласное в ответ.

− Её зовут Мирила, − смотрю в большие жёлтые глаза неясыти. – Она должна была прибыть вчера, насколько я понимаю. Скорее всего стационарным порталом. Поищи в гостинице. Я думаю, девушка остановилась там, чтобы переждать метель. И ещё... она полуфея.

«Найду», − нетерпеливо взмахивает крыльями Бриэнн.

− И береги себя, родная, − улыбаюсь грустно.

И тянусь к колокольчику на прикроватном столике, чтобы позвать тану Родику, или горничную.

Вместо уже знакомой мне словоохотливой старушки появляется молодая девушка. Кудрявая брюнетка, с личиком сердечком, голубыми глазами и пухлыми губками бантиком. Форменное синее платье горничной, явно на размер меньше положенного, довольно выгодно обрисовывает пышные формы, а тёмные тугие кудри живописно выглядывают из-под белого чепца.

− Чем могу служить, лаэри? – приседает она в учтивом книксене, весьма умело пряча любопытные взгляды по сторонам.

Интересно, на кого рассчитана вся эта продуманная соблазнительность? Уж не на хозяина ли дома? И с чего бы мне так раздражаться по этому поводу? Не иначе как из солидарности с его невестой, чью роль я сейчас исполняю.

− Будь добра, открой окно и выпусти мою сову, − велю тихим, но уверенным тоном, не терпящим возражений.

Девушка удивлённо вскидывает на меня взгляд, потом смотрит на Бриэнн.

− Э-э-эм, да, конечно, − приседает ещё раз, опомнившись.

И поспешно направляется к окну. Распахивает портьеры, впуская яркий дневной свет в комнату. И берётся за ручку, чтобы распахнуть залепленную снегом створку настежь. В комнату врывается морозный воздух, вынуждая меня поспешно укутаться в одеяло. А Бриэнн, удовлетворённо вскрикнув, взмахивает крыльями и через миг стрелой уносится в белое марево снегопада за окном.

− Закрывай быстрее, холодно, − прошу у горничной. И когда та выполняет мою просьбу, добавляю: − Не затягивай портьеры, мне хочется видеть, что происходит снаружи. Светильники можешь погасить.

− Хорошо, лаэри. Желаете что-то ещё? – поправив занавески так, чтобы они висели красивыми складками, поворачивается ко мне горничная.

− Да. Мне бы хотелось пообедать. Ещё буду очень благодарна, если мне принесут что-то почитать, чтобы скоротать время до ужина, − благосклонно улыбаюсь девушке, отыгрывая роль болеющей аристократки. – И ещё кое-что… Как тебя зовут?

− Сара, лаэри, − представляется девушка.

− Сара, мне нужна одежда. Ты не знаешь, что случилось с моей собственной?

− Она в прачечной, лаэри, − тут же получаю ответ. Горничная виновато улыбается: – Извините, но её пока не постирали. Вчера в особняке был взрыв, много всего приходится от копоти очищать и отстирывать.

− Ясно, − вздыхаю. – Тогда может, какая другая найдётся?

− К сожалению, в доме больше нет женской одежды. Кроме разве что форменной, для слуг.

Ну замечательно. Я, в принципе ничего не имею против одежды для слуг, но невеста герцога вряд ли такое наденет. Значит, и мне нельзя.

− Женской нет. А мужской? Может… мальчишеской? – с надеждой смотрю на Сару.

Может же невеста не знать, какой размер одежды носит сын её договорного жениха? Запросто. Особенно с учётом того, что сам жених даже не знает, как его невеста выглядит.

− Ну-у-у, мужская есть, − наконец получаю от служанки более удовлетворяющий меня ответ. − Можете подняться, лаэри? Я взгляну, какой размер вам подойдёт? – подходит горничная ко мне ближе.

Откинув одеяло, я без возражений встаю с кровати. Даже вокруг своей оси оборачиваюсь, чтобы лучше продемонстрировать свою фигуру.

− Думаю, вам подойдёт кое-что из старой одежды лаэрда Микеля, − задумчиво изрекает Сара после этого осмотра. – Я почищу, поглажу и принесу. Можно идти?

− Да, иди, − киваю, забираясь обратно под одеяло. Что-то мне зябко снова стало.

Горничная уходит, погасив перед этим светильники, а я с усмешкой качаю головой. Девочка совсем не умеет прятать своих чувств. То с каким самодовольством она выпятила свою внушительного размера грудь, оценив мою отощавшую фигуру, не заметить было просто невозможно.

Вздохнув, откидываюсь на подушку. Хотелось бы мне, чтобы многолетние тренировки и постоянная ходьба по лезвию ножа, наградившие меня подтянутой худобой, сделали мою внешность отталкивающей для некоторых особей мужского пола. Но этого так и не произошло. Почему-то на меня всё равно слишком многие обращают внимание.

Слишком многие ведутся на хорошенькое личико и доставшуюся в наследство от моего отца природную притягательность. Порой это играет мне на руку. Но чаще… просто раздражает. Или доводит до отчаяния, если речь идёт о том, кто столько лет держит меня на коротком поводке.

И тут мне вспоминается, как смотрел на меня герцог. Как я себя при этом чувствовала… Жаль, что я не могу позволить себе с ним ничего большего, чем эти воспламеняющие душу жаркие взгляды.