Глава 13. Ночь закрытых дверей и утро открытых истин

Дариан нес меня по коридору так, будто я была самым ценным трофеем в его коллекции — ценнее, чем голова василиска и коллекционное издание «Молота ведьм» вместе взятые.

— Дариан, ты понимаешь, что с точки зрения эргономики нести взрослую женщину на руках по лестнице — это неоправданный риск для твоих межпозвоночных дисков? — прошептала я, утыкаясь носом в его шею.

— Вероника, — он остановился у дверей своих покоев и прижал меня к створке так, что у меня перехватило дыхание. — Если ты сейчас скажешь еще хоть одно слово длиннее двух слогов, я заклею тебе рот магическим скотчем. Или своими губами. Выбирай.

— Второй вариант кажется мне более терапевтичным, — выдохнула я.

Двери распахнулись от одного его взгляда. В спальне Тёмного Лорда наконец-то не пахло пылью веков. Благодаря моим наставлениям Эмиль проветрил помещение и даже умудрился не поставить здесь розовые свечи (я пригрозила ему курсом лекций о вреде сахара).

Дариан опустил меня на огромную кровать. Балдахин с вулканами теперь казался не угрожающим, а… создающим правильный температурный режим.

— Сними очки, — попросил он, нависая надо мной. Его голос вибрировал, как низкая струна виолончели.

— Без них мир становится размытым и нелогичным, Дариан.

— Именно этого я и добиваюсь, — он сам аккуратно снял их и положил на тумбочку рядом с тяжелым черным мечом. — Сегодня никакой логики. Только мы.

Он поцеловал меня — медленно, исследуя каждый миллиметр моих губ, будто боялся пропустить важную деталь. Его руки, привыкшие к рукояти меча, были удивительно бережными, когда он расстегивал пуговицы моего блейзера.

— Ты знаешь, — прошептала я, чувствуя, как его горячая кожа соприкасается с моей, — что уровень окситоцина сейчас в нас обоих зашкаливает?

— Вероника! — Дариан прикусил мою мочку уха. — Что я говорил про длинные слова?

— Ой, всё… Молчу.

Этой ночью Тёмный Лорд окончательно капитулировал. Не перед врагом, а перед женщиной, которая увидела в нем не монстра, а человека. И я, признаться, тоже сдала все свои позиции. Никаких блокнотов, никаких диагнозов — только бешено колотящееся сердце и пальцы, переплетенные в темноте.

Утро началось не с лучей солнца, а с подозрительного шепота за дверью.

— Тише ты, дубина! Разбудишь — он нас в лягушек превратит! — это был голос Эмиля.

— Я просто хотел спросить, жарить блинчики или еще рано? — прогудел Грыз. — Око Истины же врать не будет, Лорд хочет блинчиков!

Я приоткрыла один глаз. Дариан спал рядом, разметав темные волосы по подушке и по-хозяйски закинув на меня ногу. В утреннем свете он выглядел почти беззащитным, если не считать шрама на плече и привычки сжимать кулаки даже во сне.

Я осторожно дотянулась до очков, водрузила их на нос и мир мгновенно обрел четкость.

— Блинчики, Грыз! — громко крикнула я в сторону двери. — С черничным джемом и без чепчиков на горгульях!

Дариан вздрогнул, мгновенно сел и машинально потянулся за мечом, но вместо меча нащупал мою руку. Он пару секунд моргал, осознавая реальность, а потом уронил голову обратно на подушку и застонал.

— Они всё слышали, да?

— Скорее всего, они вели протокол под дверью, — я улыбнулась, поглаживая его по плечу. — Смирись, Дариан. Твой имидж сурового властелина безвозвратно испорчен завтраком.

— Это твоя вина, — он притянул меня к себе и накрыл одеялом с головой. — Ты притащила сюда здравый смысл, а за ним подтянулись блинчики и уют.

— И как тебе?

Он замолчал на секунду, а потом крепко прижал меня к себе. — Ужасно. Мне это ужасно нравится.

В этот момент дверь приоткрылась на пару сантиметров, и в щель просунулся нос Эмиля. — Госпожа, Лорд… Там это… Мордекай Жестокий сидит на кухне. Он… он требует, чтобы ему объяснили, почему в этом замке нет нормальных пыточных инструментов, зато есть тринадцать видов чая. И, кажется, он начал читать ваш учебник по менеджменту.

— И что? — хором спросили мы.

— Он дошел до главы про «делегирование полномочий» и теперь заставляет привидение повара чистить картошку в два раза быстрее, — выдохнул Эмиль. — Кажется, старик вошел во вкус!

Дариан посмотрел на меня. В его глазах читалось восхищение, смешанное с ужасом. — Вероника, что ты наделала? Ты превратила моего отца в эффективного менеджера Тьмы?

— Это не я, — я невинно пожала плечами. — Это сила просвещения. Ну что, идем спасать картошку или… закроем гештальт еще на часик?

Дариан хитро прищурился и потянул одеяло на себя. — Картошка подождет. Делегирование — так делегирование.