5.1

Борислав нахмурился. – Мы не болеем. – И почти не чувствуем холода, – добавил второй. – Но я очень даже легко подхватываю простуду. И предпочитаю для близости более удобные места. Задиристый и молодой зеленоглазый блондин ударил себя по лбу. – Ясно, я неправильно выбрал позицию. В следующий раз приглашу тебя на сеновал, – обворожительно поигрывая бровями закончил речь Яромир, нагнал меня и собирался снова начать приставать. – Н-нет. Ты не понял. Я вообще не… готова к отношениям. Мне нужно соблюсти паузу, пожить вдали от обилия мужских гормонов, особенно столь… привлекательных. Попыталась пояснить, но улыбка зеленоглазого становилась только больше, чем очень меня нервировала. Мужчина распрямился, повернулся ко мне в три четверти, и начал картинной потягиваться, внаглую соблазняя меня. Крепкие мышцы перекатывались под светлой кожей, маня прикоснуться и проверить, такие ли они твердые наощупь. Я шумно сглотнула. Да, молодой полудикий деревенский парень сейчас выглядел гораздо красивее Олега, даже в его лучшие годы, когда бывший еще не отрастил пивное пузико. И он изменил. А такой красавчик найдет себе подружку быстрее, чем я заверну за во-о-н тот поворот лесной тропинки. Ситуацию немного охладил второй блондин, резко подняв руку. Как по команде настойчивый парень прекратил красоваться и отступил в сторону, сделав серьезное лицо. Возможно, я плохо о нем подумала? Слово взял Борислав. Но прежде он приблизился, и одним слитным движением руки взял в плен мой подбородок, заглянул прямо в глаза. Клянусь, сопротивляться этому обаянию становилось все труднее. – Шапочка, но ты была готова, – выдохнул мне в лицо. Повеяло хвоей и лесом, приятно и свежо. – И даже очень. Я прекрасно знаю, когда женщина меня хочет, от нее иначе пахнет, а ты… твой запах до сих пор трепещет у меня в носу. Горячая, страстная, с горьким послевкусием страха, ты хотела близости не меньше меня. Он сделал выразительную паузу. Горячие пальцы погладили подбородок, спустились на шею, ложась с легким давлением прямо на горло. В голове сразу пронеслась жаркая порочная фантазия. Дерево, к которому тесно прижимают, жаркий шепот, и его пальцы, фиксирующие так же властно. От мужчины исходила энергия лидера, хотелось ему подчиниться, и не только… – А может, мне не кажется? – ноздри Борислава дрогнули. – Точно, ты и сейчас не прочь… Мотнула головой, спасаясь бегством от навязчивых прикосновений, бросающих в жар, от которых ноги отказывались слушаться. Краснея, пролепетала: – Все вышло случайно, вы застали врасплох, к тому же напугали, а я давно не была с мужчиной, вот и… Словом, почему я вообще должна что-то объяснять?! Теперь я свободная женщина и могу делать что хочу и с кем хочу! – Так все же хочешь? – зеленые радужки поймали в сладкую ловушку. Долгая секунда на раздумывание. Да! Очень хочу! Но не могу! Тем более, их здесь двое и судя по медовому взгляду голубоглазого, в стороне он не останется. – Нет. Я не готова вступать в отношения, мне хватило бывшего мужа с головой! Не в моих правилах заниматься сексом с первым встречным! У вас в лесу тут, наверное, что-то растет, афродизиак… Еще и глюки случаются… – закончила, обмахиваясь ладонью. Быть рядом с ними становилось все невыносимее. – Сейчас зима, Агата. Ничего не растет. Ты хочешь нас, потому что хочешь. Хватит оправдывать свое желание разными растениями, – обрубил Борислав. – Но я тебя понял. Видимо, нам нужно познакомиться поближе, чтоб ты могла захотеть взять нас в мужья. Мужья?! – Не нужно мне никаких мужей! Я недавно развелась и не ищу новых отношений. Тут резко активизировался Яромир, подкрался сбоку, вложил в мою ладонь ручку от упавшей фамильной корзинки, а затем проникновенно прошептал: – Но они тебя нашли. Ты будешь нашей, вкусненькая. Я откашлялась, позорно попятилась в сторону от этих двух неадекватов, и посеменила вдоль по дороге в направлении к дому моей драгоценной бабули. А ведь она точно меня не обманула. Чего только в лесах Перепутино не водится. Вот, к примеру, два мужика, думающие, что могут обращаться в волков. Но не успела я отойти далеко, как меня нагнали. Яромир шел размашистыми крупными шагами слева, а Борислав справа. Причем, если мне приходится семенить почти на всех скоростях, они оба лишь лениво прогуливались, с грацией хищников ставя крупные босые стопы на снег. В общем-то, ничего удивительного. Попробуй, найди ботинки на такие лапы… Они молчали. Ни тот, ни другой, не спешили ничего говорить. И это нервировало. Но хоть не приставали больше. Я ускорила шаг, почти сорвавшись на бег, когда впереди показалась знакомая избушка моей бабушки. Благо путь был коротким. Теперь, в свете дня, я видела, что срубленный дом точь-в-точь походил на обиталище ведьм из русских народных сказок. Ведана выскочила на порог, встречая меня. Мужикам достался строгий осуждающий взгляд. – Вернулась, родная. Как Брунчик-то? А Белых где подобрала? – Да вот, по пути, так сказать, встретила. Привиделось странное: будто один из них из волка превратился в человека. Потрогай, может у меня жар? – обратилась к бабушке, ставя корзинку на пол. – Вот, она тулуп забыла, – Яромир, встряхнул длинными белыми волосами, передавая Ведане мою тяжеленную защиту от холода. – Опять девку раздели! Совесть-то есть? Есть, я вас спрашиваю? – недовольно вопросила она, но тулуп взяла и пристроила на место. – Проходите, раз пожаловали, никого гнать не буду. Там как раз завтрак подоспел, кашка на молоке, и пироги печные с птицей. Я нахмурилась. Бабушка пустит этих маньяков в дом? – Лапы помойте, прежде чем входить. И передние тоже, – бросила она напоследок, проходя на кухню. Мы остались в прихожей втроем. Два огромных мужика и маленькая я в смешных теплых рейтузах. Стоять рядом с ними было тесно. В помещении разлилось напряжение непонятного толка. – Агата, – начал Борислав. – Мы не шутили. У оборотней в семьях часто бывает несколько жен у альфа-самца, но порой и самка может взять двоих, если они ей приглянутся. Мы тебе понравились оба, я это чую. Закатила глаза. – По-моему, я уже все сказала. Никаких мужей. Тем более двоих. У меня уже был один, и мне этого хватило более чем! – глаза увлажнились. – Я не собираюсь снова стирать носки, гладить рубашки и встречать с работы в шикарном белье, которое никто не оценит! Прощать измены, готовить обед из трех блюд, чтоб всегда было свежее, или делить совместно нажитое имущество! Не хочу больше ждать, когда муж вернется из командировки, где имел всех шлюх подряд, а потом заявлялся с букетом ко мне! Никогда! Ни за что! Только почувствовав, как горячая слеза упала с щеки, я поняла, что плачу. Я не проронила ни капли слез, ни когда узнала об измене Олега, ни когда разводилась с ним, ни даже… когда он угрожал отобрать мою квартиру целиком, но сейчас что-то поменялось. Близость природы или присутствие мужчин сделало свое дело: долго сдерживаемые эмоции хлынули через край. – По-моему твой бывший муж не достоин самки, – Яромир вдруг весь ощетинился, показав клыки. – Неудивительно, что ты больше никого не хочешь видеть рядом. Оборотни так не живут. Мы выбираем одну подругу на всю жизнь, порой больше, но это все по обоюдному согласию, а не за спиной любимой. – Внучка ведьмы, рыжая красавица в шикарном белье… поверь, я бы оценил, – с хрипотцой в голосе добавил Борислав. – В остальном поддерживаю слова брата. Он не врет. Идем, балбес, нечего смущать Агату. Они прошли в кухню, послышался плеск воды: отправились мыться перед едой. А я стояла и переваривала сказанное. Оборотни? Семьи с двумя супругами? Да что происходит в этом лесу? И… со мной тоже что-то не так, раз я… несмотря на сказанные слова, на маленькую крохотную секунду дала себе роскошь представить: каково это, иметь двоих любящих красавчиков вместо одного Олега?