Глава 18. Ледяная планета

Снежана

Я долго не могла уснуть. Лежала с закрытыми глазами и думала, думала… О чем? Да, в основном, о двух вещах. Точнее, один объект внимания не был вещью. Почти человек. Только сильнее земного мужчины и обладающий необычными для людей способностями. Люди током не стреляют, разве что слегка порой бывает, особенно если руки наэлектризуются под флисовым пледом. Со мной такое случалось. Поутру встряхнешь тот плед, накрывая постель, а он искрит, прямо чудеса.

Помимо красавца адмирала, я думала о своем неправильном воспитании. Конечно, мама старалась, как могла, вырастить дочь приличным человеком. Но сама обстановка не просто вносила отпечатки, она будто по мне протопала тяжелыми грязными подошвами, оставляя несмываемые следы.

Ну почему я не выросла в московской квартире, похожей на ту, которой владеют родители “принца” Виталика? Хотела бы и я, чтобы дома на меня с красивых портретов смотрели нарядные княгини, подтянутые гусары и важные очкастые академики. Будь я столичной принцессой, ниже и тоньше была бы кирпичная стена, отделяющая меня от Ланса, мешающая нам понять друг друга. А может, никакой стены и вовсе не было бы. Как знать… Говорят, у каждого в жизни свой путь и своя отправная точка. Со времен мучений над школьными сочинениями не уносило меня так далеко в философские дебри.

И вдруг мне вспомнился роман “Война и мир” Льва Толстого. Прочитанный, но нелюбимый, потому что я так и не смогла простить писателю смерть Андрея Болконского. Князь Андрей был моим любимчиком, ради его прекрасного образа я посмотрела не одну экранизацию романа. А теперь внезапно поняла нечто важное. Меня будто бы осенило. Я догадалась, на кого из сколько-нибудь знакомых мне персонажей удивительно похож адмирал. На Андрея Болконского! Да, точно! Такой же гордый, отважный, угрюмо-задумчивый благородный красавец, непрестанно размышляющий о судьбе Отчизны. Романтический идеал. Неприступный и неуловимый. О нем только можно мечтать, а в жизни, как правило, до закону подлости вместо него в мужья достается какой-нибудь невзрачный и рассеянный Пьер Безухов.

Ладушки, едем дальше. Если Ланс – князь Андрей, то я, увы, не Наташа Ростова. У крестьянки есть шанс на счастье истинной взаимной любви с благородным господином только если на самом деле она – самая настоящая барышня. Чего не скажешь обо мне.

Выходит, у меня нет ни малюсенького шанса на благосклонность адмирала? Хоть завали его с ног до головы вкусными пирожками и тортами?

Не хотелось в это верить. Может, еще не поздно все изменить, точнее, мне самой измениться хоть немного? Пусть я не росла под присмотром князей и графинь, нарисованных на холстах масляными красками, но никто не запретит мне учиться местным хорошим манерам. Точно! Надо выпросить у лейтенанта Стирального Порошка специальный планшет с обучающими программами. Скажу, что хочу больше узнать об алверийских обычаях. Изучу местные правила этикета и буду ими блистать перед Лансом. Отличная идея! Я не упущу своего романтического героя и не позволю ему погибнуть на войне. Еще как бы уговорить волшебный Ключ отдаться в хорошие руки.

На исполненной восторженного вдохновения легкой волне, представляя себя кружащейся в вальсе на балу вместе с красавцем адмиралом, я уплыла в царство сновидений. И оказалась в ледяной пещере. Вездесущие необычные сосульки источали яркий свет. Я шла наугад, глядя прямо перед собой. Волшебный Ключ уводил все дальше. Чувствовала, как он становится теплее внутри меня, точно следует детской игре “Холодно-горячо”. Показывает, что мы приближаемся к цели. Мы? Обернувшись, я увидела идущего позади меня мужчину. Ланс отставал на несколько шагов. Вместо привычного моего взору мундира на нем был бронированный костюм. Шлем он нес в руке. Осмотрев себя, поняла, что и я одета в похожие военные доспехи. Странно, не чувствовала себя заключенным в железные латы рыцарем. Ступала свободно и легко. Движения рук также ничто не сковывало. Прекрасно!

Мы зашли в тупик, но Ключ продолжал тянуть меня вперед. Больно кольнул в груди, как только попятилась. Я подняла руку, приложила ладонь к обжигающе холодной стене, и покрывающий ее лед начал быстро таять. По моим пальцам побежали струйки воды, но тут я проснулась.

Догадалась, что видела вещий сон. Ключ дал знак своей Хранительнице. Не нужно передавать его адмиралу. Мы с Лансом должны прийти вдвоем к двери, которую этот Ключ открывает. Вопрос – где заветная дверь находится? Может, адмирал знает? Надо как можно скорее рассказать ему невероятный сон.

Я встала, быстренько переоделась в серый костюм типа спортивного, обула удобные кеды и вызвала через оставленный для связи передатчик приставленного ко мне надзирателем лейтенанта. Тайт явился примерно через пару минут, согласился проводить меня к адмиралу. Но предупредил, что времени на разговор у нас мало. Скоро должно начаться важное совещание капитанов, где адмирал будет толкать речь.

Я не могла бежать, чтобы снова не выглядеть глупо и нелепо. Шла так быстро, как только удавалось. Войдя в большой светлый зал, увидела… Как же это назвать? круглый балкон, возвышение? Короче, посреди конференц-зала торчала огромная колонна, ее подобно грибной шляпке венчал широкий плоский круг-трибуна, туда вели мостики – лестницы. Лейтенант пропустил меня вперед себя, когда мы подошли к такой тонкой лестнице. Я стала подниматься, не спуская глаз с адмирала, но с каждым шагом становилось мне все грустнее, и все неприступнее казался романтический идеал.

Что это за щучка-злючка вьется возле моего гордого окуня? На ее недовольно скрюченной физиономии написано – та еще стерлядь. Злобно щурит глаза, и без того почти незаметные в черноте жутких теней, туши и подводки. Кусает нижнюю губу. И внаглую лезет к Лансу. Прямо скажем, липнет. То за руку тронет, то в его планшет начнет пальцами тыкать. И ее он током не стреляет. Вот засада!

Ладно, была не была. Придется мне закинуть новую удочку, прочнее и надежнее прежней, а пока надо срочно доставить в чистейшие до блеска уши адмирала послание волшебного Ключа.

Я обратилась к Лансу как можно культурнее, сделала изящный реверанс, словно благородная девица на балу, и постаралась увести его подальше от недовольной моим появлением брюнетки. Сказала, что могу раскрыть важную тайну только наедине. Сердцем чуяла, нельзя эту сокровенную тайну выдавать при посторонних.

Адмирал согласился пойти со мной, однако не позволил себя вывести из большого зала. Мы спустились вниз, но остались стоять под прицелом придирчивого взгляда брюнетки.

Ланс выглядел обеспокоенным. Смотрел на меня так, будто я покрылась коричневой сыпью, а он хотел бы потрогать мой лоб, чтобы проверить, не поднялась ли температура, но боялся заразиться и потому соблюдал дистанцию в пару шагов.

Я постаралась как можно красочнее описать приснившуюся картину. Рассказала живо и подробно. Мужчина слушал меня вполуха, отвлекался на все подряд. То на голографический экран обернется, то на идущего мимо солдата или офицера, но чаще посматривал на мрачную брюнетку, переминавшуюся с ноги на ногу на высоком постаменте. Можно подумать, она без его внимания тут же свалилась бы за перекладину и свернула свою вертлявую длинную шею. Очень неприятная девица. У меня при виде нее прямо-таки нутро сводило.

– Как ты себя чувствуешь, Снежана? – не изволив сказать хоть пару слов благодарности за попытку спасти его империю, адмирал пощупал мою ладонь вместо лба.

Проверил все же температуру. Повезло еще, током не стрельнул.

– Превосходно! Изумительно! Восхитительно! – я вдохновенно перечислила красивые книжные слова для описания своего состояния и настроения, чтобы из соображений заботы адмирал не поместил меня во что-то похожее на пыточную камеру, а затем просто и сухо прибавила. – Лучше, чем в недавние дни.

– Очень странно… – Ланс привычно насупился и в легком замешательстве потер указательным пальцем свой подбородок.

Что это с ним? Почему мой рассказ его не впечатлил?

– Ничего удивительного, – я не собиралась отступать. Заново попыталась объяснить важность вещего сна. – Ключ дал понять, что не нужно его вынимать из меня. Он отказался переходить к вам в руки по моей мысли потому, что мы с ним стали единым целым. Теперь я сама – Ключ, способный отворить нужную дверь.

– Ты намереваешься отварить дверь в кипятке? – брови адмирала высоко подпрыгнули, в серых глазах полнее отразился свет потолочных полосатых ламп. – Или подразумеваешь, что ее нужно расплавить при помощи специальной плавильной установки?

– Открыть дверь. Отворить, а не отварить. Ладно, для нерусских простительно попутать. Я достану вам супероружие, но для этого вы должны отвезти меня на планету, покрытую вечной мерзлотой. Там среди ледников и необычных светящихся сосулек припрятано то, что вы ищете. Попытайтесь-ка вспомнить, ваше благородие… Может, вы знаете, где находится пещера, в которой мы с вами были в моем сне.

– Снежана, я не знаю места, о котором ты говоришь. С наибольшей вероятностью, рассказанный сон – всего лишь отражение твоих фантазий, а не руководство к действию. Рекомендую тебе успокоиться и отдохнуть. Мне нужно идти готовиться к открытию совета капитанов.

Что с ним такое, и в самом деле, творится? Почему Ланс не верит моим словам? Он будто находится под гипнозом. Не иначе как та злая щука околдовала красавца окуня. Глядишь, и опоила приворотным зельем. Ишь, как она его обхаживает, и глаз с него не спускает. Но мы еще посмотрим, чья возьмет.

Адмирал плавно развернулся, красиво поведя широким плечом, и направился к лесенке. Я мигом позабыла свое же обещание вести себя культурно, соблюдать правила этикета и лишний раз не выделяться из монотонно движущейся толпы. Бесцеремонно подрезала его как шофер-лихач на дороге, не дала поставить занесенную было ногу на ступеньку лесенки.

– Разрешите снова обратиться, ваше благородие.

Я по-солдатски подтянулась перед адмиралом, втянув живот и выпятив грудь. И не зря – Ланс таки смерил мой бюст резвым взглядом. Все же бабушкины гены не пропали даром. Пусть не в полном объеме, но кое-что унаследовалось. Неспроста мою бабулю в молодости колхозные трактористы прозвали “Дунькой с трудоднями”.

– Разрешаю, – удивленно буркнул мужчина.

На его лице прочитался легкий испуг. Не знал бедолага, каких еще выкрутасов ожидать от неугомонной земной гостьи.

– Осмелюсь доложить, что пока вы тут будете толкать пафосные речи на капитанском собрании, ваша земная гостья рискует умереть от лютой тоски. Хорошо бы вы помогли ей найти принца Рафинеля для веселой компании. А еще она хочет больше узнать о вашей звездной системе и просит ей выделить обучающий планшет. Она слышала, такие штуки у вас имеются.

Отличная идея! Втайне от адмирала – заколдованного или загипнотизированного, я радовалась тому, до чего удачная идея забрела в мою едва ли не кипящую от беспокойных мыслей голову.

Тараканчик Рафик обожает путешествия с приветом по планетам. Он мог бывать в той ледяной пещере на экскурсии или хоть понаслышке знать, где она находится. Самой лучше и не пытаться отыскать маленькое разумное насекомое на гигантском космическом корабле. Иголка в стогу сена быстрее найдется.

– Лейтенант Тайтиллиан! – адмирал окликнул парня, следовавшего за мной безмолвной тенью. – Приказываю вам снабдить земную гостью необходимым ей техническим устройством, а также разыскать и доставить в ее каюту кмирандийского принца. Снежана, тебе я настоятельно рекомендую взять под личный присмотр принца Рафинеля во избежание его дальнейшего несанкционированного перемещения на корабле.

Сказал, окинул строгим взглядом и поднялся по лестнице. Ну и дела творятся! Веселенький тут экипаж машины боевой, где все следят друг за другом. За мной приглядывает лейтенант, я, в свою очередь, отныне назначена надзирателем для принца-тараканчика, а кто присматривает за самим адмиралом? Очевидно, та самая брюнетка, от взгляда которой у меня мороз по коже. От кого бы мне разузнать, связывают ли ее с Лансом личные близкие отношения? В деревне каждая кумушка проболтается обо всем знаемом и незнаемом, да и куму при желании легко развязать язык. А тут у всех рот на замке.

Остается уповать на свою личную наблюдательность. Подумать хорошенько… Будь у них любовь, не пришлось бы щуке так рьяно обхаживать окуня. Моя задача – не позволить ей окучить его. Пора спасать Ланса из одурманивающих сетей. Надеюсь, волшебный Ключ и добродушный тараканчик мне помогут в этом нелегком труде.

Пока лейтенант Стиральный Порошок бегал за тараканьим принцем, мне разрешили побыть на капитанском собрании. Ух, и народу нашло, то есть, налетело. Зал набился битком. Суровые мужчины вытянулись по стойке “Смирно”, приветствуя адмирала. Кое-где их стройные ряды разбавляли худосочные дамочки с коротко стриженными или собранными в тугой пучок волосами.

Неприятная мне брюнетка смылась из поля зрения. Ланс остался на постаменте один. Застыл, словно памятник на площади. Идеальная осанка, гордо вскинутая голова. Казалось, все вокруг затаили дыхание, когда он начал говорить. Капитаны внимали каждому его слову. Я тоже слушала, радуясь возможности понимать алверийскую речь.

Все чаще пробегали в моей голове приятные мысли – и вправду, не за пустые посулы уважают Ланса как боевого командира, героя. Он мне все больше нравился. Сердечко трепетало влюбленной птичкой, готовой петь ночные серенады объекту своей страсти. Ланс говорил по существу, без самолюбования, напускной важности и приторного пафоса.

– Мы с вами осведомлены насчет текущей ситуации, и потому не вижу смысла успокаивать вас обещаниями легкой победы, – адмирал обвел широким взглядом сияющие под сводом зала голографические экраны, показывающие непонятные мне графики. – Нам категорически нельзя обманываться красивыми мечтами о лучшем будущем и чудесном избавлении от диркенского нашествия. Но и пока не время для отчаяния. То, что победа над врагом не дастся нам легко, ценой малых потерь, мы понимаем. Но это не значит, что мы должны сдаваться и тихо ждать, пока нас истребят, уничтожат как народ. Да, у диркенов на данный момент намного больше ресурсов. Численность их войск и количество боевой техники способны повергнуть в страх бывалого воина, прошедшего не одно сражение… Однако при стратегическом анализе мы прежде упускали один важнейший элемент. Вели счет их боевым кораблям, вышедшим из тайных верфей, которые диркены устраивают под поверхностью захваченных планет. Смотрели свежие данные по числу новобранцев. И говорили между собой – мы им сильно уступаем… Я предлагаю вам несколько иной подход к делу и свежий взгляд, не затменный устрашающими цифрами.

Ланс вышел на край постамента, вытянул руки за металлическую планку ограждения и медленно повернул ладонями вверх. Я пока не знала, что в точности означает этот алверийский жест. Призыв к вниманию или доверию?

– Предлагаю вам задействовать силу воображения, – продолжил адмирал, не опуская рук. – Давайте представим армию диркенов в виде огромного роя насекомых-вредителей, который проносится по сельскохозяйственным угодьям, опустошает поля, уничтожает урожай. Настоящая катастрофа, если оставить нашествие без вмешательства. Но мы понимаем, что умные фермеры заранее подготовятся к визиту вредителей на их поля. Из сотни способов защиты урожая выберут наиболее выгодные для них. От магнитно-импульсных излучателей до выпуска стаи голодных насекомоядных птиц. Фермер найдет, что противопоставить вредным насекомым, а те не смогут победить фермера. Они не поймут, как избежать смертельных ловушек. Почему? Потому что уровень развития интеллекта вредителя ничтожен по сравнению с уровнем развития интеллекта владельца урожайного поля. Диркенов много, но они глупы по сравнению с нами. Они пытаются задавить нас своим количеством, не щадя себе подобных, сотнями отправляют свой молодняк на смерть. Но враги выбрали провальную тактику. Нам только нужно это понять и начать действовать так, как они не ожидают. Один клонированный риас не способен думать за всю диркенскую армию. Ему не проникнуть в каждый отряд и не влезть в сознание каждого бойца. Наше преимущество в том, что мы умеем принимать нестандартные решения в ходе сражения, которые наши противники не способны предугадать. Мы не движущийся в одном направлении рой, который не способен отклоняться от заданного курса. Мы заботимся друг о друге, защищаем и не бросаем своих в беде. Каждый наш воин ценнее сотни диркенов, потому что он – настоящий герой. Вместе мы сможем победить врага. Без призрачных надежд, но с верой в собственные возможности и своих друзей.

Я была поражена до глубины души. Ланса вдохновило мое сравнение ящеров с саранчой. Он использовал его. Значит, я ему хоть немножечко нравлюсь. Шанс добиться благосклонности его сиятельства не потерян!