Глава 12. Кир

Как обычно, на тренировке Семеныч заставил нас всех попотеть. Но это и к лучшему. Меньше времени на то, чтобы прокручивать в голове ситуацию с Женькой и брошенные Лесей слова.

Не знаю почему, но на льду не вижу Метлицокго. Неужели из-за ссоры с Женей? Мало верится.

— Дёмин, где витаешь? — окрикивает меня Семеныч. — Давай в связку и работаем! — раздает команды.

Я слушаюсь, выполняю заданную работу, стараясь закопать поглубже все зреющие вопросы.

* * *

— Куда пропал Метлицкий? — спрашиваю ребят после тренировки.

— Отпросился, что-то случилось у него, — отвечает кто-то из ребят.

Может, оно и к лучшему, думаю, без мордобоя не обошлось бы.

В душе я разомлел от теплой воды, погружаясь в свои мысли. Перед глазами назойливо стоит одна картинка. И это Женя в моих домашних вещах. Руки так и чешутся прижать ее к себе и уткнуться в макушку, вдыхая невероятный запах. Сознание-предатель подкидывает воспоминания о ее мягкой коже под моими ладонями. Тихий стон девушки звенит в ушах. Тело мгновенно реагирует на отнюдь не ванильные фантазии в моей голове, и я понимаю, что таким темпом поеду крышей. Надо что-то делать. Переключаю теплую воду на ледяную, чтобы хоть как-то отвлечься от нахлынувшего желания. Переношу внутреннюю боль на внешнюю от обжигающе ледяных струй воды.

Выхожу из душа и обнаруживаю пять пропущенных от Алексеева — моего менеджера. Пока натягиваю одежду и бреду на парковку, перезваниваю.

— Кир, привет, — слышу через пару гудков донельзя довольный голос парня.

— Здорово, Мих. Что звонил?

— Новости у меня для тебя.

— Хорошие, надеюсь?

— Лучше не бывает.

Закидываю сумку с формой в багажник и облокачиваюсь на капот машины.

— Выкладывай.

— В сборную тебя вызывают, Дёмин!

Ого! Неожиданно. Я даже теряюсь и не знаю, как реагировать на такую однозначно охрененную новость. Сборная — моя мечта с детства. Сколько на моем пути было проблем, травм, даже представить страшно. Сколько раз «падал» и только на упертости снова «поднимался» — уже не сосчитать.

— Мля, Мих, это же просто… кхм… — приличных слов нет, а от неприличных удерживает появление из арены кучки хихикающих фигуристок младшей группы.

— Помнишь, я тебе говорил про надежный источник, что ты в списке возможных кандидатов был?

Я в легком шоке и киваю. Потом понимаю, что Алексеев не может меня видеть, и неопределенно мычу.

— Ну, так вот, заявку утвердили, через пару дней к менеджеру клуба придет официальный вызов на сборы.

Ох, вот это новости. Черт! Готов скакать, как пацан, от радости.

— Надеюсь, ты отказываться не собираешься?

— Ты угораешь, что ли?! Я этого вызова ждал с пяти лет.

— Ну и отлично. На следующей неделе приеду в город, встретимся, поговорим по поводу НХЛ.

— А что с ним?

— Покажи себя в сборной на Евротуре, если все идет, как по маслу, то попадаешь в заявку на Чемпионат Мира, и в следующем сезоне у тебя есть все шансы свалить за океан.

— Черт, Мих, порадовал!

Национальная хоккейная лига — это топы из топов. Сливки мирового хоккея. Уровень организации гораздо выше, чем наши Лиги. И играть там, мать его, престижно, но… далеко. Почему-то внутренней подъем перекрывает мысль: если НХЛ, то без Жени. Черт. Не о том, Кир. Не о том. Хоккей — вся моя жизнь. А Женя…

— Готовься, лишний раз в занозу не лезь. Показывай отменный результат, копи очки и все будет в шоколаде.

— Да, понял тебя. Спасибо за новости, Мих.

— До встречи. Все, бывай.

Отключаю мобильный и прячу в кармане. Радость от разговора с Алексеевым немного притупляется неожиданно откуда взявшимися сомнениями. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.

* * *

Стою у машины в ожидании девушки. Только в раздевалке понял, что номера ее телефона у меня нет. И чтобы ее не потерять, тупо стою уже битых полчаса, не оставляя без внимания ни одного выходящего из Арены. Что-то со мной происходит, что я готов впустить в свою жизнь девушку, потому что уже сейчас не представляю, что делать дома без нее.

Выходит небольшая толпа спортсменов, и одна хрупкая фигурка отделяется от основной массы и направляется в мою сторону.

— Давно ждешь? — останавливается в двух шагах от меня, переминаясь с ноги на ногу, явно волнуясь.

— Нет, минут пять, — не хочу, чтобы девушка чувствовала себя виноватой. — Поехали?

— Поехали, — повторяет за мной и сама садится в машину.

Видеть ее рядом с собой доставляет особый кайф. Нет, я не могу позволить ей уйти. Непонятно куда, непонятно к кому. Чувствую, как внутри просыпается жуткий собственник и единоличник. Так и хочется сказать «Моя».

Всю дорогу до дома мы болтаем ни о чем, избегая тем, затрагивающих произошедшее днем. Никто из нас не решается переступить эту черту.

Останавливаю тачку на парковке в подземке, глушу двигатель. Женя тут же готова выскочить, словно боится со мной оставаться наедине.

— Жень? — перехватываю ее руку, удерживая в машине.

Она закрывает дверь и выжидающе смотрит на меня.

— Вот ключи, — протягиваю ей небольшую связку.

— Зачем? — удивляется она. — Для чего?

— От квартиры. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя неуютно. Ты в любой момент можешь уйти. Если тебе рядом некомфортно. Только прошу все взвесить, прежде чем убегать подальше от меня, — бред какой то выходит. Я не могу подобрать нужных слов, и это выбешивает. Как амурный хлюпик, мать твою.

— А как же твоя личная жизнь? Я не буду мешать? — серые глаза смотрят, словно заглядывают в душу. На краю волнующего вопроса о Лесе. Видела ее выходку, но не прет напролом. Скромница.

— Да какая личная жизнь. Я здесь не больше недели. Не до этого, честное слово. Моя личная жизнь — это Джек, — «ну и ты, если не против», раздается в голове.

— Тогда давай обговорим условия, — набрав воздух, выдает она.

— Какие? — не ожидал такого поворота. Я уже и не надеялся ее задержать в своей берлоге.

— Мы платим все поровну, раз я буду жить в твоей квартире на общих правах. И Джека выгуливать я тоже буду, — говорит девушка. — Коммуналка, холодильник и прочие расходы будут общими. Только на таких условиях я буду жить в твоей квартире, — смотрит выжидающе, дергая собачку на куртке.

Ненадолго замолкаю, прикидывая в уме, как лучше себя повести. Хата, которую я снимаю, стоит немереных денег. И я не хочу брать их у нее. Да, если честно, я эгоист и жажду ее присутствия рядом с прицелом на будущее. Какое оно будет, это будущее, пока не знаю. Но точно будет. Однако и отказать сейчас не могу. Женя — девушка гордая, сидеть на шее точно не будет.

— По рукам, — улыбаюсь, решая, что деньги пока буду брать и откладывать. Потом верну большой суммой. Будем считать долгосрочный вклад.

Девушка берет из моих рук ключи, слегка касаясь кожей. Тут же простреливает током, да таким, что в голове все мысли просто парализовало.

— Так мы идем? — вырывает меня из ступора девушка. — Джек ждет, — улыбается она и выскакивает из машины.

Выхожу следом, прихватывая из багажника сумку с ее вещами.

— Открывай ты, — подталкиваю девушку к двери. — Своими ключами, как положено, — вижу, как она сомневается, но мы будем бороться с этим.

Девушка робко проворачивает ключами в замке, и тут же на нас выскакивает довольный Джек.

— Сразу погуляем? — две пары глаз устремляются на меня.

— Это похоже на заговор, — давлюсь смехом. — Пойдем гулять, только сумки оставлю.

Прохожу в коридор, оставляю Женину сумку, захватываю поводок. Джек со скоростью пропеллера крутит хвостом.

* * *

Прогулку прерывает звонок мобильника. Я скоро начну его ненавидеть.

— Кир, у меня проблемы, приезжай, пожалуйста, ко мне, — ревет в трубку Леся.

Не хотел же отвечать.

Женя ловит мой взгляд и тут же говорит:

— Мы с мальчиком погуляем, езжай, — словно поняла мой настрой, отпускает меня.

— Жень, я быстро, — не могу не поехать. Не настолько я сволочь.

* * *

Летел, как сумасшедший. Почти через весь город. И не из-за того, что волновался о проблемах Леси, пока еще непонятных для меня. А с целью быстрее вернуться домой.

Не успеваю нажать на кнопку дверного звонка, как дверь тут же распахивается.

— Спасибо, что приехал, — шмыгая носом, говорит рыжая, и я вхожу в квартиру.

— Что случилось? — нужно решить все и сейчас.

— Ты, Кир, случился, — девушка стоит передо мной в шелковом халатике. Что-то не похожа она на убитую горем. Леся подходит ко мне и тянется к молнии куртки, настроившись ее расстегнуть, но я убираю ее руки от себя.

— Ты сказала, что у тебя что-то случилось, — охлаждаю ее пыл, но девушка не сдается. — Какого хрена я мчал сюда, как сумасшедший?

На лице девушки растягивается хитрая улыбка, она постреливает своими карими глазищами и тянет за пояс халата. Тот сползает с ее плеч, «стекая» нам под ноги, открывая взгляду обнаженную фигуру.

— Это твоя проблема? — рычу, начиная понимать, что попался, как дурак. — Хочешь, чтобы я тебя трахнул? — Злость закипает во мне. Вот сучка!

— Почему ты мне грубишь? Я тебе стала неинтересна, — надувает она губы, чем вызывает только отвращение. Фальшивая. Вся от и до.

— Леся, это было на один раз. Ты хотела, я хотел, и все! Это не обязывает к продолжению. Я, по-моему, тебе сегодня уже все объяснил. Хватит цепляться за меня. Все, пересеклись и разбежались дальше по своим дорогам, — разворачиваюсь и уже готов выйти, как она меня одергивает за рукав. Вцепляется пальцами в кожаную куртку и не отпускает.

— Лучше убери руки, — скрежещу зубами, так как невероятно зол на этот ее детский, глупый поступок. — На что ты вообще надеялась, а? Что я примчу, ты посветишь голым телом и все, я растаял, так что ли?!

— Это Ковальчук все, да?! — словно со стеной разговариваю, не слышит она меня, гуляет на своей волне. — Это из-за нее ты на меня не обращаешь внимание? Что она тебе обо мне наговорила? — затараторила девушка.

— Халат надень, говорю! Ничего она про тебя не говорила, с чего ты взяла? И вообще не твое дело, из-за кого, — снова предпринимаю попытку уйти, но рыжая не собирается меня отпускать. Я уже тысячу раз пожалел, что имел глупость с ней связаться.

— Раз не мое, — зло шипит она, наконец-то подбирая шелковое безобразие, и накидывает на себя. — Тогда я тебе открою глаза на эту Женю.

— О чем ты? — оборачиваюсь, ожидая от нее ответа.

— А о том. Ты ее совсем не помнишь? Ту соплячку, что писала о тебе в своем дневнике? Что любит тебя и то, как ты высмеял ее при всей команде. Помнишь? — ее слова звучат, как гром среди ясного неба. Вот так новость!

— Неправда, — пячусь к выходу, хватаясь за ручку. — Ты путаешь что-то.

Я плохо помню тот эпизод в моей жизни. А точнее, совсем про него забыл. Глупый был, молодой.

— Правда. Это она. Та самая Евгения Ковальчук. Втюренная в тебя. И ты! Ты ее отшил прилюдно. Как она тебе еще этого не высказала, не понимаю. Ты же так унизил ее! — Леся растягивает губы в ехидной улыбке, — ты повел себя, как настоящий мудак, Дёмин. Ударил девушку по самому больному!

— Заткнись, хватит. Это не твоего ума дело. И не лезь больше к ней, поняла меня? — угрожающе приблизился к рыжей бестии. Краем глаза улавливаю движение руки и перехватываю запястье девушки уже почти у моей щеки.

— Да пошел ты, — практически выплевывает мне в лицо Леся.

Нам больше разговаривать точно не о чем. Она свою гниль показала со всех сторон.

Я вылетаю из квартиры, стремительно покидаю неприятную мне многоэтажку и на всех парах уже несусь к дому.

В голове не укладывается, почему Женя молчала? Как? Как она могла оказаться именно той самой девочкой? Как? Сейчас вспоминаю ту дерьмовую ситуацию, и размытый образ приобретает четкость. Она изменилась с тех пор и сильно. Но глаза-то те же. Чертовы серые невероятные глаза, полные непролитых слез отчетливо всплывают в моем мозгу. Идиот, сука!

Я минут двадцать тупо отсиживаюсь в машине на парковке, не решаясь подняться. Как мне смотреть ей в глаза? Как вообще домой возвращаться? Теперь понятна ее агрессивность по отношению ко мне. И в морду получил от нее вполне заслуженно. Я бы за такое не только пощечину влепил, но еще, и как минимум, плюнул.

Вот так поворот сюжета!