Глава 5. Спектакль окончен

Волк, все это время тайком отсиживавшийся в кустах у дороги, радостно выскочил, виляя белоснежным хвостом, как метелкой. Он подошел ближе, ткнулся холодным носом в колени, а после… Силуэт высокого волчары подернулся рябью, шерсть втянулась под кожу, гибкое тело на глазах увеличилось в размерах, лапы удлинились, трансформируясь в человеческие конечности. Зверь стал худее, но увеличился в росте. Спустя несколько секунд, пока я судорожно сжимала ручку корзинки, он превратился в настоящего сексуального красавчика, в котором я без труда узнала своего партнера по жаркому лесному времяпровождению, после которого потом простуду ловят. Но плохо мне стало даже не от того, что я своими глазами узрела оборотня из сказок, а от самого вида мужчины. Он стоял напротив меня абсолютно голый! От кожи охотника шел пар, в зеленых насмешливых глазах мелькнул вызов. Мой взгляд сам собой оценочно пробежался по высокой поджарой фигуре, могучим плечам, буграм мышц на руках, скользнул вниз, наслаждаясь видом сухого живота, и ниже, где… меня радостно приветствовал возбужденный крупный член, очень привлекательный на вид. Я облизнула губы. Действие начало напоминать театр абсурда. – Уже было подумал, ты никогда нас не вспомнишь, – хриплым голосом проворковал нудист, подкрадываясь ко мне. Второй все это время наблюдал за нами со снисходительной улыбочкой. – А я говорил, Шапочка – умная, – вставил другой, заходя сзади. На миг мне представилось, что я – заблудившаяся в лесу наивная косуля, которую окружила свора голодных хищников. – Но так не бывает! Чтоб волк в человека… – я не могла поверить глазам, ушам, и остальным органам чувств, включая интуицию. Ручка корзинки вновь выпала из ослабленных пальцев, дубленка слетела на снег, сзади прижалось одно горячее тело, спереди наступало другое, абсолютно голое и уже знакомое. Член мужчины подрагивал от предвкушения, я невольно снова посмотрела на толстый, увитый выступающими венами, восставший ствол. Один шаг – и он уже упирается в меня, шею накрывают губы того, что находится сзади, жаркое дыхание опаляет кожу, и голова начинает хмельно кружится. – Бывает, Ша-поч-ка, – по слогам произносит мое детское прозвище охотник. В его губах, на выдохе с шипящей ноткой оно звучит максимально порочно. Зеленые глаза вкрадчиво всматриваются в самую душу. Низ живота мгновенно откликнулся на близость двух мускулистых красавчиков. Чья-то ладонь вполне явно забирается под свитер и сжимает мою грудь. Два пальца аккуратно стискивают сосок, заставляя его напрячься. Этот собственнический жест отрезвляет меня. – Стойте! Прекратите! Я отскакиваю от мужчин в сторону, словно ошпаренная. Одуревшая от их жара. Куда угодно, только подальше от двух поджарых гибких тел, к которым так хочется прикоснуться. Агата! Ты недавно развелась, это все чертовы гормоны, а превращение… галлюцинация. Да, точно. Я зажмурилась, потом последовательно открыла один глаз, следом второй. Передо мной все еще стояли двое атлетично сложенных шикарных представителей мужского пола. Выдох… Долгий вдох. Прохладный воздух трепещет в легких, остужая голову. – Не знаю, как вы провернули это представление, но я на это не куплюсь. Волки не превращаются в людей, это против законов природы. Братья обменялись непонятными взглядами. Тот, что был голым, отвернулся, продефилировал до кустов, заставив меня сглотнуть от вида подтянутых упругих ягодиц и широкой сильной спины. Обернулся, одарив очень понимающим взглядом, вгоняя в краску от собственного бесстыдства. Я отвела глаза в сторону. Зашуршали ветки подлеска. – Борислав за штанами полез, – хмыкнул второй мужчина. – Кстати, меня Яромиром зовут. Это я был волком в первый раз, и знаешь, Шапочка, сейчас я ощущаю себя немного уязвленным. Я скрестила руки на груди, изо всех сил уговаривая себя смотреть в глаза назвавшегося Яромиром. Уж слишком был велик соблазн скатиться в откровенное разглядывание идеального мужского торса. Из чистого упрямства решила продолжить разговор: – И почему же? Блеснув яркими голубыми глазами, он с хитринкой в голосе ответил: – Ну, моему братцу ты дала. А сейчас, я чую что ты нас хочешь, но отчего-то сопротивляешься. От этого заявления я прямо-таки задохнулась от возмущения, собиралась колко ответить, но меня опередили: – Яр! Так нельзя разговаривать с женщинами. Разве не ты из нас двоих опытнее в этих делах? Но тебя всему приходится учить как щенка. По затылку длинноволосого прилетела затрещина. – Нет, значит, нет, – закончил поучительную речь охотник, уже напяливший жилетку и штаны. – Самка не в настроении. Дышать стало немного легче. А потом снова плохо. Самка? – Я с ними особенно не разговариваю обычно, – заявил наглый Яромир с нотками гордости в голосе. – Мы заняты другими вещами. Что ж, ясно. Мужлан. Подвид обыкновенный. Хорошо, что волком был именно он. Хотя, о чем это я?! Встряхнула головой, выбрасывая глупые мысли. – Во-первых, не знаю, как у вас тут в Перепутино, а у нас, в столице, предпочитают для интимных действий находить теплые места, где попу не отморозишь, и простуду не подхватишь, – я стала осторожно подбираться к корзинке, которая сейчас, как на зло, стояла между этих двух источников чистого тестостерона. Ощущение того, что за мной наблюдают два хищника, усилилось. Я замерла.