Глава 39. Не передумал
Гонсало упирался.
Он в принципе всю дорогу сюда подозрительно на меня смотрел. А теперь и вовсе догадался, что широкую улыбку я растягивала неспроста. Ну я зазывала, как могла. Да и не понять, что я что-то задумала было уже сложно.
И теперь он никак не хотел во двор к Але. Копытами упирался, расставив ноги в разные стороны и пятился, и брыкался. Я его в общем-то понимала, но поделать ничего не могла.
– Ну что ты как не авантюрист, – осуждающе отчитывала я козла и продолжала заталкивать его во двор, под его неодобрительное «мек».
Это он ещё не в курсе, что изначально я собиралась перекинуть его через забор, но на удивление, деревянная калитка оказалась открытой, и я решила воспользоваться этим фактом. Так что рогатому, считайте, ещё повезло.
Я, конечно, предварительно выяснила, что Жучки во дворе нет. А то хоть они с Гонсало и ладят, но кто знает, как может повести себя ротвейлер на чужой территории. Рисковать животным я бы не стала. Он мне уже как родной. Я его и подталкиваю нежно, между прочим. Ну ещё чуть-чуть. Ещё немного.
Ура!
Справившись с этой частью квеста, я быстро закрыла калитку. Она захлопнулась изнутри, и тут же с той стороны послышались глухие удары. Ох, не выломал бы Гонсало дверь раньше времени.
Нет, я, конечно, верила, что маньяка у Али сейчас нет, но окна у нее светились. А временами казалось, что девушка там расхаживает вот в том, что ей прислали на почту. В доме же у дяди Фёдора свет как раз не горел. Нигде. Либо там все спят, либо... Даже думать не хочу, но на всякий случай проверить, не заманила ли Алевтина маньяка к себе, пусть даже обманом, я решила.
Стучать мне не пришлось, Гонсало и сам прекрасно справлялся с этой ролью. Поэтому я не сомневалась, девушка вскоре сама выйдет на крыльцо, только ей придётся одеваться. Что ж она медлит?
Даже рогатый, видимо устал и затих, и судя по цокоту копыт, он побежал по дорожке вокруг дома. Поэтому я решила всё же постучать: воображение к этому времени совершенно свихнувшись, оно рисовало разные непристойные картинки, и к сожалению, я там не присутствовала. А вот маньяк – да.
Уже занесла кулак над калиткой, когда услышала позади:
– Доброй ночи, Ксения.
И округлив глаза, так и замерла.
Мамочки, маньяк.
Медленно-медленно я обернулась, и встретившись с удивлением в глазах, тоже решила пожелать ему что-нибудь хорошее.
– И вам замечательной.
– Почему не спите? – не сводил он с меня серьёзного взгляда.
– Тут такое дело... Гонсало пропал, представляете?
– Уже после того, как вы его уверенно запихнули во двор? – ухмыльнулся он, а мне сделалось тут же неловко.
Я собиралась что-нибудь ответить, даже, возможно, правду, но дверь позади вдруг открылась, и я резко обернулась. На огромной скорости из калитки вылетел сам Гонсало, чуть не сбив нас с ног. А перед нами теперь стояла Аля и, нахмурив брови, переводила взгляд с маньяка на меня, и наоборот.
– Я вас звала одного, – в итоге проговорила она, обращаясь, конечно, к мужчине, и у меня внутри всё сжалось от услышанного. Насмешливый взгляд Алевтины не позволял нормально вздохнуть. Может не стоит себя сдерживать и уже вцепиться в ее волосы?
Вот только как это поможет лично мне, когда чувства уже бьют через край, а мой маньяк к чужим женщинам по ночам ходит...
То есть она уже звала, и он выходит, приглашение принял? А иначе, почему он здесь?
Девушка запахнула на себе шелковый халат, а я расстроилась и принялась злиться. За кого он меня принимает? Это получается, для него нормально днем меня целовать, вечером обнимать, с заходом солнца ещё кое-что (тут я мысленно смутилась), а потом так просто в ночи к соседке? Интересно дизайнеры пляшут.
Обернулась на маньяка и собиралась сказать всё, что думаю по этому поводу, но в этот момент практически со свистом мимо пронесся Гонсало, и я перевела взгляд на него. Он теперь сам юркнул во двор, зацепив при этом Алевтину, отчего халат на ней всё же распахнулся, и то, что девушка собиралась показать только маньяку, увидела ещё и я.
Там, кстати, мало что изменилось с сегодняшнего представления у реки, за исключением того, что бельё на Але было действительно из новой коллекции Виктории Тайникрет. Чёрт, даже я взгляд оторвать не могу. Куда уж маньяку. Но оборачиваться на него, чтобы проверить, я теперь не стала.
И хоть понимала, даже если вдруг смотрит, это вообще не отменяет того, что я на него злюсь, очень-очень злюсь. Состояние моё подходило к отметке «критическое» – не давайте мне сейчас базуку в руки.
Всё, забираю Госнало и ухожу. Пусть маньяк теперь локти кусает. Думать он обо мне всю ночь собрался, как же! Это каким таким образом, если он пришёл к ней?
Отодвинув недоумевающую Алевтину, я без приглашения вошла к ней во двор, буркнув:
– У вас тут мой козел.
И только подходя к углу дома, услышала, как Аля обращается к маньяку:
– А вы что же, передумали?
– С чего вы взяли? Я своих решений не меняю, – услышала такую знакомую, такую родную ухмылку. - B вам всё уже сказал, Алевтина.
– И зачем вы в таком случае пришли?
Я, конечно, прислушалась: в голосе Али явно присутствовал флирт, но голубоглазый и тут её обломал:
– Мы с Ксенией ищем Гонсало.
Замерла даже. Блин. Неужели снова себя накрутила?
В любом случае, я уже обиделась.
Сначала найду Гонсало, а потом решу, что с этим делать.