14.1

Там спорили двое, голоса вибрировали, выдавая напряжение говоривших. – А я предупреждал ее не ходить! И теперь мой сын валяется на дне ямы, переломанный, и, возможно, зараженный! Как ты мог выбрать такую пустоголовую девчонку для себя? Неужели не мог найти домовитую и покорную самку, покладистую? – Прекрати отец. Ты ее не знаешь. Если все получится, Агата найдет лечение от болезни. Только подумай, какие потери мы несем каждый год из-за этого проклятого места. Собеседник Борислава издевательски рассмеялся. – Вот именно! ЕСЛИ. А где гарантии? У меня, знаешь ли, не десять сыновей, а только два! Снежана все ждала, пока вы остепенитесь и заведете свою стаю, чтоб родить мне еще щенят, – Радомир ворчал как старикашка. Память услужливо подкинула воспоминание с внешностью отца волков. Ну нет. Как эдакий красавчик, эталон сексуальности, может быть… таким? – Не нужно говорить при Агате об этом. Она еще не готова к серьезным отношениям. И я уважаю ее выбор, – строго отрезал Альфа. «Так его! – я приободрилась. – Он верит в меня, и, судя по разговору, не будет настаивать на быстром развитии отношений». – Мать Волчица! За что мне это?! – громко взмолился Радомир. – Два сильных, красивых оборотня, охотятся хорошо, дом сладили, ну чего еще ей надо? Я снова покраснела. На этот раз гораздо сильнее. Чарослав мне понимающе улыбнулся. – Знаешь, а я ведь тоже не стремлюсь заводить серьезные отношения, – подмигнул колдун и крикнул: – Вообще-то вас тут прекрасно слышно! Голоса замолкли. Потом наверху показались две белые головы. – Эт кто? Чарослав, ты что ли? – спросил самый старший оборотень, пока Борислав напряженно изучал нас с Яромиром. – Он самый. – Откуда нелегкая принесла? – Оттуда, вестимо. – Тьфу ты! Очень содержательный разговор, лучше и мечтать нельзя! Кислые лица говоривших дополнили общее впечатление: колдуна оборотень явно тоже недолюбливает. Похоже, у нас с ним действительно немало общего. Я скосила глаза на высокого брюнета, и пожала плечами. Пусть бесится Радомир, мне главное вытащить младшего Белого и спасти Добронрава. Сердце начинало колотиться быстрее, стоило подумать, что Яромир пожертвовал собой, смягчив мое приземление в яму. – Мы носилки сделали, поможете вытащить? – спросила у Борислава. Альфа не сводил с брата глаз, обдумывая спасательную операцию. – Чарослав, можешь поднять веревки сюда? Мы с отцом подтянем его. Так и решили. Сперва, как на лифте, подняли Яра, потом спустили носилки для меня, осторожно предварительно переложив пострадавшего на снег. А Чар сам вскарабкался по стене, уподобляясь черному большому пауку. С помощью ботинок он цеплялся за стену не хуже насекомого, попутно рассказывая о том, откуда эта яма взялась, и убеждая Радомира заняться восстановлением отношений с Лешим. – Раньше как было? После каждой охоты – потрошки и всякие другие объедки отдаются лесу. А теперь что? Небось себе оставляете? Сюда приносить надо, в яму. Тогда она уменьшатся будет, а не расти. – Так хорошо без твоих нотаций жилось, колдун, – сплюнул на землю Радомир. – Леший наглый больно стал, требовал все больше, а от него никакой обратки. Только жалобы все твои не по адресу, Альфа теперь не я. Борислав отвоевал это право, так что ему и заниматься. – Ну хоть одна хорошая новость, – съязвил жилистый брюнет, окончательно вылезая из ямы. Мне начало казаться, что у этих двоих давние счеты. – Спасибо за совет, Чарослав, я поговорю с общиной, – поклонился Борислав с уважением, а потом ко мне подошел и обнял. Крепко-крепко. Знакомый еловый дух окутал меня, и нервяк сложного похода в чащу начал отступать. – Агата, нам придется пойти к поселению волков. Оно ближе всего отсюда. – Д-да, хорошо. Пожалуйста, постарайтесь, как можно меньше его шевелить, он и так тут занялся самодеятельностью, встал и хотел карабкаться по стенам. – Она еще и командует, – проворчал Радомир, но беспрекословно взялся за второй корень-веревку, когда Борислав ухватился за первый. – Не спорь, отец, – рыкнул на него Альфа, и я с удивлением заметила, как ворчун поник плечами, покорно пошел. Разве что хвост не поджал, так как в человечьем обличии у него его не было. Перспектива, наконец-таки, увидеть, как живут оборотни, одновременно радовала и пугала. – Впечатляет, верно? Иерархия оборотней – поразительная штука. Я рад, что Борислав забрал титул у своего отца. Не то, чтоб Радомир мне совсем не нравился, просто у него инстинкты чересчур заглушают голос разума, да и… девушку у меня в свое время чуть не увел, осел хвостатый. Мы шли позади волков по протоптанному ими следу. Насколько я понимала, мы спускались назад, но по другому пути, чуть севернее фермы и дома моей бабули. Услышав, что его назвали ослом, Радомир глухо зарычал. Поэтому я чуть замедлила шаг, отдаляясь от волков.